Пепел и пламя

      Мы прошли пару метров, свернули за угол, и очутились в небольшом холле. Здесь находилась древняя, испещрённая непонятными гравюрами и символами плита и, чтобы попасть в другое помещение, нам нужно было приподнять её снизу. Я засомневалась в том, получится ли у нас это сделать. Всё-таки, она была каменной и наверняка очень тяжелой. Однако мужчины мой скептицизм не разделили. Не сговариваясь, они убрали оружие за спины, и подошли ближе.       — Мы поднимем, а ты скорее проползай, — внимательно изучив проход, обратился ко мне Джейсон. Но вместо того, что бы поскорее выполнить его просьбу, я с нотками сомнения в голосе произнесла:       — Но мы ведь не знаем, что находится по ту сторону. Вдруг там тупик? Или что ещё хуже — очередное гнездо этих тварей?       — И всё-таки пока это наш единственный выход, — с надеждой в голосе ответил Салим. А затем, переведя на меня проницательный взгляд, спросил:       — Или вы хотите вернуться обратно в зал?       Едва вспомнив о том, что там недавно произошло, я почувствовала, как тело охватывает нервная дрожь. Рука непроизвольно дотронулась до места укуса и я отрицательно покачала головой.       — Нет. Там нет ничего, кроме смерти.       — Значит, нужно двигаться вперёд.       Я согласна кивнула и подошла ближе. Судя по лицу Джейсона, он намеревался что-то спросить у меня. Наверняка о том, что произошло во время боя, после того как его утащила одна из тварей. Но, очевидно, поняв, что сейчас не лучшее время для таких вопросов, он снова сосредоточился на плите. Я мысленно выдохнула. Обсуждать ЭТО сейчас мне бы точно не хотелось.       Мужчины уже собирались приподнять плиту, и я тоже была наготове, но тут меня посетила ещё одна тревожная мысль, которую я тут же озвучила:       — Подождите. А вы? Разве кто-то один сможет в одиночку удержать такую глыбу, пока другой будет ползти?       Повисла напряжённая пауза. Джейсон и Салим переглянулись, очевидно прикидывая силы друг друга. Я же оглядывала помещение в поисках того, чем можно было бы подпереть плиту, но, как назло, ничего подходящего не находилось.       — Ладно, давайте решать проблемы по мере их поступления — увидев, что мозговой штурм ни к чему не привёл, Колчек первым нарушил молчание. — Ничего лучше придумать мы не можем, так что… — он кивком головы указал мне на пол. Я осторожно присела на колени.       Плиту приподняли и, несмотря на слабость в теле, я всё же постаралась как можно быстрее под ней проползти. По ту сторону было темно, но что-то разглядеть всё же было возможно. Я оказалась в очередном холле, довольно просторном, и судя по обдавшему меня прохладному сквозняку здесь имелся выход. Не успела я как следует осмотреться, как следом за мной тут же пополз Джейсон. Морпех едва успел убрать ногу, как плита с грохотом рухнула вниз.       В воздух тут же поднялся столп пыли. С потолка упало несколько мелких камней и посыпался песок. К счастью, ничего смертельного, просто мы с Джейсоном оказались в эпицентре песчаного облака. Потребовалось несколько мгновений, чтобы оно осело на землю, и мы смогли нормально видеть и дышать.       — Ты в порядке? — откашлявшись, спросил меня парень.       — Я то, да, — вытерев слезившиеся от песка глаза, я подскочила и метнулась к двери. — Салим, вы как?       — В порядке. Но нужно решить, как снова поднять плиту. Вы были правы, одному её держать очень тяжело.       — Сейчас мы что-нибудь придумаем, — пообещала я, с надеждой оглянувшись на Джейсона. Он уже поднялся на ноги и приводил себя в порядок. — У тебя ведь есть идеи?       — Есть одна.       — Какая? — я с энтузиазмом подошла ближе.       — Вон там выход, нам нужно туда.       — Это понятно. А что делать с плитой?       — Ничего, — Колчек равнодушно передёрнул плечами, а следом сухо констатировал. — Её уже не открыть. Пусть ищет другой выход.       — Что?! — громко воскликнула я, отчаянно надеясь, что мне просто песок забился в уши, и я неправильно расслышала его слова. Он ведь сейчас несерьёзно?       — Тише ты! — раздражённо шикнул на меня Джейсон, но, заметив в моих глазах осуждение, мягко пояснил. — Тебе не о чем беспокоиться, я о тебе позабочусь. Обещаю, мы выберемся.       — Мы не бросим Салима! — я намеривалась снова подойти к двери, но лейтенант удержал мою руку.       — Да не волнуйся ты за него. Он вроде не промах — выживет. Нам о себе нужно думать.       — Но он тоже один из нас.       — Нет! — отрицательно качнул головой Колчек. — Он не такой, как мы. Он иракец.       — Опять двадцать пять. Мы ведь это уже выяснили. Салим нам не враг!       — Но и не друг. Мы союзники только здесь, пока обстоятельства нас вынуждают. Но как только выберемся на поверхность, всё вернётся на круги своя. Так зачем же оттягивать неизбежное? Мы помогли друг другу, а дальше пусть каждый идёт своей дорогой.       — Хорошо, иди, — выдернув руку из его хватки, зло произнесла я. — Ну, чего смотришь? Выход там. Вперёд!       Несколько секунд Колчек буравил меня взглядом, а затем холодно спросил:       — Почему ты так рвёшься его спасти? Что в нём такого особенного?       Я почувствовала жгучую волну раздражения, такую мощную, что мне захотелось ударить Джейсона за такие вопросы. Даже не знаю, что меня злило больше, его тупое упрямство или совершенно неуместная ревность. Но вместо того, чтобы дать волю негативным эмоциям, я выдохнула и спокойно произнесла:       — Потому что Салим спас мне жизнь, буквально вырвал меня из когтей чудовища. А ведь он даже не обязан был это делать. Я тоже американка и, как ты выразился, мы с ним враги. Но именно враг пришёл мне на помощь, в то время как друг… — сердце неприятно кольнуло воспоминанием об Эрике и его утреннем обещании защищать меня, но я быстро отогнала от себя эту мысль. — Я ни за что не брошу человека, который ради моего спасения, рисковал своей жизнью.       Показывая, что разговор окончен, я отвернулась и начала осматриваться по сторонам, в попытках найти что-нибудь, чем бы можно было подпереть плиту. На душе было паршиво, но я понимала, что поступаю правильно. Мне не хотелось ссориться с Джейсоном, а тем более не хотелось чтобы он от нас уходил. И всё же я была многим обязана Салиму, а следовательно сейчас была моя очередь ему помочь. Быстро смахнув слёзы, я сосредоточилась на поисках.       Вскоре я обнаружила небольшую кучу камней и тут же ринулась к ним, а следом испытала то великолепное чувство, когда ищешь медь, а находишь золото. Потому что помимо камней, там же обнаружился и полузаваленный проход.       — Салим! Сюда! Здесь ещё один вход! — опустившись на землю, громко позвала я. Послышались торопливые шаги, и вскоре я увидела перед собой иракца. Внимательно оглядев проход, мужчина констатировал:       — Чтобы я здесь прополз, сначала нужно убрать завал.       — Да. Сейчас, — я послушно схватилась за ближайший валун и попыталась сдвинуть его в сторону. Мне даже удалось отодвинуть его на несколько сантиметров, но всё равно этого было мало. — Ну, же давай, ещё чуть чуть…       Я никогда не ходила в спортзал, не тягала гири, да и на работе ничего тяжелее микроскопа поднимать не приходилось… Да любому дураку с первого взгляда было понятно, что такие тяжести мне в новинку. К тому же, из-за потери крови, тело совсем ослабло и едва меня слушалось. Но я всё равно продолжала прилагать усилия, понимая, что не имею права сдаться.       