True love never dies

      О том, что у нее завтра День Рождения Кэтрин помнила ровно до того момента, пока не случился инцидент с Драко Малфоем. Последний раз она хоть как-то праздновала и получала подарки, когда еще был жив ее отец, то есть прошло уже не меньше двадцати лет. Во время дальнейшего проживания с матерью этот день проходил точно также ужасно, как и остальные. Только в обычные дни Кэтрин еще удавалось прятаться в своей комнате, а в День Рождения ее мать заставляла почти весь день находится рядом и поливала грязью ее и ее отца, говоря, что он был слабаком и трусом, и Кэтрин обязательно вырастет такой же. Кэтрин никак не реагировала на это, не показывала, что ей ужасно больно и обидно, потому что знала, что такая реакция только порадует ее мать. Это и было то, чего она добавилась. Во время учебы в Хогвартсе в этот день Кэтрин с Эмили таскали пирожные с кухни поздно вечером и взбирались на вершину астрономической башни, где их никто не мог поймать и наказать. Даже Снейп никогда не находил их там. А уже во взрослой жизни, будучи практически все время одной, она либо делала вид, что это обычный день, либо покупала себе торт в маггловской пекарне и растягивала его на несколько дней. За исключением одного раза, когда она еще очень близко общалась с Эмили и решила отметить День Рождения с ней. И даже когда Кэтрин находилась в отношениях, никаких подарков и поздравлений она не получала, поэтому и в этом году тоже ничего не ждала.       Кэтрин ждала, что Северус придет, и дабы занять себя чем-нибудь, взялась прибираться на своем столе в спальне, который меньше чем за месяц почти полностью скрылся под ворохом каких-то бумаг, книг и небрежных набросков, половина из которых требовалось либо дорисовать, либо выбросить. Кэтрин переложила увесистый том со стула на стол и присела на него. Недолго думая, она скомкала клочок пергамента, на котором неподвижно застыла ее версия персонажа одной из книг, что она недавно прочла. Следующие несколько минут она сортировала все эти несчастные забытые наброски. Было решено оставить только эскиз маленького кулона в виде палитры с миниатюрными камешками вместо краски. Нечто похожее когда-то было у ее бабушки, — в свое время она тоже неплохо рисовала — но кулон был утерян после ее смерти, а Кэтрин никак не могла найти хотя бы немного похожий на него абсолютно нигде. Летом прошлого года перед тем, как поехать в Хогвартс, она отправилась на несколько дней в, так называемый отпуск, по Шотландии, но и там ей не удалось ничего найти. В последнее время она подумывала над тем, чтобы просто заказать этот несчастный кулон. Но только бабушкин кулон, разумеется, был заколдованный — того человека, на котором он надет, невозможно проклясть. Маггловские ювелиры по определению не смогли бы такого сделать, а в мире волшебников Кэтрин не знала ни одного человека, который занимался бы украшениями. Однажды Кэтрин попробовала самостоятельно заколдовать так камни на своем кольце, но добилась лишь того, что оно, непонятно как, расплавилось. Больше Кэтрин не пыталась ничего такого делать.       Среди всего прочего было обнаружено последнее на данный момент письмо от ее старшего брата Саймона, бережно вложенное между страницами увесистого тома. Хоть они и виделись последний раз около года назад, Саймон, после Северуса, разумеется, был для нее самым близким человеком. Кроме того, что он в принципе был единственным из ее семьи, кто по-настоящему ее любил и волновался за нее, он всегда был рядом в нужный момент, всегда поддерживал, особенно после того, как Кэтрин съехала от родителей. Они списывались стабильно раз в две недели и даже пару раз общались через камин в прошлом году до того, как появилась Амбридж. Но, несмотря на достаточно близкие отношения с братом, Саймон еще не знал, что Кэтрин встречается с их школьным учителем. Эту новость Кэтрин готовила для личной встречи. Северус говорил, что Саймон от такой «потрясающей» новости упадёт замертво.       