and i love her

Выручай-комната превзошла все ожидания Мародеров, превратившись в самый настоящий музыкальный клуб с небольшой сценой, на которой разместились все необходимые инструменты, начиная от гитары и заканчивая пианино. Джеймс присвистнул, Питер от удивления даже потрогал барабанные палочки, словно не веря, что все происходило на самом деле, а не оказалось какой-либо иллюзией или сном. — Сработало безотказно, — сказал Ремус, нисколечко не сомневавшийся, что их очередная спонтанная идея без проблем воплотится в жизнь. Ведь ни для кого не было секретом, что Выручай-комната всегда принимала угодный для посетителей облик. — Ага, от такого пианино и моя maman пришла бы в экстаз, — пошутил Сириус, присев на полу по-турецки. — Теперь у нас есть место для репетиций, парни. — Ага, осталось лишь самое мало — убедить профессора МакГонагалл, что мы действительно собираемся организовать в Большом Зале концерт для всех факультетов, — подытожил Джеймс, который, собственно, и являлся инициатором задумки. Изначально Мародеры хотели устроить мероприятие именно в Выручай-комнате, но Джеймс, как всегда, поставил перед собой цель произвести впечатление на Лили и потому стал опасаться, что девушка не появится здесь, решив, что эта очередная дурацкая вечеринка или ещё хлеще — традиционный гриффиндорский розыгрыш. Справедливости ради стоило отметить, что опасения девушки были бы не беспочвенными, учитывая все прошлые проделки самой шумной компании во всем Хогвартсе. Впрочем, замахнуться выше головы весьма увлекательно и вполне в духе Мародеров. Ведь они никогда не искали лёгких путей. Уговорить парней оказалось проще простого. Ремус согласился, войдя в положение Поттера, который всеми силами пытался понравится Лили. Сириус немного поворчал, сказав, что концерт для всех факультетов — слишком муторно, но потом в нем тоже проснулся виртуоз, и он изложил ответное предложение — собрать с участников небольшое денежное вознаграждение. Джеймсу было, честно говоря, все равно на так называемые взносы, Ремус упрекнул Бродягу за излишнюю меркантильность, но после уверений того, что полученные средства пойдут на запланированную после концерта вечеринку, не стал возражать. Питер в большей степени опасался отнюдь не из-за того, что друзья снова втянули его в сомнительную авантюру, а от волнения или проще говоря, страха сцены. Не хотелось ударить грязью в лицо, особенно, когда в жизни появились просветы, и слизеринка, игнорировавшая Петтигрю, стала принимать его знаки внимания. — Хвост, кончай ныть, — цокнул языком Сириус, — Наоборот, после концерта твоя подружка будет считать тебя крутым. — Тебе и слова нельзя сказать, — обиженно буркнул Питер, но Сириус лишь отмахнулся рукой. Блэк терпеть не мог, когда постоянно жаловались и не скупился порою на обидные фразочки даже в компании друзей. — Пит, не волнуйся, ты же учился в детстве играть на барабанах, — сказал Ремус, стараясь подподрить приятеля, — Все будет в порядке. Джеймс же во время обсуждения друзей, прокручивал в голове план действий и пришел к выводу, что не нужно сильно напрягаться. Чем проще, тем меньше вероятность провала. В общем-то и сейчас, когда они провели первую репетицию в Выручай-комнате, он не придумал ничего лучше, как взять и поговорить с Лили с глазу на глаз, а заодно и пригласить девушку на концерт. — Может, пойти с тобой? — сочувственно протянул Сириус, — А то ещё налажаешь, и все пойдет насмарку. — Ты, что считаешь меня идиотом, Бродяга? — Джеймс закатил глаза. — Без обид, брат, но когда ты рядом с Лили... — нарочито сделал паузу Сириус, — Ты — полный Олень. Джеймс лишь отмахнулся, зашагав быстрее. Лили его, непременно, выслушает. Лишь бы только согласилась... Возможно, работая вместе над организацией концерта, у них смогут наладиться отношения. Хотя... Зная характер Эванс от нее можно было всего ожидать, не исключено, что она решит включить режим старосты, который чаще всего распространялся исключительно на Джеймса. Лили поправила подол клетчатого