Наверное, это только в своей голове я выглядела сильной и упрямой, а на деле смотрелась так жалко, что не выдержав этого позорного зрелища, Джейсон подошёл и отодвинул меня в сторону.       Ничего не говоря, морпех начал быстро поднимать камни и откидывать их в сторону. В отличие от меня ему они совсем не казались тяжёлыми и вскоре проход стало видно гораздо лучше.       — Так значит, ты остаешься? — осторожно поинтересовалась я, опустившись рядом и занявшись камнями поменьше.       — Морпехи своих не бросают, — сухо бросил Колчек, даже не взглянув на меня. Он схватил большой валун и с остервенением отбросил его в сторону.       Я прекрасно видела, что Джейсон зол и обижен, но всё же была очень ему благодарна за помощь и поддержку.       — Спасибо тебе.       — Угу.       Через несколько минут слаженной работы завал был полностью разобран и мы воссоединились с Салимом.       Убедившись, что всё в порядке, двинулись дальше. Следующий зал, на удивление, был достаточно хорошо освещён. По углам стояли осветительные приборы и лежали вещи пропавших экспедиторов. Увидев этот маленький «уголок» цивилизации, я внутренне воспряла духом. В этом зале царила призрачная надежда безопасности.       — Вы двое уже решили, что будете делать, когда выберетесь отсюда? — витавшее в воздухе лёгкое напряжение на тот момент уже спало, и Салим первым попытался завести непринуждённый разговор.       — Я первым делом приму душ. Очень хочется поскорее смыть с себя кровь, грязь и прочую мерзость, и наконец-то переодеться в чистое, — я была так рада нарушить тягостную тишину, что совсем уж разоткровенничалась. — Может даже хорошо, что я сейчас не вижу себя со стороны, наверняка выгляжу просто ужасно.       — Поверьте, Оливия, по сравнению со здешними ужасами, вы выглядите вполне нормально. Даже с учётом тех отвратительных обстоятельств, которые вам пришлось сегодня пережить.       — Вы мне явно льстите. Но всё же спасибо за поддержку. Эх, всё бы сейчас отдала за горячую, пенную ванную — я мечтательно закрыла глаза, представляя перед собой желанное зрелище. Но следом резко ощутила укол совести, ведь это так глупо мечтать о подобных праздных вещах, когда совершенно неизвестно выберемся ли мы отсюда живыми. Нужно быть серьёзнее! Поэтому, отмахнувшись от пустых мыслей, я поспешила разузнать о ближайших планах моих спутников. — А вы, Салим, первым делом вернётесь к сыну?       — Совершенно верно. Он там наверное уже с ума сходит от беспокойства.       — Простите за любопытство, но вы постоянно говорите только о сыне… А как же ваша жена? Разве она вас не ждёт и не волнуется?       — Она…не живет с нами, — было видно, что мужчине эта тема очень неприятна, поэтому, устыдившись, я не стала больше ничего у него узнавать. Вместо этого переключила своё внимание на Джейсона, который держался в стороне и в беседе не участвовал.       — А ты?       — Что я?       — Что будешь делать, когда выберемся?       — Напьюсь.       На несколько мгновений я зависла в попытке понять: это он шутит или говорит всерьёз. Не выдержав моего озадаченного взгляда, Колчек горько усмехнулся:       — А что такого? Я не собираюсь уходить в загул, просто хочу снять напряжение. После того, что мы тут пережили, я имею на это полное право. Заодно и павших друзей помину. Сегодня погибло много хороших парней… — бросив на меня тяжёлый взгляд, парень прошёл мимо.       