Кэтрин спрятала письмо назад в книгу, потянулась и встала, чтобы получше рассмотреть свои труды. Ну, — думала Кэтрин, крайне довольная собой, — на первое время более чем достаточно. За окном уже совсем стемнело, и несчастная догорающая свечка совсем не помогала. Кэтрин задула ее и опустилась на кровать, как была в одежде, только сейчас чувствуя всю усталость, накопившуюся за день. Спина ужасно ныла, Кэтрин ощущала, что ей вот-вот исполнится не двадцать шесть, а как минимум семьдесят. Кэтрин откинулась на подушки и, гадая, что случилось у Северуса, засыпала.       Северус зашел к ней в спальню около полуночи. Своей крадущейся походкой он пересёк комнату и добрался до письменного стола, ступая крайне осторожно, чтобы не разбудить Кэтрин и не наступить на ее горячо любимую кошку в темноте. Как и ожидалось, нужный Снейпу эскиз лежал прямо поверх стопки каких-то записей, так что ему лишь оставалось быть благодарным за то, что не пришлось здесь копаться. Северус аккуратно свернул рисунок и убрал под мантию. На месте эскиза тут же оказался небольшой бледно-зелёный конверт, очевидно, с письмом, предназначавшимся Кэтрин. Перед тем, как покинуть комнату и приступить к делу, Северус несколько секунд в дверях смотрел на мирно спящую Кэтрин. Таким взглядом он не удостаивал даже Лили в свое время.       Все планы Кэтрин проспать до обеда, как обычно в выходные, были разрушены в пух и прах, когда около семи утра ее разбудил крайне настойчивый стук в оконное стекло. Сначала Кэтрин пыталась его игнорировать, твердо уверенная, что в таком случае стук прекратиться. Потом, все ещё не открывая глаз, Кэтрин протянула руку туда, где должен был лежать Северус, и тихо застонала, когда ее пальцы поймали лишь воздух. — Северус, — Кэтрин оторвала голову от подушки и сонно сквозь темноту прищурилась на вторую половину кровати. — Вот засранец, — выдохнула Кэтрин, переворачиваясь на спину. Стук так и не прекратился. — Иду, — проворчала Кэтрин, отрывая взгляд от потолка. Девушка опустила ноги на пол и уже повернулась в сторону двери, когда поняла, что звук исходит не оттуда. Кэтрин тряхнула головой, окончательно просыпаясь. — Иду, иду, — повторила девушка, зевая.       Она резким рывком отодвинула плотные темные шторы, и комнату сразу залил солнечный свет, заставляя Кэтрин зажмуриться. За окном на подоконнике сидела серая неясыть с письмом, привязанным к лапке. Кэтрин заслонилась рукой от света и распахнула окно, впуская сову внутрь. Та устроилась на спинке стула, ухнула и недовольно тряхнула лапой с письмом. Кэтрин вздохнула, отвязала письмо, и сова тут же снялась с места и вылетела в открытое окно. Кэтрин узнала на конверте почерк своего брата и слегка встрепенулась. Она оперлась коленом о стул, случайно бросила взгляд на стол и только сейчас заметила зелёный конверт на книге. Кэтрин нахмурилась, она точно помнила, что ещё вчера вечером его не было. Девушка придвинулась чуть ближе и тут же расслабилась, увидев подпись. — Значит, Принц-полукровка, — усмехнулась Кэтрин.       Северус иногда подписывался так и до этого, но Кэтрин доподлинно не знала, почему он так себя называет. Северус искусно менял тему каждый раз, когда девушка его об этом расспрашивала. Кэтрин отложила письмо брата и развернула зелёный конверт. Кэтрин расправила пергамент и прочла: Моя весенняя роза, Возможно ты думаешь, что для того, чтобы получить от меня что-то приятное, не прилагая никаких усилий, мир должен перевернуться с ног на голову, но сегодня я хочу доказать тебе, что для тебя это не так. Я буду ждать тебя перед завтраком у аллеи за квиддичным полем.

