Вихрь. Кошачья травка./13 рассказ из серии/

Кто сказал, что зачетные недели в технической школе скучные и их ненавидят студенты? Акшай, который еще на Патитури был одним из таких учеников, на Деямерре в полной мере вкусил все прелести наличия духовного зверя. Вообще, после окончания средней школы, вне зависимости от оценок, все подростки поступают в технические школы. И не только потому, что ты там получишь профессию, и сможешь себя обеспечить. Нет, самое главное направление данного учреждения, это тренировка ментальной памяти зверя. Благодаря ей память человека становится практически фотографической, что позволяет впихнуть материал в студента гораздо большего объема, чем на любой другой планете. Без вмешательства аппаратуры или медицины, естественным образом; еще и поэтому Деямерра считается сильнейшим миром: их невозможно загипнотизировать, внушить свое видение мира. Равно как и обмануть, ведь каждый, абсолютно каждый деямеррит, способен ЧИТАТЬ незащищенный мозг энергетическим хранителем. В первый год обучения Акшай еще трусил перед первым тестированием, но когда сдал на отлично, то был поражен до глубины души. Ему потом Рамир объяснял, что на всех лекциях, каждый педагог, медленно и аккуратно, начинает тренировку памяти зверя. На уроке человек подает материал, а его зверь ставит легкие блоки, которые студенты должны пробить, чтобы зверь услышал и запомнил то, что видит. Этакие живые видеорегистраторы с когтями! Лектор, который сейчас проводит зачет по своему предмету, не моложе восьмидесяти лет. Учителями в тридцать лет не становятся, каким бы уникумом ты ни был. Лектор прошел свое обучение, и как минимум будет обучать молодняк еще лет тридцать. При этом не впадет в маразм. Зверь от этого хорошо защищает. Деямерриты даже кошмаров не видят, потому как кот чутко следит за душевным спокойствием во время сна. Бывает так, что зверь болен, и тогда жуткие сны одолевают, но чаще всего блоки стоят крепкие. Как правило, на Деямерре нет молодых преподавателей в технических школах, которые только-только ее сами окончили. Из-за способности сохранять ясность ума, даже в сто пятьдесят лет, деямерриты никуда не торопятся. На примере того же педагога, можно разделить его жизнь, если это действительно его призвание и желание учить всю свою жизнь, на равные части от начала получения профессии и до возможности обучать узко специализирующихся работников. Из технической школы дорога одна: помощник учителя начальных классов на три года. Дальше квалификационная школа и пять лет работы в младших классах, как самостоятельный специалист. Только после этого можно перейти в средние и старшие классы, — сдай тестирование по предметам, выбери из тройки лидеров, и вновь тот же вариант, что и после трех лет практики помощником. И так до лектора узко специализирующейся группы, скажем, подводные инженеры. Акшай, который ранее не любил зачеты и всякие тесты, как итог совместной работы учителя и учеников, в данный момент очень увлеченно сопоставляет то, что знает его кот, и то, что он сам помнит. В том году, не полагающийся на своего зверя Ака, как учили на Патитури, зубрил и внимательно слушал, поэтому легко сдал зачеты. В самые сложные моменты рысенок подбрасывал ему кусочки памяти, и было это так естественно, словно Акшай сам вспомнил. К третьему за год отчетному периоду они уже взаимодействовали с максимальной отдачей. По сути, это тренировка на внимательность. Человек не может запомнить абсолютно все, зверь — да. И вот это умение лектор блокирует, заставляя эти блоки пробивать, не терять нить концентрации в момент записи. По сути, они пишут отчет-дымку. И это умение крайне важно, потому как от точности передачи картинок зависит понимание, что такое плетение кокона котенка. Это очень важно для зверя, знать, как правильно распределять потоки энергии, когда плетешь основу каркаса. Предварительной тренировкой основ как раз и выступает плетение отчет-дымки. Это потом, на основе будут плести кружево каркаса, согласно семейным традициям. И Акшай вскоре начнет обучение. Ему, как бы он ни хотел, все равно придется эти знания получить. Даже если так сложится, что он сам не использует свою фазу рождающего по назначению, то как самец тоже обязан знать и уметь. Даже если он упрется бараном и все же улетит