Глава 19 Око дракона
31 октября 2023 г., 20:07
Бой был окончен, но зрители все никак не унимались. Оглушающий рев тысяч драконов не прекращался ни на секунду. Ярость прошедшего боя проникла в самую глубину душ зрителей, а запах смерти пьянил, заставляя сердца биться в безумном припадке. Этот бой будут помнить еще очень долго.
Лунь стоял на бездыханном изуродованном теле морской в центре арены, под непрекращающимся гулом, исходящим со всех сторон. Его когти и чешуя были покрыты кровью. От его тяжелого дыхания в воздухе образовались густые облака ледяного пара.
Наконец всеобщее буйство пошло на спад, и сквозь рычание и безумие начало прорываться одно единственное слово:
— …Шрам! Шрам! Шрам!
Уже через несколько секунд вся арена в один голос скандировала его имя. И только голос принца Кармина, кружащегося над ареной, выбивался из всеобщего ликования.
— Это был просто неописуемый бой! Мне действительно жаль тех, кто не мог сегодня наблюдать его воочию! Мы все можем воздать почести бойцу за этот невероятный поединок! И он заслужил возможность отдохнуть!
Лунь медленно отошел от морской. Так же медленно, на нетвердых лапах обернулся ко мне и завалился набок.
Я же наконец смогла побороть оторопь и бросилась к нему. Вблизи его раны выглядели еще хуже. В скольких местах плоть была разодрана даже подсчитать было нельзя! И из многих ран медленно текла голубая кровь. Лунь все еще был в сознании, но явно держался из последних сил. Во взгляде, что он поднял на меня, едва теплилась жизнь.
Невозможно было поверить, что такой взгляд может принадлежать дракону, что совсем недавно живьем рвал своего противника.
Наконец Лунь обмяк, потеряв сознание.
— И на этом, несомненно, невероятном поединке, наш сегодняшний вечер подходит к концу! — тем временем не унимался Кармин. — А завтра будет продолжение! И я уже предвижу, что нас ждут еще более ошеломительные бои! — после чего сел на королевский балкон и поклонился королеве. — А теперь, прошу, Ваше Величество, произнесите речь перед вашими верными слугами.
— Хм… несомненно, — ответила королева и начала свою речь к завороженно слушающим ее драконам.
Рядом сел капитан стражи.
— Почему ты до сих пор возишься? — недовольно зарычал он. — Тащи его на столб!
— Но он же практически при смерти!
— Ты знаешь правила. Если боец погибает от полученных на арене ран, то это уже не наши проблемы.
— Это жестоко.
— Сама арена жестока! — прорычал, потеряв остатки терпения капитан.
Арена жестока? Это звучит как оправдание!
Оправдания… Оправдания нашей кровожадности, нашей войне, ее жертвам. Оправдания убийств на арене. Оправдания моему страху… Как же мне они надоели!
— Я никогда этого не приму.
— От тебя это и не требуется. Сейчас ты должна нацепить на пленника оковы и вернуть его на столб. Так что заткнись и живо выполняй!
Да. Я должна выполнять обязанности стражницы. И сейчас не время для самокопания.
— Слушаюсь, — все же прорычала я.
Застегнув кандалы на лапах Луня, я обхватила его и, усиленно заработав крыльями, стала подниматься в воздух. Нужно было спешить. К тому же спешку подстегивал почти переставший ощущаться холод от чешуи Луня. Не знаю, связано ли это с его ранениями или это только из-за сложного боя, но медлить точно нельзя. Нужно как можно быстрее заняться ранами!
Сев на столб, я положила Луня в его центр. Во время полета некоторые только начавшие закрываться раны вновь стали кровоточить. К тому же лед, покрывавший его левую лапу, начал трескаться. Я точно знаю, что ледяной выдох опасен и для самих ледяных, но я не могу даже предположить как сильно он повредил лапу. В худшем случае стоит льду растаять, как голубая кровь сразу потечет из-под каждой чешуйки! Но даже без них у Луня было слишком много рваных ран. Нужно срочно остановить кровь!
А для этого у меня было всего несколько бинтов. Стражникам обычно не выдают каких-либо особых медикаментов. Пара свертков бинтов, смоченных в спирте, и все. Их может не хватить, чтобы закрыть даже самые тяжелые раны. Лунь снова оказался прав. Я бы сейчас многое отдала за хороший медпакет!
Но я должна хотя бы попытаться.
Бинты, которыми я стягивала грудь Луня, где было больше всего глубоких ран, мгновенно окрашивались в синий. Через какое-то время мне даже удалось закрыть несколько самых крупных кровотечений, но бинты закончились слишком быстро, а у Луня еще оставалось множество распоротых участков чешуи. Даже когда я размотала бинт со своей лапы, было ясно, что не справлюсь с его ранами.
— Что ты делаешь? — вдруг раздалось со спины, сильно напугав меня.
Я не сразу узнала голос. Лишь обернувшись и увидев Чистеца, я успокоилась и снова вернулась к своей работе.
— Пытаюсь спасти ему жизнь. Разве не видно?
— Зачем?
Этот вопрос совершенно шокировал меня. Вновь обернувшись и встретившись взглядом с Чистецом, я увидела только его равнодушие. Он задал этот вопрос совершенно спокойно, даже обыденно. Просто как ни в чем не бывало спросил, почему я пытаюсь сохранить чью-то жизнь!
Этот ли дракон совсем недавно признался, что хотел бы видеть мирно общающихся драконов разных племен? И теперь он смотрит на умирающего ледяного совершенно спокойным, бездушным взглядом.
— Почему ты это спрашиваешь? Кому вообще нужны причины, чтобы спасти чью-то жизнь?!
