Харальд Длинный Меч

После тяжёлого и кровавого штурма, армия осталась в Брвинуве. Солдат поселили в домах горожан, кто офицер тому каменные, со многими удобствами, кто обычный солдат, тому либо шалаши, либо (если он везунчик) из деревянных бревён. Гвардейцы лорда Каспера оказались везунчиками. И так покоцанный после нескольких боев его десяток расположили в деревянном доме, где-то на западе города. Вместо земли, приходилось спать на тёплом полу, вместо старой доброй походной похлёбки, он ел вполне себе вкусные лепёшки и нередкие кусочки мяса. Жители дома, к которым их подселили, поначалу побаивались — а ну вдруг пограбят ещё раз? Особенно старый горожанин переживал за свою внучку, которой и не дашь тринадцати. Возможно, это её и спасло от множественного изнасилования. А может тот подвал, который Харальд обнаружил на второй день своего проживания в этом доме? Ему лично было плевать на подобные мелочи, но иногда любопытство выскакивало, и требовало найти ответы, казалось на незначительные вопросы. Харальд, понимая, что лучше строить отношения на взаимовыгодном сотрудничестве, предложил старику помощь в бытовых вещах. Сам горожанин уже не мог выполнять нужные обязанности в доме из-за своей немощности, а его внучка мелкая девочка, не очень умная, не очень способная, поэтому хозяин дома зацепился за эту возможность. Вытащить из погреба всякое ненужное, но очень тяжёлое хламьё? Харальду и Эйрону это не составило труда. Починить дерганую раму на единственном в доме окне? Бруни, деревенский парень, на удивление в этом разбирался. Вынести помои и приносить каждое утро несколько ведёр воды из городского колодца? В этом деле напрягали Харона. Благодаря Харальду отношения со старым горожанином и его дочкой были нормализованы, несмотря на прошлые события. Сам он медленно, но верно приходил в себя после ранения. Несколько недель заживала рана, а потом, когда затянулась, спокойно смог встать в строй. Впрочем, лорды, засевшие в городе, очевидно, ожидали чего-то другого, чем выздоровление простого гвардейца. Как только рана затянулась, Харальд, теперь прочно занявший место заместителя десятника продолжал тренировать остаток от боевого отряда. Бруни, Харон и Эйрон, если прибавить к ним Харальда. Плюс десятник Гарф — половина выжила. «Эта война внесла серьёзные изменения в мою бытовую жизнь. Даже последние несколько боевых походов так не выкашивали гвардию». — Эй, Харальд! Смотри что нашёл! — показал Эйрон медяк. — Спрячь, а то отнимут ещё, — фыркнул Харальд, — где нашёл то, везунчик? — Да… — его собеседник замялся, поглядывая на сидящих в сторону Бруни и Харона, которые в последнее время неплохо сошлись. Харон, с черными, как смоль волосами и короткой бородой и Бруни, каштановолосый парнишка, — в закоулке одном, валялось там… может кто из лыцарей потерял, уж они то любители по кабакам ходить в тёмную. Харальд снова фыркнул. — Пошли лучше потренируемся, мальчишка. Чем больше тренировок, тем лучше! Эйрон насупился. В последнее время, пережив несколько боёв, в нём появилось определённое высокомерие и нежелание тренироваться. Харальд его от этого активно отучивал, но человеческая природа иногда берёт своё. Под строгим взглядом Харальда, они с Эйроном отправились в сторону задней части дома, где обычно и тренировались. Там оказалось довольно просторно, да и только одна сторона была открыта, показывая, чем они тут занимаются. — Ну что, Эйрон, готов? — спокойно спросил его Харальд, оглядывая вставшего в стойку подопечного. Они дрались уже настоящими мечами, не боясь мелких царапин и серьёзных ранений. Лучше уж так, чем помереть в бою из-за недостатка опыта во владении настоящим, тяжёлым и острым мечом. Под светлым, голубым небом, в городском закоулке, среди множества деревянных домов, собранных из свежих и старых бревён раздался звон стали. Эйрон наседал на него агрессивно, в то время как Харальд занял оборонительную позицию, предпочитая отбивать удары и