на Патитури, его рысенок, став молодой рысью, захочет поиграть с другим котом. А если его удерживать, ограничивать, он может просто психануть и подставить: вызовет течку рядом с любым самцом с Деямерры и все, пляши и пой, но кошака в постель затащишь как миленький. Это ему объяснили доходчиво. И не только Тайнес с Самалем, но и психолог. Поэтому Акшай за последний год меньше реагирует на поползновения к своей персоне со стороны интересующихся кошаков. Ведь и его кот тоже начинает оглядываться по сторонам. Не явно, только чуть глазами поводя, но интерес просыпается. А за интересом и мнение Акшая, незаметно для него самого, медленно меняется. Если поймает себя на мысли, что вон тот парень конфетка, то смутится, покроется иголками, а если не заметит, улыбается, как заговорщик. Закончив вписывать ответ в зачетную таблицу, Акшай заулыбался видимому результату. Рысенок такой довольный, что к его памяти отнеслись со всей серьезностью. Это было особое теплое чувство в районе солнечного сплетения, только глубоко внутри. И оно всегда там, когда кот реагирует. При этом духовный зверь не душа человека, и не сам человек. Это дух, который живет в теле человека, защищает его, и вместе с ним живет, растет, учится. У него тоже есть желания, есть на какие-то ситуации свое мнение, но по большому счету он инертен к быту и прочему времени, до тех пор, пока другой зверь не появится на горизонте. Духовный зверь, — это частичка Кошачьих Богов. Их котенок, их напарник, их перст. И через него идет связь между Богами и человеком. Также зверь и человек влияют друг на друга. Они перенимают некоторые моменты друг у друга. Шипеть и рычать, а также скалить зубы — истинно звериные повадки. Также входя в помещение, принюхиваться, а потом давить массой, для установления иерархического порядка. Но вот отступить от того, кто нравится, обидеться на укус или слово, проигнорировать течного омегу — чисто человеческие черты с силой воли и разумом. Акшай перенимает повадки своего рысенка, а тот учится его отличительным чертам, которые зверю не присущи. Они познают друг друга, и человек обязан заботиться о желаниях своего зверя, если хочет быть с ним в единстве. Если обычный человек может сойти с ума, то деямеррит, неблагодарный к своему духу защитнику, может быть сведен им с ума. И это доказанный факт. Но на данный момент рысенку это не грозит, так как сейчас вкусы у них совпадают. А вот что будет, когда половое созревание догонит зверя, неизвестно. Акшаю придется или принять, или как-то договариваться со зверем. И не факт, что получится — своевольные молодые звери, как часть кошачьего мира, не обходят стороной кореное население. Звонок для лектора прозвенел. Он поднял взгляд, осмотрел лекционный зал, головой кивнул. Листы, согнутые пополам и вложенные в прозрачные папки, с подписанными табличками под имена и класс, быстро перекочевали с последних рядов до первого. Дежурный собрал стопочку, передал на стол лектору. — Завтра у нас будет вводная по новому материалу. — Лектор встал. — На сегодня мы закончили, благодарю за внимательность и командную работу. Молодняк поднялся со своих мест, забирая вещи, дружной гурьбой направился прочь из зала. Лекционные отличались от кабинетов и могли вместить в себя до четырех классов. В данный момент было два, которые записаны на сдачу зачетов. — Ака, пойдем в столовую! Уже все, прилип к позвонку! — любимка догнал его и вцепился в руку. — Идем, вечно голодный ты наш. — Акшай кивнул, растягивая губы в улыбке. Ему сегодня очень хорошо, ведь рысенок так доволен собой, что в груди все трепещет. Они быстро спустились на первый этаж, пересекли холл, выскочили на улицу. Погода стояла прекрасная, не нужно было одеваться. Сегодня Вирран и Оолд отсутствовали, так как у них назначены дополнительные занятия с боевым наставником. Парни вошли в ту пору, когда раз в неделю их весь день до сумерек, гоняет опытный военный. Были бы они просто обычными, а то боевые, сильнее, мощнее и агрессивнее. Это надо уметь контролировать и управлять эмоциями. — Привет котенок. — Рядом обозначился блондинистый самец, который вот уже некоторое время маячит на горизонте. — В каком месте ты его увидел? — любимка сощурился. — Вот не рядом с тобой. — Наглец плавно перехватил руку Акшая, и рыкнул на