Цербер

Цербep ласковo вилял хвостом всем входящим душам мёртвыx, нo жестокo разрывал нa куски любогo, ктo пытался пройти обратнo через воротa и вернуться нa землю к живым.

Следующим утром Гермиона собралась на десять минут раньше, поэтому у неё нашлись минутки спокойно позавтракать и понаблюдать за машинами, проезжающими туда-сюда; ей нравилось думать, что у каждой из них своя история: начало и конец. Меропа, каждое утро делавшая йогу на крыльце, помахала ей рукой, зовя к себе. Грейнджер кивнула и, накинув куртку и захватив рюкзак, выбежала на улицу. — Доброе утро! — крикнула Мракс. — Доброе! И не холодно вам ещё? — с интересом спросила Гермиона, пересекая улицу. — Моё тело — мой храм, и я выбираю не мёрзнуть, — с улыбкой сказала Меропа. —Зайдёшь за тостами с джемом? — Да, конечно. «Если тосты с джемом не были пищей богов, то и солнца нет», — каждый раз отвечала Гермиона, когда её спрашивали, почему она постоянно с ними таскается. В доме было тепло и уютно, а на кухне были слышны брызги масла. Грейнджер хотела именно такой дом в будущем: чтобы были большие окна, зеркала в коридоре, двери в каждую комнату, кроме кухни, запах благовоний и большую люстру. Бросив куртку на комод, она прошла на кухню. К её неудовольствию, там хозяйничал Том в своём очередном брючном костюме (Гермиона была уверена, у него кинк на них), но рукава были опущены, что заставило её нахмуриться. — Том, накорми Гермиону тостами, — крикнула Меропа из прихожей, — у меня по плану медитация. Благодаря Рону она знала очень много разных ругательств, но не могла ими пользоваться вслух, поэтому было даже хорошо, что никто не знал, о чём она сейчас думает. Том подал ей тост и банку с джемом. Она взяла ложку и попыталась по-быстрому сделать один и, сославшись на ранние уроки, убежать отсюда. Все её пальцы были в джеме ровно настолько же, насколько и тост. Реддл усмехнулся, глядя на это, и снял яичницу с плиты. Как только один тост был готов, перед её глазами оказался второй. Она медленно перевела взгляд на Тома, ловко орудовавшего вилкой и ножом. — Одним ты не наешься, разве тебе это не известно? — выгнув бровь, спросил он. Гермиона готова была застонать от раздражения и возмущения, ведь Реддл ничего о ней не знал, но вежливо сказала: — Я опоздаю в школу, мне и одного достаточно, спасибо. — У меня есть машина, я тебя подвезу, — предложил Том. Грейнджер не была глупой девочкой, она посмотрела очень много фильмов, где после этой фразы девушек насиловали, пытали или просто говорили на неприятную им тему. Понимая, что именно он хочет обговорить, Гермиона схватила первый тост и, кусая его на ходу, быстрым шагом вышла из дома, заставив Меропу удивлённо озираться. Когда мимо неё проехала машина Тома, она затаила дыхание, подсознательно боясь его действий. Предугадать, будет ли ему плевать на неё или нет, невозможно. Машина затормозила с разницей на несколько метров впереди от неё, видимо, ожидая девушку. Гермиона не хотела показаться слабой, поэтому сжала руки в кулаки и, выпрямив спину, пошла. Когда она проходила мимо машины, то заметила, что окно открыто. — Мама передала, — Том показал ей небольшой пакет. Грейнджер неловко подошла и взяла его. — Скажешь ей спасибо, — пробормотала она и вырвала пакет из рук Тома. В нём оказались тосты в контейнере, несколько кусков пиццы и вода. Меропа была фантастической женщиной, она знала, что ей лень собирать перекус, и решила помочь. — До урока три минуты, ты не успеешь, если, конечно, не сядешь ко мне в машину, —открывая дверь, сказал Том. — Обещаю, что не буду тобой завтракать. Три минуты . Она не успела бы дойти даже до улицы, где находится школа. А первым уроком — ботаника у Северуса Снейпа. Большего тирана Гермиона не видела. Помявшись несколько секунд, Грейнджер села в машину. «Не успею. Не успею. Не успею. Снейп убьёт», — крутилось у неё в голове, не переставая. Не дождавшись её действий, Том протянул руку и сам запер дверь. Он нажал на газ, и машина быстро рванул. Гермиона металась из одного угла салона в другой. Содержимое её желудка уже было готово вырваться. Когда Реддл наконец-то остановился, голова невыносимо кружилась, как будто мозг взбили блендером. —Здравствуйте, мисс Грейнджер опоздает на урок, ей чего-то плохо стало по дороге, —стоя у машины, сказал он неторопливо идущему профессору Снейпу. — Неудивительно, экология на нуле, — хмыкнул Северус. — Если она не умрёт от наличия выбросов в воздухе, проводите её до кабинета.

