Харальд Длинный Меч

Перетаскивая кучу непонятной поклажи, Харальд на миг обернулся. Желчное и желтоватое лицо Ченга посмотрело на него в ответ. - Чего остановился, варвар? – с привычным шипящим акцентом спросил китаец, - иди вперёд. - Иду, иду, - буркнул Харальд, пыжась и скрипя. Слишком уж тяжёлая она оказалась, эта поклажа… Соглашаясь помочь Ченгу, он не ожидал, что она будет такой тягостной. Они шли по длинному коридору, деревянному и слегка скрипящему. На светло-коричневых стенах было развешано множество вещей, причём некоторые из них оказались достаточно необычными. Рогатый череп неизвестного существа, коего Харальд принял сначала за быка, но слишком странными были пропорции, слишком необычными и угловатыми. Мечи и топоры, крепко, то ли втиснутые, то ли гвоздями прибитые. Как-то раз, воспользовавшись случаем, он попытался слегка дёрнуть – но орудие на стене даже не шелохнулось. Более сильная попытка тоже ничего не дала. Рядом с оружием висели ковры, в центрах которых умещались вышитые руны на языке войров. А в конце длинного коридора, над входом, высился треугольный кусок хорошей ткани с гербом рода Мелькноров, того самого, которому служил в качестве трэлла Харальд. В доме практически никого не было – хозяйка дома находилась на втором этаже, занятая своими делами, сам Дэгнон находился во дворе с Грональфом и Мокли. Господские дети играли во дворе с Тирой под присмотром Фрольфа. Они дошли до невзрачной комнаты с полугнилой дверью и Харальд с натугой занёс в неё поклажу. Как оказалось, развязав шкуры, это оказался всякий хлам, бесполезный и ненужный. - А теперь помоги мне разобрать всё это и расставить по своим местам, скавен Харальд, - добавил Ченг. Он хотел возмутиться и послать китайца, но промолчал. Не стоило сориться с одним из обильных источников информации, коим и был Ченг. - Хорошо, - согласился он, и начал раскладывать по полкам всякую мелочь. И откуда у бонда столько хламья? Небось, половина была взята во время набегов. Сам Дэгнон не кажется свирепым налётчиком, но вот его сын… скорее всего. Харальд слышал, что зимой Грональф отправится в налёт на богатые берега франкеров. Под командованием некоего Старого Кракена, человека уважаемого на всём Сокланде, если не на всех Туманных Островах. “Вот бы встретить Гнилого Альбатроса… ну и прозвище! Пожму ему… шею за воровство моего любимого меча!”. Всё что он узнал об этом Гнилом Альбатросе, так это то, что он находится под покровительством ещё более опасного типа, некоего ярла Бранда Несущий Ужас. И что Гнилой Альбатрос редкий гость в Хайфленде. - Ченг, а ты откуда родом? – небрежно обратился Харальд к китайцу, уже предвидя ответ. - Не Ченг! – чуть ли не визгнул он, - а учитель Ченг! Имей уважение к своему мастеру! - Мастеру? – фальшиво удивился Харальд, - так ты же меня только языку войров научил. Китаец недобро на него посмотрел. В узких щёлочках мелькнула обида. - Ладно, ладно, мастер, - примирительно улыбнулся старому Ченгу Харальд, - прошу простить этого глупого ученика. “Что-то мне это напоминает из прошлой жизни… дежавю”. - Ну, так откуда вы мастер Ченг? Неужели этот глупый ученик не может узнать родину своего славного учителя? - Ень-Шуй, так называется провинция, в которой я родился. А родина моя зовётся Вечной Империей Вай. - Вечная Империя… звучит слишком… - Харальд сжал губы, подбирая в уме менее обидное слово, - амбициозно! - Не я давал название своей стране, а великий Император Гу-Цзы из рода Лань. Первой династии Вечной Империи. - А сколько вообще было династий в Империи? – с интересом спросил Харальд. Местные китайцы и тут, кажется, могут похвастаться древностью и возможно… более высоким уровнем культуры и технологий. - Вай – четвёртая династия, что правит уже несколько веков. Да славится Императоры из их рода! - Они так уважаемы в Империи? - По скромному мнению твоего – он особо подчеркнул это слово, - мастера, Вай самая величайшая