Молчание – не золото

      Его глаза были закрыты, но он вновь приобрёл возможность мыслить. Удавалось ему с переменным успехом, но он пользовался тем, что имел. Он прислушался к своим ощущениям: голова болела, но в остальном всё было вполне неплохо. Он мог лишь понять, что находился в лежачем положении. И что в комнате он был не один.       – Да что с ним вообще происходит?! – девушка, которой принадлежал голос, была в бешенстве.       Звук доходил будто бы из-под толщи воды, издалека. Он обратился во слух, пытаясь сконцентрироваться на говорящей. Послышался шелест одежды, говоривший о движении.       – Н-но я ведь уже г-говорила Вам... – начала оправдываться некая женщина. Её тон был взрослее, но она говорила, чуть ли не плача.       – Прекрати мямлить!       – П-прошу Вас, не кричите, – её голос задрожал. – Он...       – Что – он? – требовательно спросила она.       – Учитывая его состояние, было бы лучше держать тишину, – девушка попыталась смягчить обстановку. – К тому же он может...       – Да пусть хоть сдохнет, мне плевать! – в сердцах воскликнула она, и послышался гулкий удар.       – Я не это имела... – Очередной удар, а следом за ним всхлипы.       Он не понимал, о чём они говорили и что вообще происходило. Он силился собрать их слова воедино, выстроить упорядоченную цепочку событий, которые вновь и вновь ускользали из размытого внимания. Странно было ощущать, как мозг, вроде бы разобравшийся в ситуации, не мог сделать с имевшейся информацией ровным счётом ничего.       Вдруг до его ушей донеслись тихие шаркающие шаги. Они остановились, казалось, совсем рядом с ним. На пару секунд воцарилось безмолвие, но вдруг девушка подала голос:       – Кто разрешал тебе распускать свои поганые руки? – прошипела она предостерегающим тоном.       – К-как скажете, Верона, – пролепетала девушка совсем рядом и сравнительно различимо, а после, кажется, снова восстановила дистанцию.       – Для тебя – Госпожа, – процедила она небрежно. – А теперь пошла вон.       – Так точно, Госпожа, – мигом послушалась женщина и ретировалась.       Девушка же осталась в комнате, но утихла и, если судить по звуку, прекратила движение. Парень даже слегка улыбнулся сквозь сон: он терпеть не мог крики, и тишина сейчас виделась панацеей. От чего, кстати?       Лишь сейчас он осознал, что не должен был слышать ничего. Его глаза широко распахнулись, а на кислородной маске расползлось облако пара. Аппаратура мигом запищала, предупреждая о подскочившем пульсе, и женщина пристально посмотрела на причину внезапного шума. Он завозился и, задевая провода с трубками, снял маску, при этом случайно вырвав катетер из предплечья. Его действия сопровождались рваным судорожным дыханием и тремором. И тут он заметил человека в углу комнаты, от которого исходила воистину устрашающая аура.       – Проснулся-таки, Лололошка, – заключила она с презрением.       Воин попытался вернуть то спокойствие, что сопровождало его на протяжении сна, но нахлынувшие мысли лишили его такой возможности. Он огляделся. Помещение было ему не знакомо. Воспоминания и страх моментально заполнили голову, и он уцепился взглядом за единственную более-менее узнаваемую фигуру.       – Верона... – прохрипел он и тут же закашлялся, опешив от собственного голоса.       – Ты бы так не дрыгался, – посоветовала девушка, обегая собеседника оценивающим взглядом. – А то помрёшь раньше срока.       Лололошка успешно пропустил её слова мимо ушей и снова осмотрел комнату. Сначала он и сам не понимал, что пытался найти, но приметив на столе у противоположной стены графин с водой, почувствовал сильнейшую жажду. Он мигом слетел с койки и тут же повалился на пол, не совладав с собственным телом. Пару секунд он обдумывал ситуацию и по-прежнему приходил в себя, но после наконец поднялся. На негнущихся ногах он прошествовал ко столу и чуть ли не опрокинул на себя тару с водой. В это время Верона неотрывно следила за его неуклюжими потугами, не говоря ни слова.       – Так, – промолвил он, отдышавшись и поставив уже пустой графин на место, – а теперь объясни, что я тут забыл.       – Тебе не кажется, что твоё положение не предполагает командование? – поинтересовалась она, брезгливо прищурившись.       – А тебе не кажется, что ты должна была свалить на тот свет вслед за Варнером? – парировал он.       Его слова возымели эффект: девушка подорвалась с места и резво оказалась рядом с ним, гневно хватая того за грудки больничной сорочки. Она была гораздо ниже него, но в прыти не уступала, тем более при его нынешнем состоянии. Только сейчас Лололошка заметил, что его привычная одежда лежала на том самом столе, а сам он был одет в нечто, на его взгляд, несуразное.       – Не смей произносить его имени! – прорычала она сквозь зубы.       – Имею право. В конце концов, я его убил, – с вызовом бросил он.       Отчего-то яростный огонь в ледяных глазах напротив потух, и их обладательница отпустила воина, ступив назад. Верона продолжала смотреть на него с искренней ненавистью, но теперь в её взгляде были заметны смятение и непонятная печаль. Она отвернулась и стиснула кулаки, будто подавляя вспышку агрессии.       – Это была ошибка, – произнесла она твёрдо.       – Думай, как тебе угодно, – он только пожал плечами. – Факт остаётся фактом: вы проиграли.       Волшебница вновь вернула ему свой взор, чуть наклонив голову. На её лице ныне не читалась растерянность. Лишь непонятная примесь насмешливого неверия и безумия.       – Тогда почему ты здесь?       Лололошка посмотрел на неё, как на умалишённую, но вдруг задумался над её словами. Почему он был здесь? Он не имел возможности обдумать ситуацию в том странном полудрёме, но сейчас-то ему никто не мешал. Начать стоило с того, что он стал новой властью Арнира, это было понятно. Он и его коллеги в последнее время занимались реформами в городе. Они должны были встретиться в главном замке, но этого не случилось. Внезапно воин вспомнил о неведомом дыме с ударом, и его глаза наполнились подобием осознания. Очевидно, преемники Варнера не дремали и продолжали строить им козни.       Но стоило ему вновь взглянуть на Верону, как он тут же засомневался в своих догадках. Та продолжала пялиться на него с нескрываемым превосходством. Что-то он явно упускал. Что она вообще делала в Арнире? Разве её не должны были изгнать после победы над бывшим правителем? Хотя бы закрыть в темнице? Темница...       – Где я? – спросил он с подозрением.       – Подземный город, – вдруг с лёгкостью ответила девушка.       Воин не мог понять, почему та вела себя так странно: то была готова убить его на месте, то без труда выдавала важные факты. Но так ли важны они были? Он не знал и думал наверняка, что эта информация не была значима. Ему стоило разобраться с другими вопросами. Например, как долго он находился в этом самом подземном городе? Насколько он помнил, у Совета была неделя до какого-то важного события. До какого, правда, из головы уже вылетело.       – Зачем ты здесь? – противореча собственному потоку мыслей, спросил Лололошка.       – Чтобы отомстить, – так же просто призналась Верона. – Ты ведь не думал, что избавиться от Варнера будет так просто? – в её голосе снова прозвучала насмешка.       Действительно, не думал. Он вообще многое упустил из виду. Впервые за время его осознанного пребывания в этом месте на главу накатило смятение. Причём не от осознания самого факта предположительного похищения, а от поражения собственной невнимательностью. Он неверяще посмотрел на преступницу, силясь понять, как мог забыть о её существовании. Почему он имел наглость спать спокойно, наплевав на самую главную угрозу, исключая радиацию? Почему он всех подвёл?       – Что ты со мной сделаешь? – вдруг спросил он, трезво оценив свои возможности.       – Вскоре я покину Арнир, а ты – за мной, – спокойно говорила девушка, словно её планы и вовсе не были противозаконными. – Эти ничтожества у власти мне не нужны, что бы там Он мне ни наставлял.       – У тебя ничего не выйдет, – в свои слова он, по правде говоря, уже не верил. - Меня найдут и...       – Хорошо, повторюсь, – перебила девушка, – тогда почему ты здесь?       Отвечать Лололошка не хотел и попросту не знал, что сказать. В итоге он отвёл взгляд, чтобы не показывать своей растерянности.       – Советую лечь обратно, – вдруг жёстко сказала Верона. – Учитывая твой диагноз, ты не должен был очнуться так скоро, – заключила она и вышла по ту сторону решётки, скрываясь в длинном тёмном коридоре.       – Мой что? – переспросил воин непонятливо и кинулся было к прутьям, чтобы посмотреть на уходившую, но увидел лишь пустое пространство, тускло освещённое светом периодически встречавшихся факелов.       Ответом ему стала тишина, и он вернулся вглубь камеры. Теперь ему следовало обдумать нынешнее положение дел и дальнейшие действия. Он осмотрел на камеру на предмет полезных вещей. Из его пожитков обнаружилась одна только одежда. Сумка же, что не удивительно, отсутствовала.       Внезапная идея пронзила его мысли, и он рванул к толстовке, чтобы её проверить карман. Спасение было найдено: бомба в силу небольших габаритов не была замечена и всё так же покоилась в предмете одежды. Не успел он обрадоваться, как вдруг вспомнил, что единственный огонь, который он смог бы добыть, находился в коридоре, куда ему было не суждено добраться в одиночку. Да и не знал он, насколько полезным будет подрыв динамита в таком узком пространстве в виде камеры. Не знал также о потенциальной охране подземного города. Так уж получилось, что огромной силы бомба оказалась бесполезной. Он также попытался связаться с коллегами через звуковой модуль, но мелкий наушник, похоже, выпал при ударе и остался валяться где-то в главном замке.       Лололошке оставалось лишь смиренно вздохнуть, сменить одежду и сесть обратно на койку с тяжкими думами в голове. Он не знал, как долго находился здесь. Он был уверен в том, что его ищут, ведь как-никак глава Совета пропал без предупреждения. Однако то ли поиски были неуспешны, то ли времени с его исчезновения прошло не так много, чтобы бить тревогу. Посему ситуация вырисовывалась объективно отвратительная: никакой связи, повреждённые воспоминания с ориентацией во времени и, в общем-то, патовая западня в неведомой темнице. Воин не умел вляпываться наполовину – только безнадёжно и глубоко.       От самобичевание его отвлекли чьи-то перешёптывания. Он пытался определить, откуда они шли, но взглядом натыкался лишь на недосягаемую тьму противоположных камер, силуэты в которых были едва заметны через решётку. Но переговоры затихли, и их источники играючи вышли из своих комнат. Они направились прямо к Лололошке, который внимательно следил за их действиями ошарашенными глазами. Незнакомцы подошли к месту заключения парня. Оба из них сливались с окружавшим их полумраком и создавалось ощущение, будто его мозг всё ещё не отошёл ото сна, подкидывая непрошенные галлюцинации.       Тут один человек занялся замком на его прутьях, а другой обратился к нему:       – Так Вас зовут Лололошка? – спросил взрослый женский голос с хрипотцой.       – Но как Вы... – недоумевал было он, но голос пояснил:       – Крики этой дуры, кажется, были слышны даже наверху. – Женщина немного помолчала, рассматривая его лицо так, будто могла что-то увидеть в этой темноте. – Кто Вы? – вдруг спросила она участливо.       – Почему Вам это интересно? – насторожился воин.       Люди напротив него не вселяли доверия. Оба открыли замки с лёгкой руки, а один говорил чересчур опасливо. Это было неудивительно, учитывая, в каком положении они все находились, но вверять информацию о себе в незнакомые руки ему не хотелось.       – Не поймите неправильно, мы не хотели вызвать у Вас подозрения, – ответил второй силуэт уже мужским голосом. Замок в его руках щёлкнул, а после свалился на пол. Он открыл решётчатую дверь и продолжил: – Мы ведь всё-таки в одной лодке.       – Полагаю, стоило сначала представиться, – нашлась женщина. – Мы – иссушающие волшебники. Таких, как мы, в Арнире немного, так что, думаю, Вам бы составило труда узнать нас, если бы тут было не так темно, – посетовала она.       – Постойте, – помотал он головой, – вы иссушающие волшебники?!       – А что-то не так? – Люди беспокойно переглянулись. – Вы не из этих мест?       – Да! То есть... Нет...?       