Чистец ничего не ответил. Он молча приблизился и протянул лапу к шее Луня.
Я схватила протянутую лапу, не позволив Чистецу коснуться его. Но мне пришлось приложить море усилий, чтобы удержать его, так как Чистец продолжал тянуться когтями к Луню.
Наконец Чистец остановился. Взглянув на меня, он сухо покачал головой и вновь отошел назад.
— Ты, наверное, неправильно меня поняла, — Чистец сел неподалеку и поднял лапы в примиряющем жесте. — Знаешь, он ведь все равно умрет. Не думаешь ли ты, что для него было бы лучше умереть сейчас? Не приходя в сознание. Когда последнее, что он помнит, это как он стоял на трупе сильного врага, которого он одолел в тяжелой схватке под громом толпы, скандалящей его имя.
Его слова заставили меня задуматься. А может так и правда будет лучше?
Если Лунь сейчас умрет, то мне не нужно будет больше беспокоиться о нем. Не нужно будет рисковать, ища для него лекарство, вытаскивая его с арены, пытаясь его вылечить.
К тому же в действительности ли Лунь такой, каким он показался мне в пещере? Может я все хорошее только надумала о нем? Как он ценил мою жизнь, пока действовал наш уговор. Боялся за меня, пытаясь спасти от утопления. Заботился о моем состоянии. Была ли вообще тогда забота?
Может на самом деле он такой, каким был несколько минут назад на арене? Жестокий и кровожадный убийца, не знающий ни капли сострадания. И стоит ему спастись, как он тут же убьет меня, поскольку я больше не буду ему нужна. А вернувшись к себе и вылечившись, продолжит в своей кровавой ярости убивать моих соплеменников?
Стоит ли тогда пытаться его спасти?
Нет. Я не отступлю. Ведь я решила спасти его. Но… Мне нужно будет с ним поговорить.
— Нет, — в итоге ответила я. — Я не думаю, что так будет лучше.
— Хм-м… — задумался ненадолго Чистец. — Как знаешь. Но я на его месте все же предпочел бы такую смерть. Это было бы намного лучше, чем то, что его ждет вскоре.
— О чем ты?
— Как… — искренне удивился Чистец. — Ты не понимаешь? Ты же видела королеву во время его боя?
— Я… — я попыталась вспомнить, но в итоге так ничего и не припомнила. — Нет, не смотрела. Я не могла отвести глаз от поединка.
— Не ты одна, — усмехнулся Чистец. — Вся арена, задержав дыхание, следила за боем, самим своим естеством ощущая кровавую ярость, что творилась перед ними. И после окончания боя я даже немного испугался, что небесные в порыве всеобщей ярости вот-вот набросятся на нас. Но нет — пронесло. По крайней мере я до сих пор целый, — Чистец вновь усмехнулся и вдруг посерьезнел. — Но самое главное, что сама королева Пурпур также не отводила взгляда от боя и в ее глазах я явственно видел безумное пламя, обрамленное ее кровожадной улыбкой. Ты и сама знаешь, что это значит.
Мое сердце замерло от ужаса. Ведь он прав. Я знаю, что это значит.
— Она захочет поставить его против Беды, — едва дыша ответила я.
— Именно. Он отличный боец, но он не победит. Никто не заслуживает бессмысленной смерти в поединке, где нет даже шанса на победу. Поэтому я и думаю, что ему будет лучше умереть сейчас. Один короткий порез когтем на его шее и он получит милосердную тихую смерть. Никто не отличит рану от когтей земляных от когтей морских, даже если будут осматривать, в чем я сильно сомневаюсь. Подумай над этим. И думай быстрее, пока за ним не явились.
Он прав. Если королева захочет увидеть его бой против Беды, то она отправит за Лунем стражу, чтобы вылечить его перед поединком. Ведь она отлично понимает, что израненный боец не сумеет показать так желанного ею красивого боя.
Но все это для меня значит лишь то, что я больше не имею права тянуть. Я должна вызволить Луня до восхода солнца.
Чистец вновь потянулся к шее Луня, но я остановила его.
— Нет. Не надо, — покачала я головой, после чего с окрепшей уверенностью взглянула в его глаза. — Я не дам ему умереть.
— Ты… Что ты… — мои слова удивили Чистеца, но он быстро успокоился и улыбнулся. — А, вот что ты задумала. Тогда не буду тебе мешать.
Раздались хлопки крыльев. Нас мигом окружили двое стражников вместе с командиром стражи.
— Что ты здесь делаешь?! — тут же огрызнулся командир на Чистеца.
— Не беспокойтесь, — только усмехнулся он в ответ. — Я уже улетаю.
С этими словами он отошел назад и спрыгнул со столба. Вскоре раздались быстро стихающие хлопки его крыльев.
Капитан стражи, проводив его взглядом, подошел к Луню и схватил его за голову.
— Еще живой. Хорошо, — после чего повернулся ко мне. — И ты правильно сделала, что обработала наиболее крупные раны. А теперь отдавай ключи — королева приказала отнести его к целителю. Мы этим займемся, после чего вернем его обратно. Твоя служба на сегодня закончена, но королева хочет тебя видеть. Она в тронном зале. Не заставляй ее ждать.
Я почувствовала ледяную волну ужаса прошедшую по моей чешуе от его слов. Что королева хочет от меня? А что она знает?
Что Пересмешница узнала? Что успела рассказать?!
— Что… За что? Я же ничего не сделала!
— Да тише ты! — недовольно зарычал в ответ капитан. После чего, более спокойно продолжил. — Не знаю, что она от тебя хочет, но по виду, она была крайне довольна. Может даже решит наградить тебя за этого ледяного.
