ПРОТИВОСТОЯНИЕ

POV Лиран

      Приведя себя в порядок, мы с Гордоном вышли из комнаты и попали в заполненный зал, куда вытащили круглый стол. Он был заставлен различной едой, а также несколькими бутылками свежей крови.       Матушка сидела на диване, привалившись плечом к моему отцу, и что-то шептала ему на ухо, попутно тыкая длинным пальцем на жёлтые страницы потрёпанной книги. Рид смотрел поверх очков и улыбался во всю ширь, изредка смеясь над той или иной шуткой.       Справа от них сидел дядя, что развалился поперёк второго дивана и млел от поглаживаний в волосах священника?! Священнослужитель был малость помят и бледен, но на первый взгляд совершенно здоров. Влад держал другую руку человека и оставлял на тонкой коже лёгкие поцелуи.       На полу сидел человек моего брата — Савэр — и точил длинный нож, бездумно кивая на непрекращающуюся болтовню Генриха, что, свесившись чуть ли не всем телом с кресла, доставал мужчину.       Но рой чужих голосов смолк, стоило нам появиться в поле зрения. Матушка, увидев меня, захлопнула книгу и бегом помчалась в мою сторону. Я приготовился к доскональному осмотру, но Веллана прижала меня к себе и начала что-то бормотать на ухо.       — Боже, как же я рада, что с тобой всё в порядке, — поцеловав меня в щеку, матушка повернулась к Гордону и тоже заключила его в объятья. Я, прыснув от застывшего в ужасе лица охотника, что не знал, как реагировать, просто застыл. — Нет таких слов, чтобы я могла передать всю ту благодарность тебе, человек. Я лишь скажу — спасибо, что спас моего сына.       Отойдя чуть назад, Веллана погладила мужчину по щеке и склонила голову вниз.       — Не стоит благодарить меня, ведь я… — Гордон замялся, — Я согласился по своей воле.       Матушка улыбнулась и, повернувшись боком, указала на свободные места у стола.       — Прошу к столу, — охотник метнул на меня вопросительно-просящий взгляд, но я лишь улыбнулся и повёл его к столу. Стоило нам сесть, как справа от меня сел Генрих и, поймав мой взгляд, с ухмылкой сказал:       — Мои поздравления, братишка, — увернувшись от моего подзатыльника, Генри засмеялся.       — Ты хорошо выглядишь для бывшего смертника. Ты бы видел себя — одни скулы, да цвет как у трупока.       — Мы вампиры, Генри.       — Это какой-то больной вампир в твоём понимании, братец!       — Мальчики, сколько вам говорить, что за столом нужно есть, а не болтать, как две старые бабки! — услышав голос матушки, мы с Генри враз смолкли, но так и продолжили кидать друг другу взгляды.       Гордон уставился в мою тарелку и так и застыл. Видимо, его сильно потрясло то, что я — вампир и могу есть обычную пищу. Ну, конечно, не все вампиры, а только наполовину. Благодаря генам отца, мы можем питаться и тем, и другим. Кровь просто придаёт нам сил, что позволяет нам использовать нашу родовую магию.       — Ты ешь овощи… И картошку, — тупо сказал Гордон, протыкая вилкой кусок перца.       — Да, — подтвердил я, жуя помидор. — Я наполовину человек. Мы с братом были зачаты, когда отец ещё был человеком. Поэтому я… дампир?       — Кто? — он недоумённо приподнял бровь и начал постукивать по столу пальцем.       — Существо, что было рождено от союза человека и вампира. Мы такие же бессмертные, но с кое-какими бонусами. Но мы также подвергаемся воздействию солнца.       — Твой отец человек?! — ошарашенно спросил инквизитор и посмотрел на обращённого, что, морща нос, резал на кубики мясо.       — Почти. Он бессмертный, что испил кровь вампира. Он не пьёт кровь, но у него есть силы, как и у обычного вампира. И ему не страшно солнце. Можно сказать, мой отец обычный человек.       Стук от человеческих пальцев прекратился, и Гордон потемневшим взглядом уставился на меня.       — Испил кровь? — приглушённо спросил охотник, заметно напрягшись.       — Ну там много нюансов…       — Я пил твою кровь, — я приподнял бровь и… рассмеялся.       — Ха-ха, ну ты… Уф! Не переживай, — отдышавшись, я смахнул проступившие слёзы и сжал его ладонь. — Того количества будет явно маловато, да и луна на небе не полная.       — Значит… со мной всё…       — Ты человек. Но это пока, — мужчина, что выдохнул после моих слов, вновь напряг мышцы шеи и вёл борьбу в голове.       — Интересно, а где Джонни? — взволновано спросила матушка, смотря в окно, где вовсю светило солнце. Влад, что так и лежал на диване, приподнялся и выглянул из-за спинки. Сузив глаза от яркого света, он со вздохом упал обратно на твёрдые колени.       — Да что с ним станется, — отмахнулся Влад, прикрывая глаза. — Амулет у него вроде как имелся.       — Может на него напали! — выкрикнула Веллана и поджала алые губы. Рид ревниво посмотрел на жену, после чего с явной жестокостью начал пилить вилкой картошку. — Супруг мой, что ты делаешь с бедной картофелиной? Возьми нож.       — Может он вновь лечит бедных и обездоленных? Нашёл какую-нибудь псину подзаборную и лечит, — сказал дядя. Священник неодобрительно опустил лицо и ударил вампира по лбу хлёстким ударом ладони. — Ой, лапочка, зачем драться?       — Следи за языком, — я удивлённо посмотрел на эту дивно-колоритную парочку, смеясь от обиженного выражения лица Влада. Дядя надул губы и, сощурившись, потянулся к человеку, но вместо поцелуя получил библией, которую не так давно читал священнослужитель, по губам. — Ни стыда ни совести, — качая головой, пробубнил смущённо.       — Савэр, — заканючил справа от меня брат, вися на чужом плече. Охотник тяжело вздохнул и обратил наконец-то внимание на приставалу. — А ты точно пойдёшь со мной в мой мир? Правда? — он снова посмотрел на него долгим взглядом и с тёплой улыбкой.       — Я уже ответил, — сказав это, Савэр отвернулся.       — Ну скажи ещё! — заныл Генри, смотря из-под ресниц. Савэр нахмурился. Генри широко раскрыл глаза. Мужчина вздохнул и закатил глаза, не видя, как вампир победно ухмыляется. — Савэ-эр, — хрипло протянул его имя парень.       — Да.       — Что да?       — Пойду.       — Куда?       — С тобой?       — Правда?!       — Генри… — раздражённо рыкнул охотник, смотря на веселящегося вампира возле своего лица.       — Да, дорогой охотник?       — Я тебе сейчас рот заткну, — вампир лукаво спыхнул глазами.       — Как заткнёшь? М? — он облизнул пухлые губы и показательно провёл дорожку к паху взглядом. — Я не против… Ай! Пусти! — взвизгнул мой брат, когда Савэр дёрнул глазом и взвалил бесящую ношу себе на плечо, вытаскивая силой из-за стола. — Лиран!       — Сам виноват, — просто пожал я плечами, отпивая из бокала кровь. — Я поставлю за твоё бренное тельце свечку.       — Прошу нас простить, — сказал Савэр, прощаясь с Ридом и Велланой.       — Эх, молодость, — романтично прошептала матушка. Отец на это лишь закрыл лицо рукой, сгорая от стыда. Влад проводил парочку зорким взглядом, и я был уверен, что дядя ещё долгое время будет припоминать брату этот день.       — Эй, молодёжь, — свистнул дядя, привлекая моё с Гордоном внимание. — А когда свадьба? Генри уже, по-видимому, заочно обвенчался, а он, прошу заметить, младший сын.       — Дядя! — смущённо вскрикнул я, боясь смотреть на охотника.       — Влад, отстань от детей, — проворчала матушка из-за бокала, улыбаясь тёплой материнской улыбкой. — Сам холостой, а что-то бурчит.       — Да я уже почти занятой вампир, — ухмыльнулся он, посматривая на священника. — Да, лапуля?       — Промыть бы тебе рот с мылом, — тяжко вздохнул «лапуля».       — Зиз, у тебя ушки краснее алой розы.       — У меня остался чеснок, — мрачно напомнил так называемый Зиз.       — Какой ты неромантичный, а!       Зиз вновь хлопнул вампира библией, отворачивая лицо, чтобы скрыть улыбку.       Гордон бросил на меня взор и шёпотом, чтобы услышал только я, спросил:       — Вы возвращаетесь в свой мир?       — Да, — согласно кинул и посмотрел на смеющегося дядю, что повалил Зиза на диван и пытался отобрать священную книгу.       — И когда вы… отбудете? — я повернулся, услышав странный тон охотника, но чужое лицо было непроницаемым.       — Завтра, — он очень будет скучать.       — Я тоже, — тихий голос вывел меня из мыслей. Я недоумённо посмотрел на Гордона и наклонил голову в бок.       — Я удивлён, как по моей семейке можно соскучиться, — усмехнувшись, ответил я. — Но думаю, ты ещё устанешь их видеть. Матушка, наверное, будет приходить к нам каждую неделю.       — К нам? — с какой-то радостью спросил инквизитор, заглядывая мне в глаза. — Значит ты не уходишь?       — Что?! — ошарашенно вскрикнул я и отставил недопитый бокал. — Ты мой суженый, конечно, я буду всегда с тобой.       — Но твой дом…       Тепло улыбнувшись, я взглянул на своё будущее и ответил так, как подсказывало мне сердце, чувствуя, как глаза немного щиплет:       — Мой дом там, где ты.