Лица названных магов слегка блестели белым светом, выдавая их общие черты. Сомнений не оставалось: перед ним были самые настоящие иссушающие волшебники. С тёмно-серыми лицами, сияющими глазами и чёрным одеянием, они легко скрывались во тьме, так что было неудивительно то, как он не разглядел их вначале. С другой стороны, в Арнире Лололошка знал только троих существ вроде них. Одним был его друг, а вот двое других...       – Скажите, – осторожно начал он, – вы, случаем, не знакомы с Доктором Блэком?       Люди снова обменялись взглядами, но в этот раз скорее боязливо. После недолгого молчания женщина растерянно отстранилась от прутьев, а мужчина спросил:       – Вы знаете нашего сына? – его тон был наполнен больше неверием, нежели чем страхом.       Внезапно картина, долго время путавшаяся в голове, сложилась в единое целое, и воин поражённо уставился на волшебников. Теперь было понятно, почему его до сих пор не нашли: он так же, как и они, находились в некой недоступности.       – Да-да, мы друзья, – ответил он с придыханием, пытаясь упорядочить полученные факты. – Он искал вас, но...       – Это бесполезно, – грустно вздохнула женщина.       – Почему? – Ему осталось собрать последнюю крупинку мозаики.       – Мы и сами пытались выбраться отсюда. Даже однажды украли у неё ключи для этих замков и сделали копии из подручных материалов. Вот только выбраться дальше коридора у нас не получилось: на выход из подземного города наложено какое-то заклинание. А уж его в наших условиях никак не разбить, – закончила она с полным отчаянием в голосе.       – Так вот оно что... – наконец понял он.       Завершающий фрагмент встал на своё место. Многие вопросы нашли свои ответы. Почему, например, затянулись поиски, почему робот оказался бесполезен, почему, наконец, Верона хотела покинуть город как можно скорее. План по освобождению выстроился сам собой.       Он решительно поднялся с койки и отверзнул решётчатую дверь, заставив мужчину отойти. Он осмотрел коридор и взял факел из крепления на стене.       – Вы ведь знаете, где этот выход? – повернулся он к волшебникам с блеском в глазах.       Те снова посмотрели на него с подозрением, но беспрекословно направились в левую от его камеры сторону, а он последовал за ними. Казалось, они совсем не опасались охраны или Вероны, из чего выходило так, что их попросту не было на месте. Волшебники находились в этом месте слишком долго, чтобы не выучить здешние порядки.       Когда они преодолели длинный коридор, в конце которого уже не было освещения, то оказались перед массивными вратами с росписями, что переливались магической силой, как и те камни у драконьей пещеры. Лололошка установил мелкую взрывчатку на ручках-кольцах и подошёл в магам, стоявшим поодаль от него.       – Вероны ведь здесь нет? – поинтересовался он на всякий случай.       – Она как-то покидает подземный город в обход, мы уже проверяли, – ответил мужчина. – Но что Вы собираетесь сделать?       – Я уже снимал подобное заклинание, причём не раз. – Говорить о том, что это случалось всего лишь дважды, было необязательно.       – Но Вы так и не сказали, кто Вы, – растерялась женщина от его напора и рвения.       – Я – новый правитель Арнира, – просто сказал он, перехватывая факел поудобнее. – Прикройте уши.       Волшебники, потеряв дар речи от подобных откровений, мигом выполнили просьбу-приказ и сделали ещё один шаг назад. Про себя воин подумал, что даже профаны в детонации были более сведущи и осторожны, чем он в своё время. Размышлять о такой несправедливости жизни было воистину бесполезно, и он лишь отступил подальше, кинув факел к динамиту.       Чуть погодя прозвучал такой же взрыв, что в день освобождения драконов. Грохот, правда, отражался от узких стен и становился только громче, рассеиваясь протяжным эхо. Ударная волна не заставила себя долго ждать, и земля затряслась, вводя волшебников в ещё большую панику.       В этот раз от динамита не пострадало ничего, кроме заклинания и стен вокруг врат. Сами они остались целы и невредимы. Стоило дрожи в полу и шуму поутихнуть, как на него тут же налетели с вопросами:       – Что это было?! – спросил мужчина ошарашенно.       – Магический динамит, – ответил довольный, как слон, Лололошка.       