— Хорошо. Я… — слова капитана немного успокоили меня, но дрожь все равно не хотела уходить. — Я немедленно отправлюсь к ней.
Коротко поклонившись капитану, я отдала ему ключи и сразу полетела к вершине дворца. Приземлившись перед входом я подошла к стражнику, но он сразу отошел в сторону, пропуская меня.
— Проходи. Королева ждет тебя в тронном зале. Не заставляй ждать ее слишком долго.
Я кивнула и зашла во дворец. Быстро пробежав по его сияющим под светом факелов золотым коридорам, я очень скоро оказалась у тронного зала. Стражники, стоящие подле него, не обращали на меня никакого внимания.
Остановившись перед ними я глубоко вздохнула, прогоняя остатки нервозности и заглушая дрожь. Что королева ни хотела бы от меня, я должна показывать себя достойной ее милости. По крайней мере очень надеюсь, что меня ждет ее милость, а не гнев.
Войдя внутрь, я увидела полулежащую на троне королеву Пурпур, принцессу Рубин, стоящую перед ней со склоненной головой и внимательно слушающую указания королевы, а также ярко-красную дракониху. Пересмешницу.
Заметив меня, королева прервалась и коротким взмахом лапы отогнала принцессу в сторону. Рубин молча послушалась и встала сбоку, освободив место перед троном, похоже, для меня. Королева же лапой позвала меня подойти.
Я пошла вперед. Приблизившись к трону, я склонила перед королевой голову.
— Ваше Величество, — заговорила я, переборов свой страх. — Я прибыла по вашему приказу.
— Хорошо. Ты же знаешь, зачем я тебя позвала? — лениво спросила королева.
Сердце пропустило удар. Но, не показывая виду, я ответила королеве.
— Не знаю, Ваше Величество.
— Не знаешь, — усмехнулась королева, повторяя мои слова. — Как глупо. Тебе не нужно меня бояться.
Поднявшись с трона, королева приблизилась ко мне и, мягко взяв за голову, подняла мой взгляд на нее.
— Ты верно мне служишь и нынче даже показываешь достойную прилежность. А я всегда вознаграждаю тех, кто мне верно служит. Взгляни на Пересмешницу. Не так давно она разочаровывала меня раз за разом, и в итоге была отправлена на дальнюю северную заставу. А теперь, менее чем за неделю, она заслужила место возле меня.
Королева улыбнулась и отпустила меня.
— Можешь даже вспомнить свою сестру. Гарпия… Опаленная Гарпия не всегда была примером для подражания, но последние годы она с впечатляющим усердием сражается и ведет в бой моих подданных. Поэтому я и прощаю ей некоторые ее заскоки, которые мне не нравятся. Я даже простила ей ее интрижку с этим земляным. Подумать только… Этого я совершенно не ожидала от нее, но… пусть. Пока она проявляет такое усердие в своей службе, я готова закрывать глаза на некоторые ее слабости. Теперь это же касается и тебя. А теперь поднимись, — дождавшись, когда я выпрямлюсь, королева улыбнулась. — Хорошо.
Королева потянулась ко мне и провела когтями по недавно зажившему шраму под глазом, что снова заболел от ее прикосновения.
— Ты разочаровала меня, но исправилась. И теперь верно служишь мне. Мало того, твой подарок впечатляет меня с каждым днем все сильнее. Сегодня я наблюдала невероятно волнительный поединок. И я хочу увидеть еще! Но у меня есть идея даже лучше, чем просто еще один поединок. Я хочу увидеть его бой против Беды! Поэтому я решила дать ему немного подлечиться и отдохнуть. А послезавтра, на моем дне яйца, он выступит на бой против моего любимого паладина.
Все оказалось именно так, как и говорил Чистец.
— Вы думаете, что у него есть шансы?
— Нет. Никаких. Победа Беды будет пусть и ожидаемой, но красивой. Но если победит Шрам… Что ж… Я лишусь паладина, но приобрету ледяного демона арены!
От слов королевы разило жаждой крови. Одна даже мысль о победе ледяного разожгла огонь в ее глазах.
— Ледяного демона арены? — не сдержала я удивления. — Разве победивший пленник не получает свободу?
— А когда это было-то? Впрочем, не волнуйся об этом. Я уверена, что смогу убедить его остаться. Кем бы он ни был, но вряд ли он откажется от статуса, почестей и моего благодушия.
— А если победителя не будет? Если погибнут оба?
Королева на мгновение задумалась.
— Будет печально лишиться обоих дарований, но согласись, это зрелище будут помнить десятилетия! Всепожирающее пламя против ледяной ярости! Как волнующе! Я уже предвкушаю этот поединок. Это событие века! Как же не терпится его увидеть!
В глазах королевы вспыхнуло кровожадное пламя, превратившее ее недавнюю улыбку в ужасающий оскал. Королева тут же мечтательно закатила глаза и глухо зарычала. Но вскоре она успокоилась и с прежней самодовольной улыбкой, вернулась к себе на трон.
— Думаю, ты сумеешь привести ко мне еще парочку таких же одаренных бойцов. Я знаю, что жду от тебя многого, но я также уверена, что ты не разочаруешь меня. А теперь свободна!
Королева махнула мне лапой показывая, что аудиенция окончена и повернулась к принцессе. Я же собралась уходить, когда замерла от неожиданной мысли.
Сейчас королева в хорошем настроении. Этой ночью мы с Лунем сбежим, но мне же еще нужно найти для него противоядие. А для этого я обязана заполучить его наручи. Может у меня получиться выпросить наручи у самой королевы? Учитывая, что сестра сегодня как сквозь землю провалилась, другого шанса может и не быть.
— Ваше Величество, — обратилась я к королеве, вновь склонив голову.