С прежней любовью, Твой Принц-полукровка

      Кэтрин дочитала до конца и только тогда поняла, что сидит с совершенно несвойственной ей глупой улыбкой. Она перечитала короткое послание ещё два раза, рассеянно поглаживая кошку, а затем, как по команде, вскочила и, прихватив вещи, скрылась за дверями ванной комнаты. Спустя немалое количество времени Кэтрин также быстро выскочила оттуда с ещё влажными кудрями в простых черных брюках и здоровенной рубашке Северуса, коих теперь у нее было больше, чем у самого Снейпа. Сверху Кэтрин накинула мантию и ничуть не пожалела, когда вышла из замка и почувствовала, как тонкая ткань одежды с лёгкостью продувается.       Кэтрин без проблем бодро шагала через квиддичное поле, радуясь тому, что в такой час здесь нет ещё ни одного самого бешеного игрока. Кэтрин ещё издалека заметила темную фигуру, одиноко сидящую под здоровенным деревом, где сама Кэтрин часто проводила время. Северус тоже быстро заметил ее, поднялся и раскинул руки в стороны, как для объятий. Кэтрин ускорила шаг, но, примерно в метре от Северуса, увидев его уставшие невыспавшиеся глаза, остановилась. Северус пробежался глазами по ее образу, задержал взгляд на черных кудрях, небрежно откинутых за спину. Кэтрин неловко переминулась с ноги на ногу и заправила волосы за ухо. Не сказать, что ее напрягал этот его пристальный взгляд, но у нее складывалось впечатление, что в эти моменты он словно пожирает ее глазами, залезает глубоко в душу. И ей сразу начинало казаться, что с ней что-то не так, что она выглядит как-то не так, что на ней что-то не то надето. — Ты очень красивая, — немного хрипло сказал Северус, как будто прочитав ее мысли. Кэтрин про себя усмехнулась. Обычно ее жутко раздражало, когда он так делает, но не сегодня.       Кэтрин сделала шаг вперёд и тут же была заключена в объятия, улыбаясь, как ребенок. Кэтрин не видела лица Северуса, но знала, что при всем его ворчании по поводу того, что ему не нравятся «все эти нежности», он тоже доволен. Северус мягко коснулся губами виска. — С Днём Рождения, моя девочка, — Северус провел рукой по спине девушки, — Я долго думал, что подарить человеку, который настолько близко… контактирует со мной и… — Северус, ты наконец-то сподобился на то успокоительное с ромашкой? — не смогла удержаться Кэтрин. Она ожидала его фирменного укоризненного взгляда, но Северус только улыбнулся. У него хорошее настроение, вот настоящий подарок. — Нет, — хмыкнул Снейп. — Лучшее, что можно подарить такому человеку как ты, — незабываемые впечатления и эмоции. Приготовься, — с этими словами Снейп поудобнее обнял Кэтрин за плечи, и та уже поняла, что сейчас будет.       Кэтрин вся напряглась и невольно зажмурилась. Последний раз, когда ей доводилось параллельно аппарировать, закончился весьма печально для ее желудка, а сейчас было не самое лучшее время для повторения такого опыта. Кэтрин почувствовала, как она вся как будто сжимается, и ее тянет вслед за Снейпом. Глаза открыть она решилась только за секунду до того, как ее ноги коснулись травы, а нос уткнулся в черный сюртук профессора. Резкий аромат каких-то трав и цветов слегка отрезвил Кэтрин. Она вдруг осознала, что от Северуса и от этого места пахнет совершенно одинаково. Кэтрин покрутилась на месте, все ещё держась одной рукой за плечо Северуса. Они оказались явно очень далеко от Хогвартса. Вокруг было столько деревьев, кустов и прочей зелени, что у девушки зарябило в глазах. Посреди этого зелёного буйства распростерся довольно большой водоем. Должно быть, озеро, — подумала Кэтрин. Чем дольше она смотрела, тем больше видела: вот там прибились к берегу маленькие уточки, а там — над кустами проносятся бабочки. Кэтрин повернулась к Северусу с широко открытыми от удивления и восхищения глазами. Она открыла рот, но не нашла слов, чтобы описать свой восторг, и закрыла его. — Я вижу, ты довольна, — мягко заметил Северус, улыбнувшись. — Что это за место? — наконец смогла подобрать слова Кэтрин. Она ещё раз обвела взглядом берег, на котором они сейчас находились, озеро и всю потрясающе яркую