Он не стал тратить времени на лишние разглагольствования и подошёл обратно к уцелевшим вратам. Он до сих пор чувствовал слабость и головокружение из-за пробуждения и недавнего взрыва, но, навалившись всем весом, смог отпереть громоздкую дверцу. Проход всё ещё был узким, но волшебник позади пришёл в себя и поспешил на помощь, толкая вторую половину от себя.       – Так Вы в самом деле новый правитель Арнира? – продолжала недоумевать волшебница, которая также подошла, чтобы подсобить.       – Не я один. Варнер повержен, Совет восстановлен, а в него вошли ещё несколько людей, помимо меня. – Он помолчал в попытках отдышаться от нагрузки. – Ваш сын, кстати, один из них, – продолжил он с улыбкой. – Он многое сделал для освобождения города.       Волшебники снова глянули на него круглыми глазами, но тот мигом прервал будущий поток новых вопросов:       – У вас будет время обсудить всё с ним наедине.       Они явно не выглядели удовлетворёнными, но сдержанно кивнули и шагнули за вратами следом за воином. Далее открывался вид на широкую каменную лестницу, ведущую наверх. На стенах, как и в коридоре, разместились крепления для факелов, но тех не было здесь, казалось, уже давным-давно. Этим помещением совсем перестали пользоваться, но оно было и немудрено.       На самом верху подъёма, куда они шагали, лился яркий алый свет. Его источник был неясен до того самого момента, как они взобрались по лестнице. Выяснилось, что их не ждали вторые врата: арка, разделявшая подземный город с внешним миром, была абсолютно пустой. Проход вниз напоминал скорее шахту, нежели чем спуск в подобное зловещее место.       Когда они наконец выбрались из темницы, то оказались на поляне в лесу близ Арнира. За горизонтом виднелось уходившее солнце, которое и расплескало яркую краску на земле. С их положения, несмотря на высокие деревья, даже можно было разглядеть шпили главного замка. Защитный купол окутывал и эту часть местности, из чего следовало, что за ним приглядывали и что сам он вышел на славу.       Сумка Лололошки пропала. Он не думал, что увидит свои вещи снова, и оттого в горле у него застыл ком сожаления. Тем не менее пропажа ценных ресурсов не волновала его так сильно, как желание узнать, что же всё-таки происходило в замке. Добраться туда без магической карты на данный момент не представлялось возможным, учитывая его самочувствие. Он также подумал, что будь она при нём, он не стал бы использовать её. Это означало бы, что ему бы пришлось бросить своих попутчиков, а этого он сделать никак не мог.       Но стоило воину поднять голову к небу, как он заметил в вышине какой-то летающий объект, спустя секунду рассматривания приобрётший очертания дракона, хорошо ему знакомого.       – Лефтарион! – закричал он во всё горло, не особо надеясь, что его услышат.       Либо дракон заметил его сам, либо до этого пристально прислушивался к звукам, но тут же спикировал на поляну. К счастью, та была достаточно широкой, чтобы расположить его на себе.       – Ты где пропадал?! – тут же кинулся он с претензиями. Ни "здравствуйте" вам, ни "до свидания". Впрочем, и его настрой можно было понять.       – Долгая история... – попытался отмазаться воин, но его перебили:       – А это кто? – кивнул Лефтарион на волшебников рядом с другом. – Что они с тобой сделали? – мигом подозрительно прищурился он, видимо, выстроив в голову собственную цепочку развития событий.       – Нет-нет, ты неправильно понял, – вздохнул Лололошка. Он не хотел терять времени, но и без объяснений было никак. – Это... – он помолчал, понимая, как будет выглядеть информация для дракона, – родители Доктора Блэка.       Лефтарион, к счастью, не напрягся сильнее, а лишь нахмурился, обрабатывая полученный факт. Некоторое время спустя он пришёл в себя, помотал головой и протянул:       – Хорошо, допустим. Как бы то ни было, нам срочно нужно во дворец, – видимо, ему было не до разъяснений.       – Что случилось? – глава также посерьёзнел пуще прежнего.       – Твоя пропажа на неделю случилась. Блэк с Гектором там себе места найти не могут. Ты должен открывать бал, – быстро проговорил он.       – Прошла неделя?! – выпал воин.       – С этим мы разберёмся позже, – усмирил его дракон. – Полететь сможешь?       – Тут такое дело...

