Луна нам освещает путь

Команда миссис Эш славилась даже за пределами Бухты, как невероятно талантливые организаторы праздников для детей, банкетов для свадеб и представлений для различной публики. Они не раз выезжали на конкурсы для таких же команд и практически всегда занимали первые места. Миссис Эш была полненькой женщиной, метр пятьдесят ростом. Ей было уже под сорок, но ни одна морщинка не исчертила её круглое приятное лицо. Прическа её — завитые черные прядки и кокетливая фетровая шляпка, элегантно надетая набок — были неизменны. Миссис Эш все знали как милую женщину, любящую детей. Но своего потомства у нее не было. О муже тоже никто никогда не слышал, может быть, миссис Эш была вдовой, она никогда не рассказывала о своей жизни. Впрочем, ходило немало слухов о том, что она спит с одним из членов своей команды, разумеется за деньги. Кто-то даже поговаривал, что не с одним, а со всеми и сразу, устраивает целые оргии. В её команде было шесть горячих мулатов, как на подбор под два метра. С клиентами вели себя дружелюбно и приветливо, сразу зарекомендовали себя как приятных, ответственных людей. Бархатный баритон их с характерным южным акцентом мог очаровать любую женщину и мужчину, но по настоящему флиртующим, даже интимным тоном они позволяли себе говорить только с миссис Эш и только наедине. Слухи об оргиях ходили неспроста. Миссис Эш была не местной, никто не догадывался откуда она родом и никогда об этом не допытывался. Однажды она сидела в баре, попивая коктейль с виски после трудного рабочего дня. Вокруг нее, как охрана королевы стояли ее ребята. Один из них что-то шептал ей на ухо. В это время в бар зашел какой то человек. Впоследствии бармен не мог сказать, то ли это был турист, то ли проезжий, да это было и не столь важно, как то, о чем он поведал. — Мне стакан содовой, пожалуйста, — сделал человек заказ, усаживаясь рядом с барной стойкой. Заметив толпу вокруг сидящей за столиком дамы, он вдруг склонил голову, словно узнавая её и наконец, когда бармен протянул ему стакан, обратился с вопросом, — Кто эта женщина? Выглядит очень знакомо. — Оу, это миссис Эш. Большего я сказать не могу, знаю лишь то, что она известный организатор вечеринок и праздников, — бармен чуть улыбнулся. Кажется, сейчас он узнает нечто очень важное. У него было чутье на истории и сплетни. — Лет тринадцать назад, знавал я одну девушку. В нашем городе о ней ходили легенды. Она была дивной красавицей, жгучей цыганской внешности. Волосы у неё были длинные, кучерявые, загляденье просто. Но слава о ней ходила дурная. Девушка слыла искусительницей, крутила романы почти с каждым вторым мужчиной в городе. Дело чуть не дошло до суда, когда она обвела вокруг пальца одного старика и об этом узнала его сварливая жена. Ох и скандал тогда был! Шутка ли, развести человека на три миллиона долларов! Старик же тот, как зачарованный, все твердил, что деньги отдал для ночной волшебницы. Ну точно, крыша поехала. А цыганочка то, после этого поспешно уехала и больше её у нас никто не видал, — закончил свой рассказ посетитель, заказал пару пирожных и ушел. Разумеется об этой истории в кратчайшие сроки узнала вся Бухта Приключений. Мало кто в нее поверил, но каждый счел своим долгом рассказать о ней друзьям, знакомым, родственникам. Бизнесу миссис Эш это ничуть не помешало, напротив, заказы поплыли к ней рекой и она стала до неприличия богата, а ее красавцы-мулаты стали виться вокруг нее втрое усерднее. Именно к миссис Эш обратилась мэр Гудвей, чтобы та подготовила программу и декор для дня рождения Цыполетты. И конечно она согласилась. Команда с энтузиазмом принялась за работу, миссис Эш оставалось только руководить процессом и фотографироваться на фоне красочных декораций петушков-курочек, неоновых воздушных шариков (подвешенных повыше, чтобы виновница торжества их не лопнула и не перепугалась) и своих мальчиков, которые сверкали идеально белыми улыбками на камеру. От установки софитов, как хотела мэр