династия, что восседала на Золотом Троне. Они превратили дряхлеющею империю, разорённую Великими Войнами с дикими эльфами в величайшее государство на Великом Континенте! - Дикие эльфы? – закашлявшись, воскликнул Харальд, - никогда о таких не слышал. Я знаю, на далёком востоке есть закрытые эльфийские государства. “Которые чем-то похожи на японцев”. -Дикие эльфы совсем из другой породы, - буркнул Ченг, ловко доставая рухлядь и перетаскивая её на многочисленные полки, - они намного ниже своих собратьев ростом, но с длинными руками и ногами. В основном все черноволосы в отличие от своих братьев, кои могут похвастаться цветами спелой пшеницы или рыжинкой. Кочевники, варвары и налётчики – они веками грабили границы Империи. Но вот несколько сотен лет назад кланы Диких Эльфов объединил Великий Хан Мракотай. “И это мне что-то напоминает… дикие эльфы это что местные монголы? А Мракотай – Чингисхан? Это параллель Земли или я чего-то не знаю!”. Ченг продолжил рассказ о фрагменте истории своей родины. Он настолько увлёкся, что даже движение его рук замедлилось, а глаза имперца заволокло туманом воспоминаний. -И Мракотай повёл стотысячные орды кочевников на завоевание Вечной Империи, тщеславно думая, что сможет покорить её за пару лет. Он ошибся, хотя ему и сопутствовал успех – все пограничные форты были взяты быстро, но Великий Город Кси-Ордан стал первым камнем, чуть не переломавшим кости варварам. Харальд слушал, не перебивая, но неожиданно Ченг очнулся от воспоминаний. - Боюсь, эта история слишком длинна, а поклажи нужно разобрать сейчас. - Хорошо, хорошо, - разочарованно произнёс Харальд, заметив, что и он прекратил раскладывать вещи, - ну а вообще, этот Мракотай смог завоевать Вечную Империю? - Нет. Он погиб во время одного из сражений Третьей Великой Войны, продлившаяся всего полгода, от рук простого арбалетчика. А власть в Империи взял в руки один из славных военачальников, Мао-Байнюнь из рода Вай. “Значит, местные монголы обломали зубы об Вечную Империю”. -А как ты сюда вообще попал? На Туманные Острова? Это же далеко от Империи. - Далеко, - согласился Ченг, - очень далеко. Я был советником одного из послов в Вольном Городе Лацион от уже покойного Императора Дуо-Май из рода Вай. После смерти Императора-Чародея, нашего посла убили, как и многих помощников и советников. Выживших продали в рабство войрам. Одним из них оказался я. В голосе имперца слышалась… грусть? По родине, или убитым собратьям? А может по своей судьбе? Вспомнил Харальд и свою бытность службы у Дикого Кроля. И тот день, когда объявили о смерти некоего Императора, дав каждому обильную пищу и питьё в честь этого. - А этот Император… его боялись? Или он был великим Завоевателем? Ченг странно посмотрел на него. - Император-Чародей правил Империей семь десятков лет и был пятым Императором из рода Вай, - наставительно произнёс он, - по слухам он обладал великой колдовской силой, могущей обращать армии в бегство! Он разбил множество армий, разорил и присоединил к Империи бессчетное количество городов и земель. Его влияние доходило до Франкерии и дикой Скавении! “Это точно тот Император. Только какой прок от его смерти лордам Скавении? Неужели так сильно боялись или он им поднасрал?”. Харальд слушал, всё еще продолжая перетаскивать заканчивающий мусор. Напрягая руки, он несколько раз сильно дёрнулся и медальон с морским драконом стрельнув ввёрх, вывалился наружу. Глаза Ченга прицепились к ним и узкие щёлочки-глаза удивлённо раскрылись. - Морской дракон? Значит, у тебя душа морского дракона. - А какая душа у моего мастера? – улыбнулся Харальд. Имперец достал свой медальон. В центре была вырезана плескающая рыба. - Морской дракон – большая честь для тебя, скавен. Местные бъёрды так просто его не дают, и значит, что-то углядели в твоей душе. Кем ты был раньше? - Гвардейцем на службе лорда. А ещё ранее простым крестьянином. - Гвардеец, - с трудностью произнёс