— Хм… Да? — королева снова обратила на меня внимание.
— Я… Ваше Величество… — едва сдерживая острое желание извиниться и убежать, начала я. — Я бы хотела получить в награду наручи Шрама. Они мне очень приглянулись.
Зал погрузился в тишину. Были слышны лишь тихое потрескивание горящих факелов. Принцесса Рубин с ужасом смотрела на меня. Да и Пересмешница заметно удивилась.
А королева… Сперва после моей просьбы она замерла. А потом усмехнувшись, оскалилась.
— А ты наглеешь на глазах! — в ее глазах проскочила искра самодовольной усмешки. — Мне нравится. Рубин! — резко повернулась она к принцессе. — Отведи Свирель в сокровищницу и выдай ей те белые наручи ледяных. Они, конечно, необычные, но все же слишком скучные. И совершенно не имеют украшений. Так что так и быть, пусть забирает.
Это… Даже поверить не могу, что у меня получилось! Впрочем как и в то, что королева действительно отдаст мне наручи.
— Благодарю вас! — я снова поклонилась королеве. — Я безгранично вам благодарна!
— Хорошо. А теперь вы двое свободны. А ты, — королева повернулась к Пересмешнице. — Останься. Мне есть, что тебе сказать.
Мы с принцессой Рубин поклонились королеве и поспешно покинули зал. Пока мы шли к выходу, королева стала что-то говорить Пересмешнице, и я не могла расслышать, что она говорит. Только у самого выхода я расслышала последние слова королевы.
— Не подведи меня, — донеслись до меня ее слова.
— Слушаюсь, Ваше Величество, — ответила Пересмешница.
Похоже, их разговор закончился, и мы с принцессой Рубин покинули зал. Рубин выглядела весьма напряженной, и мы быстро шли в сторону сокровищницы. Она заметно спешила, мне даже приходилось периодически переходить на бег, чтобы поспевать за ней.
Принцесса так спешила, что коридоры дворца сливались для меня в однообразный туннель, а от блеска золота, устилавшего пол и стены в несметных количествах, уже рябило в глазах.
Но даже такая пробежка не спасла меня. Ведь пройдя очередной поворот, я почувствовала, как мое сердце останавливается от накатившего на него ужаса, и я замерла, не в силах сделать новый вдох.
Золото, покрывающее коридор, было залито кровью, вытекшей из замершего на полу ярко красного дракона с розоватыми крыльями. Дракон без сомнений был мертв, а причиной его смерти была статуя стражника, своими каменными когтями вспоровшая шею бедолаги. Его остекленевший взгляд, полный удивления и ужаса замер на мне. Я вспомнила его. Принц Кашемир.
Над трупом Кашемира стоял балансирующий на грани паники молодой стражник в доспехах королевской стражи. Кровь покрывала ярко оранжевую чешую на его лапах, когда он пытался остановить кровотечение у погибшего, что уже давно было бессмысленно.
Стражник поднял на меня свой взгляд, и в этот момент я узнала его. Всполох. Он кричал мне. Но его голос, что сперва был совершенно не слышен, только после нескольких повторений стал доноситься до меня будто через густой туман.
— Беги! — повторял он. — Беги! Свирель, беги! Свирель! Свирель! Свирель!!!
— Свирель?
Удивленный голос принцессы Рубин вывел меня из ступора.
Тело мертвого дракона пропало вместе с разлитой кровью. Как пропал и Всполох. Ничего вокруг не намекало более на произошедшую месяц назад трагедию, сломавшую судьбы трем драконам, включая меня.
Золото по-прежнему блестело под дрожащим огнем факелов, на месте разбитой статуи поставили новую, а в центре коридора вместо Кашемира и Всполоха стояла и с недоумением смотрела на меня принцесса Рубин.
Вот только мое сердце, непрерывно терзаемое болью от одного только нахождения здесь, упрямо возвращало меня в тот кошмарный миг.
— Свирель? С тобой все хорошо? — принцесса сделала пару неуверенных шажков в моем направлении, после чего замерла и с тревогой осмотрелась. — Это же то самое место…
После чего сразу подскочила ко мне и закрыла крыльями от меня этот коридор. Мне сразу полегчало и я наконец смогла вдохнуть немного воздуха. Повалившись на бок я чувствовала, как успокаивается мое зачастившее сердце. Боль не ушла, но теперь я хотя бы могла ее терпеть.
— Извини… я не хотела навредить тебе. Я просто слегка забылась. Мне стоило пойти другим коридором.
— Принцесса Рубин, это не ваша вина. Я просто… Я… просто…
— Тише, — прервала мои потуги принцесса. — Все хорошо. Пойдем отсюда.
Принцесса кивнула головой мне за спину, и мы очень скоро покинули это проклятое место.
Мы снова шли по коридорам дворца, но теперь принцесса Рубин не торопилась. Она шла вполне спокойным, пусть и быстрым шагом. Теперь мне было не сложно поспевать за ней.
— Простите, Ваше Величество, — заговорила я, чувствуя вину за случившееся. — Из-за меня вам не только досталась дополнительная работа, но и времени вы потеряете больше из-за этого крюка.
— Это не твоя вина. Мне сложно даже представить, что пережила ты в тот день. Подумать только… — тяжело вздохнула она. — Перспективный королевский стражник, и оказался способен на такое гнусное предательство. Убить принца прямо в сердце королевского дворца. Еще и втянул в это совершенно постороннюю дракониху в ее день яйца. Кошмар!
Все не так. Все было не так. Но… никто не знает истины, что там действительно произошло. О правде знали только я и Всполох. И я обещала Всполоху, что никому не расскажу о ней. Ведь тогда меня ждет смерть. Даже сестра не знает… Это моя единственная тайна от нее.