***

      Маги стояли за кулисами актового зала, служившего для проведения разного рода празднований. Впереди, в огромной ауле, скопилось множество гостей-арнирцев, и все они ждали начала объявленного бала. Согласно всем традициям и протоколам, что они нашли в сокровищнице, открывать мероприятие Совет был обязан в полном составе. Как минимум в присутствии главы.       – Да где его черти носят?! – вопрошал Блэк в пустоту.       Гектор наблюдал за нервными перемещениями бывшего ученика. Тот безостановочно сновал вокруг, нагоняя всё больше паники, которой постепенно проникался и сам лозовый волшебник.       – Лефтарион ищет его, – он попытался успокоить друга. – Уверен, он успеет вернуться к началу...       – Только вот сомневаюсь, что у него будут хорошие вести! – перебил он наставника.       – Не говори так! – попросил Гектор, слегка повысив тон. – Мы должны верить в лучшее. – Он молчал какое-то время, тяжело вперившись в полотнище напротив. – Может, с ним что-то случилось... – пробормотал он в противовес своим словам.       – Случилось, как же! – воскликнул доктор. – Он просто сбежал! – бросил он гневно и поймал удивлённый взгляд коллеги. – Чем я только думал... Он ведь хотел избавиться от всего этого с самого начала! Поэтому и не появлялся тут с момента освобождения драконов. Даже в главный зал не пришёл!       – Блэк, тебе бы стоило заиметь подтверждение своим словам! – возмутился волшебник. – Он много работал как до нашего членства в Совете, так и после. Сомневаюсь, что подобные обвинения заслужены!       – Доказательства? Прости, уж не думал, что мне придётся записывать его собственные речи для будущих прений!       – О чём ты говоришь? – нахмурился Гектор.       – В день сорванного собрания он хотел подать отставку, – ответил он, заметив, как брови наставника взметнулись вверх. – У меня нет этому вещественного подтверждения, но в этот раз мне незачем лгать, – рассудил Блэк.       – Но почему он не сказал нам... – лозовый волшебник был потрясён. – Почему не сказал ты? – Он посмотрел на друга неверящим взглядом.       – Думал, всё обойдётся и он придёт в себя. – Доктор сокрушённо уселся за стол для гримирования и упал лицом на ладони. – Лучше бы вообще не думал...       Внезапно дверь в закулисье открылась, и внутрь чуть ли не влетел Лефтарион, а следом за ним и предмет недавнего обсуждения. Выглядел он более помято, чем когда-либо, его глаза беспорядочно обегали пространство, пока не остановились на двух волшебниках. Блэк поднял голову на шум и посмотрел на вошедшего в ответ.       – Явился – не запылился! – воскликнул он и поднялся с кресла, театрально разведя руки в стороны. – Ты рано!       – Что, прости? – не понял воин и прищурился.       – Ты был прав: мы способны справиться и без тебя. Можешь со спокойной душой оставить пост, ты ведь так хотел...       – Боже, избавь меня от этого словесного поноса! – устало прикрикнул Лололошка. – Я отмотал недельный срок в подземном городе не для того, чтобы выслушивать твои обвинения!       В комнате установилась неловка тишина, разбавляемая лишь злым дыханием главы. В осадок выпали все, включая дракона, который за время пути так и не смог выпытать из друга стоящей информации, лишь кратко пояснив важные моменты бала и его будущую речь на нём.       – Я знаю, что подвёл вас, но это было не по моей воле, – он слегка умерил свой пыл и скривился от вспышки головной боли. – Я бы не оставил Арнир просто так и думал, что уже дал тебе это понять! Впрочем, твоё право, – он лишь махнул рукой и отвёл глаза. – К слову, тебя в коридоре кое-кто ждёт. Но лучше тебе отойти уже после открытия. Насколько я понял, длится оно недолго.       После произнесения этой тирады он посмотрел на Гектора и спросил:       – Мы уже должны начинать?       – Да... – растерянно ответил лозовый волшебник, поглядывая на не менее огорошенного Блэка. – Ты ведь знаешь, что должен говорить?       – Лефтарион описал вкратце, – он пожал плечами. – Но я могу сымпровизировать в случае чего.       – Хорошо, верю, – кивнул Гектор и подхватил со стола подобие рации, видимо, для связи с организаторами. – Приём, Сокол, – проговорил он позывной, на который воин лишь глухо хихикнул, – мы начинаем.       Приём, Вас понял, – послышалось по ту сторону устройства.       Друзья поняли, что оставались считанные секунды до выхода. Все заняли свои места как раз вовремя: свет за кулисами потух спустя недолгое время, и полотнища разъехались в стороны, представляя Совет Арниру.       Зал выглядел великолепно: хрустальные люстры свисали с высоких позолоченных потолков, приятный глазу свет рассеивался ими и наполнял комнату живыми красками. Пестрил и сам народ. Кто платьями с костюмами, кто вычурными шляпами. Несмотря на первое представление, арнирцы оказались довольно претенциозными людьми, знавшими толк в эпатаже. Как в хорошем, так и в плохом смысле.       К представителям власти тут же устремились летающие светящиеся сферы, что были и на втором собрании. Лололошка ещё раз обдумал все наставления Лефтариона. Тот говорил ограничиться дежурными фразами типа "Мы почтены вашим присутствием" и "Надеемся, вы не подавитесь алкоголем". Было, конечно, утрировано, но общая суть его слов состояла именно в этом. Сейчас нечто подобное виделось абсолютно неправильным и сухим, не заслуживавшим их ушей. Сказать хотелось многое. И извиниться, и сознаться во лжи и, говоря просто, сделать то, чего делать было нельзя. Теперь он понимал, что в конечном итоге они расплавили лишь верхушку айсберга, и настоящие проблемы не закончатся никогда. Фразы сами по себе сложились в разумную речь, и он проговорил:       – Мы рады приветствовать всех вас на торжественном балу в честь освобождения Арнира от Варнера. – Выяснилось, что любое мероприятие с участием Совета являлось "торжественным". – Мы знаем, что эти времена дались вам нелегко, и их последствия до сих пор отравляют наши жизни. Наследие он, конечно, оставил завидное. – По залу пронеслась волна смешков. – Тем не менее спешу уверить вас в том, что мы работаем над улучшением ситуации не покладая рук. Мы уже преодолели многое, но впереди осталось множество нерешённых проблем. Мы пройдём через это бок-о-бок с вами и сделаем всё возможное для устранения оставшихся и будущих трудностей.       Глава обежал взглядом людей в помещении. Некоторые по-прежнему выглядели настроенными скептично, некоторые прониклись его речью и стояли, утирая скупые слёзы. Но по всем было видно: он попал в самую цель. Оставалась лишь заключительная часть.       – Надеемся, вы насладитесь этим празднованием. Да начнётся бал! – последняя, уже стандартная фраза была произнесена громогласно и внушительно.       Арнирцы захлопали после окончания его слов, и тут же зазвучало фортепиано, которое стояло ближе к углу комнаты с такой же увеличителем громкости неподалёку. Свою сферу Лололошка отозвал и повернулся к коллегам. Народ разбрёлся кто куда и более не обращал на них внимания.       – Блэк, – позвал он друга.       Доктор кивнул и вернулся за кулисы, дабы проверить, кто его всё-таки ждал. Оставшиеся члены Совета также направились вслед за ним, но уже в гримёрную. Присоединиться к мероприятию стоило, но они могли сделать это и позже.       – Кто там? – спросил Гектор.       – Родители. Мы встретились с ними в подземном городе.       – Но как вы... – фраза была оборвана и собеседник поправился, понимая, что нахождение родни Блэка там было логичным. – Как ты там оказался? И почему мы не могли вас найти?!       – Меня похитила Верона. – Он поймал ошарашенный взгляд волшебника и поспешил пояснить: – Да-да, та самая. Нам удалось сбежать. А найти нас вы не могли из-за заклинания, которое мне удалось разбить.       – Но... – очевидно, его не устраивали такие скудные объяснения, но Лололошка перебил:       – Клянусь, расскажу обо всём, но не сейчас, – умоляюще пробубнил он. – И без того тошно.       – Хорошо... – остыл Гектор, но всё-таки поинтересовался: – А Верона, она...?       – На свободе, – признал воин. – Не до неё тогда было. Надо бы поработать над охранной системой... Помнишь, вы обмолвились об этом на собрании?       – Да-да, точно...