Пока мужчины возились с очередной дверью, я напряжённо думала о том, что мне нужно придумать себе более значимую цель. Пенная ванная это, конечно, хорошо, но ведь нужно что-то более существенное, чтобы давало мне волю к жизни. Салим хочет вернуться к семье, Джейсон должен жить ради тех, кто уже никогда не вернётся домой. А что я? Ради чего пытаюсь выжить я? Сама не могу дать на это точного ответа. Выходит, раз у меня нет важной цели, значит, моя жизнь не так уж ценна? Джейсон прав, сегодня погибло много хороших людей. Наверняка им было ради чего жить. Ради своих семей, друзей, ради великих дел и свершений. У меня же нет ничего, кроме работы. Никто не ждёт моего возращения. Я так долго и планомерно отгораживалась от окружающих, что осталась совсем одна… Но если я сама этого хотела, то почему тогда одиночество мне в тягость? Особенно сейчас, когда предстала перед лицом смерти.       От риторических мыслей меня отвлёк знакомый звук. Это мерзкое пощёлкивание заставило вмиг похолодеть все тело, а сердце бешено забиться. Все ещё отказываясь верить своим ушам, я медленно повернулась и огляделась в поисках источника звука. Из каменного колодца, что находился в центре зала, медленно, как в фильмах ужасов, показалась тёмная когтистая лапа. Затем вторая, а следом красовалась и голова чудовища.       «Нет! Только не снова! Неужели от них нигде нет спасения?! — панически думала я, застыв словно статуя на одном месте. Казалось, живыми были только мои глаза, пристально следившими за каждым движением этой твари. — Я должна закричать. Должна предупредить их. Почему я не могу издать ни звука? Все тело будто окаменело и совсем не слушается».       Тварь тем временем залезла на край колодца и жадно втянула ноздрями воздух.       «Она сейчас учует мою кровь! Слишком близко. Она бросится на меня раньше, чем я успею закричать. Что же делать?! Это конец?»       На моё счастье (или беду) Джейсон обернулся. Заметив это чудовище тут же зарычало в его сторону. На что получило в ответ добрую порцию свинца. Зато я, наконец обретя способность двигаться, метнулась к двери. Пока Колчек отстреливался, мы с Салимом налегли, чтобы её открыть. Я знала, что моя помощь, всего лишь капля в море, но продолжала наседать на одну из створок деревянной двери. Вскоре она немного поддалась и открылся узкий проход.       — Живо, внутрь! — скомандовал Салим, но мне два раза повторять было не нужно, и я тут же послушно юркнула в просвет, но не успела пробежать и пару метров, как сзади раздался грохот и в помещение влетели Джейсон и Салим. А вслед за ними эта тварь, которая попросту снесла дверь, подобно тарану.       Дальше всё происходило так быстро, что я едва успевала следить. Чудовище, взмахнув перепончатыми крыльями, бросилось на Салима. Ему нечем было дать отпор, его оружие при падении отлетело в дальний угол, но благо Джейсон среагировал быстро и, достав нож, несколько раз пырнул тварь в бок. Она, конечно, рассвирепела и тут же переключила своё внимание на морпеха. Зато, это дало возможность Салиму подняться на ноги и подобрать своё самодельное копьё.       Мне было ужасно страшно, но я понимала, что тоже должна сделать хоть что-то. Взгляд тут же упал на винтовку Джейсона, которая валялась в метре от меня. Чудовище даже не смотрело в мою сторону, поэтому мне легко удалось метнуться и забрать оружие себе. Куда сложнее оказалось прицелиться и произвести выстрел, особенно по мечущейся цели, но медлить было нельзя.       Я нажала на курок и винтовка выстрелила, заставляя меня почувствовать мгновенную отдачу. Пуля полоснула тварь по спине, абсолютно её не ранив. Однако Салим, воспользовавшись тем, что чудовище отвлеклось на меня, смог зайти к нему с фланга и проткнуть грудь железной трубой. Крылатый монстр несколько раз мучительно дёрнулся, а потом затих. Салим с мерзким звуком извлек из него трубу и отошёл в сторону, давая Джейсону возможность спихнуть с себя мёртвую тушу.       На несколько мгновений воцарилась давящая тишина. Хоть мы и одолели монстра, но радости от победы никто не чувствовал. Все всё ещё были напряжены. Я продолжала крепко сжимать винтовку в руках, когда ко мне подошёл Джейсон.       — Ты, конечно, большая молодец, но лучше отдай её мне, — мягко попросил он, протягивая руку.       Стоило мне вернуть ему винтовку, как я снова ощутила сильную нехватку воздуха и дрожь по всему телу. Всё моё самообладание лопнуло подобно натянутой до предела нити. Эмоции от всех пережитых доселе событий, наконец-то дали о себе знать, обрушившись на меня, как воды прорванной плотины. Я тут же закрыла слезящиеся глаза и, приложив титанические усилия, сделала несколько глубоких вдохов, морально готовясь к очередному приступу панической атаки.       «Нужно просто дышать и считать. Это поможет мне сохранить хоть какое-то самообладание», — подумала я, но методика Кинга мне в этот раз не пригодилась. Заметив моё нестабильное состояние, Джейсон приблизился и крепко обнял меня. И, к собственному удивлению, это не вызвало во мне никакого возмущения или отторжения. Я не просто позволила кому-то себя обнимать, но и прижалась ближе, цепляясь за этого человека, словно за спасительную соломинку во время бушующего урагана. Джейсон говорил какие-то успокаивающие вещи, ласково гладил меня по волосам, и это действительно помогало. Я чувствовала, как тревожное чувство постепенно сходит на нет. Лишь только когда меня перестало трясти, а горло больше не сдавливали спазмы, я смущённо высвободилась из его объятий.       — Спасибо, — не смея поднять на него глаз, тихо пробормотала я. Следом, виновато заверила. — Впредь я постараюсь больше не допускать подобных приступов.       — Не говори глупостей и перестань уже наконец этого стыдиться. Ты живой человек, а не машина. Проявлять эмоции — это нормально.       — Но не тогда, когда они берут власть над твоим телом и делают тебя его заложником. Поэтому лучше держать всё под контролем.       — Хорошо, как знаешь. Но если что, я рядом, — я не видела, но знала, что в этот момент он ободряющее мне улыбался.       Всё ещё испытывая дикое чувство неловкости, я взглянула на Салима. К моему удивлению, он тоже смотрел на меня с пониманием.       «Выходит, я единственная из нас троих, кто парится на счёт моей «никчёмности» и «проблемности». Судя по всему, они не считают меня бесполезным балластом. Это хорошо. Но всё же мало не доставлять проблем, куда важнее принести хоть какую-то пользу. Салим и Джейсон — сильные и натренированные воины. В бою против тварей они смогут выстоять. Но не тогда, когда им приходится отвлекаться на моё спасение. Было бы неплохо и мне раздобыть какое-нибудь оружие, чтобы самой себя защищать. Как же жаль, что ультрафиолетовая лампа сломалась…»       — Думаю, что выражу общее мнение, если скажу, что нам пора отсюда убираться.       Мы согласились с Джейсоном и вновь двинулись в путь. Желания говорить больше ни у кого не возникало, шли молча, напряжённо прислушиваясь к каждому звуку. После нескольких минут блужданий в полутьме, мы наткнулись на решётчатую дверь, за которой виднелось помещение, сильно выбивавшееся из общего антуража.       — Думаю, это лазарет, — оглядевшись вокруг, заключил Салим.       — Вряд ли здесь сохранилось что-то ценное, — с сомнением протянул Джейсон, его взгляд быстро пробежался по запыленным столам. — Ну надо же…       Мне стало интересно, что же за вещь вызвала такой интерес солдата и я проследила за его взглядом.       «Мальчики — такие мальчики!» — с некоторым раздражением подумала я увидев, что Джейсона заинтересовала связка динамита, лежащая на одном из столов. Словно маленький ребёнок он бросился к ней и стал вертеть в руках.       Салим его радости явно не разделял, подойдя к морпеху он попытался отобрать у того взрывчатую находку.       