Тайна… А может тогда все правильно? Может тайна, что сестра не хочет мне рассказывать, будет стоить мне или ей жизни? Наверное, все так и есть.
Под тягостью этих мыслей я и не заметила, как мы пришли к сокровищнице. Длинный коридор с тяжелой, даже на взгляд, золотой дверью охранял десяток королевских стражников, мигом насторожившихся, стоило нам направиться к ним. Королева ничто не охраняла так рьяно, как свои богатства.
— Зачем вы пришли, принцесса Рубин? — спросил один из стражей, стоило нам подойти к дверям. Он явно был главой караула.
— Королева приказала выдать Свирели наручи пленного ледяного.
Стражник внимательно выслушал ответ принцессы и коротко кивнул.
— Я запомнил. Входите. При смене караула я доложу о вас королеве.
— Хорошо.
Еще раз кивнув, стражник повернулся к остальным драконам, и вскоре под его командами они открыли для нас ворота сокровищницы. За воротами нас встретил блеск несметных богатств, собранных королевой за годы ее правления.
Множественные искусные золотые доспехи, покрытые невероятными узорами из драгоценных камней. Самые разнообразные украшения из золота и серебра, также с инкрустациями драгоценных камней. Даже золотая посуда! И везде, абсолютно везде, лежат горы золота и драгоценностей!
Я никогда не была в сокровищнице королевы. И правильно — сюда допускаются только единицы. В этой пещере куда ни бросить взгляд, виден был только блеск сокровищ, от которого у меня сразу стало рябить в глазах, хотя мне казалось, что я уже привыкла к золотым коридорам дворца. Но они по сравнению с сокровищницей выглядели блекло, даже обыденно.
— Свирель, — обернулась на меня принцесса, уже вошедшая внутрь. — Пойдем. Чем быстрее мы найдем эти наручи, тем лучше.
— Слушаюсь… — ответила я, и чувствуя трепет, зашла следом.
Следуя за неспешно идущей впереди принцессой Рубин, я непрерывно осматривалась. Взгляд просто не получалось задержать на чем-то одном. Постоянно находилось что-то, что привлекало внимание сильнее, чем предыдущее сокровище. И снова, и снова.
Но все же со временем шок от увиденного пошел на спад. И вместе с этим мое сердце опять тронула боль, но усилием воли я запретила себе думать о ее причинах. Сейчас не время для них.
— Ваше Величество, — обратилась я к задумчиво осматривавшейся принцессе. — Наручи, что нужны мне, это белоснежные кожаные наручи, сделанные в ледяном племени. На них нет драгоценностей. Хотя сами они выглядят достаточно… красиво.
— Хорошо, посмотрим. Без драгоценностей… И чем они тогда так заинтересовали королеву? Просто красоты там точно не достаточно.
Мы приступили к поискам. Ощутимо, тяжелым. От золота болели глаза! И блики от драгоценных камней делали только хуже. От злости я даже в один момент не удержалась и отправила точным щелчком когтя в короткий полет один из особенно назойливо торчащих сапфиров.
— И в чем смысл от всех этих богатств, если они просто лежат тут без дела? — прошептала я.
— Лучше тебе не говорить таких слов при королеве, — все же услышала меня принцесса Рубин. — Драконы лишались жизни и по куда меньшим повинностям.
— Простите, Ваше Величество, — тут же извинилась я. — Просто я на мгновение задумалась… Вы помните Буревестника? Его недавно казнили за кражу драгоценных камней.
— Да. Помню. Меня не было на казни, но мне обо всем рассказали.
— Он говорил, что утаил камни, чтобы оплатить лечение брата у песчаных. Вот и подумала, а сколько бы потребовалось за это заплатить?
Принцесса ненадолго задумалась.
— Смотря на то, к кому он обратился. Но думаю, что десяти неограненных рубинов размером с коготь вполне бы хватило.
— Десять неограненных рубинов… — я не могла поверить в услышанное. — Такова цена спасения жизни дракона, которого нашим лекарям приказано считать бесполезным и запрещено лечить!
После чего снова оглядела те груды драгоценного хлама, окружавшего нас. Наверное во всей Пиррии не хватит драконов, которых можно было спасти за эти сокровища.
— В это просто невозможно поверить.
— Такова воля королевы.
— Но вы же не считаете это правильным?
— Неважно, считаю я это правильным или нет, — нахмурилась принцесса. — Такова воля королевы. А значит мы будем ей подчиняться.
Принцесса права. Мы верные слуги нашей королевы. Если бы каждый делал то, что хочет, то наши враги не оставили бы ничего от нашего племени. И все же…
— Вы бы могли это изменить.
Принцесса мгновенно замерла, и между нами повисла гнетущая тишина. Она ничего не говорила. Лишь когда я приблизилась, она наконец повернулась ко мне.
Сколько раз я бы не видела принцессу, она все время была очень тревожной, но теперь в ее взгляде таилась гнетущая безнадежность. И я почувствовала, как после моих бездумно брошенных слов, в ее душе проскочило отчаяние.
— Принцесса Рубин, простите, — тут же склонилась я перед ней. — Я не должна была этого говорить.
— Нет. Ты… Ты имеешь право так думать. И я отлично понимаю, что многие драконы в нашем племени ждут от меня того же, что и ты. Но… — принцесса тяжело вздохнула, прогоняя из взгляда грусть, и отвернулась от меня, продолжив поиски. — Я не смогу. Так что тебе стоить забыть. Моя сестра была в разы сильнее, умнее и храбрее. И даже она не справилась. У меня же нет ни единого шанса.
