Собственный отбор

      Что значит страх?       Для обычного дракона страх — это просто защитная реакция организма. Он не дает совершить необдуманных действий или уберегает от опасностей.       Страх окружает нас, помогает выжить, но он ведь может и помешать. А что будет, если ты перестанешь контролировать его? Что будет, если твой страх одолеет тебя? Тогда тот страх, что постоянно поддерживал твой рассудок в тонусе и подталкивал к действию… Просто спеленает тебя.       Вместо подстегивающего к спасению испуга — холодный ужас, сковывающий сознание и лишающий даже самого мизерного шанса осмыслить ситуацию и принять правильное решение.       И чем чаще ты поддаешься своему страху, тем сложнее становится ему противостоять. Ведь если ты выжил, поддавшись страху, ты начинаешь видеть в нем спасение. А если ты пережил один страх поддавшись ему, то…       Зачем тогда вообще с ним бороться? Тогда-то ты и перестаешь искать выход, ведь твой страх сделает все за тебя!       Именно этот страх уничтожает душу. Именно он сковывает разум сильнее всего. И именно ему поддалась я, когда увидела загорающийся кактус драконьего пламени.       — Лунь… это же…       Единственное, что я смогла произнести, уже чувствуя накатывающий ледяной волной ужас.       — Беги, — бросил Лунь всего одно слово.       Но страх уже начал подчинять меня. Страх мешал двигаться. Он сковывал меня, как будто меня схватили сотни лап, протянутых из пола, из стен, со свода. Они стискивали мои мышцы, проникали в разум, принуждая замереть в ужасе.       Лунь выдохнул лед на взрывающийся кактус, замораживая его. Но если кактус загорелся, его уже невозможно потушить. Он продолжит гореть даже под водой. Это лишь отсрочит его взрыв.       Но это даст нам время, чтобы убежать! Только… почему Лунь застыл? Почему он не убегает? Что с ним? Он лишь слегка передвинул лапу. Почему он медлит?       — Лунь! Почему ты замер? — на секунду мое недоумение сбросило с меня оковы страха. Я сделала несколько маленьких шагов к Луню. — Беги!       Лунь поднял на меня взгляд. Я уже привыкла к его отрешенности и к его ледяному характеру. Он почти всегда смотрел на меня одинаково бесчувственно. Лишь дважды его взгляд оживал. Ярость, когда он ранил меня, и тревога за мою жизнь, когда спас от утопления.       И в этот раз его взгляд снова ожил, но эмоция, что была в нем видна, заставила меня вновь замереть. Ведь в глазах Луня горел страх. А если даже такой как он не может его преодолеть, тогда…       — Помоги… — прохрипел Лунь.       Я должна…       Мысли начали путаться. Страх все сильнее подчинял меня.       Я… должна…       Страх скорой смерти от взрыва драконьего кактуса и страх в глазах Луня окончательно лишили меня какого либо хладнокровия, не в первый раз оставив только одну мысль.       Я должна бежать.       И я побежала. Прочь.       Я бежала, когда я услышала разъяренный рык Луня, оставленного позади.       Я бежала когда до меня вновь стало доноситься шипение горящего кактуса.       Я бежала когда услышала взрыв.       Я остановилась лишь потому, что бежать больше было некуда. Я выбежала из пещеры на уступ, под ослепительные лучи солнца. Впереди был только вертикальный обрыв.       Только тут мой страх наконец стал угасать. Я стояла и медленно успокаивалась, когда почувствовала запах гари. Спустя долгие секунды я сумела, пусть и на ватных ногах, но развернуться.       Из пещеры стеной валил густой черный дым. К горлу подступил ком, заставивший меня застынь на месте.       Лунь! Но он же выберется! Он…       Я бросила его там! Он просил меня о помощи, а я его бросила!       Что я наделала!       Я должна помочь ему! Я должна спасти его!       Но страх не давал пошевелиться. Он по-прежнему сковывал меня.       Раздались хлопки крыльев. Меня быстро окружил отряд небесных драконов, но узнав во мне их соплеменницу, они сразу расслабились. Один из них сел рядом со мной и взял за плечо. Я его быстро узнала. Чибис, один из капитанов армии.       — Свирель? Это ты? Что здесь происходит? — спросил он меня.       — Я… — голос по прежнему не подчинялся мне.       — Это же Свирель! — воскликнул один из стражников. — Из группы Пересмешницы!       — Случилось невероятное! — подхватил другой. — Кто-то еще из ее группы выжил. Для Пересмешницы это впервые.       — С тобой еще кто-то есть? — Чибис встряхнул меня за плечи.       Что делать… В пещере еще остался Лунь, но они же не будут также добры к своему врагу. Но если я оставлю Луня в пещере, он не выживет. Я точно не смогу убедить соплеменников помочь ему.       — Там… — сказала я, указывая на пещеру, но тут же согнулась от тяжелого кашля. Черный вязкий дым, валивший из пещеры, оказался слишком тяжел для моих не полностью оправившихся легких.       Но Чибису этого хватило. Он повернулся к своему отряду.       — Медь, Казарка, проверить, — приказал он, кивнув ко входу в пещеру.       Два дракона тут же сели и вбежали в пещеру, растворившись в дыму.       Стоит им вытащить Луня, они его убьют. Как убедить их сохранить ему жизнь? Что мне говорить… Ведь если я буду слишком активно его защищать, они решат, что я предательница.       