растительность. Северус повторил ее взгляд и усмехнулся. — Это озеро Алсуотер, — голос Северуса все ещё звучал мягко, но при этом как-то странно печально. — Я иногда собираю здесь травы для зелий. Мне казалось, холодные каменные стены Хогвартса давили на тебя. Я решил, что смена обстановки нам не помешает. — Здесь просто потрясающе, — выдохнула Кэтрин, потянув Снейпа ближе к воде. — И ты молчал о том, что знаешь о таком прекрасном месте? — Вообще-то, — протянул Снейп, надевая образ сварливого профессора зельеварения. — Если бы ты интересовалась…       Кэтрин не дала ему договорить, нагло плеснув в него зачерпанную из озера воду. Северус вовремя закрылся мантией, секунду помедлил, явно не ожидая такого поворота событий, затем рыкнул и рванулся в сторону Кэтрин. Девушка не устояла под весом чужого тела и, ахнув, полетела спиной в озеро. Кэтрин успела на долю секунды скользнуть взглядом по облакам, прежде чем с головой окунулась в воду. Кэтрин в панике наглоталась воды, отчаянно хватаясь за мантию Снейпа. Несколько секунд паники, и голова девушки снова показалась над поверхностью воды. Северус прижимал ее к себе за талию, пока она убирала мокрые пряди волос с лица, неуверенно болтая ногами в воде. Кэтрин мертвой хваткой вцепилась в плечи профессора, все ещё чувствуя себя неуверенно. В свое время она так и не научилась плавать и теперь старалась избегать водоемов и дальше, чем по пояс, никогда не заходила. Но сегодня, конечно же, особенный день. — Спокойно, я держу, — судя по взгляду, Северус наслаждался ее лёгкой паникой, медленно отгребая в сторону берега. Кэтрин в возмущении несильно толкнула Снейпа в бок и сразу высвободилась, когда почувствовала скользкую землю под ногами. — Если ты хотел меня утопить, то это не лучший способ поздравить с Днём Рождения, — хмыкнула Кэтрин, выбираясь на сушу и тут же падая на траву. — Это и были те незабываемые впечатления и эмоции? — Кэтрин сняла мантию, несколько раз свернула и отжала в озеро не меньше половины пинты воды. — Это только малая часть того, что тебя сегодня ждёт, — Северус опустился на траву рядом с ней и мановением волшебной палочки высушил ее и свою одежду.       Кэтрин вздохнула, ощутив приятную лёгкость теплой ткани рубашки, и откинулась спиной на манящую зелень. Она не без удовольствия отметила, что эта самая рубашка Снейпа потом останется с зелёными пятнами на спине и рукавах. — Представляешь, как здесь красиво зимой? — Кэтрин прогнулась в шее назад и посмотрела на перевернутое изображение разнообразных цветов у нее за головой. Северус фыркнул. Конечно, он знает. — Мы просто обязаны покататься здесь на коньках, когда это озеро покроется льдом. — На чем покататься? — переспросил Снейп, рассеянно разрывая зелёный листик на маленькие кусочки. — На коньках, — повторила Кэтрин, приподнимаясь на локтях. — Ты не знаешь, что это? — Конечно, я знаю, — слегка раздражённо ответил Снейп. Кэтрин пришлось маскировать смех кашлем. — Неужели я знаю то, чего не знает даже сам Северус Снейп? — усмехнулась девушка, накручивая на палец прядь волос. — Тогда тем более вытащу тебя сюда. — Напомню, что это тебя постоянно надо откуда-то вытаскивать, — Северус сорвал какой-то неизвестный Кэтрин маленький — не больше ее ладони — цветок и аккуратно заправил его по самый бутон в густые кудри девушки. Кэтрин хихикнула, жмурясь от яркого солнца. Романтика. — Я и так стараюсь больше, чем когда-либо, — упрекнул ее Снейп, когда их взгляды встретились.       Кэтрин для него — открытая книга, достаточно было просто посмотреть на нее, чтобы понять, о чем она сейчас думает и чего хочет. С любым другим человеком ее бы это сильно напрягало, но со Снейпом Кэтрин даже не пыталась скрыть какие-то эмоции или мысли. — Знаешь, чего нам не хватает? — внезапно оживилась Кэтрин. Северус только и успел подумать о чем-то сладком, прежде чем девушка продолжила. — Торта. Большого шоколадного торта. — Торт, — бесцветно повторил Северус. К сладкому он относился крайне скептически, Кэтрин же была полной его противоположностью, так что он ничуть не удивился. — Будет тебе торт, Кэт.       