он это слово, - легендарные скавенские гвардейцы? - В смысле легендарные? – рассмеялся скавен. Сухое, жёлтое лицо Ченга заострилось ещё более, и стало на порядок неприятнее. Осознав, что обидел китайца, Харальд поспешил извиниться. - Прости за смех, мастер Ченг, но не обессудь. Чем же прославились скавенские гвардейцы? - Неважно, - брезгливо ответил Ченг, на что-то наткнувшись в поклаже. Вытащив руку обратно – узнал, что это оказалось статуэтка в непонятной слизи. - Лучше это выкинуть, - заметил Харальд. - Не тебе решать, скавен Харальд, - отрезал Ченг, - пусть пока полежит тут, на дне мешка. Кажется, это фигурка кракена и делал её искусный мастер-плотник из Ветви Кракена. Хильдерик как-то рассказал об этих ветвях Великого Пожирателя. Религия эта отнюдь не была единой, как казалось людям на Великом Континенте – она разделялась на множество ветвей со своими лидерами, поклонниками и известными личностями. Ветвь Кракена одна из многочисленных ветвей, в основе которого заложено что Великий Пожиратель – это огромное кракеноподобное чудовище, ждущее своего часа пробуждения, дабы пожрать земную твердь и вернуть мир в исходное состояние. Жители континента считают, что именно эта версия считается принцип вообще всей веры, но это отнюдь не так. Ветвь Кита, Морского Дракона или Рыбы – и это ещё не всё. По слухам на самых дальних из островов есть свои ветви. В своё время из-за подобного разделения на Туманных Островах лилась кровь, и велись бесконечные войны, пока жрецов всех ветвей не уничтожили, а один из избранных королей не объявил на Островах Непрерываемый Мир, запрещающий воевать войрам меж собой. Ветвь Морского Дракона не особо популярна на островах. По версии этой ветви, Великий Пожиратель – это огромный, змееподобный дракон, окольцевавший края мира. И ждущий момента, когда мир можно сжать и развоплотить. Не особо популярная, но самая старинная из всех ветвей, если верить словам Хильдерика. Закончив с поклажей, они ещё немного поговорили – Харальд находил в Ченге слишком интересного собеседника на фоне остальных. Они вернули уже пустые мешки обратно, и хотели было спокойно разойтись, заметив входящего в дом Дэгнона с Грональфом, как в дом ворвался обезумевший Миркл. - Отец! Дэгнон обернулся. Заплаканный сын ввёл его в непонимание. - Гейв! Он пропал! Пропал! - Как пропал? – неверяще спросил Дэгнон, обнимая сына. Харальд переглянулся с Ченгом. Старый имперец и сам выглядел несколько потрясённым и даже испуганным. - Мы играли с Тирой… а потом… играли в прятки… мы спрятались дома, а Гейв нас искал! А потом… мы ждали, ждали… - рваные фразы исходили из детского рта, - а Гейва всё нет! Мы вышли его искать, но он пропал! - Куда пропал?! – воскликнул хозяин дома, - где Фрольф, Великий Пожиратель его задери! - Он… он… пошёл искать Гейва за оградой. - Густой туман… заблудится же дурак! Мокли! – взревел Дэгнон. Сзади послышались мягкие шаги – Харальд чётко уловил их. Марския, наконец, услышала рёв мужа и отвлеклась от заботы за маленькой дочерью, - неси верёвку! - Тише, Миркл, успокойся, - женская рука мягко прошлась по чёрной головке, - что случилось, Дэгнон, что ты так кричишь на весь дом? - Гейв пропал, - ответил он, глянув на Харальда и Ченга, - скорее всего, заблудился в густом тумане. Фрольф пошёл его искать, но много ли он найдёт? Могу лишь надеяться, что ни с ним, ни с сыном ничего не случится. Сейчас Мокли принесёт верёвки и мы пойдём их искать. - Ты и Мокли? Впервые он видел Дэгнона в такой ярости. Суровые глаза уставились на Харальда и Ченга. - Нет. Возьму скавена и франка, молодые и надеюсь, глазастые. Ченг останется здесь, как и Тира с Мирклом. Марския кивнула. Ни тени страха или беспокойства так и не отразилось на её лице. Это было… странно. Глаза с фиалковым оттенком прошлись по всем взглядом, задержавшись лишь на плачущем Миркле и зажавшейся в угол, испуганной Тире. - Идём, дитя, - успокаивающими нотками