True love never dies

      Двумя неделями спустя, абстрагировавшись от всех проблем, включая Снейпа и Амбридж, Кэтрин заметила, что жить стало гораздо проще. Первого ей легко удавалось избегать, а у второй в последнее время не было ни повода, ни, судя по всему, желания придраться хоть к чему-нибудь — отвлеклась на Трелони. Ее хоть и было жалко, но себя Кэтрин жалела бы больше, оказавшись на ее месте.       Жизнь начала казаться более счастливой: приближалось Рождество, что означало какой-никакой отдых, и Кэтрин заметила, что если не отвлекаться на мысли о Снейпа, к примеру, то она гораздо быстрее и эффективнее выполняет работу. К слову о Рождестве…       Кэтрин планировала уехать домой в Лондон на все каникулы и Стефу, конечно же, прихватить с собой. Ей будет спокойнее, если не придется натыкаться в замке на оставшихся учеников и учителей, от них тоже нужно иногда отдыхать. Это раньше, в школьные годы, Хогвартс ей казался самым чудесным местом на свете, где она была готова проводить каждый день своей жизни. Но так было только потому, что дома ее ненавидели, били и оскорбляли. Хогвартс был ее настоящим домом. Сейчас же все воспринимается иначе.       Она уехала раньше всех, за три дня до Рождества, не взяв практически ничего, и планировала вернуться в самый последний день. Кэтрин предвкушала самые лучшие несколько недель за последние годы, причем в полном одиночестве. Мать умерла два года назад, и теперь в их доме остался только старший брат Эдвард, из-за которого она и не хотела туда приезжать. Его сестра-близнец Джессика уехала в Шотландию, когда Кэтрин ещё училась в Хогвартсе, а Саймон съехал после смерти матери, живёт в Йорке, вроде даже собирался жениться — Кэтрин изредка поддерживала с ним связь.       В это Рождество у Кэтрин не было ни праздничного ужина, ни просто какого-то веселого вечера. Самым лучшим праздником для нее был бы день, когда можно было бы выспаться и просто отдыхать без беспокойства за уроки. Именно это она себе и устроила. Никаких подарков она не дарила и сама ничего не ждала, однако на следующее утро за окном на подоконнике она обнаружила серую неясыть с конвертом. — Интересно, — подняв брови, Кэтрин приоткрыла окно, отвязала конверт от лапки совы, и та тут же снялась с места и улетела прочь. — Даже очень интересно.       Кэтрин повертела конверт в руках. Ни имени, ни адреса отправителя не было. У Кэтрин не было недоброжелателей, но все равно открывать, не зная, от кого это и что там вообще, страшновато. Но любопытство было сильнее страха. Кэтрин, на всякий случай вооружившись волшебной палочкой, вскрыла конверт и вытрясла оттуда на колени маленькую записку и кулон на цепочке.       От кого?..       «Мне очень жаль» — так гласила записка. Подписи не было, но Кэтрин уже догадывалась, от кого это. А маленький кулончик в форме волшебного котла только подтвердил ее догадки. Кэтрин рассмеялась ни то от облегчения, ни то от абсурдности ситуации.       С чего Снейп шлёт мне подарочки?       Она не забыла про него, но все ещё злилась — или скорее обижалась — и ни о каком примирении даже не думала. Только если он попросит прощения. А этого, конечно же, никогда не случится.       Пусть не надеется, что я такая великодушная и резко забуду о том, что он сволочь.       Но с того дня она всегда носила этот маленький котел на шее.