платья, поудобнее расположившись в кресле у камина. В гостиной Гриффиндора в вечер воскресенья царила умиротворенная и чересчур тихая обстановка. Малыши терпеливо корпели над домашними заданиями, кто-то играл в шахматы или, как Эванс, читал книги, расположившись у камина. Девушка перевернула очередную страницу «Собора Парижской Богоматери», едва сдерживая зевок. Книга ей нравилась, но когда автор начинал описывать особенности архитектуры или делал другого рода отступления от основного сюжета, читать становилось труднее и немного скучновато. Хорошо, что она всё-таки покинула спальню девочек, иначе точно не осилила бы чтение некоторых глав. В их обители блёсток и фенечек, разгорелся настоящий спор. Мэри, увлекавшаяся психологией, стала говорить на эту тему, а Марлин, которая не шибко жаловала подобного рода науки, со скептицизмом слушала подругу, и под конец они — к огромному удивлению Лили — стали спорить. Поэтому Эванс незамечено скрылась из поля зрения подруг. Жалко только, что ей никто не мог составить компанию: Алиса пропадала на заседании в своем клубе, где они с Бенджи готовили выпуск новой учебной газеты, а Доркас собралась на свидание с Ремусом. Лили, вложив в книгу закладку, закрыла ее и потянулась, до чего же приятно было сидеть возле камина и чувствовать теплоту, исходящую от огня. В нос внезапно ударил аромат приятного какао, и уже через мгновение она увидела протянутую кружку, а после и инициатора сюрприза. Джеймс Поттер бойко улыбнулся ей. — Спасибо? — не зная, что ответить, промолвила Лили. Настроения для ссор у нее совсем не было, поэтому оставалось надеяться, что Поттер либо поведет себя более адекватно, либо отвалит, причем Лили больше ставила на первый вариант. Ведь в последнее время она заметила, что парень стал вести себя намного серьёзнее и реже вызывал у нее приступы гнева. Но признаваться в этом вслух девушка, разумеется, не собиралась. Иначе велика вероятность, что Поттер опять превратиться в воображалу. — Мне нужна твоя помощь, Лили, — Джеймс сунул руки в карманы брюк, а после плюхнулся в кресло напротив. — Понимаешь, мы с парнями хотим устроить... — заметив, что девушка напряглась, он кашлянул, подобрав более удачное слово, — То есть организовать концерт. Лили на мгновение смешалась. Да, учась с Мародерами не первый год, она должна была привыкнуть к их чрезмерной тяге влипать в неприятности и распространять наказание на весь факультет, попутно привлекая к себе внимание. Но концерт... Не сильно ли они замахнулись? Правда ей было немного любопытно: музыку Лили любила. — Тебе не кажется, что гостиная вряд ли подойдёт для этого, — деловито подчеркнула Лили, допивая какао. — Мы бы хотели организовать концерт в Большом Зале, — уверенно продолжил расписывать в красках свою идею Поттер, — Ну, для всех факультетов. Дух единства и все такое. Лили удивилась ещё больше. Нет, Поттеру и его друзьям не была чужда организаторская деятельность, правда чаще всего они устраивали вечеринки исключительно для Гриффиндора. И, стоило признать, у них получалось все на уровне, и они не обращались к ней за помощью. Так что случилось на этот раз? — Я не совсем понимаю, что вы хотите от меня? — прямо спросила Лили. — Не можешь помочь убедить профессора МакГонагалл, ну, что у нас официальная студенческая группа? — вопросом на вопрос ответил Джеймс. — Допустим, но почему вы сами не поговорите? — всё ещё продолжала расспрашивать Лили. — Вы с ней каждый день общаетесь. — В том-то и дело. После последней нашей проделки она вряд ли поверит, что это будет обычный концерт, — Джеймс вздохнул, запуская пятерню в волосы и взлохмачивая их ещё больше. Да, превратить все школьные статуи и в частности ту, что находилась возле кабинета Дамблдора в Венеру Милосскую было поистине «гениальной идеей». Лили прекрасно помнила, какой рассерженной в гостиную Гриффиндора явилась профессор МакГонагалл, разыскивая неразлучную четверку. Ко всему прочему, Мародёры после наказания продолжили готовить разные сюрпризы, и убедить декана в