произнесла жена Дэгнона, уводя Миркла, - Тира, отправляйся к себе в каморку и приведи себя в порядок. Мокли принёс несколько запутанных клубков витой верёвки и Харальду с Хильдериком пришлось их распутывать. Неожиданно вернулся Фрольф, запыхавшийся и грязный. - Господин, - со страхом в голосе, упав на колени, взмолился молодой войр, - не нашёл! Всюду искал, упал в овраг и чуть сам не заплутал. Но так и не нашёл! Сквозь землю провалился! - Пёс! – заорал Дэгнон. Широкая ладонь ударила по лицу Фрольфа, и от силы хозяйской руки тот дёрнул головой. - Пойдёшь с франком и Грональфом! Привязывайте друг-друга верёвкой, чтоб не заплутали. А ты, - он указал на Харальда, - пойдёшь со мной и Мокли! Делайте пометки через каждые десять-пятнадцать шагов! Сегодня слишком густой туман… - пробормотал Дэгнан последние слова. И господин был прав. Туман был настолько густым, что не было видно дальше собственного носа. Хильдерик со старшим из сыновей и Фрольфом отправились в одну из сторон, куда предполагаемо мог отправиться маленький Гейв, в то время как Харальд с двумя войрами в другую. Масляная лампа, висевшая у входа в дом, служила им неким ориентиром в случае возвращения, но лишь первые пятьдесят шагов. Они вставляли палки в землю, делали отметки на мёрзлой почве и кричали. Звали. Дэгнон орал громче всех, но всё было бестолку. Верёвка держала их рядом и не давала потеряться уже им. - Гейв! Гейв! – кричал хозяин, - проклятье! Куда он мог пропасть? - Кабы в овраг, какой не упал, господин иль может, очень далеко заплутал? – заметил старый Мокли, вставляя в землю наточенную ветку, и чертя руну ножиком рядом с ней. - Идём дальше! Сколько они уже шли? Харальд насчитал целый час. Целый час блужданий по туману и криков. Будет очень смешно, если мальчишка уже нашёлся и находится дома. И не очень смешно, если в здешних краях обитают Триноги. Было холодно. Ничего не защищало Харальда от местной осенней погоды – ни башмаки, ни дуплет с шерстяной накидкой, ни толстая бесцветная рубаха или два слоя штанов. Осень на Туманных Островах промёрзлая и на редкость неприятная. Даже в Скавении теплее. Они шли всё дальше, и в один момент закончились колышки. Приходилось обходиться рунами на земле, но это был не самый надёжный способ сделать засечку. Харальд чуть не упал в овраг, скрытый туманами, но его спас Мокли, дёрнув верёвкой назад. - Смотри куда прёшь, скавен! Гляди по сторонам. Ища глазами хоть что-то, напоминающее детскую фигуру Гейва Харальд видел лишь густой туман. Даже фигурки привязанных к нему верёвкой войров казались чем-то расплывчатым и еле уловимым. Он увидел что-то вдалеке, маленькое и неподвижное. Это оказалось молодое деревце, кое Харальд принял за младшего сына Дэгнона. Они шли, всё дальше и дальше, не останавливаясь. Неутомимый Дэгнон кричал и осматривал чуть ли не каждое деревце или овраг. - Господин, я кажется что-то слышу, - заметил Мокли, - голос… детский. Все встали как вкопанные и стали прислушиваться. Напряжённый до края слух людей уловил слова… детские, но тягучие словно смола. Харальду это показалось слишком странным, но Дэгнон услышав, помчался в сторону, откуда доносились слова, обезумевший от счастья. Харальду и Мокли пришлось бежать вслед. Слова стали чётче, но никак не ближе. Харальд судорожно размял холодеющие пальцы. Ему ничего не нравилось из сложившейся ситуации. Память о Триноге заставила сглотнуть и внимательно слушать. Они бежали ещё несколько десятков секунд и тут он резко остановился. Мокли успел заметить остановку трэлла и притормозил, но Дэгнон, разгорячённый и бешеный – нет. Верёвка дёрнулась, но выдержала, а Дэгнон чуть не упал, но вовремя подоспевший Харальд удержал господина. - В чём дело?! – рыкнул злой войр, - мы нашли Гейва! Нужно быстрее найти моего сына, пока он вновь не заплутал в тумане! - Господин, это всё скавен, - указал Мокли. Злые глаза Дэгнона уставились на Харальда, но тот встретил того