Я помнила принцессу Турмалин, не смотря на то, что была совсем юна. Ее гордая стать и невероятная сила поражали до глубины души. В ней чувствовался лидер, за которым без раздумий пошло бы все племя. И тем удивительнее было ее исчезновение.
Я не могла найти слов, чтобы поддержать принцессу. Так что в итоге я тоже отвернулась, вернувшись к поиску. Но спустя долгие мгновения тишины, я все же решилась сказать, что действительно считала важным.
— Может вы и правы, но я без сомнений доверила бы свою жизнь вам. И я не одна такая. Просто знайте — я в вас верю.
Принцесса усмехнулась и с заметной благодарностью кивнула мне.
— Спасибо. Мне приятно это слышать.
После чего ощущение отчаяния, витавшее в воздухе, пошло на спад. Принцесса ощутимо повеселела. А потом она заметила то, что мы искали.
— Посмотри, это не они?
Она подошла к груде золота и подобрала лежащую за ней пару белоснежных наручей. Простые, без дорогих украшений или позолоты, они сильно выбивались из тона всей сокровищницы. Единственным их украшением, кроме белизны кожи, была сама сборка нахлестов кожи, что одновременно и делало наручи прочнее, и добавляло им изящности. Это без сомнений были наручи, которые я видела у Луня.
— Да. Это они.
— Надо же, — принцесса с любопытством осматривала наручи, периодически слегка касаясь швов когтями. — Какая качественная и тонкая работа. Да и смотрятся весьма притягательно. Неудивительно, что королеве они приглянулись. Впрочем, для тебя хорошо, что зарождению в ней чувства стиля помешало слепящее сияние ее других сокровищ. Я такие наручи предпочла бы оставить себе.
Принцесса протянула мне наручи, и я с благодарностью их приняла.
— Да, мне они тоже очень понравились. — ответила я. И это была чистая правда. И пусть то, что я взяла их не для себя, останется тайной. По крайней мере я так надеялась себя успокоить, что не соврала хотя бы принцессе.
Мы покинули сокровищницу и после короткого обыска на выходе разошлись. Напоследок поклонившись принцессе, я едва сдерживая нетерпение отошла достаточно далеко от любопытных глаз, и, пристроившись под светом одного из факелов, принялась осматривать наручи, ища потайные кармашки.
На внешней стороне они нашлись сразу. По два на каждый наруч, и в каждом из них было по небольшому метательному клинку. И один из них был сломан. Это точно тот самый, что я извлекла из спины Луня.
Но во время осмотра глаз зацепился за еще один кармашек на правом наруче. Он сильно отличался от остальных. Он был выполнен внутри и сделан хоть и старательно, но значительно грубее. И в нем тоже что-то лежало, но явно не клинок. Подогреваемая любопытством, я осторожно достала содержимое кармашка, но это лишь добавило мне вопросов. Пачка бумажек, явно старая, и несмотря на способ хранения, помятая.
На верхней бумажке было написано: «Лунь прочтет записку».
К чему бы это… но ладно, наверное, это что-то ценное для Луня. А значит не стоит мне сильно ворошиться в этом. Вернув бумажки обратно в кармашек, я сразу направилась к Яхонту. Теперь мне остается надеяться, что ему хватит этого осколка для определения противоядия.
К тому же стоит поспешить и сделать копию ключей по оттиску. Не знаю, сколько времени осталось у Луня. Надеюсь, я все же успею, иначе это все будет зря.
Какими бы хорошими ни были бы эти наручи, а носить я их не смогу. Моя собственная душа не простит мне такого издевательства над доверившимся мне и в итоге погибшем из-за этого.
Впереди показалась лечебница. Тихо подойдя ко входу, я осмотрелась. Все лежаки, а также места между ними, были заняты беспокойно спящими драконами. Стараясь никого не тревожить, я прошла мимо них к комнате Яхонта.
Когда я заглянула внутрь, от сердца сразу отлегло. Ведь в комнате кроме Яхонта, переставляющего на стеллажах свои бесконечные склянки, сидела сестра, сразу обернувшаяся, стоило мне войти в комнату. Но вместе с облегчением, сразу пришла и обида.
— Сестра! Где ты пропадала? Я думала, что ты вернешься до начала боев!
Сестра усмехнулась в ответ на мое замечание и добродушно улыбнулась.
— Привет. Извини, что задержалась. Были небольшие заминки на заставе, к тому же мне пришлось долго возиться с одним земляным.
Ее слова только подтвердили, что я слышала на арене.
— С Бегемотом.
— Оу… Неужели Чистец уже разболтал?
— Да. Но Чистец рассказал только мне. А вот королеве точно доложила…
— Пересмешница, — едва не рыча прошипела сестра, перебив меня. — Понятно. Можно было догадаться, что это была она. И как на это отреагировала королева?
— Ну… На удивление сдержано. Сказала, что твои заслуги перевешивают этот проступок. И поэтому она прощает его.
— Да… Верно… — тяжело вздохнула сестра.
Наступила тишина. Неожиданно упавшее настроение сестры меня озадачило, так что я никак не могла придумать слов, чтобы продолжить разговор.
К счастью образовавшуюся тишину заметил Яхонт.
— Вижу, вы наговорились. Так что спрошу. Это то, о чем я думаю? — кивнул Яхонт на наручи в моих лапах.
— Да. Это наручи Луня. Я сумела уговорить королеву отдать мне их.
— Молодец! Уговорить королеву расстаться с чем-то — настоящее достижение, — похвалила меня сестра, к которой тут же вернулась улыбка. — Кстати, а оттиск ты сделала?
— Это тоже, — кивнула я сестре и достала из-под брони коробочку с восковым оттиском. — Осталось только сделать копию по образцу.
