Глава IX
8 февраля 2022 г., 09:42
— Чонгук, смотрите! — Тэхён протягивает ромашку, растягивая губы в улыбке. Потом аккуратно кладёт на стол вампиру, наблюдая за чужой реакцией скромно из-под чёлки.
Чонгук тяжело вздыхает.
— Теперь цветок умрёт, — пожимает он плечами, не проявляя никакого интереса к этой белой и скучной ромашке. Душа с замиранием сердца проводит пальцами по тонким белым лепесткам, беря цветок в руки. Гладит жёлтую серединку, заметно расстраиваясь.
— Я не хотел его убивать, — тихо всхлипывает Тэхён, и Чонгук поднимает удивлённый взгляд. Святой Каин, ну и что он наделал? Вампир встаёт из-за стола, приобнимая душу за талию, осторожно забирая ромашку из чужих рук.
— Твои слёзы заставляют чувствовать себя виноватым, — ворчит Чонгук, вздыхая тяжко, как и обычно. Иногда он напоминает старого деда, который сидит у камина, покачивается в кресле, да постанывает от боли в позвоночнике. — Ромашку можно залить смолой, и получится вечно живой цветочек. Как тебе идея? — вампир не знает, как извертеться, поэтому не придумывает ничего более гениального для чужого успокоения.
Тэхён вытирает руками мокрые щёки, всхлипывая ещё раз.
— Правда? — с такой надеждой в голосе спрашивает. Чонгук тихо усмехается и качает головой.
— Сходишь к Намджуну, он расскажет, как залить растение смолой правильно. Жаль, если пропадёт такое нежное создание, да? — вампир немного лукавит, когда говорит о красоте цветка.
Для него растения не выглядят впечатляющими, и он давным-давно потерял интерес к природной живописности. Лет триста за ней наблюдает, наскучило.
* * * * * *
— Чонгук! — душа приходит через два дня в кабинет Господина снова. Намджун действительно научил заливать вещи смолой. Ездил в город специально за материалами: формочками, дополнительными блёстками и так далее. — Смотрите, смотрите! — Тэхён раскрывает ладони и показывает ромашку в прозрачной смоле в форме сердца. — Красиво, правда? Чонгук насмешливо фыркает. Обычно, но вслух не скажет. — Безумно, я очень за тебя рад. А теперь, пожалуйста, дай мне пора… — Это Вам подарок. Мне объяснили, что такое подарок, — Тэхён случайно перебивает, но сияет во все тридцать два зуба. — Белый очень подходит Вашим глазам, — Чонгук растягивает губы в лёгкой улыбке, показывая свои хищные клыки. Не специально, конечно. — Благодарен за столь приятный жест, — вампир кивает, всё ещё улыбаясь. Другие люди сочли бы его искреннее проявление чувств за хищный оскал. Но это, право, всего лишь его настоящая улыбка, которую он не сможет переделать. Радует, что Тэхён не пугается его. — Будь добр, положи на вот эту полочку, — Чонгук делает жест рукой, указывая, куда нужно положить. Душа осторожно укладывает свой подарок, поворачиваясь на вампира. Проверяет, правильно ли всё сделал. Чонгук на это пускает тихий смешок. Тэхёну ещё расти и расти. — А теперь, пожалуйста, позволь поработать, солнце.* * * * * *
— Намджун-щи, — слёзно ноет парень. — У меня затекла спина, болит рука, мозоль от ручки, пальцы отваливаются, обувь натирает, нос чешется, горло болит, в глазах рябит, в голове гудит, в… — Хорошо-хорошо, отдых, — Намджун ворчит на своего ученика, а тот несётся галопом по поместью, съезжая с мраморных перил лестницы, практически влетая в выход на улицу. Спина у него затекла, видите ли…* * * * * *
— Намджун, эти функции — отстой. — Выражайся культурнее, иначе я сообщу Господину о дурном влиянии Чимина на тебя. Тэхён замолкает под тяжёлым взглядом Намджуна, с вселенски-усталым вздохом возвращаясь к примерам. — Эти функции — очень сложные для моего понимания, утомляют неимоверно, — тихо исправляется, не имея совершенно никакого желания, чтобы его друга как-то наказывали.* * * * * *
— Мы уже добрались с тобой до репродуктивных функций. — Это ещё что за гадость биологическая? Надеюсь, не связано с темой о кольчатых червях и противных инфузориях, которых ты мне под микроскопом показывал. Мужчина тихо смеётся и треплет чужие неряшливо уложенные волосы.* * * * * *