том, что все пройдет гладко, нужно было крайне деликатно. — А откуда мне знать, что вы и впрямь не отчебучите ничего эдакого? — Лили приподняла бровь вверх. — Лили, пожалуйста! — Джеймс резко встал и подошёл к ней. — Ну, хочешь я даже буду считать твоего Элвиса классным певцом! Помоги, чего тебе стоит? Лили терзали сомнения. С одной стороны, часть ее ждала подвоха. Но Джеймс выглядел как-то слишком мило, напоминая то ли растрепанного и взволнованного воробья, то ли диснеевского Бэмби своими большими карими глазами. — Ладно, я попробую, но ничего не обещаю! — строго сказала Лили. В конце концов, идея правда классная! С учётом, что над магической Британией сгущались тучи, необходимо что-нибудь бодрое и способствующее поднятию всеобщего духа. Ведь ничто не объединяет сердца людей так, как музыка! — Лили... — Джеймс снова обратился к ней. — Ты же придёшь на концерт, если все получится? Эванс прикусила губу. Он звал ее не на свидание, а всего лишь поприсутствовать на концерте, повеселиться вместе со всеми. Но зная Поттера, от него можно было ожидать самого непредсказуемого. Вдруг он расценит все как благосклонность с ее стороны. — Я подумаю... Джеймс, — не дав точного ответа, сказала девушка. Она встала с дивана, подхватила книгу, что лежала на столике и отправилась в спальню девочек шестого курса. Джеймс ещё недолго посидел у камина, приятно удивленный, что разговор с Лили прошел весьма гладко, а после возвращения остальных Мародеров, поделился с ними небольшими успехами. Как и обещала, Лили поговорила с деканом львиного факультета в понедельник, не желая откладывать и сразу сообщить однокурсникам новости. Конечно, в начале профессор МакГонагалл, как и Лили, со скептицизмом отнеслась к планам вечно шумной четвёрки, но все-таки пошла на компромисс. — Мистер Люпин тоже просил меня об этом, — сказала Минерва МакГонагалл, попутно собирая эссе первокурсников, — И раз, вы, мисс Эванс, тоже ручаетесь, что мероприятие пройдет без эксцессов, то пусть Поттер и его друзья займутся организацией. Но если они снова нарушат дисциплину, то пусть пеняют на себя! — строго закончила профессор. Лили кивнула, поблагодарив за уделённое ей время. Впрочем, она не сомневалась, что декан всё-таки пойдет на уступку и вынесет справедливое решение. Когда она направлялась в Большой Зал, то как раз встретилась с Поттером и Блэком, стоящими у входа. Судя по всему, они ждали Люпина и Петтигрю. — Ваше сиятельство, староста, — Сириус сделал галантный поклон. — Эванс, привет, — поздоровался Джеймс и улыбнулся. — Привет! Я к вам с хорошими новостями, — бодро произнесла Лили. — Профессор дала добро на организацию концерта... — Эванс, ты чудо! — Сириус усмехнулся, отвесив еще один поклон. — Но с условием, что вы будете вести себя, как примерные ученики! — закончила фразу Лили. — И это ты называешь хорошими новостями? — Сириус резко переключился с восхищенной речи на несколько разочарованную. — Это подстава. Всего это время Джеймс хранил молчание и улыбался во все тридцать два. Вдруг он подхватил ее на руки и закружил, словно пушинку: — Спасибо за помощь, Эванс! Лили стушевались, инстинктивно обняв его за плечи. Некий комфорт окутал ее, непривычно было смотреть на Поттера сверху, замечая трогательную ямочку на щеке. У входа в Большой Зал уже началась толкучка, некоторые с интересом наблюдали за парочкой, близнецы Пруэтты не сдержались и присвистнули. — Джеймс, опусти меня. Пожалуйста, — взяв себя в руки, прошептала Лили и почувствовала, что краснеет. Поттер, к счастью, повиновался. Довольный, он сейчас светился, как только что начищенный кубок по квиддичу, и Лили, глядя на него, дернула уголком губ вверх, но увидев в толпе подружек, быстро махнула рукой и побежала к ним. Джеймс почувствовал сладковатый аромат, то ли ванили, то ли карамели и усмехнулся. Но окончательно терять голову было рано: впереди Мародеров ждал месяц упорных репетиций. Джеймсу тяжеловато удавалось совмещать посещение с парнями Выручай-комнаты и тренировки по квиддичу, но желание