— Это можешь доверить мне, — с этими словами сестра размотала небольшой сверток, что лежал на краю стола.
В свертке оказалась целая куча самых различных столярных инструментов, среди которых лежала пара деревянных заготовок под ключи.
— Как видишь, я тоже времени не теряла.
— Откуда у тебя это? — этот набор сильно удивил меня. — Я, конечно, понимаю, что чтобы сделать качественную копию, одними когтями не обойтись. Но тут же не просто пара напильников!
— Знаешь, у меня было очень озорное детство, — снова усмехнулась сестра. И опять ответ с недоговоркой!
— Ладно. Поверю на слово.
Я отдала сестре оттиск, с которым сестра сразу же начала работу. И также отдала Яхонту наручи, показав в каком кармашке должен лежать отравленный клинок. Впрочем как только Яхонт извлек из кармашка осколок клинка, он сразу вернул наручи обратно.
Разместив осколок на столе, он стал тщательно его изучать.
— Несомненно, это метательные клинки ледяных. И на этом, кроме запекшейся крови ледяных, есть прожилки иного цвета. Это и есть яд. Конечно, маловато, но должно хватить.
Яхонт, пристроив поудобнее стекляшку на глазу, принялся соскребать видимые одному ему прожилки яда на развернутый перед ним свиток. Спустя же долгие несколько минут, он отложил осколок клинка в сторону и с видимым недовольством разделил получившуюся кучку пыли на две части.
— Мало. Безумно мало.
— Это плохо?
— Несомненно. Будь у меня хотя бы раза в три больше образцов, я бы без труда проверил весь список парализующих ядов. А тут хватит только на две попытки. Впрочем, я почти уверен в своем выборе.
— Ты уже подобрал противоядие?
— Да. Немного помогло то, что твоего ледяного притащили ко мне после его боя, приказав подлечить его раны.
Точно! Луня должны же были принести к Яхонту для лечения. Как у меня умудрилось вылететь это из головы?
— Как он?
Яхонт долго не решался ответить на мой вопрос. Но в итоге с заметным сожалением в голосе он заговорил.
— Очень плох. Последний бой дорого ему обошелся. Он потерял много крови. Часть ран на груди уже никогда не закроется чешуей. Но хуже всего с его левой лапой. Я сделал что мог, чтобы он ее не лишился, но многое зависит только от его удачи. Впрочем, шансы есть. Ведь небесный после такой заморозки ледяным выдохом точно бы лишился ее, — под конец Яхонт снова тяжело вздохнул. — Ему нужен отдых. Учитывая его крыло — как минимум на месяц. У него нет ни шанса против Беды.
— Я поняла тебя. Тогда остается надеяться, что мой план удастся. А для этого нужно противоядие.
— Я к этому и вел. После осмотра сомнений не осталось. Конечно, образец яда позволит убедиться в правильности выбора. Но я готов поставить многое на один вариант, — Всполох развернулся к стеллажу и достал закупоренную склянку с белесой мутной жидкостью. — Один из подходящих ядов, производится только у ледяных. Он не самый сильный, но изредка ко мне попадали раненые в бою с ледяными, что жаловались на слабость, потерю чувствительности и паралич от ранений. Подходит под случай Луня. Это же противоядие от этого яда.
— И как мы поймем, что оно сработало?
— Кристаллы яда разрушатся. Тихо растворятся без следа.
— А если не подойдет? — подала голос сестра, не отрываясь от обработки заготовки.
— Думаю, мы увидим. Итак…
Яхонт пересыпал одну из кучек на отдельную бумажку и медленно наклоняя склянку, капнул на яд противоядие. И в этот же миг с тихим хлопком яд вспыхнул ярко-оранжевым пламенем и быстро сгорел.
Мы все замерли, уставившись на почерневшую бумажку, на которой от яда остался только пепел.
— Похоже, не подошло, — коротко резюмировала увиденное сестра.
— Да… — коротко кивнул Яхонт. — И мало того. Это противоядие бы убило Луня. Так что Свирель, тебя можно поздравить. Одним лишь тем, что ты добыла эти наручи, ты спасла Луня от неминуемой смерти… от моих лап.
— Да, — кивнула я, не отрывая взгляда от обгоревшей бумажки. Страшно даже представить, что бы произошло с Лунем, если бы он принял противоядие. — Но думаю, поздравлять нужно Луня, что он избежал такой страшной смерти.
— Однако теперь мы оказались в тупике. Есть еще пять ядов, вызывающих паралич, но ни один из них не подходит под все симптомы Луня. Есть яд, что убивает за минуты. Есть, что не имеет накапливающегося эффекта. Есть яд, который опасен, но со временем теряет силу. И есть яд, который не получится нанести на клинок, так как для настоящего эффекта потребуется затыкать такими клинками врага от рога на носу до кончика хвоста.
— А может у ледяных появился какой-то новый яд? — спросила сестра, не отрываясь от работы.
— Очень маловероятно, — ответил ей Яхонт. — У них не так много всего растет и бегает в их ледяных полях, что можно было бы использовать. Так что их яды давно изучены и записаны.
— А если они получили яд от своих союзников — песчаных?
— Тогда Лунь был бы уже мертв. Песчаные-то точно знают, какой использовать яд.
Был бы уже мертв… Луню несомненно повезло, что яд действует так медленно. Но… Что-то в этом казалось мне неправильным. Мысли цеплялись именно за эти слова. Был бы уже мертв…
— Сестра, ты пользуешься в бою ядом?
— Нет, — яростно закачала головой сестра. — Я предпочитаю честный бой.
— А если бы ты пользовалась отравленным оружием, то какие бы требования привела к яду?
