and i love her

Лили распахнула окно на втором этаже в их с Джеймсом комнате. Игривый ветер моментально распространил необходимую помещению прохладу, заставил оранжевые занавески колыхаться туда-сюда, попутно испортив уложенную прическу девушки. Лили пришлось снова вернуться к зеркалу, расчесать волосы, и на этот раз она собрала непослушные рыжие пряди в пучок. Джеймс должен был вернуться с минуты на минуту, и она спустилась по ступенькам на первый этаж, собираясь выйти в сад, чтобы накрыть для них ужин в беседке. Как обычно, из гостиной послышалось то ли сопение, то ли храп, служившее прямым доказательством того, что Сириус опять полночи колобродил по их участку или гулял по улицам Годриковой Впадины. Разумеется, Лили успела привыкнуть, что Мародеры периодически заглядывали к ним в гости. Но Сириус умудрился побить все рекорды! Он всегда любил заявляться спонтанно, особенно, когда жаловался на одиночество и скуку, излишне драматизируя. С тех пор как Марлин отправили на особо секретное задание в команде с братьями Пруэттами, прошло около двух недель, и все это время Сириус проводил в коттедже Поттеров. Ну, не учитывая, конечно, нескольких дней в Лондоне и дорогу до деревушки. Блэк бесился из-за того, что ему не поручали задания в Ордене Феникса, и скучал по Марлин. Хоть всем своим видом упорно пытался доказать, что обижается на блондинку за то, что она «урвала лакомый кусочек и не поделилась с ним». Джеймс был рад обществу Сириуса, который был для него, как родной брат. С учётом, что Блэк уже жил в доме Поттеров после побега из семейного гнезда, он порою подсказывал Лили, где искать разные вещицы. Собственно, его общество совсем не удручало Лили. Разве что в те моменты, когда он первее всех занимал душ, совершал набеги на холодильник и один раз забавы ради специально застал Джеймса с Лили страстно обжимающимися в одной из комнат на втором этаже и наигранно пристыдил, но в отместку они закидали его подушками. Больше всего Лили смеялась, когда Бродяга перевоплощался в свою анимагическую форму и, как верный домашний пес, лежал на коврике на пороге, а несколько раз инстинкт сыграл с ним злую шутку, и он сбегал за брошенным мячиком. Джеймс даже шутливо предлагал ему навсегда остаться собакой. Правда велика была вероятность, что Марлин не поняла бы такого странного решения. — Куда это ты собралась, принцесса? — сонно произнес Сириус, успевший не только проснуться, но и догнать ее, идущую по направлению к беседке. — Ты на часы смотрел? — Лили ласково усмехнулась. — Время ужина, Сириус. — Делов-то, подумаешь, — он снова зевнул, прикрывая рот ладонью, — всего лишь для кого-то ужин, а для меня — поздний завтрак. Лили покачала головой. Чего нельзя отнять у Сириуса — так это способности все выставлять в выгодном свете. Неудивительно, что у него частенько случались разборки с Аластором Грюмом, который предпочитал некую системность, в отличие от Блэка, действовавшего, скорее, доверившись импровиции, что спасала от скучных установок. Однако новоиспечённая миссис Поттер не собиралась играть по правилам Блэка и сунула ему в руки тарелки вместе с другими столовыми приборами. — Рассортируй пока все, — командно сказала Лили, — Ты же у нас с утонченным вкусом личность. — И не говори, Мерлинова мать, аристократизм в каждом движении, — Сириус засмеялся, вскинув голову вверх и взмахнув палочкой. К тому времени, как все приготовления к ужину были завершены, возвратился Джеймс. Поттер бодрячком шел по дорожке, насвистывая какой-то весёленький мотивчик. В левой руке он нес корзинку, а правой — обнял Лили, вышедшей к нему на встречу. Она просияла, когда он накрыл ее губы своими. — Скучала? — Поттер дёрнул уголком губ вверх, и Лили озадаченно хмыкнула. — Конечно, — Джеймс не зря ожидал подвоха, потому что следом услышал, — Нет. — Ну, ты и вредина, Эванс, — если бы не наличие корзинки, то он точно повалил бы девушку на траву и защекотал, пока она не начала умолять его перестать. Сириус, наблюдавший за идиллией молодой пары, щелкнул сигаретой и закурил. Пусть Лили и смирилась с его вредной привычкой, в какой-то степени даже тактично не влезала со своими просьбами не губить здоровье, парень все равно избегал дымить в доме. А сейчас, пока двое голубков или в данном случае, оленят, миловались, появился подходящий момент. Сириус затянулся, почувствовал себя окончательно проснувшимся. — Опять продрых весь день, Бродяга? — Джеймс протянул ему ладонь. — Обижаешь, — Сириус усмехнулся, ответив крепким рукопожатием, — Я проверял на прочность ваш диван. Они