Северус легонько, щекоча, пробежался пальцами по нежной шее девушки, очертил большим пальцем линию подбородка и притянул поближе к себе. Кэтрин сама припала губами к его, жадно сминая их в жарком поцелуе. Северус откинулся на спину и осторожно переложил Кэтрин к себе на грудь, попутно, как бы случайно, расстегнув верхнюю пуговицу ее рубашки, оголяя ключицы ещё больше. Сильные руки прошлись по телу девушки, немного задержавшись на талии, ловко расстегнули и чуть приспустили брюки. Кэтрин недовольно застонала, укусила Северуса за губу, заставляя его помедлить. Пользуясь замешательством зельевара, Кэтрин несколько секунд боролась с застёжкой его черного сюртука прямо под горлом, но в итоге сдалась и рванула ее в сторону. — Кэтрин! — недовольно вскрикнул Северус под хруст рвущейся ткани. — Ну, извини, что эту штуку так неудобно расстёгивать, — фыркнула Кэтрин, потянув за одну половину сюртука и зачарованно любуясь тем, как маленькие пуговицы быстро выскакивали из петелек.       Довольно ухмыльнувшись, девушка распахнула несчастный сюртук и довольно прошлась острыми ноготочками по тонкой ткани белоснежной рубашки. Северус старается дышать спокойно, смотрит на эту картину с полуулыбкой и возвращается к прерванному ранее занятию — опускает руки на бедра Кэтрин и стаскивает брюки ниже. Кэтрин, до этого стоявшая коленями в траве по обе стороны от ног Снейп, перешагнула через черную ткань. Кэтрин опустилась голыми ногами на землю и ощутила на коже лёгкое покалывание от длинной травы и мелких камушков. Северус сам расправился с молнией своих брюк, не дожидаясь пока Кэтрин дойдет до этого. — Северус, — выдохнула Кэтрин, когда Снейп заполнил ее и, положив руки на мягкие бедра девушки, направлял ее движения.       Кэтрин и так была напряжена до предела, а глубокие размеренные толчки в совокупности с лёгкими ненавязчивыми поглаживаниями по ногам и талии справились с этим буквально за пару минут. Кэтрин сильно сжала в ладонях плечи мужчины и через секунду расслабилась. — Северус, — повторила Кэтрин, судорожно цепляясь ноющими пальцами за мягкую ткань одежды. Девушка наклонилась ещё чуть ниже и соприкоснулась лбом с лицом Северуса. — С ума сойти можно.       Северус одной рукой поглаживал девушку по спине, одновременно покрывая маленькими поцелуями ее щеки и нос. Кэтрин часто дышала, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.

***

      Красное солнце уже почти скрылось за горизонтом. Кэтрин лежала рядом с Северусом, слегка соприкасаясь рукой с его телом. Правая рука зельевара покоилась на оголенном животе девушки, изредка он вырисовывал причудливые узоры на нежной коже, посылая по той волны мурашек. Кэтрин прикрыла глаза, ощущая на лице последние лучи сегодняшнего солнца. Где-то в глубине ее сознания закралась мысль о том, что она с самого утра ничего не ела, но сейчас это было не так уж важно. — Нам пора возвращаться, — Северус дотронулся до ее лица, приводя девушку в чувство. Кэтрин приподняла голову и успела увидеть, как Северус последний раз проводит ладонью по ее животу, а затем запахнул рубашку и поднялся. — Становится холодно.       Кэтрин передёрнуло, до этого момента она и не замечала, как замёрзла. На улице и так было довольно прохладно, особенно вечером, а усилившийся к вечеру ветер только усугублял ситуацию. Тонкая ткань рубашки с лёгкостью продувалась, даже мантия не сильно спасала. Кэтрин поднялась на ноги, отряхнула брюки от приставших к ткани маленьких листочков и травинок. Пока девушка отчаянно боролась с пуговицами, Северус заботливо накинул ее мантию ей на плечи и поправил волосы. — Ты сегодня какой-то… — Кэтрин завязывала шнурки, подыскивая слова. Сегодняшний день был как мечта, которая, по мнению Кэтрин, могла бы никогда и не осуществиться. Тихий, спокойный день, в течение которого не пришлось ни с кем контактировать, не считая Северуса. И все-таки что-то было не так. — Какой? — Северус протянул руку, чтобы вместе аппарировать поближе к школе. Кэтрин нехотя взялась за протянутую ладонь, снова напрягаясь.       