— Я не понимаю, почему у людей могут зачать ребёнка только женщины. Почему мы не как амфиприоны, где самец, в случае смерти самки, может сам выносить их зачавшуюся рыбоньку, — Тэхён обиженно поджимает губы. — Чонгук, что Вы думаете? — Ничего. Меня не интересуют вопросы зачатия, так как мои предпочтения сугубо отличаются от общепринятых норм. Душа морщится, почувствовав головокружение от этого мощного потока слов. — Почему общепринятых норм?.. — не понимает Тэхён, сидя на пуфике у Чонгука в кабинете. Да, вампир удосужился сделать поставить, наконец, пуфик для души, которая постоянно беспокоит его по причине и без. — У предпочтений есть нормы?.. — Тэхён правда задумывается, пытаясь вспомнить, говорил ли ему что-нибудь Намджун об этом. — О, — вспоминает что-то совершенно смутно. Видимо, на этом моменте его концентрация улетучилась, и он что-то упустил. — Ладно уж, опустим этот вопрос, коли для тебя гендерная роль не имеет смысла, — вампир вздыхает, задумчиво глядя на ещё одно приглашение в элизиум. Не хочется. Чонгук лениво ставит подпись, со всем пренебрежением, какое только можно передать в почерке. — А почему Вы пишете пером? — задаёт вопрос душа, только заметив эту деталь. — От тех времён не отошёл, — сухо говорит вампир, немного раздражённый. — Всё, а теперь ступай, я очень занят и не в духе. — Как пожелаете, Ваше Вашество, — с сарказмом говорит Тэхён в кривом поклоне и уходит. Чонгук на это выгибает удивлённо бровь. Когда он научился дерзить?* * * * * *
Чонгук уже по стуку понимает, кто пришёл. Лениво говорит «входи» и откидывается на спинку кресла. — Здравствуйте всем святым и не очень, — начинает Тэхён, положив перед Чонгуком книжку на стол. — Я недавно прочитал одно произведение, — стучит пальцем по обложке книги, — Меня очень интересует вопрос об адекватности главных героев. А если быть точнее, то этой дворянки. В одно время живём, а она ведёт себя так… Странно. Чонгук поднимает уставший взгляд, но край его сознания цепляет последние предложения. Приходится встрепенуться. — В одно время? — переспрашивает со смешком Чонгук. Душа склоняет голову вбок и поджимает губы. Привычки неизменны. — Предполагаю, что примерно в одно и то же время, — исправляется Тэхён, пытливо смотря на вампира. — Эта книга датирована восемнадцатым веком, а мы в двадцать с чем-то, сладость, — Чонгук тихо смеётся, хоть и понимает, что сам виноват в чужой неосведомлённости. Тэхён поражённо опускается на пуфик. — Двадцать с… Как это?.. Вампир искренне смеётся на это. — Надо было чуть пораньше задуматься о том, чтобы познакомить тебя с техникой. Но как-то не представлялось подходящего времени. Я сообщу Намджуну, он всё тебе расскажет, — Чонгук в это время пролистывает страницы книги, пытаясь вытянуть из своей памяти сюжет. У вампиров ко всему прочему феноменальная для человека память, и даже если Чонгук прочитал все свои книги из библиотеки, то он будет помнить большинство из. За редким исключением, по определению, что-то забудет. — Вы такой ленивый, ничего мне не хотите объяснять, а Намджун без отдыха, — «и я», добавляет Тэхён шёпотом, порядком утомившись от каждодневного обучения на протяжении практически полных суток. — Когда ты успел стать таким вредным, солнце? — Чонгук вздыхает тяжело. — Хорошо, будет вам обоим отдых. Не более трёх дней, сладость, слышишь? — Тэхён остервенело кивает, ликуя. Три дня — это так много, что ужас. А когда ещё и голову не будут забивать большим объёмом информации, то это станет похоже на курорт. Правда, на самом деле душа все эти три дня будет умирать от скуки.* * * * * *
— Смотри, сегодня мы дошли до раздела истории, который задевает политику Кореи в наши дни. — Меня больше не ждут мучения в виде заучивания слоёв дворянства во всеобщей истории, честно? — с надеждой в голосе спрашивает юноша, блестящими глазами наблюдая за Намджуном. Тот прекрасно помнит, как душа убивалась на контрольной работе по теме восемнадцатого века. — Больше не ждут, — улыбается ямочками Намджун, коварно сверкая глазами после. — Тебя ждут мучения финансовой грамотности. — Пресвятые письмена…* * * * * *
