True love never dies

      Кэтрин в сопровождении Амбридж и Малфоя шла по коридору в неизвестном для Кэтрин направлении. Шли молча, поэтому Кэтрин буквально слышала, как стучит ее сердце. Амбридж не дала ей раскрыть и рта, так что ей оставалось только догадываться, в чем же она провинилась. Возможно, ее отведут к Дамблдору, дороги до его кабинета она не знает. И если она права, то наверное ей ничего не грозит, хотя надежда была слабая — слишком уж довольные лица были у ее спутников. Они успели поплутать по коридорам Хогвартса не меньше десяти минут в поисках неизвестно чего, пока не наткнулись на профессора Макгонагалл. Она оглядела странное собрание и по удрученному лицу Кэтрин поняла, что надо брать ситуацию в свои руки. — Что происходит? — спросила профессор Макгонагалл, обращаясь к Кэтрин, но ответила Амбридж: — С помощью мистера Малфоя мне удалось вычислить преподавателя, не вполне соответствующего нужным качествам, — отчеканила Амбридж, противно улыбаясь.       Кэтрин покосилась на нее, подняв брови. Профессор Макгонагалл, судя по ее лицу, либо тоже ничего не поняла, либо очень сильно сомневалась в том, что сказала Амбридж. Слово взял Малфой. — Она постоянно занижает мне оценки, профессор, — пожаловался Драко, и ухмылка тут же сползла с его лица, уступая место страдальческой мине. — По всем работам. — Это ложь! — тут же выкрикнула Кэтрин, и улыбка на лице Амбридж тут же стала шире. Малфой скривился, будто перед ним лежало что-то мерзкое. — Я ставлю всем ученикам этой школы ровно то, что они заслуживают. Я так понимаю, ни у кого, кроме мистера Малфоя, ко мне претензий нет? — язвительно бросила Кэтрин.       Северус сказал бороться, и я буду бороться.       Малфой уже открыл рот, вероятно, дабы предоставить контраргумент, но профессор Макгонагалл оборвала его, поджав губы: — Довольно, мне и так все понятно. Вы шли к профессору Дамблдору, я полагаю? — на этот раз она сразу обратилась к Амбридж, та вся из себя довольная кивнула. — Тогда мне придется разочаровать вас. Директор занят, и он не станет отвлекаться на такие мелочи. Тем более, что, как справедливо заметила профессор Эмиль, доказательств у вас нет, — Макгонагалл гневно раздувала ноздри, переводя взгляд с Амбридж на Малфоя и обратно, и Кэтрин внезапно ощутила себя в полной безопасности. Макгонагалл выдержала паузу и продолжила: — Спасибо, Долорес, но ваши услуги нам сейчас не понадобятся, — Амбридж раздулась, как жаба, явно собираясь возмутиться, однако, предпочла не спорить с Макгонагалл и, напоследок ядовито улыбнувшись, покинула их. Кэтрин тоже попятилась, но не тут-то было. — Постойте, Кэтрин. Я отведу мистера Малфоя к профессору Снейпу… Да, Малфой, за клевету на учителя и все это представление вы понесете наказание. А какое именно решит профессор Эмиль и профессор Снейп.       Кэтрин не представляла, как будет смотреть в глаза Северусу после того, как при целом классе учеников и Макгонагалл объявит о содеянном Малфоем, хоть тот и заслужил любого взыскания. Но эти мысли отошли на задний план, когда она десятью минутами спустя вместе с гриффиндорцами, у которых как раз было зельеварение, давилась от смеха, пока Снейп вместе с Макгонагалл отчитывали Малфоя. Мальчишка под грозным взглядом своего декана весь съежился и побелел. Оно и понятно — Кэтрин и не помнила, когда он последний раз так злился, тем более на кого-то из своего факультета. И не стоит забывать о том, что Снейп неоднократно прощал Драко различные мелкие выходки. Возможно, в другой ситуации Кэтрин и пожалела бы мальчика, но не сейчас. Да, ещё час назад она сама хотела уйти, но это была всего лишь минутная слабость.       А после этого Северус…       Как раз в этот момент они встретились взглядами, и Кэтрин поспешно отвернулась. Ей не было стыдно, она защищалась, но она была уверена, что ещё поплатится за то, что подвергла Малфоя такому позору. Снейп снял со Слизерина — Мерлин, со своего собственного факультета! — пятьдесят очков и по настоянию Макгонагалл назначил Малфою отработку у Филча. Хуже не придумаешь. Сама Кэтрин отказалась в этом участвовать, решив, что с мальчика хватит издевок со стороны Гриффиндора и, пожалуй, Слизерина тоже. Уже не первый раз она подумала о том, что слишком милосердна для слизеринки.       По окончанию урока Малфой первый выскочил из класса, а за ним двинулась процессия из гриффиндорцев, сопровождаемых профессором Макгонагалл. Кэтрин двинулась за ними, но выйти не успела. — Не так быстро, Кэтрин, — ледяным тоном произнес Снейп, и Кэтрин поняла, что нужно срочно что-то сделать, чтобы ее не прибили на месте. Мановением палочки Снейп захлопнул дверь. — Что бы ты там не подумал, я не хотела устраивать это представление, — затараторила Кэтрин, быстро повернувшись и засунув руку в карман мантии, где была палочка. Она вообще не представляла, чего от него можно ожидать, так что лучше быть наготове.       Зачем я вообще отчитываюсь? Ничего глупее в своей жизни ещё не делала. — Мне абсолютно плевать, — почти выплюнул Снейп, и у Кэтрин в груди что-то неприятно кольнуло: как человек за пару часов превратился в это? — Из-за тебя меня буквально унизили перед целой группой идиотов, что может, как минимум, пошатнуть мой авторитет, — продолжил Снейп, гневно раздувая ноздри. — Ты это понимаешь?       Вид у него был жуткий: глаза пылали злобой, лицо стало ещё бледнее обычного. Любой нормальный человек, помнящий об инстинкте самосохранения, не стал бы перечить или хамить в данной ситуации, но Кэтрин точно не назовешь нормальной. Хоть она и старалась не подавать виду, его слова все же задели ее, и она не собиралась такое терпеть. — Мне абсолютно плевать, — передразнила Кэтрин чуть дрогнувшим голосом и отступила на шаг назад. — на то, как к вам теперь будут относится, профессор. И я не желаю продолжать эту бессмысленную беседу, ваше общество мне неприятно.       Десять секунд спустя она уже неслась вверх по лестнице в вестибюль, прочь от подземелий.

***

      Все ещё злой Северус саданул заклятием в воздух и задел книжный стеллаж. С десяток книг свалились на пол, и Снейп, бранясь, наклонился, чтобы поднять их. Несколько из них раскрылись, и из толстенного тома «Тысяча волшебных трав и грибов» выпал слегка потрёпанный по краям листок. С него на хмурого Снейпа взирала весьма правдоподобная карикатура на него самого. Внизу имелась подпись, выведенная красивым аккуратным почерком, «Северус». Просто «Северус». Снейп слегка смягчился в лице, вздохнул и спрятал рисунок обратно в книгу.       Я и мой длинный язык.