Северус не дождался ее ответа, Кэтрин от неожиданности даже не успела зажмуриться. Несколько секунд мучений, во время которых Кэтрин думала, что все ее внутренности сейчас же вылезут наружу, и они оказались в той же роще, откуда исчезли сегодня утром, только теперь намного дальше от квиддичного поля. Кэтрин споткнулась о собственную длинную мантию и только чудом удержалась на ногах. Когда она перестала проклинать портниху, которая пошила такую неудобную мантию, и подняла глаза на Северуса, то увидела, что тот еле сдерживает смех. Кэтрин выпрямилась и смерила его недовольным взглядом. — Вот теперь я узнаю старого профессора Снейпа, — проворчала Кэтрин, лихорадочно поправляя взлохматившиеся волосы. — Старого? — возмутился Снейп, когда они медленно двинулись к замку. Кэтрин ехидно усмехнулась. — Ты всегда слышишь только самое плохое, — Кэтрин ещё раз провела рукой по волосам и с удивлением обнаружила несколько маленьких цветочков. — Нет, с тобой определенно что-то случилось, — снова подняла эту тему Кэтрин, минуя квидиччное поле. — Ты какой-то чрезвычайно довольный. — Предвкушаю завтрашнее насилие над гриффиндорцами, — отшутился Снейп. Хотя на самом деле Кэтрин вовсе не была уверена, что он шутит. — Какой ты жестокий, — фыркнула Кэтрин, взбегая по ступенькам на крыльцо школы. — Как же меня угораздило в тебя влюбиться? — Я задаюсь этим вопросом каждое утро, — Северус галантно распахнул перед девушкой двери. Кэтрин молча наградила его укоризненным взглядом.       Вестибюль непривычно пустовал, и Кэтрин быстро догадалась, в чем дело. Двери Большого Зала были распахнуты, оттуда доносился гул детских голосов и слабый запах ужина. Кэтрин на автомате уже шагнула туда, но Северус придержал ее за плечи и развернул в сторону мраморной лестницы. — В чем дело? — нахмурилась Кэтрин, через плечо глянув на наполненные тарелки учеников. — Я смертельно хочу есть. — Твой замечательный день ещё не закончился, — возразил Снейп и повел ее наверх, все ещё придерживая за плечо. — Тебя ещё ждёт подарок. — Надеюсь, это пастуший пирог, — грустно вздохнула девушка и покорно повиновалась Снейпу.       Кэтрин молча следовала за Снейпом до самого своего кабинета, чувствуя внутри приятное волнение. Сложно было угадать, что такое мог преподнести в виде сюрприза профессор Снейп. Кэтрин вспомнила про зелье, которое Северус прислал ей на четвертом курсе, и поняла, что обрадуется даже ему. Точнее, именно это ей бы сейчас очень пригодилось, потому что иногда ей казалось, что она заснёт прямо во время урока, когда дети в полной тишине пишут какую-нибудь работу.       Северус распахнул перед девушкой дверь и велел закрыть глаза. Кэтрин на свой страх и риск шагнула внутрь комнаты, зажмурилась и осталась стоять неподвижно возле двери. Она услышала звук закрывания замка, почувствовала, как Снейп легонько, как будто неуверенно, коснулся сначала ее спины, потом отвёл кудри за плечо. Кожи на шее коснулся холодный металл, по спине сразу побежали мурашки. Северус что-то тихо говорил, возясь, как поняла Кэтрин, с застёжкой, но она не смогла разобрать слов. Кэтрин ощутила приятное давление, по-видимому, какого-то медальона на груди, и решила, что уже можно открывать глаза. — Северус, — выдохнула Кэтрин, опуская взгляд. Она огладила пальцами миниатюрную палитру, не веря своим глазам. — Это же… — Да, — с плохо скрываемой гордостью в голосе подтвердил Северус, снова касаясь спины девушки. Кэтрин повернулась к нему лицом, все ещё проводя пальцами по выпуклой части маленького кулона, не находя слов от радости. — Думаю, он точно такой, как ты хотела.       Кэтрин хотела сказать «спасибо», но это слово затерялось по пути ко рту, и вместо него она спросила с подозрительным прищуром: — Где ты его нашел? Я обыскала всю Британию, даже маггловские ювелирные. — Пусть это останется для тебя секретом, — и снова в его глазах заплясали хитрые чертики. Обычно это означало для Кэтрин, что надо волноваться ещё сильнее, но сейчас явно был не тот момент. К тому же, — думала девушка чуть позже тем же вечером, — вряд ли он раздобыл его каким-то криминальным путем.