Гудвей, было решено отказаться, так как сетевые фильтры могли не выдержать напряжения, но женщина смогла настоять на своем, предложив миссис Эш небольшой презент в виде кругленькой суммы денег. Райдер молча наблюдал за этим действием. Но решил не вмешиваться. Они же взрослые, у них все под контролем. А ему хотелось отвлечься от мрачных мыслей и поддаться атмосфере праздника. К концу дня сцена была украшена шариками, которые в мягких сумерках уже начали светиться, изображение курицы с петушиным хвостом обрамляли провода гирлянды (— Абсолютно неактуальный вариант! — вскричала миссис Эш, когда увидела, но мэр Гудвей поведала умилительную историю о Цыполетте. О том, как она любит мигающие огоньки на новогодней елке. И что, что сейчас лето? Главное — порадовать именинницу!). Над скамейками раскинулся огромный тканевый шатер, а стойки его были увиты любимыми цветами Цыполетты — чертополохом… В конце концов миссис Эш махнула рукой на это безобразие, которое погубит ее карьеру, ведь клиент всегда прав. Да и с мэром спорить не хотелось, женщина побаивалась ее непробиваемого добродушия, как будто за ним скрывается что то очень нехорошее. В центре стоял позолоченный трон, обитый на манер королевского красным бархатом. Именно здесь должна будет восседать Цыполетта на празднике. — Райдер, мое чутье подсказывает, что произойдет что то плохое, — оглянулся Гончик по сторонам и навострил уши. Он все никак не мог понять, с какой стороны исходит опасность. Вокруг сновали рабочие, суетились дети, сотни голосов, сотни запахов. И среди них один, которого здесь быть не должно. — Я доверяю тебе, Гончик. Думаю, если мы будем патрулировать каждую ночь эту зону, то сможем предотвратить беду, — конечно же Райдер понимал, что эта морока ляжет на него. Но нужно будет продержаться целых четыре дня и ночи. Он обреченно вздохнул и поплелся помогать мужчине, который стоял на шаткой стремянке и пытался кончиками пальцев дотянуться до прожектора, который светил не в ту сторону. Подойдя к сцене, парень придержал лестницу, чтобы рабочий смог залезть повыше и наконец развернуть прожектор. Украдкой заглянув за сцену, Райдеру показалось, что там мелькнула чья-то тень. Впрочем, может дети играют в догонялки или прятки, ну или это просто игра его воображения. Мужчина наконец слез, благодарно кивнул Райдеру и, ловко подхватив стремянку, направился к остальным рабочим. Парень же осмотрелся и нашел, что украшения и декорации смотрятся на редкость безвкусно, но вполне себе празднично. «В конце концов, это праздник Цыполетты, так что не мне решать.» — Подключай! — крикнул кто-то, а потом сотни огней осветили сцену. В ночной тьме все это смотрелось очень красиво. Слишком красиво. И Райдеру все равно не понравилось. Мигающие всеми цветами радуги гирлянды, хаотично светящие софиты и прожекторы, казалось, что мэр Гудвей впала в детство, подбирая такие ужасно аляпистые сочетания. Началась проверка звука. Загремела какая-то детская песенка про цыпленка, но стыдно стало Райдеру. Как же он хотел не приходить на этот дурацкий праздник для малышей. «Сюда серьезно придут взрослые? Это смешно.» Кто-то незаметно подкрался к нему сзади и закрыл глаза теплыми ладонями. Тонкий запах цитрусового парфюма выдал девушку. — Кейти! — Райдер отвел ее ладони, развернулся и приобнял за талию. Кейти смущенно улыбнулась и прижалась к его груди. — Знаешь, у меня вчера был отвратительный день. Даже не спрашивай! Все это так глупо. Давай, как-нибудь сходим в клуб, оторвемся по полной? — Райдер хотел было ответить, но Кейти поспешно продолжила, — Возражения не принимаются! Я не желаю слушать, что у тебя опять дела по спасению Бухты. Пусть весь мир подождет, я тебя на всю ночь украду! Что то теплое разлилось в груди Райдера. Он понял, что это его шанс признаться в своих чувствах, потому что теперь чувствовал взаимность. Но внезапно свет погас. Непроглядная тьма поглотила сцену. Люди толкались, суетились, наступали друг другу на ноги. Райдер мягко