— Меня напрягает экономический пробел нашей страны, — Тэхён пьёт горячий какао, сидя в кресле. — Крупные промышленные компании имеют слишком большое влияние. Мне было бы интересно узнать, как правительство справляется с этим, что думаете? — Чонгук задумывается об этом, потирая подбородок. — Знаешь, ты прав. У нас в стране более тридцати чеболей, а на пять из крупнейших такого типа, как… — Ой, да, Самсунг или Хёндай, как минимум из этого списка. — Именно, — Чонгук кивает, тоже отпивая во время дискуссии немного крови. Из кружки, естественно. Так хоть не в бокале, можно сказать о чём угодно, мол, кофе там, не придумывай. Но вообще, если так говорить, вампиры способны есть некоторые человеческие блюда, но какой-либо ценности для вампиров это не имеет. — Одна треть торговых операций и почти пятьдесят процентов корейского экспорта только на эти компании и уходят. Тэхён кивает, прекрасно это зная. — И мне вот интересно, что государство будет делать с этим. Вампир только сейчас на секунду буквально задумался о том, что их разговор больно сложный для того, кто является «сладостью», «солнцем» и «душой». Но мысль ускользает, не закрепляясь в голове. — Будет стремиться к реструктуризации чеболей, приватизации государственных банков и общей либерализации экономики, — Чонгук пожимает плечами. — Да, Намджун тоже так говорит. — Почему вдруг экономикой заинтересовался? — любопытствует вампир, укладывая подбородок на сложенные руки. — Намджун её часто со мной обсуждает. Я как-то влился в эти рассуждения, — Тэхён потирает нос и неловко улыбается. Чонгук на это тихо смеётся. — Кстати, помнишь клан, про который я рассказывал? — переводит тему вампир. С недавних пор он делится с душой некоторыми моментами из своей вампирской жизни. Тэхён, правда, не понимает, что это вампирская жизнь, а странные понятия списывает на лексикон или диалект. — Да, — кивает на это, попивая всё ещё горячий какао. — Опять эта… Некультурная вафлистка устроила истерику по поводу своего сына, который единственный в роду. Требует повышения ранга. Ужас, правда? Всех уже достала с верхушки, — Чонгук фыркает, а Тэхён тихо смеётся на это. Вампира редко когда можно увидеть сильно раздражённым, но обговорённая мадам явно производит не лучшее впечатление, если даже он бесится.* * * * * *
Чимин уже привычно пыхтит трубкой, выпуская дым изо рта. — Ты знаешь, такое знакомое чувство охватывает, когда ощущаю дым. Как будто я был курящим, — Тэхён говорит это и внимательно наблюдает за садовником, который, оказывается, не такой уж и взрослый, как душе казалось сначала. — Вполне возможно, Тэ. Я хер знает, кто ты там был до амнезии, — Чимин продолжает попыхивать, залезая внутрь колючих кустов. Тэхён сидит рядом на траве, с любопытством наблюдая за тем, что тот делает. Чимин снова весь замызганный и расцарапанный вылезает из кустов, держа в руках трепыхающегося птенца. — Могу тебе электронку из города привезти, будешь со мной за компанию курить, — садовник усаживает птенца на траву, а тот скачет прочь, позже вообще улетая. — Учишь меня плохим вещам, ай-ай-ай, — Тэхён тихо смеётся, забирая у Чимина панаму. Он любит их забирать и сидеть в них до вечера. Чимин особо не против, несмотря на то, что у Тэ есть своя. — Ты Господину только не говори, мне ж потом кабзда придёт, — Пак грозит кулаком и возвращается к своей работе. Тэхён её постоянно скрашивает своей болтовнёй. — Елдой евоной бить будет… Чимин даже не заметил того, как из глупого человека, который не знал половины слов, Тэ стал недурным юношей с высокими стремлениями к учёбе. Необразованным его теперь можно назвать с натяжкой, хотя прошло мало-мальски месяцев десять. Или пятнадцать, не