***

      Первый раз они встретились вне Большого Зала во время трапезы примерно в середине января в совятне. Кэтрин, с на редкость хорошим настроением, шла отправлять ответное письмо Саймону и, едва поднявшись по лестнице, наткнулась на Снейпа. Это с самого начала показалось ей странным — ещё ни разу ей не доводилось его здесь встретить. — Здравствуй, — после короткого молчания произносит Кэтрин и тут же прячет письмо в карман мантии, что в принципе не укрылось от глаз зельевара. — Осторожнее с письмами, Амбридж их перехватывает, — тихо предостерёг Снейп, отодвигаясь в сторону, чтобы Кэтрин могла пройти. — Я знаю, — соврала девушка, неуверенно шагнув вперёд. — Но у меня ничего такого нет. Это… брату.       Черт, зачем я вообще это сказала? — Я думал, ты не станешь носить, — Снейп с усмешкой кивнул на кулон у Кэтрин на груди. Кэтрин позволила себе улыбнуться и только сейчас заметила, насколько усталый и даже в какой-то степени замученный у него вид. — Кэт… — Я готова закрыть глаза на то, что было, — сразу перебила Кэтрин, подойдя к ближайшей школьной сове, чтобы привязать письмо к ее лапке. — Но только если ты будешь следить за своим языком и своими учениками. — Ты — золото, — усмехнулся Снейп, шутливо наклонив голову в некоем поклоне. Моя девочка. — В первый и последний раз, — серьезно добавила Кэтрин, сверкнув глазами, ощущая, что сейчас лопнет от смеха. Выпустив сову в окно, перед тем, как уйти, Кэтрин как бы невзначай поцеловала зельевара в щеку и тут же вылетела на лестницу, не дожидаясь, когда тот начнет возмущаться.

***

      Дабы хоть как-то осчастливить свою жизнь, Кэтрин возобновила для себя традицию походов в Хогсмид по выходным. Конечно не каждую неделю, но даже раз в месяц выбираться хоть куда-то отдохнуть было приятно. Но гулять она предпочитала по вечерам — не хотелось постоянно замечать, как на тебя смотрят ученики. И самое главное — можно было встать, во сколько захочешь, и весь день делать, что захочешь. Проснувшись, Кэтрин первым делом выпускала кошку и сразу шла в душ. Торопиться было некуда — завтрак она уже пропустила, а до обеда ещё далеко. И, так как она никого не ждала, какое-то время она позволяла себе ходить без одежды, просто обернувшись полотенцем. И в один день она очень сильно пожалела об этом.       Как обычно, выйдя из ванной в полотенце с мокрыми волосами, разметавшимися по плечам, у себя на кровати она застала главный ужас подземелий. Северус вольготно расположился на подушках с какой-то книгой в руках, делая вид, что так и должно быть. Долю секунды Кэтрин пребывала в шоке, но, очнувшись, вскрикнула и зачем-то швырнула в профессора первое, что попалось под руку — довольно тяжёлый подсвечник. Не от злости, это скорее защитный рефлекс. Если бы Снейп не остановил его на полпути ленивым движением палочки, тот угодил бы ему прямо в голову. — Что ты здесь забыл?! — Кэтрин спряталась за дверь ванной, высунув только голову, впрочем, это было бесполезно.       Все ещё невозмутимый Снейп поставил подсвечник на место и отложил книгу. Кажется, его все это забавляло. — Вообще-то я пришел… не поверишь, извиниться, но теперь даже не знаю, нужно ли, — протянул Снейп, закидывая ногу на ногу. — Тогда у меня в кабинете я наговорил лишнего и… — Сейчас лишнего наговорю я, — рыкнула Кэтрин, чувствуя, как заливается краской. От того, чтобы подойти и врезать ему ее останавливало только то, что она не одета. — Иди сюда. Все, что я мог увидеть, я уже увидел, — Снейп протянул руку, как бы приглашая. На мою собственную кровать в моем же кабинете.       Уже представляя, как это будет выглядеть со стороны, Кэтрин вышла из-за двери, а затем быстро подошла к кровати и забралась на нее, садясь на самый край, чтобы не быть слишком близко к нему. Скрестив руки на груди, Кэтрин старалась всем своим видом показать, насколько недовольна, в особенности тем, что Снейп, даже не скрывая, пялился на ее голые плечи и ключицы. — Сними хотя бы обувь и мантию, — рявкнула Кэтрин, быстро оглядев Снейпа. В голове это звучало лучше. — Даже так? — поднял брови зельевар, приподнимаясь и сбрасывая мантию с обувью на пол. — Я просто не хочу, чтобы ты пачкал мне одеяло, — уточнила Кэтрин, но уже поздно. — И перестань пялиться. Ты вроде бы хотел извиниться, я слушаю. — Слушать не придется, — Северус подался вперёд, наклонился и накрыл ее губы своими. Кэтрин была готова к этому и была совсем не против. В какой-то степени она все ещё была обижена на него, но не так сильно, чтобы прогонять его.       Снейп опускает руки ей на талию и притягивает ближе, впиваясь уже более жадным и властным поцелуем ей в губы. Кэтрин, прикрыв глаза, тянется рукой к его волосам, второй пытаясь расстегнуть воротник на его шее. Для Северуса же все было гораздо проще: профессор целует изгиб шеи, плавно скользит руками е бёдрам, а Кэтрин нежится, подставляясь под ласки. — Я ведь не тороплюсь? — уже дойдя до ключиц, спрашивает Снейп. До Кэтрин, в этот момент боровшейся с пуговицами его рубашки, смысл дошел не сразу. — Шутишь? — девушка рванула края рубашки, пуговицы разлетелись во все стороны. — Ты чертовски медлишь.       Несчастное полотенце вместе с рубашкой отбросили в сторону, и Северус на секунду замирает, нависнув над Кэтрин, а потом аккуратно сжимает в руке грудь. Кэтрин прикусывает губу, глухо постанывая, когда он обхватывает губами сосок, а его рука опускается все ниже. Внизу живота все приятно затянуло. — Северус, — одними губами выдыхает Кэтрин, и ее мутный взгляд падает на блеснувшую пряжку ремня.       Я голая, а он в одежде? Непозволительно.       Снейп проследил за ее взглядом, расстегнул ремень и быстро стянул брюки вместе с бельем, останавливаясь, чтобы насладиться зрелищем: Кэтрин такая красивая и манящая лежит рядом, чуть раздвинув ноги, и тянет к нему руки, желая притянуть для поцелуя. — Скажи это ещё раз, — они оба удивляются от того, насколько хрипло и одновременно ласково это звучит, — назови меня по имени. — Северус, — повторяет Кэтрин, и рука мужчины снова опускается ей на живот, движется ниже, нежно оглаживает внутреннюю сторону бедра, быстро проходясь пальцами по промежности.       Он не может долго смотреть, как она жмуриться и напрягает ноги от удовольствия. Он затыкает ей рот поцелуем и входит, позволяя схватить себя за волосы, царапать спину и плечи и с каждым новым толчком все чаще и громче выдыхать ему в губы его же имя. Вообще сейчас ей можно все.       Кэтрин не выдерживает первой. Вскрикивает и сжимается вокруг мужчины, отчего тот почти сразу последовал за ней, крепко сжимая бедро девушки.