оттолкнул Кейти. — Кто выключил свет?! — повсюду слышались крики, потом кто-то наощупь дошёл до розетки, подключил вытащенный шнур, и снова стало светло. Парень понял, что все это неспроста и отправился за сцену, где находилась вся аппаратура. Нагромождения проводов, кабелей, сетевых фильтров, все это в любой момент могло привести к короткому замыканию. «О чем они думают?» — сердился Райдер. Тут он заметил темную фигуру, выскользнувшую из-за угла. Человек склонился над проводами, в руках сверкнул нож. Не раздумывая Райдер бросился на него и повалил на землю. — Ты хоть понимаешь, что тебя бы ударило током и все?! Да ты бы не выжил! — Райдер кричал, при этом крепко держа руки над головой человека. Тот трепыхался, силясь вырваться, но от этого только сполз темный капюшон и Райдер узнал в нем Гарольда. — Не волнуйся, я в перчатках, — ехидно улыбнулся Гарольд. Райдер заметил на руках парня резиновые перчатки. — Ты! Я не позволю тебе ничего здесь испортить! — как же сильно зол был Райдер и на свою вспышку страха за парня и на этот противный тон. Он всем весом сдерживал Гарольда, не давая тому шанса сбежать. — Может слезешь с меня? Обещаю не убегать пять секунд. — Как мило с твоей стороны, дай подумать. Нет. Не отпущу. Напряженные мышцы Гарольда вдруг расслабились. Райдер не понимал, чем вызвана такая перемена, но решил, что это уловка для усыпления его бдительности. Парни затаив дыхание смотрели друг на друга, не двигаясь. Это игра, у которой негласные правила. Кто первый потеряет концентрацию — проиграет. — Зачем тебе помогать Гудвей? — наконец спросил Гарольд и отвел взгляд. — А должна быть причина? — Райдер мысленно усмехнулся. Кажется этот раунд Гарольд проиграл. — Никто никогда и ничего не делает просто так, — словно само собой разумеющееся ответил парень. — Даже ты? — Даже я. Помолчали. Все звуки вдруг стихли. Свет снова погас, слышно было, как последние голоса растворяются где-то вдали. Люди ушли, гул машин прекратился. Спокойная атмосфера разлилась в ночной Бухте. Где то стрекотал одинокий сверчок. — Не расскажешь о своих целях? — тут Райдеру вдруг стало интересно, а какие же цели у семейки Хамдингеров? Сколько он себя помнил, дядя и племянник постоянно делали ужасные вещи, но о причинах их поведения парню было не известно. Сам он об этом не думал и другие не рассказывали. Неужели сейчас завеса тайны приоткроется? — Ммм, в другой раз, — абсолютно бесцветным голосом ответил Гарольд и попытался пошевелить рукой под мёртвой хваткой Райдера. — Ты и в прошлый раз так сказал, — Райдер демонстративно расстроился, — А мне так хотелось узнать, что же движет таким амбициозным, умным, красивым парнем, что он идет по темной дорожке. — Ты серьезно считаешь меня таким? Лесть не поможет, я ничего тебе не скажу. — Нет, ты абсолютно не такой, Гарольд. Ты тупой и бесполезный. — Но красивый? — парень поймал его на слове. — Не особо, — вот на кой черт Райдера дернуло осыпать этого гада комплиментами. — Не оправдывайся. Я чертовски хорош, иначе всякие пошлые мальчики не заламывали бы мне руки в самых непристойных позах, — кажется слова Гарольда возымели эффект. Райдер моментально смутился и освободил руки парня. — Большая ошибка, — Гарольд мгновенно обхватил Райдера за голову и с силой укусил за ухо, — Это тебе за то, что стрелял в меня! — Ай, блять! — парень дернулся вправо и Гарольд со скоростью света сбросил его с себя и сам оказался сверху. Завязалась короткая схватка, но Гарольд дотянулся до отброшенного ранее ножа и приставил к горлу врага. — Убьешь меня? — Райдер завороженно смотрел на светлые волосы парня, которые, из-за света луны, казались нимбом. «Чертов ангел, блять...» Чуть надавив тыльной стороной ножа, Гарольд медленно слез с парня и, держа оружие перед собой, отошел в сторону. — Я — не ты. И в отличие от тебя, никогда не убью человека. Потому что знаю, что такое боль. Райдер медленно приподнялся и посмотрел вслед уходящей фигуре. Он не станет его догонять. Не сейчас.