***

Ощущение, что она умирает, не покидало её третий урок. Сначала ей было плохо, когда она шла до кабинета, потом на ботанике, на английском, а следом на изобразительном искусстве. Всё дошло до того, что она отдала свой рюкзак и вещи Гарри и Рону и просто перемещала тело из одного кабинета в другой. Гермиона проклинала себя за решение ехать на машине и есть тосты. Она решила, что больше никогда ничего не съест перед дорогой. Когда Локонс начал рассказывать, что на самом деле Ван Гог – вовсе не Ван Гог, а Ван Локонс, её начало тошнить ещё сильнее. Она тихо встала, чтобы не мешать ему рассказывать байки, и прошла по стенке до двери. Женский туалет был на третьем этаже, что доставляло кое-какие проблемы, зато мужской находился через пять метров от кабинета, но идти туда блевать показалось чем-то непристойным. Старый туалет был в другом коридоре, поэтому Гермиона решила пойти по сложному пути: выяснить, есть ли урок у старшеклассников, и если нет, то идти туда. Там можно и воздухом подышать (отсутствие окна этому помогало). Выяснив, что у старших есть урок, Грейнджер бежала в туалет быстрее, чем на физкультуре. В нем было холодно, но это было даже к лучшему. Меропа часто говорила, что надо дышать глубоко, и это поможет. Несколько глубоких вздохов, и ей правда стало лучше. Осознание, что все прошло, приятно её порадовало, и Гермиона с удовольствием решила идти слушать, какие же картины рисовал дедушка Локонса. Выйдя из туалета, она столкнулась с Томом, стоявшим у окна. — Я надеюсь, ты не беременна, — процедил он, — твои родители не смогут вырастить ещё одного неблагодарного ребёнка. — Что за чушь ты несёшь? — недоуменно спросила Грейнджер. — Лучше за собой следи. — Я за собой слежу и знаю все последствия действий, а вот ты – нет . Ты ещё ничего не понимаешь. — Пусть так, Реддл, но я как-нибудь сама разберусь со своей якобы беременностью, —язвительно протянула Гермиона. — А ты, я подозреваю, сошёл с ума. Ходишь по туалетам с красными глазами, указываешь мне что-то. — Очень мило, что ты так считаешь, — повернувшись, процедил Том. — Но, повторяю, ты ровным счётом ничего не понимаешь. Возмущённо притопнув ногой, она пошла дальше, не обращая внимания на его бормотания. С этого момента Грейнджер была уверена: Том Реддл сошёл с ума.