***

— Обязательно было столько месяцев устраивать этот цирк? — прислонившись щекой к груди профессора, спросила Кэтрин, лёжа со Снейпом в обнимку.       Северус не ответил, только вздохнул и положил ладонь на кудрявую голову Кэтрин. Та вздрогнула и попыталась приподняться, но Северус остановил ее осторожными поглаживаниями по волосам. — Я тебе нравлюсь? — тихо мурлыкнула Кэтрин, и Снейп почувствовал, как у него оборвались все внутренности. То, как она это произнесла, заставило мысленно дать себе подзатыльника. Она действительно сомневается? Возможно и правда переборщил с конспирацией. — Десять минут назад подо мной тебя это мало интересовало, — отшутился зельевар. Кэтрин под одеялом толкнула его вбок, заставив его коротко рассмеяться.       Это совсем не та эмоция, которую она хотела у него вызвать, но так даже лучше. За все то время, что она его знает, она ещё ни разу не видела его настоящей улыбки. Осознание того, что она, хоть и ненадолго, сделала его счастливым, предавало уверенности. — Останься сегодня со мной, — внезапно просит Кэтрин и чувствует, как Снейп рядом с ней напрягается. За те несколько секунд, что он молчит, она успевает тысячу раз пожалеть о своих словах, но он остаётся. В этот раз, и в следующий, и всегда, когда она об этом просит.