оскалившегося парня. — Вот давай без зубов. — Чего тебе от меня надо? — Акшай уже смирился, что парень лезет, буром прет на пролом. — Нравишься. — Улыбнулся кошак, приблизился и шепнул на ухо, — пойдем гулять после занятий? — У тебя яйца либо стальные, либо есть лишняя пара. — Рассмеялся Акшай, вспоминая прошлую попытку. — Ну, у братца твоего, конечно, прямой взгляд на твое окружение, и все же, он только брат. — Самец осмотрел парня рядом с собой, после чего мурлыкнул: — А я могу обогреть иным образом, чем семейные ласки. — Да ты что?! — прорычал голос за спиной. — О, ревнивец прибыл. — Самец повернул голову и очень серьезно сказал: — Будешь караулить брата до седой лысины? Или дашь ему самому решить, с кем дружить, а кого подпустить? Акшай, который ранее воспринимал ревность Рамира, как забавную игрушку, внезапно приравнял ее к ревнивому брату девушки, которой он сам когда-то цветы носил. Братец у нее был психом, чистой воды. Не просто гонял всех парней рядом, но и по округе, даже тех, кто на нее не смотрел. Девушка хорошая, но из-за такого брата рискует остаться в одиночестве и помереть без мужа. Хмыкнув, обдумал еще раз, и повернул голову к Рамиру. Долгим взглядом посмотрел ему в глаза, после чего кивнул. — Уверен? — Ага. Самец выгнул бровь, мол меня посвятите? Рамир качнул головой, остановился. Самец удивленно осмотрел отставшего ревнивца. Обмозговав случившееся, хмыкнул, после чего улыбнулся. — Ну, так что, сходим погулять? — Давай. Если бы от улыбки можно было зажигать костры, мир полыхал бы несколько суток! Самец даже заволновался, что это только шутка. До столовой дошли переговариваясь, но все мысли вращались вокруг предстоящей прогулки. Да и Акшай обдумывал то, что случилось. Сначала он думал, что его будет бомбить от того, в какую ситуацию попал. Его пригласил на свидание парень. Ладно, здесь все парни. Но, кто зазубренному до подкорки воспитанию это прояснит? Догмы-то ломаются с натужным скрипом. Как до этого думалось, не случилось. Его позвали на свидание, он согласился, но плеваться огнем не хотелось. Как-то это обыденно получилось. Обдумывая произошедшее, Акшай до дома добрался, даже приоделся и отправился в условленное место. Рамиру стоило великого труда остаться на месте, а не поскакать следом, бдеть и защищать. Он раз десять повторил, на какую пиктограмму браслета нажать, чтобы вызвать помощь. И еще вдогонку напутствовал, чуть ли не до жгучего баллончика договорился. Акшай, который вполуха слушал болтовню, лишь кивал головой, занятый своими мыслями, и копанием в причинах и следствиях. Когда прибыл на место, заметно нервничал. Да и не привык он быть объектом интереса у парня. Все же, эти предрассудки Патитури глубоко кушали его мозг, при том, что на Деямерре понятий не имелось, дабы очернить отношения тех же двух альф или омег. На Патитури тоже геев нет, но там строго: мужчина с женщиной и никак иначе. Деямерра отличается. Все здесь возможно. И это не потому, что они такие распутные, нет. Здесь дело в том, что вернулись пропорции соотношения полов: 1,4,7. Единичка, это омега, четверка — альфа, а семерка беты. И это пропорции населения, минуя возрастную категорию детей без ипостаси. А ведь среди бет достаточно много родивших альфу или омегу, после чего больше родить не могут, и их фаза переворачивается. И что тогда делать? Вот живешь ты с альфой, родил альфу, родительский мешок или атрофирован, или вообще удален, и сменилась фаза. Это что, уже гомосексуализм? Или что делать в городе самцам-бетам, если их больше, чем рождающих? Гарем, какой собирают эльвирсы, не всякому бете по вкусу, и это учитывать тоже нужно. Акшай, который был воспитан на догме «мужчина+женщина=семья», немного ослабил вожжи, принял то, что здесь «мужчина+мужчина=семья», вне зависимости от того, могут они продолжить свой род или нет. И парень перед ним, одетый как для свидания, улыбающийся и блестевший глазами, смотрел на Акшая, как тот сам смотрел бы на девушку. Этот самец ни в коем случае не считает рысенка «женщиной», это сравнение Ака сам себе дал, чтобы обозначить не просто интерес, а с подтекстом продолжения знакомства в горизонтальной плоскости. Он бы сам так смотрел на симпатичную девчонку, так что взгляд был понят правильно, без оголенных зубов. Парень поздоровался, жадно