***

За обедом к их компании подсела Джинни, одним своим присутствием делая день веселее. Джинни всегда была весёлой и оптимистичной девчонкой. Говорят, что дети из неблагополучных семей самые добрые, несмотря на вредные привычки. Так и было. Джинни начала курить в шестом классе и жёстко подсела. Сейчас она была в восьмом и пыталась бросить, одновременно помогая своей старшей подруге, Андромеде, растить дочь, так как та постоянно была на работе. — Виктор писал? — с улыбкой спросила Джинни, пододвигаясь поближе. Все стали думать, что Гермиона встречается с Крамом, когда он пригласил её на медленный танец на школьной дискотеке. Тогда шли сезонные матчи, и Виктор приехал из Лондона. Он был старше неё и вел себя лучше, чем остальные мальчишки, поэтому она согласилась на танец, до сих пор не понимая, чем его привлекла. Крам написал ей всего три письма (за три месяца). В последнем он говорил о том, что он поехал со своим отцом ловить каких-то животных или что-то вроде того. — Не, — отмахнулась Гермиона, — подай яйцо, пожалуйста. — А Кормак? — продолжала допытываться Джинни. Он писал. Писал, что она слишком маленькая для такого десятиклассника, как он. — Не-е-ет. Давай просто поедим без разговоров о глупых мальчишках? Разочарованно вздохнув, Джинни повернулась к Рону. — Это правда, что Лаванда присылала тебе сам-понимаешь-какие фотографии? Гермиона хмыкнула, увидев, как бледнеет Рон. Видимо, его сестре было очень скучно, ведь все её подружки уже ушли из школы. — У них опять красные глаза, да они точно торчки, — вмешался Гарри. Грейнджер проследила за его взглядом: Беллатриса и Том медленно шли к соседнему столику. Выглядели они очень пугающе и бледно. Лестрейндж ей подмигнула, заставив Реддла раздражённо стукнуть её по плечу. В самом деле, это была самая странная парочка. — Спасибо, что не сдала, — садясь спиной к Гермионе, шепнула Беллатриса. «Я сделала это не из-за тебя», — хотела сказать Грейнджер, но кивнула, промолчав. — Похоже, у меня паранойя, — спустя несколько минут пробормотала Гермиона. Ей постоянно казалось, что на неё смотрят, он смотрит. Это было невозможно, но затылок горел, а по коже бегали мурашки. — Как же крипово, — напряжённо сказала Джинни. — Он уже полчаса на тебя пялится. Может и не полчаса, но она была права — это было крипово. Скорее всего, Том был уверен, что она залетела, и считал её чокнутой дурой. Громко хрустнув тостом, Гермиона встала.

***

Дойдя до дома, она обнаружила, что Меропа всё ещё медитирует на крыльце. Мракс была очень странной женщиной, но чтобы делать это весь день… — Спасибо за обед, — решила привлечь её внимание Гермиона. — Ты о чём, детка? — устало спросила Меропа. — Или это сарказм, потому что я не дала тебе тосты в дорогу? —О, нет, конечно нет, видимо я что-то напутала, — растерянно ответила Грейнджер. Она не могла понять, кто ей сделал обед, если не эта мама. Джин Том называл по имени или миссис, да и готовила она только обед и ужин. — Завтра приезжает Томас, — с горечью сказала Меропа. Гермиона вздохнула, все его приезды заканчивались ссорами, а однажды Том его чуть не убил. Тогда была жуткая суматоха. — Можете зайти к нам, — предложила она. — Спасибо, детка, — устало улыбнулась Меропа. —Ну, я пойду, — неловко сказала Грейнджер. Мракс кивнула, продолжая делать дыхательные упражнения. — Мам, ты передавала мне обед? — зайдя домой, крикнула Гермиона. Больше, чем спать, она хотела знать, благодаря кому ни разу не почувствовала голода. — Нет, а что? — удивлённо спросила Джин, выходя из кухни. — Ты проголодалась в школе? Идём на кухню, я готовлю салат. Услышав, как кто-то резко затормозил, Гермиона выглянула в небольшое окно. Том выходил из машины. «Мама передала». «Мама передала». Том повернулся к их дому и, увидев её в окошке, ухмыльнулся. «Мама передала». Паззл сложился.