оба прыснули, а Лили глядела на них, как на идиотов, но не стала комментировать ситуацию. К шуткам парням она давно уже привыкла. Как, впрочем, и к тому, что после ужина Джеймс захотел поиграть в квиддич и потянул за собой Сириуса, который не горел особым желанием заниматься спортом после сытной еды. — Никаких возражений! — довольно заявил Поттер. — Тебе пора размяться, а то приехал на курорт! — А я думала, что желание гостя — закон, Сохатый, — Сириус приготовился отбивать летящий бладжер. Лили устроилась на крыльце, наблюдая за игрой парней. Также она рассматривала содержимое корзины, которую Джеймсу вручила их соседка, странная, но очень милая старушка, Батильла Бэгшот. Она передала пирог и, похоже, малиновое варенье. Сердце Лили вновь наполнилось жалостью по отношению к одинокой пожилой женщине. Она всю себя посвятила изучению истории магии, но заботиться ей было не о ком, и никто не мог скрасить ее тоскливые однообразные вечера. Наверное, очень тяжело находится все время наедине со своими мыслями. «Надо будет обязательно пригласить ее на чай», — решила Лили, думая, что Джеймс вряд ли будет против. Переехав в Годрикову Впадину, она узнала о муже очень много нового, особенно ее не могло не удивить то, с какой теплотой большинство соседей отзывались о нем и нередко звали заглянуть на пару минуток. Никто из жителей не отрицал, что сын Поттеров-старших тот ещё баловень и шалопай, но все любили его за доброе, честное сердце. — Будем пить чай? — раскрасневшийся Джеймс подбежал к ней и чмокнул в лоб. Парни завершили игру в квиддич и явно измотались. — Ты не устал? — спросила Лили, кивая. — Всё-таки вы играли почти два часа. — Ерунда, мне нельзя терять форму! — заявил Джеймс, и глаза азартно блеснули, — Как только все это закончится, я собираюсь попасть в сборную! Лили улыбнулся. Конечно, она не сомневалась, что у ее мужа все получится. Джеймс отличался особой нескончаемой верой в свои силы и умел вдохновлять остальных. Его упорство нравилось Лили, пусть раньше она и считала это качество одним из главных недостатков Поттера. — А где Сириус? — Лили заметила, что силуэт Блэка скрылся с поля видимости. — Он опять пошел куда-то бродить? — Не угадала: он, как всегда, опередил меня и занял душ, — Джеймс усмехнулся, снял очки и с помощью заклинания поправил оправу, которая, видимо, пострадала во время игры в квиддич. После водных процедур наступило время для чая и пирога. Их скромное трио скрасило присутствие трехцветной кошки. Лили всякий раз терялась в догадках, откуда взялась когтистая путешественница? Была ли она соседской любимицей или наведывалась исключительно во все дома, считая их своими владениями? Ошейника на ней не было, но ласку кошка любила, а ещё больше, когда ей наливали молока и давали чего-то съестного. Сириус любезно поделился с ней ломтиком ветчины, не поленившись дойти до кухни. Кошка в благодарность заурчала и стала тереться об его джинсы, а после и вовсе устроилась у него на коленях. Джеймс засмеялся, а Сириус невозмутимо качнул головой. — Что? Я не поддерживаю стереотипы, что кошки собакам не друзья, — пафосно заявил Сириус, и на этот раз рассмеялась Лили. — Я смотрю дисциплинарные беседы с МакГи всё-таки дали свои плоды, — все трое прыснули, а кошка продолжила мурчать и попутно требовать, чтобы ее не прекращали почесывать за ушком. Вскоре Сириус тактично удалился, чтобы не быть третьим лишним. Джеймс раскачивал Лили на качелях, и они смотрели на звёзды. Показалось, что по ночному небу мелькнул хвост кометы. Было непозволительно хорошо в столь тяжёлое для Магической Британии время и всеми силами хотелось остановить бег часов, чтобы ещё больше понаслаждаться крупицам семейного уюта. Они просидели на качелях, болтая о разной ерунде, чуть ли не до полуночи. К удивлению Лили, Сириус не сбежал совершать традиционный обход улиц и совместно посещение пабов, а устроился в кресле и задремал. Рядом лежала развернутая газета. Лили осторожно прошла к нему, попутно беря с дивана плед и укрывая. Окно в гостиной оставалось открытым, и утром была велика вероятность, что парень замёрзнет, а то и вовсе простудиться. — Когда мы усыновили твоего лучшего друга? — поинтересовалась Лили у Джеймса, когда они поднимались в свою комнату. — Хотелось бы мне знать, — пожал плечами Джеймс, приобнимая Лили за плечи. Но оба прекрасно знали, что двери их дома всегда будут открыты для Сириуса Блэка, ведь стоило ему только появится на пороге, как в привычный ритм жизни обязательно врывалось что-то новенькое и отвлекающее от повседневных забот.