осматривая фигурку в теплой кофте с капюшоном, стройные ноги в темно-фиолетовых штанах, и ботинках из серой кожи. Волосы Ака носил короткие, прическа стильная — над ушами выбриты полоски, затылок подобран до ноля пять сантиметра, а макушка и челка стрижены одной длиной. Явно парню нравилось то, что он видел, вон как глазами облизал. Прогулка началась с подставленной руки, некоего галантного отношения, недоуменного взгляда Акшая, и заразительного смеха парня. Он повинился, что хотел пошутить, потому что волнуется, и совершенно не знает, как себя с ним вести. Шутку Ака оценил, плечами пожал, и посоветовал смотреть, как на альфу, только вне тела альфы. Парень обдумал с минуту заявление, после чего кивнул. Пригласил прогуляться. Прошлись, посидели в кафе. Болтали о многом, но на разные темы, и перескакивая с одной на другую. Где-то через два часа вновь вышли на улицу, продолжили пешую прогулку. Рысенок в этот момент осматривал красующегося кошака. Тот и так повернется, и этак встанет. Уже ближе к дому самец осмелел. Он чуть сдвинул парня к углу ближайшего дома, прижал его и приподнял подбородок пальцами. Они оба знали, что хочет более наглый. Сначала Акшай хотел оттолкнуть, а потом замер ожидая, что будет дальше. На его молчаливый взгляд ответом пришел поцелуй. Сначала это был легкий и трепетный клевок в губы. За ними жаркий язык облизал, чуть раздвинул. Вцепившись в Акшая руками, вжав в стену, самец атаковал, заставляя открыть рот. Если до этого Ака оставался спокойным, то после подобного, его просто унесло. На тело навалилась разом давно забытая проблема: стояк. И ведь этот индивид помочь не откажется. — Ака, какой же ты сладкий. — Пробормотал самец, между поцелуями. — Пряный. Нежный. Страстный. Все он почуял, все осознавал. Его нос уловил запах возбуждения, губы ловили дрожь, а руки полезли к штанам. Акшай не остановил. Его бомбило тем, как сексуальное возбуждение выжигало между бедер дыру, глубоко ввинчивая пульсацию. Это ощущение он никогда не испытывал. Оно давило, перло и отозвалось ярким выбросом, который чуть не свалил на землю. Подрагивая всем телом, удерживаемый руками самца, Ака вжался лицом в теплое плечо. Его бережно поддерживали, баюкали в кольце рук. Сам он схватился за уверенно стоявшего на ногах парня и ни о чем не думал. Его торкнуло так, как бывало при хорошем сексе, долгом, вдумчивом, при особом настроении, с партнершей которую знаешь. Несколько минут потребовалось на то, чтобы прийти в себя. За это время самец умудрился достать платок и стереть все следы безумия. И даже аккуратно вернуть в исходное положение замочек на штанах. О том, что рысенок впервые с подобным столкнулся, говорили все признаки, да и историю этого котика он знает. Быть первым самцом, который подарил искры наслаждения, впоследствии превращающиеся в пламя, лелеяло гордость и эго самца. Плюс, он старше, вполне может позволить себе не спешить. Оглаживая голову и спину руками, прижимая к себе, терпеливо дожидался, когда молодой кот очнется и отреагирует на случившееся. Это может быть реакция со смесью смущения и отрицания, он ведь основы воспитания получил на другой планете. А может быть, что возьмет удивление своей реакции. Ну, или воспримет все прагматично и трезво. Кто знает, как Акшай отреагирует, и что скажет. — Тебя тоже так бомбануло? — Ака спросил тихо, но слегка с волнением в голосе, приглушенно из-за того, что до сих пор прижимал лицо к груди стоявшего перед собой парня. — Не так сильно, как тебя. — Он улыбнулся и поцеловал макушку. — Тебе понравилось? — Угу. — Кивнул головой Ака, все также не смея отстраниться. — Я не напугал? — решил узнать основную проблему, по которой его могут начать избегать, или вообще брата натравить. Все же альфенок кумар, он быстро в круг арены вызовет. Доказывай потом, что ты не грызун неразумный. — Нет, что ты. Таким меня не напугаешь, просто внезапно и сильнее. — Ака нашел силы отодрать себя от самца, который нехотя разжал кольцо рук. — Сильнее? — самец смотрел на чуть розоватые скулы, кончик носа. Ака не смотрел в глаза, его еще било эмоциями, но думать рассудительно он мог. — Ну, на Патитури совершеннолетие с семнадцати, а взрослеют к тринадцати. — С тринадцати? — удивился парень. — Да. У меня были девчонки, немного, но продолжительное