Сестра заметно задумалась, даже отложив ненадолго уже начавшую походить на ключ от кандалов Луня заготовку.
— Я думаю, что если бы мне потребовалось использовать в бою яд, то самое главное, чтобы отравленный дракон быстро потерял способность к сопротивлению. Ну или как можно быстрее умер.
— Именно! Яд должен быстро убить твоего врага! Глупо использовать в бою яд, эффект от которого станет заметен только на следующий день, а смерть наступит только к концу недели. Яхонт, ты говорил, что есть яд, вызывающий паралич и убивающий за минуты?
— Да. Такой есть.
— Тогда, все сходится. Я уже говорила — яд был на клинке, что использовала против Луня другая ледяная. А значит, первоначально использовать она собиралась эти клинки в бою против небесных.
— Но в этом бы случае Лунь уже был бы мертв. Этот яд убивает крупного сильного небесного дракона за считанные минуты. При этом уже спустя десяток секунд, паралич сводит все конечности и крылья.
— Именно! — я просто торжествовала внутри себя! — Крупного небесного. А ледяного?
Яхонт недовольно оскалился, собираясь хлесткой фразой разбить весь мой восторг, но так и замер, с раскрытым ртом. И вскоре тяжело задумался.
— Когда ты лечил мне крыло, ты сам же сказал, что в наших крыльях в разы больше артерий и нервов. Может по причине наших различий, этот яд хуже действует на ледяных?
— Да… Может так и быть. Но… — Яхонт снова повернулся к своему стеллажу и достал из его глубин небольшой сверток. Развернув его, он предоставил нашему взору несколько небольших цветков ярко-желтого цвета. — Око дракона. Из корней этих цветов выжимают сок, что и представляет из себя концентрированный яд. Его вместе со свежими корнями хранят под строжайшим контролем. Это оружие не менее страшное, чем кактусы драконьего пламени. И его производят только у нас и только по приказу королевы. Этот яд просто не мог оказаться в лапах ледяных. Даже мне согласились выдать только его цветки.
— Не обязательно, — вклинилась сестра. — Во время войны можно достать все, что угодно. Так что и этот яд мог уйти на сторону.
— У тебя есть противоядие от него?
— Да. Самое главное, что противоядие получают из нектара этих же цветов. Я могу сделать образец для проверки. Это недолго. Но…
— Яхонт, — я подошла поближе к колеблющемуся целителю. — Я полностью уверена в этом выборе. И готова поставить даже свою жизнь на него.
Яхонт некоторое время молчал, замерев в неуверенности, но вскоре все же усмехнулся, с улыбкой смотря на меня.
— Знаешь, теперь я точно вижу, что вы сестры. Вы обе готовы разбиться насмерть, стоя на своем.
— Нет, старик, — усмехнулась на это сестра. — Ей меня пока не переплюнуть.
— Ладно. Попробуем этот вариант.
Яхонт выдернул из свертка пару цветков и достав из шкафа еще несколько одному ему известных ингредиентов, принялся за готовку. Это и вправду не заняло много времени и вскоре он уже держал в лапе склянку с желтоватой жидкостью и густым осадком на дне.
— Что же… — Яхонт замер, держа склянку над остатками яда. — Если не сработает, то…
— Сработает, — перебила я его. — Обязано сработать.
Я чувствовала браваду, но вместе с тем чувствовала и страх. Если не сработает, то значит я просто так загубила последний образец яда. И тогда шансов спасти Луня не останется. И все было зря. Но…
Я гнала страх проч. Впервые за долгие годы, страх не мог мной управлять. И ужас, что всегда гигантским оползнем гнал мою душу в бездну, теперь казался всего лишь горсткой осыпавшегося песка. Я освободилась от страха. Я почувствовала эту свободу, сравнимую с днем, когда я впервые полетела на своих крыльях. И эта пьянящая свобода звала меня дальше. В небеса! Где просто нет места страху!
Капля, упавшая с кончика склянки на листок, мигом впиталась в остатки яда. Мы замерли, наблюдая за кучкой яда, но первое время казалось, что ничего не происходит. Лишь спустя долгие мгновения стало заметно, как она, с едва слышимым шипением, стала уменьшаться. А спустя несколько секунд, на листе не осталось ничего.
Я уже чувствовала, накатывающее ликование, но все же осторожность потребовала задать главный вопрос:
— Это значит сработало? — в один голос спросили мы с сестрой.
Яхонт поднес листок поближе к глазам, внимательно рассматривая его. И вскоре, он положил его на стол и улыбнулся.
— Да. Противоядие сработало.
Сработало… Сработало!
Пламя в сердце, сияющее от торжества моего успеха, требовало кричать в торжестве! У меня теперь есть противоядие, а значит я и правда могу спасти Луня!
— Великолепно, — пробурчал Яхонт. — Я вижу, что ты рада, но лучше веди себя потише. Тут у меня раненые спят.
— Прости… — я сразу же зажала себе пасть, стремясь утихомирить рвущуюся из себя радость.
— Знаешь, — повернулась ко мне сестра, когда я притихла. — Смотря на то как ты радуешься, я даже боюсь сказать, что закончила.
Вместе с этим она протянула мне пару деревянных ключей. На вид они должны подойти к оковам Луня.
— Спасибо! — я сразу же обняла сестру. — Я люблю тебя!
— Не сомневаюсь, — обняла меня в ответ сестра. — Ведь я тоже люблю тебя, мое самое теплое сокровище.
Наконец отпустив сестру, я взяла ключ из ее лап и новую закупоренную склянку с противоядием от Яхонта. Теперь все было готово.
Остался последний рывок. И сжимая эти драгоценные для меня вещи, и смотря на двух таких любимых мною драконов, я чувствовала.
Все удастся.