***

      Время за обсуждениями дальнейших планов пролетело незаметно. Они думали, как будут искать Верону, упразднять проблемы, связанные с ней в будущем, улучшать охранное заклинание и многое другое. За размеренным диалогом без подколов Блэка боль в голове перестала доставлять дискомфорт и ушла на второй план, но даже при таком раскладе Лололошка не смог провести среди народа слишком много времени и попросту сбежал на улицу.       Возможно, в чём-то доктор был прав. Воин всегда опасался размеренной жизни и шарахался от неё, как чёрт от ладана. Потому сначала и дал попятную, но сейчас... сейчас-то всё изменилось. Он не понимал, что именно прельщало его в нынешней деятельности. Надеялся, мол, опасности, похищения, тут точно не соскучишься. Но стоило ему увидеть лица арнирцев, наполненных по большей части искренней верой, надеждой и болью, он начал сомневаться и в этом. Лололошка не давал себе отчёта о собственных мыслях, действиях, и это пугало до холода под кожей.       Быть может, холод был и не от ужаса вовсе, а от ветра. Была уже как минимум полночь, и город остался безмолвен. Вся жизнь кипела в одном-единственном здании, откуда он и удалился.       – Вот ты где, – неожиданно прозвучало за спиной, от чего Лололошка вздрогнул. – Еле как нашёл.       Воин обернулся и заметил Блэка. Вид у него, казалось, был убийственный, и доктор поднял ладони кверху, как бы показывая свою безоружность:       – Это всего лишь я.       Лололошка тихо хмыкнул и отвернулся, вернувшись к рассматриванию увлекательного ничего.       – Как прошла встреча? – спросил он.       – Неплохо, – ответил Блэк. – Я отправил их в лазарет. – Собеседник возвратил ему свой взор и выгнул бровь. – Долгое пребывание в подземном городе никому не пойдёт на пользу. – Он немного помолчал. – Тебе бы тоже стоило. Они упомянули, что ты лежал без сознания неделю с приборами жизнеобеспечения и медиком под боком.       – Помнится мне, совсем недавно ты был обо мне другого мнения, – обида проскользнула в голосе, как он ни пытался её скрыть. – Я так и не понял, что со мной было.       – Родители ставят на кому второй степени, но это лишь догадки. – Доктор вздохнул, собираясь с мыслями. – И прости за это всё. Я был сам не свой в последнее время.       – М-да, не поспоришь, – протянул Лололошка с лёгкой улыбкой. – Ты просто заложник ситуации, Блэк, и всегда им будешь.       – Звучит оскорбительно, – приметил он беззлобно, принимая слова как факт.       – Это я к тому, что жизнь привыкла выкидывать такие вот подлянки. В общем, я прощаю тебе снова, – уже по-настоящему улыбнулся парень.       – Мир тебя не заслуживает, – сказал волшебник со всей серьёзностью в голосе.       – Насчёт мира не уверен, но Арнир уж точно достоин этого. Страшно представить, как им жилось всё это время: то чума, то Варнер. Впрочем, разница между ними не так велика.       Блэк улыбнулся в ответ и проследил за взглядом друга. Найти что-либо в пустоте у него не получалось, и он быстро бросил эту затею.       – Так ты не собираешься покидать нас? – спросил доктор осторожно чуть погодя.       – Эх, куда я от вас денусь. – Он наконец оторвался от предмета, в который так старательно вглядывался ранее.       Над Арниром возвышалась полная луна, покрытая редкими облаками.