время встречались. — Ака вдохнул, окончательно успокоившись. — И что такое секс я знаю прекрасно, просто… даже мой первый раз там, это как детские игры в сравнении с сейчас. Не могу описать. — Он покачал головой, выпрямился и посмотрел в лицо. — Острее, что ли, тяжелее и разом на всего тебя, а не только член и по позвонку пульсом. — Я понял, о чем ты. Это рысенок добавил. — Улыбнулся парень. — Пояснишь? Как это добавил рысенок? — Когда он хочет играть, то начинает транслировать поток эйфории, возбуждая, активируя уже готовое тело к циклу. Физически, ты же знаешь, что происходит? — Ну, да. Принцип поясняли. — Кивнул Ака. — А вот эмоционально ты только что испытал. Как выключает. Мы уже двадцать минут стоим, после того, как пошли твои искры. — Двадцать? — Да. И ты их не ощутил, так? — Как одно мгновение. — Акшай ошарашено осмотрелся по сторонам, даже растерялся. — Рысенок почуял, что мне тоже хорошо от поцелуя, и что трогаю тебя. Он и эти чувства подхватил, с размаху вливая все, отключая разум от тела. — То есть, если я не хочу этот самый цикл, он что, заставит? — возмутился Ака. — Да. Потому что тело готово. Именно для этого и отключается разум. Когда партнера хорошо знаешь, то и его зверь давит чуть меньше, и рождающий помнит практически все, что происходит в дни цикла. Но вот остановить желание и инстинкт не может. Да и не хочет. — Знаешь, — Ака отодвинулся, — я пока не готов к такому. Самец хмыкнул, ловко подцепил его подбородок рукой и лизнул в губы. Те, непроизвольно, раскрылись. Ухмыльнувшись, впиваясь требовательно и жадно, он вновь вжал его в стену. Втиснув свое колено между его ног, парень быстро доказал, что вот его решения тело не волнуют. Не просто член отреагировал, но и внутри разогрелось, стало влажным. Дальше поцелуев парень не пошел, но и их хватило, чтобы самоуверенность с Акшая сбить. — Не бойся того, что теперь есть часть твоей жизни. — Парень оторвался от губ и заглянул в блестевшие глаза. — Никто не запретит тебе быть верхним между циклами, даже с альфой. Но и твое тело продиктует свои условия. Ты ведь чувствуешь внутри, вот тут, — его рука скользнула под кофту и огладила ягодицы, проводя между ними и чуть надавливая за яичками, — жарко и пульсирует. В какой-то момент решишься. И не важно, как тебя воспитывали, это просто инстинкты и строение твоего тела. — Да я, как бы, не боюсь. — Ака опять вжался в грудь парня лицом, понимая, что касание там не заставило вздрогнуть, и еле сумел удержать себя и не податься навстречу. Удивляло и волновало одновременно. — Просто не представляю все это. Совсем не представляю. — А и не надо. Когда случится, все пойдет по наитию и опыту самца. — Еще раз обняв, вжимая в себя, вдохнул не просто вкусный запах, а сшибающий наповал! Аромат кошачьей травы заставлял подходить ближе, урчать и тереться мордой. Истории о том, что за Акой ходят толпы диких кошек, их сменяют карликовые ватпэ, и даже стая крупных ватпэ приходит иногда, для деямеррита ожидаемы. Они сами готовы Аку обнюхать, облизать, завалить на землю и, улегшись сверху, тереться шкурой. Именно шкурой, сменив ипостась человеческого тела на звериное. А сейчас, когда он возбудился и испытал оргазм, этот запах не просто слегка сильнее стал, он агрессивно бил по всем рецепторам. Парень вообще не помнил, чтобы он вот так, на улице, откровенно трогал хоть кого-либо. Да и вообще, едва сдержался, чтобы не загнуть и овладеть. Дико, жадно, вдавливая волей, кусая холку. Благо его зверь ревниво выставил щит, который блокировал распространение запаха, иначе сюда все любопытные морды сбежались бы, не миновало б и пяти минут! Тряхнув головой, прогоняя возбуждающие мысли, отстранился от разящего сексом и валерианой котика, оправил на нем одежду, и предложил руку. Ака ее принял, но парень попросил право раскинуть щит, шепнув на ухо, что его сногсшибательный аромат выбивает дух и самообладания лишает. Вот тут румянец на щеках превратился в краску стыда. Парень рассмеялся, прошелся пятерней по волосам Аки, и обнес их обоих толстым щитом защиты, который не просто запах скрывает, но и щуп не пропустит. Ему только драки с каким-нибудь менее стойким самцом не хватает. До дома Акшая проводил, держа за руку, — как настоящая парочка. У порога парень еще раз чмокнул в губы, поинтересовался