непоколебимо. - Нам нельзя идти дальше. - Да как ты смеешь… Мокли, развяжи верёвку, я отправлюсь один! Этого трэлла нужно как следует научить, что не стоит перечить своему хозяину! -Оно этого и ждёт! – сказал Харальд, повысив тон, и чувствуя, как старик уже начинает выполнять приказ, но остановился. - Кто, оно? – не понял Дэгнон. - Та тварь, что прячется под обличием вашего сына и заманивает глубже в туман. Вы не заметили? Мы пробежали как минимум сотню метров, но не стали ближе к цели. Оно повторяет одни и те же слова, и вы не слышите в них… нечто странное… господин? Голос, тягучий и сладкий, зовом прошёлся по округе. - Отец… отец… я тут! Где ты? Дэгнон свирепо посмотрел на Харальда. - Если ты не пойдёшь… - Не пойду. Вы можете наказать меня или даже убить, но это лучше, чем быть съеденным неизвестной тварью… или Триногой. То, что говорит за туманом – не ваш сын Гейв, господин Дэгнон. Это уже нечто иное… Туманный Дух! – уцепился за удобное слово Харальд. Ему не хотелось быть убитым тут, старым Мокли или быть сожранным очередной мерзкой тварью. Голос продолжал их звать и в глазах Мокли зародилось понимание, что тут действительно что-то не так. А слова трэлла о Туманном Духе лишь убедило старого туманника. Дэгнон продолжал упорствовать. В очах войра уже не было видно разума – лишь безумное желание увидеть младшего сына, коего любил безмерно, больше остальных детей. - Он обезумел, Мокли, если ты хочешь, чтобы твой господин выжил, мы должны вернуться обратно! Несколько секунд думал старик, то и дело, оглядываясь в ту сторону, откуда шёл голос. И решился. - Что ты делаешь, Мокли! – заорал Дэгнан, заметив, что тот всунул кинжал в ножны и принудительно повёл господина обратно. Не слушая Дэгнона, Мокли внимательно смотрел на землю, выискивая отметки и колышки. Они слишком далеко заплутали и забыли о них из-за безумия Дэгнона. Голос сзади будто нагоняя, требовательно звал, плакал и кричал голосом Гейва. Оно стало использовать другие фразы, звать не только Дэгнона, но уже Марскию и Мокли. Только старый войр обладал более стойким характером, чем его хозяин, все ещё пытавшего вырваться из крепкой хватки старика. - Либо это безумие, либо влияние голоса твари, - заметил Харальд, - мы должны довести господина до дома и объяснить всё Марскии. Было необычайно тихо. Не слышно пения птиц или шума ветра. Везде густой туман, напряжённое лицо Мокли и страшное, перекошенное – Дэгнона. Они бежали, притаптывая мокрую траву, обходили овраги и искали отметки. На одну из таких они нарвались совершенно случайно. - Вот она! Нам туда! – указал пальцем Мокли и они поспешили убраться отсюда поскорее. Голос стал то отдаляться, то приближаться. Сколько они бежали, держа вырывающего Дэгнона? Час? Два? Харальд потерял счёт времени. Кружилась голова, и хотелось припасть к холодной земле. Голос вновь возник, нашёптывая в уши: -Ложись… ложись… - Я вижу огонёк! – воскликнул старый войр, увидав свет в тумане, - это масляная лампа над входом! Нужно поспешить, мы совсем близко! - Мой сын… Гейв… Гейв, - плакал Дэгнон, уставший вырываться. Бородатое лицо было омрачено слёзами и пустыми глазами. Как только они добрались до забора, голос пропал. Они увидели во внутреннем дворе беспокойных Грональфа и Фрольфа, вернувшиеся раньше. - Где вы были так долго… - недовольно пробубнил Грональф и тут заметил состояние Дэгнона, - отец! Великий Пожиратель! Что произошло? - Господин Грональф, - громко и часто дыша, Мокли сквозь силу и восстанавливающей дыхалки произнёс, - мы ушли далеко… а потом… потом… голос… голос Гейва. - Вы нашли Гейва? Где он?! - Это был не Гейв… не ваш младший брат, господин… оно звало нас, требовательно и тягуче, кричало и плакало, но клянусь Пожирателем, это был не он! Не дождавшись от Мокли более вразумительных объяснений, взгляд Грональфа обратился сначала на отца, но тот все ещё не пришёл в себя. Он посмотрел на Харальда. - Трэлл, что