Пока отправленная двойка не вернулась, остальные сели на уступ и стали осматривать окрестности.       Вскоре из пещеры, откашливаясь, показалась Медь. За ней вышла Казарка, неся на себе Луня.       Лунь выглядел просто ужасно! Он не успел покинуть зону поражения и попал под взрыв. Побитая и покрытая копотью чешуя, множество колючек, застрявших глубоко в плоти. И самое главное… Лунь не шевелился!       — Мы нашли там только это, — произнесла Казарка, бросив Луня на землю. — Еще дышит.       Живой! Удивительно, но эти слова меня успокоили.       — Ледяной? — удивился Чибис и повернулся ко мне. — Свирель, что все это значит?       — Это… Там…       Я все никак не могла придумать, что им сказать. Я не могу честно рассказать, что именно произошло… Может кто-то и поймет, что это было из необходимости выживания, но для большинства остальных я стану настоящим позором племени из-за того, что мне решил помочь ледяной.       — Вы только поглядите! — обратила внимание Медь на левое крыло Луня, которое она медленно раскрывала. Лунь, не приходя в себя, едва слышно завыл и мелко задергался.       Все обернулись и увидели торчащую кость и разорванную перепонку его крыла. После чего как-то по новому взглянули на меня. Похоже они решили, что это я с ним сделала!       — Это не я его так! Это обвал!       Да! Точно! К тому же у меня наконец появилась идея, что я могу им сказать! Если я скажу, что помогла ему, собираясь обмануть и сделать его пленником, мне поверят! А смотря на травмы Луня, я может даже сумею убедить их полететь дальше, оставив пленного на меня.       — Во время боя мы попали под обвал! Его сильно придавило. Я решила воспользоваться ситуацией. На условии временного мира я помогаю ему, чтобы вместе выбраться. А после я собиралась пленить его, сделать подарок королеве Пурпур. И уже на выходе я использовала кактус драконьего пламени, чтобы вырубить его. Он не успел убежать.       — Мда-а… коварства в тебе… Понятно все с тобой, — кивнул капитан. Кажется моя ложь его успокоила, хоть он и сделал явно печальные выводы о моем характере. — Но ты перестаралась. Я узнаю мешок на его шее. Это медпакет ледяных. К тому же он без брони. И этот явно из обслуги, а ледяные держат среди таких только совершенно негодных для боя драконов. Да и вообще, посмотри на него! Он же совсем мелкий. Ему, похоже, даже семи лет нет. Взрывной кактус, что ты потратила на него, был куда дороже его жизни.       Чибис подошел к Луню и внимательно осмотрел его.       — Такой точно ничего толкового не покажет на арене. К тому же у нас уже достаточно пленных из ледяных. Вечернее контрнаступление хорошо пополнило нашу арену мясом из его племени. Кончайте его и полетели.       Стоило Чибису махнуть лапой, как Медь сразу схватила Луня за шею, собираясь своими когтями прервать его жизнь.       Нет!       — Стой! — вскрикнула я.       Она замерла. Чибис же недоуменно обернулся ко мне.       — Свирель, я тебе уже сказал. Его жизнь нам не нужна, — после чего он вдруг усмехнулся. — Или ты хочешь его пощадить?       — Нет, — я отрицательно качнула головой. — Просто, он мой трофей, а значит это я решаю как им распорядиться.       — Правда? И с каких это пор твои хотелки стали весомей моих приказов?       Чибис с негодованием отвернулся от меня и уже собирался повторить свой приказ, но я его опередила.       — Прости, я не хотела тебя оскорбить. Правда!       Чибис замер с поднятой лапой и снова медленно повернулся ко мне. Я же приблизилась к нему и тихо зашептала ему на ухо.       — Но я прошу и понять меня. Ты же помнишь, я в долгу перед королевой. Она меня простила за мой проступок. Я очень хочу преподнести ей подарок. Знаю, ледяной выглядит не очень, но я правда хочу преподнести его королеве.       Чибис фыркнул и закатив глаза, тяжело вздохнул.       — Как знаешь, но я бы не стал рассчитывать на большую благодарность от такого подарочка.       Есть! Осталось дождаться когда они улетят, и попробовать привести Луня в чувство. Думаю в медпакете найдется что-то подходящее.       Вдруг взгляд Чибиса остановился на мне.       — Свирель! Что с твоим крылом?       Я повернула голову и тоже заметила. Локоть, что ранее был вывихнут, заметно покраснел и имел фиолетовые прожилки. Похоже Лунь неправильно вправил мне крыло, из-за чего вывих стал заметнее.       — Это? Просто царапина. Ничего страшного.       Но Чибису мой ответ не понравился. Он резко схватил меня за локоть моего правого крыла и я не смогла сдержать болезненный стон.       — Это тяжелая травма. Тебе следует показаться лекарю. И тебе точно не до возни с этим ледяным! Так что его лучше убить.       Я схватила Чибиса за лапу, и смотря прямо в его глаза, взмолилась.       — Чибис, прошу…       Он замер. Раз за разом он поворачивал голову, смотря то на меня, то на Луня. В этот момент решалась его судьба. Отчасти решалась и моя. Ведь…       Я не хочу чтобы еще кто-то умер из-за меня… Не хочу повторения этой ошибки!       — Ар-ргх! Ладно! — в итоге недовольно воскликнул он. — Но ты точно не донесешь этого ледяного. Будешь должна мне и девчонкам. Ледяного заковать в цепи. Медь, Казарка, отнесите Свирель и ледяного во дворец. Потом отправляйтесь на заставу Разящего. Мы будем ждать вас там.       Стоило Чибису отдать команду, как он сразу расправил крылья и спрыгнул с утеса, быстро набирая скорость и улетая вдоль горы. Его отряд последовал за ним, остались только двое названных.       Медь сразу сковала Луня цепью по крыльям и лапам, а также сомкнула ему пасть.       — Прижми крылья к телу, — сказала Казарка, подойдя ко мне. — И постарайся не дергаться.       Обхватив меня лапами, она раскрыла крылья и с усилием ими взмахнула, отрывая нас от земли. Сразу за нами раздались новые хлопки крыльев, когда взлетела Медь, держа Луня за цепь.       Как бы не хотелось это признавать, но шансов спасти Луня стало очень мало. Если бы я смогла хотя бы просто оставить его там на утесе, он бы сумел выбраться. Даже без полета, со временем бы добрался до своих. Но теперь его ждет судьба бойца на арене. Или королева просто убьет его.       Все, что я сейчас могу, это надеяться, что его не потащат в бой в первый же день и что королева будет в хорошем настроении.       А дальше… надо будет что-нибудь придумать. Я обязана ему жизнью. И хочу вернуть долг.       Наш полет долго не продлился. Все-таки мы оказались достаточно близко к дворцу, и очень скоро его шпили показались из-за поворота.       Высокий склон горы с огромной системой пещер и тоннелей выплавленных в ней. На гранях горы торчали каменные шпили башен, стремящиеся к небу и обрамляющие центральный, пронзающий облака пик. У каждого входа или окна стояли укрепления, но даже сквозь них отовсюду можно было заметить блеск золота, льющийся из глубины проходов. И повсюду сновали драконы, спешащие куда-либо по своим делам.       Воистину монументальное зрелище. Дворец казался незыблемым, как власть королевы. Но у меня этот вид вызывал тревогу и тяжесть на сердце. Боюсь, после своей ошибки я никогда не смогу взглянуть на него с тем восторгом, который испытывала в детстве.       Мы приближались к одному из балконов, находящихся ближе всего к вершине. Но прежде чем мы приземлились, взгляду открылась арена. Была середина дня и трибуны еще пустовали, но вместе с этим на пиках, возвышающихся вокруг нее, почти не было свободных мест. И практически на всех из них, ожидали своей участи ледяные.       Контратака и правда прошла успешно. Надеюсь, от этого королева Пурпур будет в хорошем настроении.       Казарка плавно опустила меня на балкон. Следом за нами села Медь, бросив все еще не пришедшего в сознание Луня на пол. Отпустив меня, Казарка подошла к стражнику, охраняющему вход.       — Мы к королеве Пурпур. У этой есть подарок для нее.       Стражник осмотрел Луня и усмехнулся.       — Хиловат подарок! К тому же у нас и так богатый улов! Чего вы так с ним возитесь?       — Это все Свирель. Она хочет с его помощью вернуть расположение королевы.       — Свирель, значит, — взгляд стражника остановился на мне. И его уничижительный взгляд подтвердил, мою оплошность еще помнят. — Не думаю, что это ей поможет. Но мешать не буду. Можете проходить. Королева сейчас в тронном зале.       — Хорошо, — кивнула Казарка. — Пошли, представим подарок королеве.       Стражник отошел в сторону, пропуская нас внутрь. Впереди шла Казарка, я прошла за ней. Медь взвалила Луня на себя и последовала за нами.       Мы вошли в коридоры дворца. Богатые украшения, инкрустации драгоценных камней на золотых фресках, статуи, одетые в золотые доспехи. Когда-то этот вид будоражил мою кровь. Богатство королевы манило и вместе с тем внушало мысль о превосходстве небесного племени над остальными, даря гордость за одну лишь принадлежность к этому великому племени.       Но вместе с тем я всегда понимала, что все это богатство основано на бесчисленных реках крови. Впрочем, это знали все, но никого это не смущало. И я прекрасно понимаю почему.       Ведь когда-то и я сама была готова лить кровь просто за право ходить по этим коридорам.       Но это осталось в прошлом. Теперь виды этих богатств вызывали во мне только боль и скорбь. Отныне они напоминали мне лишь о погасшей жизни того, кто для меня был дороже и сотни таких дворцов.       Я на секунду замерла, подняв взгляд на одну из множества безликих статуй облаченных в драгоценные доспехи. Вгляделась в отражение дракона, смотрящего на меня с отполированного до блеска нагрудника. Как жалко я выгляжу!       Тяжело вздохнув, я попыталась собраться с мыслями. Мне надо как-то сохранить жизнь Луня. Нужно, чтобы королева не убила его, посчитав недостойным даже роли бойца на арене. И не убила меня…       День отсрочки. Желательно два. И я придумаю как вытащить его, вернув долг жизни.       Вскоре мы пришли к тронному залу и нас заметили. Принц Кармин, старший сын королевы, как раз выходил через арку, ведущую в тронный зал. Мазнув по нам взглядом, он стремительно прошел мимо меня, заинтересованно осматривая нового пленного ледяного.       — Приветствую вас, принц Кармин, — склонила голову в приветствии Казарка. Я поклонилась следом, вместе с Медью.       — И тебе здоровья, — отозвался Кармин, продолжая внимательно изучать раны Луня. — Так понимаю, это новый боец на арену? Не впечатляет. Да и Чибис, вижу, перестарался.       — Это не он пленил ледяного. А Свирель.       — Свирель? — Кармин, удивившись, оторвался от изучения Луня и поднял взгляд на меня. — Я поражен. Мне казалось, что после той казни ты никогда не решишься показаться перед королевой. Она точно будет недовольна тобой.       — Я понимаю… Но я очень хочу доказать, что я по прежнему ее верная подданная. Поэтому и…       Я сбилась на полу фразе и замолчала. Каждое мое слово начинало давить тяжелым грузом в груди. Я чувствовала, что предаю всех вокруг. Луня, Чибиса, королеву.       Но Кармин воспринял мое молчание по своему.       — Понимаю. Твой проступок хоть и был ощутимым, но все же не стоил тебе жизни, — отвернувшись от меня он снова стал разглядывать Луня. — К тому же мама сегодня в очень хорошем положении духа. Так что она вполне может и простить тебя… Вау!       Кармин увидел рану на крыле Луня и прямо горя любопытством потянул за перепонку, осматривая прореху.       Лунь вздрогнул и глухо застонал, после чего открыл глаза. Первые секунды он будто ослепленный пытался осмотреться, но вскоре понял где оказался и с гневным рычанием задергался, пытаясь освободиться.       Почувствовав как Лунь завозился, Медь сразу скинула его с себя и прижала к полу. Хотя этого и не требовалось. Цепи отлично держали его, не позволяя ни двинуть лапой, ни раскрыть пасти.       Поняв, что ему не сбежать, Лунь замер и стал цепко осматриваться. А потом его взгляд замер на мне, и меня сковал ужас.       Гнев, сквозящий в его взгляде, накрыл меня ледяной лавиной. Он прекрасно понял, по чьей вине оказался в плену.       — Впечатляет. Он с характером! Мама точно будет довольна. Заносите его, — кивнул Кармин стражникам, стоявших у арки в тронный зал. После снова повернулся к нам. — Медь, Казарка, вас не задерживаю. А ты, Свирель, иди. Представишь свой подарок королеве.       Стражники подошли и подняв Луня за цепи, потащили его в тронный зал. Кармин еще раз кивнул мне и ушел.       Стоило мне пройти через арку, как мое сердце почти замерло от одного только взгляда королевы, скользнувшего по мне.       Королева Пурпур, облокотившись на лапу, полулежала на своем сверкающем золотом троне и неспешно рассматривала внесенного в зал ледяного. Когда я на негнущихся лапах встала перед ней склонив голову, королева поднялась с трона и приблизилась ко мне.       — Так… так… так… — вкрадчиво заговорила она. — Кого я вижу? Свирель. Мне казалось, что мой прошлый приказ невозможно понять как-то неправильно. Но ты почему-то вернулась. Не хочешь объяснить… почему?       Королева нависла надо мной, ожидая ответа.       — Ваше величество, — заговорила я, едва сдерживая рвущийся из глубин души страх. — Я пришла, чтобы преподнести вам подарок, на ваш грядущий день яйца.       — Хм-м… любопытно, — Пурпур неспешно обошла меня, приблизившись к Луню. — И где твой подарок? Этот ледяной?       Обходя Луня, королева неспешно провела когтями по его шкуре, оставляя кровавые отметины и вызвав у Луня скрытый в гневном рычании, стон.       — Впрочем подарок… Не впечатляет.       — Ваше величество! Я…       — Тихо! — королева яростно прервала меня. — Я еще не давала тебе права говорить.       Я замолчала, с ужасом встретив гневный взгляд королевы и сразу склонила голову, обратно до пола. Королева же, вновь повернувшись к ледяному, сорвала с него медпакет.       — Целитель? Как скучно. Это тебе больше не понадобится, — ее взгляд опустился на лапы Луня и она прикоснулась к его наручам. — Какие чудесные наручи. Да не рычи ты! Я их сохраню в безопасном месте, а тебе достанутся особые прочные наручи из железа.       Усмехнувшись над своей шуткой, королева отбросила медпакет в сторону и продолжила осматривать Луня, прикоснулась к порванной перепонке его крыла, провела пальцами по торчащей кости.       — Вижу, ты все же немного изменилась, — ухмыльнулась она, оценив эту рану. Она тоже сделала неправильный вывод. — Ледяной, ты же знаешь кто я?       Лунь с гневным рычанием поднял голову, встречая взгляд королевы.       — Вижу, что знаешь. Я повелитель небесного племени — Королева Пурпур. Если бы ты мог меня сейчас убить, ты бы очень сильно помог своему племени, выведя небесных из войны. А знаешь, кто она?       Королева с усмешкой указала на меня.       — Она бесхарактерная тряпка. И ей запрещено появляться в столице. Знаешь почему?       Она сделала паузу, будто ожидая ответа от ледяного со связанной пастью. Лунь же продолжал с гневом смотреть на королеву.       — Вижу, не знаешь. Что же, я тебя просвещу. Не так давно я отдала ей приказ — казнить одного провинившегося небесного. И она отказалась. Хотя, отказалась, это громко сказано. Она просто не смогла убить провинившегося. Упала на колени, молила меня, рыдала. Унижалась на глазах у всего племени. Итогом, ее слезы только разозлили меня. Но я проявила милосердие. И вместо того, чтобы казнить ее вместе с провинившимся, я просто изгнала ее из города, запретив приближаться к дворцу. И теперь она снова здесь. И принесла с собой тебя, надеясь заслужить прощение за свою слабость.       