о планах на выходные, спросил куда бы было интересно сходить вдвоем, или даже с друзьями. Вообще, этот самец был настроен решительно, как показалось Акшаю. Его не просто в горизонтальную плоскость заманивают, но и дальше чего-то хотят. Ака зашел домой задумчивый, с чуть припухшими губами. Рамир, который вот совсем извелся, стремительно оказался рядом. Жадно и ревниво обнюхал его, кумаром у рысенка поинтересовался, не обижал ли его кошак, не надо ли глотку перегрызть. — Рамир, все нормально. — Акшай дернул того за ухо. — Ты, хуже папочки! Сам извелся, и родителей извел. Мой зверь взрослеет, ему интересно. — Ну уж извини, что я беспокоюсь! — вспыхнул Рамир. — Не буду извинять, потому что не злюсь и не обижаюсь. — Акшай взял его под руку и потянул в спальню. Он с пристрастием расспросил младшего брата о том, что да как, и почему может быть. В большей мере его интересовало, больно ли в первый раз. Рамир, красный как помидор, в некоторых вопросах, немного смущаясь, но все же отвечая, пояснил, что больно бывает только альфе. Поэтому они редко встают в пару с самцом как младший партнер, больше ищут бету. У беты, даже стопроцентного самца, у которого не развит родительский мешок, все же имеется родовой канал с более тонкой стенкой пробки. У альфы такого нет. Редкое, если не уникальное исключение, составляет тот процент альф, которые генетически предрасположены к росту дополнительного органа, могут получить после полового созревания родовой канал. Но он формируется долго, да и работать будет короче, чем фазы у беты, после чего укоротится, как бы врастая в прямую кишку. Бете легче, даже если самец, потому что в его канале при массаже пальцами, начинает вырабатываться смазка. Это реакция на раздражение, плюс возбуждение. Акшай удивленно узнал, что его задница не будет против, а при практически наглядном примере, еще и поверил. Конечно, он о физиологии деямерритов знает, да и психолог прояснял моменты, но ведь живой-то пример куда как ярче слов. Можно сказать, что одно крепкое знание дало трещину и оговорку «если ты не деямеррит». Знание того, что в анус нельзя ничего вводить толще пальца или аппарата для исследования кишечника, потому что будет больно и можно травмировать слизистую, вплоть до трещин и разрывов, не налагалось на расу Деямерры. Единственный, кто действительно мог подойти под это «знание», это альфа. Остальная часть расы имеет природную защиту, и даже девственный родовой канал не испытывает слишком болезненных ощущений, растягиваясь, в первый раз принимая половой орган. На этом описании Аку и Рамира застал Самаль. Он хмыкнул, прошел вглубь спальни старшего сына, уселся рядом и подключился к беседе. С его пояснениями было проще воспринимать углубленную информацию; пусть и алеющие щеками и ушами, братья слушали, причем внимательно. Как сказал Самаль, тело считается девственным, даже если у молодого кота в цикл есть партнер. Во время цикла тело расслаблено, канал расширен, и на пальпировании по окончании периода не прощупывается. А вот между циклами то, что было в него само расслаблено, первый самец растягивает, насильно, так сказать. И тогда родовой канал прощупывается иначе, а смазка выступает буквально ко второму движению внутри. — Сразу? — удивился Акшай. — Да. — Самаль кивнул головой. — Пока канал девственен между циклами, его особые железы сжаты, чтобы вызвать смазку надо минут пять массировать. Но когда его расширит член, да еще и помассирует с узлом, мышцы растянутся, железы больше не будут плотно зажиматься. — То есть, после первого секса без дурмана течки, я что, от одного пальца в заднице течь начну? — округлив глаза, и в возмущении вскинулся Акшай. — Нет, Ака! — рассмеялся Рамир. — Течь смазкой ты будешь только, если возбудишься! — Рамир прав. — Подтвердил Самаль. — Смазка выделится, но только ее будет мало для подтекания. — Он пошленько улыбнулся. — Конечно, если этот доктор не твой самец и вы не решили поиграть в больничку. Ака прыснул со смеху. Через пару секунд к нему присоединились остальные. За окном же разразилась серенада кошачьего ора. Рысенок, мстительно, щелкнул тумблер на диске, который отпугивает хищников, и блаженно прислушался к наступившей тишине за окном. Жаль, что данный аппарат постоянно разряжается в самый неподходящий момент.