следить за движениями своего противника. Атаки Эйрона не являлись какими-то особо хитрыми, особенно по сравнению с его опытом. У него даже есть несколько придуманных им хитрых приёмов, но в основном большинство финтов и хитростей были позаимствованы у других. Заметив, что Эйрон стал потихоньку выдыхаться, Харальд улыбнулся. Звон. Удар. Мальчишка сомкнул глаза от громкого и сильного удара, слишком неожиданно и резкого, чтобы успеть его отбить. Меч соскользнул у него из рук, а сам Эйрон упал на пятую точку, больно ударившись об каменную мостовую. — Ты стал слишком силён, — пожаловался Эйрон. — А может кто-то стал слишком самонадеян? — улыбнулся Харальд, помогая встать своему подопечному. — Интересный бой, — заметил кто-то равнодушным, холодным голосом. Харальд и Эйрон одновременно обернулись и заметили стоящего напротив них сира Айварса! — Сир Айварс, — Харальд мгновенно наклонил голову в знак уважения. Если лорду требовалось преклонить ноги, то рыцарю только склонить голову или поклониться. В опоясанной тунике с привязанным мечом, рыцарь оглядел потных и немного уставших гвардейцев. — Я думал тут потасовка, но оказалось просто тренировочная дуэль, — Айварс вгляделся в Харальда, — и победитель был очевиден с самого начала. У тебя хорошо поставлена рука… — он вопросительно нагнул бровь. — Харальд, сир, — назвал своё имя он, вернув прежнее положение тела. — Харальд… это имя мне знакомо, — рыцарь задумчиво оглядел солдата, — хм… тот самый гвардеец, что убил Мстящую Невесту? — Верно, сир, — всё также спокойным тоном отвечал Харальд, но внутренне насторожился от такого внимания. — Ты устал, Харальд? — Нет, сир Айварс. — Тогда вставай и вновь бери свой большой клинок. Хороший меч, но что за руны на нём? — с любопытством посмотрел на странные письмена на мече. — Это руны северных земель, если верить словам кузнеца, у которого я купил этот меч в Шрисбурге. Сир задумчиво кивнул и достал уже свой клинок. Блеснула сталь, и рыцарь без предупреждения напал на гвардейца. Харальд отбил удар, краем глаза заметив, как быстро отошёл от них Эйрон, напуганный и уставший. — Неплохо, немногие успевают среагировать на мой удар, — улыбнулся ему рыцарь Айварс, отойдя на несколько шагов назад от него, — теперь я верю, что ты убил Мстящую Невесту. Харальд ничего не ответил. Не было смысла отвечать, да и побаивался ляпнуть что-нибудь, что может обидеть человека, выше по статусу. В закоулке вновь стали раздаваться звуки соприкосновения смертоносных изделий людей. Рыцарь и гвардеец попеременно атаковали друг друга, делая хитрые финты и не чураясь грязных ударов. Они постоянно смотрели друг на друга — один взгляд был весёлым, заинтересованным, другой спокойный и мрачный, словно хмурые тучи перед дождём. Удар! Рыцарь попытался обманом вызволить его вперёд, но Харальд не будь дураком вовремя отошёл и клинок Айварс ударил по камню. «Слишком сильно бьет!» — беспокойно подумал он. Удар. Удар. Отскок и новый удар. Рыцарь усилил напор. Казалось, Айварс вошёл в раж и ему было плевать что это просто тренировочный поединок. Харальд решил напомнить ему об этом… но не словом. Удар! Отскок, подножка! Не успел среагировать! Рыцарь упал от неожиданной подставы. И тут у него выступил пот — а ну как за это высекут. Можно было сдаться или специально проиграть, но Харальд побаивался, что рыцарь мог его ненароком и зарезать. — Вы проиграли, сир… — осторожно заметил Харальд. Айварс, поднявшись и отряхнувшись, рассмеялся чистым смехом. — А ты хорош, парень! — хлопнул он по плечу простолюдина, — я и не заметил твоей подножки. Мало кто может драться со мной на равных, так ты меня ещё и повалил. Решено! Будешь моим спарринг-партнёром! Харальд с каменной мордой кивнул на подобное заявление рыцаря Айварса, мысленно костеря себя за внезапное желание потренироваться с Эйроном. Рыцари, как безусловный элемент всякой фентезятины, были для него ненавистны. «Ёбанные рыцари, что б вас дракон поимел».