Нет! Все не так! Все не так!       Королева закончила рассказ и вдруг прикоснулась к узлу цепей, что удерживали Луня.       — А теперь мне стало интересно. Кого ты убьешь, если я тебя сейчас освобожу. Меня… или ее?       Лунь замер. А вскоре повернул голову ко мне. В его взгляде читалась только его ледяная ярость, сулящая мне мучительную смерть. И мне с огромным трудом удалось сдержаться, чтобы не побежать от него. Но даже так мое сердце билось как бешеное, и я с трудом вдыхала в разы потяжелевший воздух.       Королева же, увидев кого выбрал Лунь, рассмеялась.       — Великолепно! Он готов отказаться от блага для своего племени просто для того, чтобы дотянуться до твоей шеи! Просто великолепно! — отпустив цепь, она повернулась к страже, застывшей неподалеку. — Унесите его и закуйте на колонне арены. Только сперва пусть лекарь приведет его в хоть немного презентабельный вид.       Стражники тут же подлетели к Луню и унесли его прочь. Королева же, вновь приблизилась ко мне.       — Итак, тебе все же удалось меня порадовать. Вижу, даже за это короткое время своей ссылки ты смогла измениться. Это меня радует.       Встав ко мне вплотную, королева схватила меня лапой за голову, поднимая на себя мой взгляд.       — Но все же меня по прежнему мучает один вопрос. Скажи. Теперь ты смогла бы привести в исполнение тот приговор?       Я чувствовала, что нахожусь на грани. Все мои силы уходили просто на то, чтобы не выдать королеве своих реальных чувств. Скрыть свой страх. Свое отчаяние. Я точно знаю — если мое мнимое спокойствие даст слабину… Королева убьет меня.       — Ваше величество… Я осознала, что служба вам есть величайшее благо для меня. И теперь я бы не раздумывая казнила изменника ради вас.       Королева ухмыльнулась.       — Очень хорошо. В таком случае я дарую тебе свое прощение. Ястреб решит куда тебя приткнуть, как только ты залечишь свои раны.       Вдруг ее хватка усилилась и когти до крови проткнули мою кожу. А коготь на большом пальце, что находился прямо на моей морде, начал медленно двигаться, оставив за собой кровоточащую рану под моим глазом.       Я едва сумела сдержать полный боли крик.       — И запомни. Мое прощение это очень… очень… очень редкий дар. Не смей им пренебрегать. Или ты стократно пожалеешь, что вернулась. Смерть Всполоха покажется тебе легкой щекоткой по сравнению с наказанием, что будет ждать тебя. Не разочаруй меня. Снова.       Королева перестала терзать мою морду когтями. Отпустив меня, она развернулась и легла обратно на свой трон.       — Свободна, — махнув лапой закончила она эту пытку. — Иди, покажись лекарю. Но не смей исцелять этот шрам. Он останется тебе как напоминание о своем месте в моем племени.       — Да, ваше величество.       Я снова поклонилась ей и стараясь не проявлять поспешности, покинула зал.       Рана болела. И ощутимо кровоточила. С редкой периодичностью к моим торопливым шагам добавлялся звук капающей на пол крови.       Но это я еще легко отделалась.       Отойдя достаточно далеко от зала, я замерла посреди коридора. Слезы, что я так долго сдерживала, наконец полились.       Я не хотела этого! Не хотела!       Не хотела возвращаться! Не хотела снова видеть королеву! Не хотела унижаться перед ней!       Не хотела, чтобы Лунь попал в плен к ней! Не хотела, чтобы Лунь возненавидел меня!       Почему все пошло именно так? Почему? Почему?!       Почему я такая трусливая тварь!       Если бы я не бросила Луня, мы бы вероятнее всего сумели бы выбраться вместе и укрылись бы от патруля!       Лунь бы отправился к своим, а я к своим. И не было бы этих проблем!       Хватит. Я должна успокоиться. Сперва надо залечить крыло, а потом как-нибудь добраться до Луня. Я смогу его вытащить. Надо будет просто придумать — как.       Вздохнув и вытерев слёзы, я продолжила путь. Сперва мне надо вылечить крыло. Если я не смогу летать, я точно не смогу никак исправить эту ошибку.       Вскоре показалась комната целителей. Я ненадолго замерла у входа, осматривая множество драконов, занимавших все доступное в лечебнице место.       Лежащие, как на специальных лежаках, так и просто на полу. Тяжело раненные и находящиеся в полубреду от многочисленных ран — драконов было очень много. Но при этом это всего лишь малая часть от пострадавших на войне. Легкие раны, пусть кровоточащие и болезненные принято обрабатывать самим. Но обычно лекари ими все же занимались, пусть и вскользь.       А смертельные раны… С ними и вовсе не пускали в лечебницу, чтобы умирающие не мешали спасать жизни тех, кому еще можно помочь.       Неприятное место. Во дворце много таких, где я не хочу находиться. В нем почти нет мест, где я бы хотела быть.       Один из целителей заметил меня, замершую на пороге.       — Свирель! Что ты тут делаешь? Тебе же запрещено появляться во дворце!       Яхонт — пожилой дракон неспешно приблизился ко мне, аккуратно обходя раненых. Темно-оранжевый старик с частыми, уже начавшими выцветать чешуйками и стекляшкой, плотно закрепленной веревками над глазом.       — Королева даровала мне свое прощение, — ответила я, поклонившись.       Яхонт аккуратно взял меня за голову и повернул ее, рассматривая оставленную королевой рану.       — Да. Следы от ее когтей я узнаю где угодно, — в конце концов он отпустил меня и развернулся. — Следуй за мной.       Яхонт снова прошел мимо раненых драконов и скрылся в одном из проходов в глубине пещеры. Я проследовала за ним по пятам, стараясь не крутить головой.       Небольшая комната, в которую мы вошли, была личными покоями Яхонта. Лежанка, укромно припрятанная в углу, множество шкафов, забитых свитками и самыми различными склянками с трупами мелких животных.       Мерзкое зрелище. И зачем они их вообще тут хранят?       — Садись в центре.       Стоило мне сесть, как он сразу стал цепко осматривать меня, задерживая взгляд на моих ранах.       — Зря ты вернулась, — вдруг сказал он не отрываясь от осмотра. — Твое место не здесь.       Как же неприятно это слышать! Но я понимаю, что это правда.       — Я понимаю, но обстоятельства оказались сильнее меня. Я не хотела возвращаться.       — Обстоятельства, да? Тот молодой ледяной, которого ко мне притащили. Твой трофей?       — Да… он самый. Как он?       — Не считая крыла, сущие мелочи. Много сломанных чешуек на спине, небольшая кучка выдернутых шипов от драконьего кактуса, гематомы. Впрочем, я долго его не осматривал, а сам он не горел желанием говорить. Завтра его выставят на свой первый бой на арене. Он из целителей? — вдруг Яхонт замер, аккуратно касаясь когтями швов на моем брюхе. Едва слышно он спросил. — Его работа?       Я кивнула.       — И рана, и шов.       — Крыло тоже? — его лапы переместились к моему крылу, болезненно касаясь его и часто оттягивая кожу. — Тут уж схалтурил. Впрочем, не удивительно, он мог не знать, что в наших крыльях в разы больше нервов и артерий. Не дергайся.       Его хватка резко усилилась, опалив мое крыло огнем. И тут я уже не выдержала, закричав от этой невыносимой боли.       — Тихо, осталось немного.       Я пыталась сдержаться, пыталась зажать себе пасть. Но боль была просто чудовищной и после каждой манипуляции Яхонта, только усиливалась!       Даже стало жаль, что лечит меня не Лунь. Пусть он и сделал не совсем правильно, но хотя бы не было так мучительно больно!       Наконец лапы Яхонта перестали терзать мое крыло.       — Раскрой крыло, — приказал он.       Сквозь непрекращающуюся боль мне удалось полностью раскрыть его. А после сложить.       — Так то лучше, — удовлетворенно кивнул Яхонт. — Можешь идти. Раны от королевы нельзя лечить, а остальное обработано вполне неплохо. Крыло же скоро пройдет.       Я поклонилась и собралась уходить, когда Яхонт вдруг меня остановил. Приблизившись вплотную, он едва слышно зашептал мне на ухо.       — Тебе не стоило возвращаться. Ты ни капельки не изменилась и, в отличии от своей сестры, совершенно не умеешь скрывать свою суть. Улетай при первой же возможности. Здесь тебя ждет только скорая смерть.       Сразу после этого он отвернулся от меня, вернувшись к своим делам, явно показывая что разговор окончен. Я покинула лечебницу.       Я прекрасно понимаю, что не должна тут быть. Сейчас слишком многое давит на меня. И… моя слабость уже стоила жизни одному дракону. Мне надо покинуть столицу как можно скорее. Так что я не буду сожалеть ни о чем, когда сбегу.       Но для этого я должна еще вытащить Луня. По моей вине он сюда попал и я не хочу, чтобы по моей вине он тут умер.       Быстро покинув дворец, я направилась к спальным пещерам, спускаясь по обвивающей дворец тропе. Там, в комнате, что принадлежала сестре, я смогу дождаться ночи, чтобы пробраться к Луню. Надеюсь, до вечера крыло достаточно заживет и я смогу полететь.       И кстати о сестре… Стоит ли рассказывать ей про Луня? Я всегда могла положиться на нее, но не будет ли обсуждение помощи ледяному перебором? Ладно. Не буду ее отвлекать. Она все же занятой дракон. Одна из капитанов.       Войдя в пещеры, близкие к основанию дворца, я не спеша прошла по туннелю, пока не остановилась у знакомого входа в нашу комнату. Отдернув занавеску я осмотрелась. Дома сестры не оказалось. Видимо, она все еще на вылете.       В комнате все оставалось на тех же местах, как и до моего изгнания. Стеллаж с недорогими украшениями, рулоны ткани, ящичек с благоухающими травами. Все было так, как я оставила. Похоже, сестра даже не думала избавляться от моих вещей. А вот на ее половине явно добавилось деталей.       Вздохнув, я вернула занавеску на место и прошла вглубь комнаты, сразу ложась на свою лежанку. Мне стоит поднабраться сил перед своей ночной вылазкой.       Но сон никак не шел. Крыло постоянно пульсировало болью, к которой присоединялась рана под глазом.       К тому же не к месту вспомнились слова Яхонта. Мое место не здесь. Я прекрасно понимаю это. Перевернувшись, я увидела высохший цветок, что я оставила у изголовья за день до своего ухода. Очень мало кто из нас любил цветы. Но это было одно из моих наименьших отличий от других.       Я слишком сильно отличаюсь от остальных небесных. Все-таки мне повезло с сестрой, что вырастила меня. Она заботилась, чтобы я понимала цену крови и цену жизни. А может в этом и проблема?       