впечатлить Лили по-прежнему служило хорошей мотивацией. Очень много времени ушло и на составление программы. Раз концерт устраивали для всех факультетов, то пришлось собирать опросники среди студентов. В частности с этим помогла Марлин, которая тоже увлекалась магловскими музыкальными группами. — Но ABBA непременно должна попасть в список! — заявила блондинка, и Сириус усмехнулся, вызвавшись помогать ей. Джеймс в общем-то был не против. Они собрали сборную солянку композиций, включая The Beatles, Queen, Bowie, AC/DC, ABBA, Ведуний, Вкус твоей крови, Goblins talk и даже Селестину Уорлок с ее романсами. Конечно, не все просьбы получилось удовлетворить, но Мародёры всё-таки верили, что большинство останется в восторге. Не обошлось, разумеется, без неприятностей. Питер, попавший под дождь со своей подружкой во время свидания, свалился с тяжёлой простудой в Больничном Крыле буквально за три дня до выступления. Джеймс не паниковал, пытаясь придумать, как исправить ситуацию, Сириус говорил, что надо забить на барабаны, он может играть на пианино вместо гитары и тогда неожиданное решение предложил Ремус: — Может, позовём Фрэнка? Возможно, он сможет научиться играть на барабанах за три дня... Фрэнк Лонгботтом из-за неожиданной просьбы Мародеров, свалившихся как снег на голову, немного впал в ступор. К счастью, свидетельницей их разговора стала Алиса Вуд, к которой парень питал сильную симпатию, и он, видимо, по той же причине, что и Поттер, согласился, в надежде произвести впечатление на девушку. Репетиции проходили теперь по несколько раз за день, а пятница со всеми занятиями и вовсе была пропущена. Благо, профессор МакГонагалл не обратила на это внимание. В час икс — а по-другому день выступления никак не получалось назвать — в их музыкальном коллективе царила атмосфера предвкушения и некой нервотрёпки. Все же выступать на глазах у всей школы было крайне волнительно. Фрэнк мерил комнату шагами, Ремус уплетал шоколад, Джеймс бубнил мотивчик The Beatles себе под нос. Один Сириус, казалось, оставался спокойным, как водяной черт, выкуривая последнюю сигарету перед выходом. — Ну, что... Погнали! — заорал Джеймс, присвистнул, — Мы лучшие! В начале Джеймс испытал небольшое разочарование. Ведь никак не мог разглядеть в устремленных на них лицах зеленоглазую девушку с копной огненных кудрей. Но, как только пальцы пробежались по струнам, он сосредоточился на игре. Они начали с песни The Beatles «Yellow Submarin», предварительно сказав пару слов про Хвоста, который из-за болезни не смог присутствовать вместе с ними. После так называемого разогрева в Большом Зале поднялся настоящий всплеск адреналина. Многие студенты подпевали, покачивались в такт музыке. Даже заглядывающие в Большой Зал профессора, что поочередно дежурили у входа, следя за тем, чтобы никто из старшекурсников не притащил алкоголь, добродушно улыбались, глядя на царившее веселье и вспоминая дни своей молодости. Репертуар песен быстро менялся, магловский хиты чередовались с магическими. Джеймс завершал петь одну из песен Селестины Уорлок, когда наконец-то увидел ее. Лили Эванс напоминала настоящую лесную нимфу. Рыжие волосы были собраны в высокий хвост, зелёное платье-туника отлично смотрелась с джинсами. Девушка улыбалась, отлично чувствуя музыкальный ритм. Джеймс даже позабыл о последних аккордах, но Сириус, Ремус и Фрэнк сумели компенсировать его оплошность игрой на своих инструментах. Концерт близился к завершению, и перед тем, как начать новую песню, Джеймс обратился к залу: — Сейчас прозвучит песня для одного особенного человека. Он не стал называть имя Лили, ведь она должна была понять, что речь пойдет именно о ней. Да и не только она: весь Хогвартс знал, что Поттер уже не первый год сохнет по Эванс. Но для Джеймса никто в целом мире не был важен, лишь одна очаровательная обладательница пламенных волос. От его глаз не скрылось, что Эванс в этот момент немного напряглась. Но отступать было поздно. Была не была! Пальцы снова забегали по струнам.