произошло? На кого вы нарвались? Где мой брат Гейв?! - Мы нарвались на Триногу… Туманного Духа, господин Грональф, - сказал Харальд, облокотившись об забор. Обернувшись по наитию, бывший гвардеец широко раскрыл глаза – сквозь густой туман виднелась фигура, с тёмным ореолом и словно очерченными границами тела. Харальд чётко видел, что там кто-то стоял, но в тоже время всё было размыто и еле различимо. - Трэлл! – прикрикнул на него Грональф, и Харальд почувствовал удар по животу, только обернувшись, - не смей не обращать внимание на меня, кусок скавенского дерьма! Где мой младший брат?! - Он мёртв, господин. Тварь сожрала его и приняла облик мальчика. Если увидите образ Гейва или услышите голос, не идите за ним. Умрёте. - Да что ты несёшь, тупой трэлл! – новый удар. - Стойте, господин Грональф! Он прав! – остановил Мокли старшего сына Дэгнона. Грональф потрясённо посмотрел на старика, но бить дальше Харальда не стал. Дэгнон к этому времени уже пришёл в себя и встал во весь свой рост. Ранее плескавшее безумие ушло, и теперь на мир смотрели злые, страшные глаза господина. И неприятный взгляд был обращён в сторону Харальда, что ему сильно не понравилось. - Десять ударов палкой этому трэллу. Заприте его в холодном подвале, и не кормите несколько дней. Пусть знает, как перечить своему господину! Харальда охватила жгучая обида. Тупой идиот! Он ему жизнь спас, а этот ублюдок с высокомерным видом сейчас ему наказанием выписывает за спасение. Все боги этого мира, возможно, это был шанс на побег – пусть Дэгнон убежал бы в сторону голоса. Убить старика плёвое дело для Харальда, как и бежать в сторону Хайфленда. Язык он выучил достаточно хорошо, можно было, и найти смельчака, который вывезет его за пределы Туманных Островов. “Всё красиво на словах” – подумалось ему, когда его вели в сторону местной конюшни, где ему и собирались дать палками по спине. Перед этим он успел заметить слезливое лицо Тиры, беспокойное Хильдерика и задумчивое Мокли. Фрольф толкнул скавена: -Давай, быстрее, трэлл. Толстая, обработанная ветка била больно. Хотелось кричать, но Харальд терпел, сжимая зубы. После болезненных ударов, оставивших жгущие следы на спине, Тира чем-то намазала раны, и Харальда кинули в глубокий подвал, холодный и пустой. “Так я и умру? В этой конуре, средь голых стен, замёрзший и голодный?”. Никто не приходил к нему – ни Тира, ни юный франк-мошенник и точно ни один из войров. Вся семья Дэгнона скорее оплакивала Гейва, которого искать, по мнению Харальда уже не имеет смысла. Было жалко мальчика, но этот мир жесток. Дэгнону стоило направить свой гнев на дурака Фрольфа проспавшего пропажу младшего, а не трэлла спасшего его, но… Этот мир жесток и несправедлив. А жители этого мирка погрязли в Тёмном Веке и междоусобицах меж собой. Кем он был и кем закончит? Он оказался в этом мире никем, мало чего добился и теперь умрет, будучи простым рабом на побегушках. Славная судьба, ничего не скажешь. Сколько он тут находиться? День, полтора? Плевать. Харальд хрипло рассмеялся. Живот давно скрючило от голода, а глотка пересохла от отсутствия воды. Ужасный холод медленно, но верно пробирался в его внутренности. Это конец? Звук скрипа оторвал скавена от самобичевания. Сверху показалось знакомое бородатое лицо с пробивающейся сединой. Хмурые глаза оглядели Харальда, и старик на удивление ловко спустился по верёвке вниз, легко преодолев три с половиной метра высотой. В руках старика показался бурдюк с водой и сушёными полосками мясо. А ещё пушистый сверток мехового одеяла. - Это мне? – с неверием спросил Харальд, - Дэгнон что, решил пощадить меня? - Хозяин ещё зол на тебя, но сейчас Дэгнона больше заботит утрата самого младшего из сыновей, - ответил Мокли, давая в первую очередь бурдюк. Неприятная на вкус вода потекла внутрь, но ему было плевать, - это моя благодарность. Сейчас ночь и меня не заметят. - Могу только поблагодарить словесно, старый