Я не люблю кровь. Я ненавижу арену. Я не могу смотреть на чужую боль и смерть. И… Я боюсь всего. А больше всего боюсь, что стану такой же кровожадной убийцей, как мои соплеменники.       Небесные выше всех других племен! Наш огонь пылает ярче всех, а значит остальные племена годны только умирать: на наше благо или за наше благо! Даже песчаных, наших союзников, сородичи соглашались лишь терпеть. А в земляных и вовсе плевались, гоня подальше от дворца. Многие еще помнят, что мы были врагами и мои сородичи никогда не упустят возможности им об этом напомнить.       Но среди них были и те, на кого я могу положиться. В особенности на сестру, ей я могла довериться. И я точно знаю, что она будет любить меня любой. Это было нашим обещанием друг другу, когда мы лишились всех близких, оставшись только вдвоем.       И Всполох… Ему я могла доверить вообще все. Он всегда был рядом и всегда поддерживал меня. И одного взгляда его золотых глаз хватало, чтобы самый пасмурный день становился теплым.       Всполох… Прости меня…       В этих мыслях я и провалялась, баюкая болящее крыло, до самой ночи. Сестра все еще не вернулась. Надеюсь завтра она появится, мне и правда стоит с ней поговорить. Поднявшись с лежанки я потянулась и размялась, особенное внимание уделив крыльям. Правое крыло почти не болело. И даже пара пробных взмахов показала, что я смогу без проблем полететь. Пора поговорить с Лунем.       Вдруг заурчало в животе, напомнив что я так еще и не поела. Уже второй день голодаю. Лунь тоже должно быть голоден. Значит стоит сперва полететь на кухню, взять что-нить съестное. Так мы и поговорить сможем, и надеюсь это даст мне хоть немного времени, чтобы Лунь меня выслушал.       На кухне уже почти никого не было. Благо хоть еды было еще в достатке. Подобрав пару наиболее аппетитно выглядящих тушек горных козлов, я сразу помчалась на арену. Крыло уже практически прошло. Так, только в начале взмаха слегка покалывало. Но это пустяк. Все же, несмотря на болезненность, лечение Яхонта оказалось на высоте. Уже завтра боли точно не будет. А раз сейчас пара тушек мяса не вызывают неудобств, то к следующей ночи я точно смогу унести целого дракона!       Очень скоро я прилетела к арене. Ночью она производила на меня еще более удручающее впечатление. Все эти столбы с пленниками, открытыми всем ветрам и спящими в тяжелом кошмарном ожидании следующего дня, когда вновь придется биться за право просто жить…       Прав был Лунь. Тысячу раз прав. Это позорное и ужасное место. И оно лучше всего открывает ненавистную черту моего племени. Как бы я хотела, чтобы этой арены не было…       Ладно. Этого я точно изменить не смогу. Надо найти Луня… То есть понять кто из этих ледяных Лунь…       Как же их различать меж друг другом?! Как они сами друг друга различают?! Ар-р-ргх!       Взгляд вдруг зацепился за дракона, что не спал. Ледяной статуей он сидел в центре столба и только медленный поворот его головы, следящий за моим полетом, говорил мне, что этот дракон живой.       Редкая облачность мешалась, будто специально скрывая от меня детали внешности этого дракона. Но что-то мне подсказывало, что именно он — Лунь. И стоило мне подлететь поближе, как наконец в глаза бросилась его внешность, особенно его светло-синие глаза и расколотый правый рог.       Я аккуратно приземлилась на край столба и присмотрелась к Луню. Тот по прежнему смирно сидел, не сводя с меня взгляда. Хорошо, хоть убить не пытается…       Отбросив не к месту появившиеся мысли, я вздохнула и наконец собравшись с силами, подошла поближе.       — Привет, — вырвалось у меня.       Вот я дура!       Лунь всё так же сидел, даже не пошевелился.       — Я… Я бы хотела извиниться перед тобой. Прости меня…       — Прости меня?       Ледяной тон Луня не оставлял даже толики надежды на легкий разговор. Он опять закрылся… и имеет для этого причины.       — Это все, что ты хочешь сказать после того, как воспользовалась моей помощью и подставила, притащив меня сюда? Или ты действительно ждешь от меня прощения? Как ты там говорила… Даже на войне есть место милосердию, взаимопомощи, прощению? Где была взаимопомощь, когда ты бросила меня в пещере у взрывающегося кактуса? Где твое милосердие, когда ты притащила меня рабом на вашу арену? Или ты говоришь о прощении, что вымолила у своей королевы в обмен на мою жизнь!       Лунь резко поднялся, но цепь, прикрепленная к кольцу на столбе не позволила встать ему в полный рост, протяжно загудев.       — Ничтожное бесхарактерное трусливое подобие на дракона без чести и самоуважения!       После случившегося я и не ожидала легкого разговора. Но все оказалось куда хуже!       — Я понимаю. Ты в полном праве злиться на меня. Я виновата! Поэтому сейчас я прошу просто выслушать меня… пока ты ужинаешь.       С этими словами я положила перед ним тушку козла. Лунь опустил свой взгляд на нее, и я явственно услышала, как заурчал его живот. Спустя несколько секунд раздумий, Лунь все же схватил тушку и вцепившись в нее, вырвал и проглотил крупный кусок мяса.       