Lord Almighty, I feel my temperature rising Higher higher It's burning through to my soul Girl, girl, girl You gonna set me on fire My brain is flaming I don't know which way to go

Когда Джеймс запел песню Элвиса, Лили в очередной раз встрепенулась. На место напряжению, вызванному публичному заявлению парня и некоторыми особо любопытными студентами, сразу же покосившимся на нее, пришла какая-то неописуемая радость. Он пел для нее! И не просто какой-нибудь хит, подобный ранее прозвучавшим, а песню ее любимого исполнителя. Невзирая на то, что сам Поттер Элвиса не шибко то жаловал.

Your kisses lift me higher Like the sweet song of a choir You light my morning sky With burning love

Ooh, ooh, ooh, I feel my temperature rising Help me, I'm flaming I must be a hundred and nine Burning, burning, burning And nothing can cool me I just might turn into smoke But I feel fine

Джеймс брал выше, не совсем попадая в манеру исполнения Пресли, но стараясь передать свои чувства. К большому удивлению, песня оказалась идеальной! Ведь из-за Лили у него тоже постоянно поднималась температура, и он был готов сгореть, ощутив долгожданное блаженство. Особенно сейчас, когда увидел, как по ее красивому лицу распространилась благодарная и немного восхищенная улыбка. Джеймс все еще не мог поверить в происходящее, а концерт тем временем завершился, и следом началась вечеринка. Он направился к столу с напитками, налив себе сливочного пива. В горле после долгого пения запершило, очень хотелось пить, да и вообще некая усталость накатывала на Поттера, но он стойко держался. — Отличный концерт, Поттер, — раздалось за спиной, и Джеймс был готов поклясться, что вблизи Лили выглядела ещё лучше! Какая же она чертовски красивая! Определенно, самая настоящая лесная нимфа, и никто не заставит его усомниться в обратном. Но Мерлин подери, больше всего его радовало, когда она не стремилась послать его куда подальше, а стояла и всем своим видом источала согревающее тепло. — Спасибо, Эванс, — Джеймс деловито поправил очки, — Это ты меня вдохновила. Лили лишь улыбнулась шире, не став, как обычно, просить его перестать нести чепуху. Даже позволила поухаживать за собой и налить ей сливочного пива. Лед начинал потихоньку таять. Джеймс чувствовал это, еле сдерживая желание притянуть Лили ближе к себе и увлечь в танце. Но сейчас, когда она находилась рядом, не сбегала и не обязывалась, он уже был счастлив слышать ее смех. А большего и не надо. Он научился ждать и когда-нибудь наступит самое подходящее время для настоящего свидания. А пока вечеринка в самом разгаре, и у них есть шанс ещё понаслаждаться компанией друг друга, ведь Лили отнюдь не разочаровалась, впервые предпочтя общество несносного Джеймса Поттера своим подружкам.