Пока мужчины «играли в перетягивание каната» я решила не терять времени и поискать хоть какие-то лекарства. Рана на шее до сих пор неприятно ныла. Неплохо было её хотя бы перевязать.       Осмотревшись, я заметила невысокий шкаф, в таком обычно хранят медикаменты, а рядом с ним каталку, сплошь заляпанную кровью. Меня аж передернуло. Страшно подумать о том, что было с человеком, который на ней лежал.       Превозмогая отвращение и стараясь не смотреть в тот угол, я аккуратно раскрыла дверцы шкафчика в надежде хоть чем-то поживиться. Ответом на мои надежды стало облако пыли и пустые полки.       «Потому что я по жизни победитель!» — уныло констатировала я и, заметив, что мужчины до сих пор заняты спором, прошла к одному из столов.       Он чем-то напоминал мой рабочий и я даже немного приободрилась. Странно было в этом хаосе встретить что-то привычное. Под кучей пыли были разбросаны какие-то листы с записями и пара чёрно-белых фотографий. Подхватив одну такую я разглядела запечатлённую на ней крылатую фигуру статуи, что довольно часто встречалась на по пути сюда. Но гораздо интригующим оказалась надпись на обороте. Там чьим-то мелким быстрым подчерком было написано следующее: «Заметки о вскрытии. В желудке образца обнаружено значительное количество крови. Анализ крови показывает высокое содержание адреналина. Организм питается страхом? Вселяет ужас в свою жертву/чувствует дозу адреналина/нападает?»       Я отложила фотографию и задумалась над прочитанным.       «Кем был этот «образец»? Человеком или же… — случайная догадка холодом пробежалась по всему телу. — Выходит археологи так же как и мы столкнулись с этими тварями и пытались их изучить? Но тогда получается эти монстры были здесь задолго до нашего появления. Возможно даже задолго до археологической экспедиции. Сколько же им лет?!»       Я почувствовала озноб и вместе с этим волнение. Словно гончая на охоте, мне казалось, что я близка к чему-то важному. К тому, что может помочь найти ответы на мучавшие меня вопросы.       Не обращая внимания на дрожащие руки я стала обшаривать стол, стряхивая пыль с пожелтевших страниц.       «Если верить прочитанному, их привлекает не столько человеческая кровь, сколько содержавшийся в ней адреналин. Что ж, это многое объясняет… Например то, что не смотря на ранения Мервина, тварь на него не среагировала. Капрал был под действием морфия, а потому не испытывал страха. Значит, чтобы они потеряли к тебе интерес, нужно просто перестать бояться?» — мысли лихорадочно бегали, не желая собираться в кучу. Я жадно вчитывалась в каждую строчку найденных страниц.       «19:30 Температура и пульс опасно высокие. 38,3°C/170 ударов в минуту. Пациент без сознания, иногда просыпается и кричит. Потоотделение продолжается. Заметно движение под кожей живота в районе надпочечников.       20:10 Пациент теряет силы. Движение под кожей усиливается. Паразитический организм?       Время смерти 20:13»       «Что это? Кто-то из экспедиции подцепил паразитов и это привело к летальному исходу?» — отбросив листы, я опустилась на колени и стала шарить по ящикам стола, но, увы, ничего отдалённо похожего на медицинские отчёты больше не оказалось, лишь какие-то обрывки личных записей команды археологов.       — Да что чёрт возьми здесь творится?! — нервно захлопнув ящик, я поднялась на ноги и в отчаянии запустила пальцы в волосы. Это непонимание доводило меня до предела.       — Нашли что-то интересное? — тут же среагировал на мой вопрос Салим. Джейсон бросил в мою сторону заинтересованный взгляд. Проигнорировав мужчин, я продолжила обрабатывать полученную информацию. Сейчас мне было важнее разложить все имеющиеся знания по полочкам. Возможно только в таком случае неизвестных в этом уравнении станет меньше и у меня получится решить эту задачку.       «Итак, что мы имеем. Археологи оказались чем-то больны. Заражены каким-то паразитом. Но эта зараза постигла не только их. Когда мы вскрывали существо, внутри оно тоже выглядело совершенно больным. Значит ли это, что заболевание у них было одно и тоже? Но откуда оно взялось и как передаётся? Вода? Воздух? Возможно сначала заразился кто-то из людей, а отведав его крови заразилась и тварь. Звучит логично. Но это не отменяет того вопроса, откуда под землей взялись чудовища?!»       — Эй, Лив, хватит торчать в чертогах разума, если ты обнаружила какую-то информацию, поделись ею с нами, — окрик Джейсона долетел словно из-под толщи воды. Я продолжала тупо вглядываться в пространство, пока мой мозг переваривал полученную информацию.       «Этим существам нужна не кровь, а содержавшейся в ней адреналин. Именно им они питаются. Но в тоже время они могут обходиться без еды долгое время. Мы первые люди, кто обнаружил это место после археологов. Значит почти шестьдесят лет эти существа ничем не питались. Может быть они впадают в спячку, как медведи? Разумное предположение. Все эти годы они могли спать. Пока археологические раскопки и землетрясение не разбудило их. Что ж, по крайней мере, мы можем рассчитывать, что насытившись они снова уйдут на покой».       — Оливия, вы нас слышите? — Салим снова попытался достучаться до меня.       — Да, да, я просто думаю.       — Может быть начнёшь делать это вслух? — не выдержав моего игнора, Джейсон повесил автомат за спину и взял лежащий на столе медицинский отчёт. Бегло пробежавшись по нему глазами, протянул его Салиму. — Археологи подхватили неизвестную и, похоже, смертельную болезнь. Тебя это так встревожило?       — Мне кажется, что у археологов и у этих существ могло быть одно заболевание. Когда мы с Эриком делали вскрытие, внутри тварь выглядела очень больной. Словно что-то пожрало её органы изнутри. В отчёте сказано, что внутри пациента тоже что-то было.       — Да, тут сказано про паразита, — согласился с моими словами Салим, ещё раз пробежавшись глазами по тексту.       — Фига себе! — присвистнул Джейсон. — Это ж какого размера он должен быть паразит, чтобы съесть такую тушу? Это уже отдаёт фильмом «Нечто» или «Чужим». Кстати, любите научную фантастику?       — Меня больше волнует вопрос, откуда они взялись и как попадают к носителю. Впрочем, ответ на этот вопрос мы вряд ли получим. По крайней мере, записей раскрывающих эту тему больше нет. Но теперь мы хотя бы знаем о судьбе археологов. Никто из них не вернулся с той экспедиции. Часть людей умерла от неизвестной болезни, а вторая была перебита чудовищами. Никто бы никогда не узнал их историю, если бы сегодня не случилось землетрясения и мы не оказались здесь.       — Печальный конец, — после недолгого молчания, подытожил Салим. — Надеюсь, нас минует их участь. Нет ничего хуже смерти в забвении.       — К слову, если мы планируем идти дальше, нам стоит оставить о себе весточку, — с этими словами Джейсон присел на корточки и принялся рисовать на земле стрелку со своими инициалами.       — Ты думаешь, что кто-то из наших выжил? — наблюдая за его творчеством, спросила я.       — А ты думаешь нет?       — Не знаю, — я пожала плечами. — Когда я пришла в себя никого, кроме Салима, рядом не было. Но их трупы я тоже не видела. Значит…       — Значит, они живы и сейчас тоже ищут нас! А посему… — он воодушевлённо поднялся на ноги. — Нам нужно быть оптимистами.        — Только это нам, похоже, и остаётся, — я попыталась выдавить из себя подобие ободряющей улыбки, но энтузиазма во мне всё равно не прибавилось.       Оглядев в последний раз этот светлый уголок цивилизации, мы снова двинулись на встречу неизвестности, что таилась от нас в холодной темноте пещер.