суть важно. Вампирам сложно следить по отчётному человеческому календарю, ибо для них время идёт гораздо быстрее, нежели чем для людей. — Не хочу вредить своему здоровью, — Тэхён пожимает плечами и получает в ответ хмыканье. — От качественных жидкостей в электронках без никотина не помрёшь, уверяю. Чувство накуренности, правда, херовое, но ты переживёшь это, — Чимин смачно целует Тэхёна в лоб, забирая свою панаму. — Я поинтересуюсь об этом у Намджуна, — говорит душа, получая щелбан всё в тот же лоб. — Ой, этот душнила вечно тебя забирает от меня. Я ж антагонист всея Кореи, Лилит, — ругается и ворчит Чимин, слыша на это громкий смех. — Наверное, именно по этой причине он не хочет, чтобы я контактировал с тобой, — Тэхён тихо хохочет с чужого негодования, застывшего на лице. — Мелкая ты прошмандовка.* * * * * *
Тэхён, на самом деле, очень хорошо обжился. Он спокойно нашёл контакт с поваром, легко подружился с садовником и даже со своим репетитором. Чонгуку сложно привыкнуть к тому, что в его поместье постоянно кто-то ходит, что-то трогает, щупает, переставляет или вообще обустраивает по-своему. Тэхён часто просит привезти ему из города различные футболки (которые Чонгуку кажутся молодёжной безвкусицей), иногда женские блузы или парфюм для коллекции. По поводу женских блуз у Чонгука был вопрос к Намджуну. Они тогда обсуждали специфический вкус Тэхёна. Потом выяснилось, что у души не закрепилось никаких понятий о гендере и он берёт то, что нравится. Именно из-за этого женские блузки или кофты часто перешивают именно под Тэхёна. У того плечи шире, чем женские, параметры тела больше. Фасон совершенно такой же, как и до перепрошивки, зато садится потом, как влитое. И смотрится, к слову, замечательно. Правильно говорят о том, что у одежды нет гендера. Главное шить по меркам тела, тогда будет смотреться не нелепо, а очень даже хорошо. Чонгука радует воспитание Тэхёна, пусть из него и не получилось сделать человека. Этого стоило ожидать, с учётом того, что он живёт среди вампиров… По поводу коллекции духов, кстати. Душе нравятся различные запахи, он чувствителен абсолютно ко всему проявлению окружающего мира, потому трепетно изучает ароматы, формы виды. Чонгук успел привыкнуть к этому. Даже к чужой привычке носить с собой платок, чтобы шуршать им во время нервозных ситуаций. Тэхён уже и не помнит, по какой причине ему нравится звук шуршания одежды или одеял, не помнит, почему он приносит успокоение. Зато Чонгук прекрасно помнит, как Тэхён только-только знакомился с шумом, людьми, различным материалом, который чувствуется совершенно по-разному под пальцами. И, честно, уследить за временем очень сложно. Тэхён слишком быстро образовывается, что нагоняет в некотором роде тоску по времени, когда он хлопал глупыми, совершенно неосознанными глазами, вертел кругом головой, пытаясь выяснить, что происходит. Такими темпами он и поместье по собственной воле покинет, чтобы жить среди своих. Хотя, в контракте всё прописано. Бессмертные не могут жить в людском обществе.* * * * * *
— Чонгук? — Тэхён тихонько заходит в кабинет, пока вампир поднимает свой тяжёлый взгляд на него. — Что-то хотел? Душа кивает, закусывая губу в волнении. — А можно я… Ну, тоже в город?.. Я его никогда не видел. Чонгук задумчиво трёт подбородок. Точно, нужно бы Тэхёна обеспечить средством связи и интернетом. — Ты можешь поехать с Намджуном или со мной. Одного тебя не очень безопасно отпускать, — произносит вампир, вспоминая о неспокойном времени сейчас в кланах. — Я думал, что Вы будете против?.. — Чонгук на эту неуверенность тихо смеётся. — Я тебе когда-нибудь что-нибудь запрещал, солнце? И хватит «выкать», я нисколько от тебя не отличаюсь, — Чонгук постоянно ворчит и ругается с другими людьми по этому поводу. Ему не нравится, когда выделяют его статус, ведь он что в моральном, что в умственном плане не сильно от других ушёл. — Я уже привык. — Отвыкнешь.