войр. Ничего у меня нет, чтобы дать что-то ценное. - Мне это и не нужно, - отмахнулся старик, - мне достаточно спасение собственной жизни от лап неизвестного чудовища. Ты назвал эту тварь Триногой. Что это за чудовище? - Я не буду говорить, как она выглядит. Мне довелось видеть эту тварь собственными глазами, и никому не желаю того же. Но самое страшное не в её внешности, нет. А в её возможности зачаровывать голосом людей и привлекать их к себе. А после пожирать. - Чем-то похоже на то, с чем столкнулись в тумане, - заметил Мокли, но Харальд отрицательно покачал головой. Одна деталь полностью опровергала то, что Гейва пожрала Тринога. - Они охотятся ночью, средь густых лесов. Думаю, в том же тумане их будет обнаружить даже легче, чем в непроходимой чаще. Возможно… это действительно один из Туманных Духов, о которых мне рассказывала Тира. Они помолчали. Харальд доел все куски вяленого мяса, запил водой, закусив хлебом. Он не так долго голодал, но побаивался, что кишки не примут такой подарок и свернутся. Но выбора особого у него не было. Некоторое время они разговаривали ни о чём. Харальд рассказал, кем он был до становления рабом. После сегодняшнего дня, Мокли скавен считал другом, несмотря на то, что он войр. Чем-то нравился ему старик. Может, своей благородностью? Ему даже стало неприятно от мысли об убийстве старого воина. - Я служил отцу Дэгнона, и ему самому и такой богатой на события жизни не имел. Да, воевал, побывал в некоторых южных странах вроде Франкерии, но ни Триноги, ни Мёртвой Невесты за всё своё существование не видел. Ты воин больше меня, Харальд, от макушки до пят. Не зря жрец дал тебе знак Морского Дракона. Я расскажу тебе одну историю. Харальд поднял голову. С интересом и ожиданием. Чего старый войр хочет ему рассказать? - На Туманных Островах королей прошлого можно пересчитать по пальцам двух рук. И немногие из них желали завоеваний или войн. Войкрос Железный Молот был из тех, кто хотел овеять себя славой завоевателя и полководца. Он, собрав невиданное войско по меркам Островов, вторгся в Магна-Тар. “Скавения” – сразу перевёл название Харальд. - Восемь тысяч воинов, половина из которых – боевые трэллы. С их силой, Войкрос желал завоевать прибрежные города скавенов и удержать за собой. Сопутствуй ему удача, кто знает, может быть, Острова стали бы великим королевством? Но несколько сражений со скавенами отняло немало сил у Войкроса. Война шла уже пять лет и многие пожелали вернуться обратно, к семейным очагам и тёплым на ощупь жёнам. Бонды и ярлы со своими дружинами покинули короля в самый ответственный момент – перед важной битвой, что определит власть войров над прибрежными землями Скавении. - Он проиграл? - Да, - признался Мокли, - но эта история передаётся из уст в уста не потому что бонды и ярлы предали одного из величайших королей Островов. Все боевые трэллы остались с ним – хозяева от них отказались и продали королю. Тысяча боевых трэллов, да немногочисленная личная дружина – вот с какими силами вёл сражение король. И сеча та была страшной – скавенов было больше числом в три раза, но каждая их попытка сломать строй рабов кончалась кровавым приливом и суматошным отступлением. Никто не бежал – трэллы, вооружённые длинными мечами и топорами стояли до конца. Король выжил и смог вернуться на родину, устроив кровавое побоище против тех, кто бросил его в важный момент. Харальд молчал, не зная, что ответить. История этого мира была интересна ему, особенно как человеку двадцать первого века, вечно ищущего новой информации. - После смерти короля Войкроса, к боевым трэллам на Островах относятся по особому. Ты воин Харальд и я замолвлю за тебя словечко перед господином. Завтра тебя уже освободят. Постарайся не умереть. - Спасибо, - напоследок поблагодарил Харальд. Мокли ловко залез по канату вверх, оставив скавена одного со своими мыслями. Ответа он так и не услышал. Лишь скрип закрываемого люка.