Он не двигался некоторое время, почти замерев. Наконец он поднял взгляд на меня и кивнул.       — Говори.       Ура! Он меня выслушает. Уже успех! Идея принести с собой еды была просто гениальной!       Но и мне стоит немного подкрепиться. Откусив кусок от оставшейся у меня тушки, я продолжила:       — Я понимаю. Я виновата перед тобой. Ты спас мне жизнь, хоть и не был обязан. А я в ответ на это… бросила тебя, когда должна была помочь.       Пока я говорила, я пыталась понять как Лунь воспринимает мои слова. Но он оказался полностью непроницаемым. Как будто мои слова совершенно его не цепляли.       Я рассказала ему о произошедшем. О том как на дым прилетел патруль. Как я пыталась уговорить их оставить ледяного на меня, а после обнаружения травмы моего крыла, как пыталась уговорить не убивать пленника. И о том что пришлось и дальше притворяться, чтобы спасти наши жизни.       Под конец моего рассказа, Лунь, уже справившийся с тушкой, просто недвижимо сидел. Невозможно было понять о чем он думает. Но… надеюсь он все же поверит мне.       — Я постараюсь спасти тебя. Мне просто нужно восстановиться. Нужно время, чтобы восстановилось крыло, несколько дней, и тогда я вытащу тебя отсюда. Не знаю как, но вытащу.       Лунь молчал. Его молчание тяготило меня не меньше, чем изначальная ненависть.       — Я тебе не верю, — ровным, на удивление спокойным голосом ответил Лунь. — Вы, небесные, цените только себя. Вам плевать на других. Ты точно получила очень многое, подарив меня королеве. И по тебе отлично видно, что ты не решишься меня спасти.       Его слова били по мне, оставляя раны страшнее ран от когтей. Боль от его слов заставила меня склонить голову.       — Я не знаю зачем тебе нужно, чтобы я продержался несколько дней на вашей арене, но чего бы ты не добивалась, это тебе не поможет. Я в плену на вашей арене. И зная, что тут никто не получает свободу, ты огласила мне мой смертный приговор.       Лунь выпрямился и взял лапой одну из цепей, что составляла паутину сковывающую всех пленников арены, и потянул ее. Меня поразило, насколько спокойным он выглядел в этот момент. Слишком спокойным…       — Ты ведь помнишь, на каких условиях мы согласились на сотрудничество? — не дождавшись от меня ответа, Лунь продолжил. — Мы выберемся из этой передряги вместе.       Цепь зазвенела, когда он слегка отпустил ее, позволив звеньям проскользить по когтям. Слегка раскачиваясь, она заставляла приглушенно звенеть каждое звено этой огромной сети, колышущейся над ареной.       Лунь поднял взгляд на меня и я почувствовала накрывающую меня волну ужаса. Я уже видела этот взгляд, когда висела на отвесном склоне, зацепившись за трещину в скале. Именно с таким взглядом он тогда собирался меня убить!       Все чувства затмило одно единственное желание. Надо бежать!       Но я не успела. Лунь широко взмахнул лапой с зажатой в ней цепью и она, следуя его взмаху, обвилась вокруг моей шеи. Мой же запоздалый рывок назад только позволил звеньям сойтись, плотно обхватив мою шею.       А спустя мгновение Лунь потянул, передавливая мне горло получившейся петлей.       — А раз мне предстоит умереть, то и тебе не удастся выбраться живьем!       Я пыталась говорить, пыталась просить его остановиться, но из рта вылетал только хрип.       — Давай! Убей эту небесную! — вдруг раздалось со стороны. Остальные пленники с радостью встречали действия Луня.       — Все они заслуживают сдохнуть на этой арене!       — Убей! Убей! Убей!       Я не могла вдохнуть. Легкие уже горели. Я не должна была сюда соваться! Я…       Я не хочу умирать!       Помогите!       Раздались хлопки крыльев. На Луня со всего размаху обрушился один из стражей, полностью подмяв ледяного под собой. От удара Лунь отпустил цепь и хватка на моей шее сразу ослабла. Я упала на землю, с хрипом вдыхая воздух, стараясь погасить сжигавший легкие огонь.       Я закашлялась. Горло саднило, и я не сразу пришла в себя. А стоило мне поднять взгляд, как я увидела троих стражей, что методично избивали Луня.       Они били остриями копий, и каждый удар заставлял Луня вздрагивать. Лунь даже не пытался отбиваться, а старался закрыть лапами хотя бы самые уязвимые места. Но стража, периодически дергая за цепи ведущие к оковам на его лапах, заставляла его открыться и вновь начинала это истязание.       — Хватит… — Едва слышно прохрипела я. — Хватит. Хватит!       Меня наконец услышали. Стражники прервались, а один из них повернулся ко мне.       — Почему ты останавливаешь нас? Он напал на тебя. Он пытался убить тебя. За эту непокорность он должен быть наказан!       — Хватит, — мой голос наконец вернулся в норму, но я чувствовала, как что-то оборвавшееся внутри меня, мешает мне говорить. — Хватит… Он станет мясом на потеху нашему племени. Он уже достаточно наказан…       Тяжело оттолкнувшись, я взмахнула крыльями и полетела обратно в свою комнату. Мои лапы дрожали. Меня пронизывал холод. Я едва успела забежать в комнату и задернуть занавеску, когда силы, сдерживающие мои слезы, закончились и я зарыдала, упав без сил на свою лежанку.       Я опять облажалась. Я опять всё испортила.