ПРОТИВОСТОЯНИЕ

POV Джонатан

      Попивая горячий ароматный чай, перелистывая страницу читаемой книги, я услышал, как наверху в комнате что-то или кто-то рухнуло на пол. Раздалось громкое причитание, хлопок дверью, словно её сносили с петель, и топот босых ног.       Морис ворвался на кухню, словно за ним гнались голодные собаки. Человек тяжело дышал, нервно сжимая наведённое на меня оружие.       — Что ты сделал со мной?       — Всего лишь усыпил, чтобы Вы смогли поспать.       Я медленно опустил чашку чая на стол, стараясь не делать резких движений. Наблюдая за ним, я заметил, как он постепенно начинает осознавать ситуацию.       — Я приготовил для вас завтрак, садитесь, — охотник опустил дуло ружья и, облизывая губы, посмотрел на дымящуюся тарелку каши.       Морис медленно расслабился, хотя настороженность в его глазах ещё не исчезла. Он присел за стол, аккуратно положив оружие рядом. Хлопнув ладонью по карману, словно проверяя, на месте ли что-то важное, он склонился над тарелкой с кашей. Его голод, как видно, превозмогал осторожность, и, судя по тому, с какой жадностью он ел, время без еды не было коротким.       Я встал, чтобы налить ему горячего чая. Морис словно очнулся от своего жадного поедания и недоверчиво посмотрел мне в глаза, прежде чем взять предложенную кружку. Он по-прежнему выглядел встревоженным, но оружие осталось лежать на столе.       — Простите, что сделал это без Вашего согласия. Вы выглядели неважно прошлой ночью.       — Ладно. Но больше так не делай, пиявка.       — Хорошо, Морис.       Человек взглянул на мой чай и вздёрнул бровь.       — Вампиры пьют чай?       — Мы не чувствуем насыщения, но ощущаем вкус еды. Это приятно.       — Ты сам это готовил? — кинул взгляд на кашу. — Забей, глупый вопрос.       — Я, — подтвердил я слова Мориса, откладывая книгу в сторону. — Вам нравится?       — Мнг, вкусно.       — Я рад. Если хотите, я буду и впредь Вам готовить.       — Было бы неплохо, — отозвался он, отпивая чай. — Хотя я привык сам о себе заботиться.       Я усмехнулся, отворачиваясь от человека. Но, даже не видя его, я чувствовал чужой взгляд на себе. Я продолжал заниматься своими делами, прислушиваясь к звукам, исходящим от Мориса. Глухое постукивание ногой по деревянному полу, хруст костей от разминки пальцев, быстрый стук сердца — всё это говорило о том, что смертный был напряжён, и моё присутствие было ему в тягость.       — Лады, — он тяжело встал со своего места, скрипя деревянным стулом. — До захода солнца можешь меня не ждать. Если соберёшься уходить, просто закрой дверь. Чужой никто не войдёт.       Я кивнул, провожая Мориса взглядом, пока он не скрылся за дверью.       Ружьё пропало со стола.

⋅•⋅⋅•⋅⊰⋅•⋅⋅•⋅⋅•⋅⋅•⋅∙∘☽༓☾∘∙•⋅⋅⋅•⋅⋅⊰⋅•⋅⋅•⋅⋅•⋅⋅•⋅

      Я напевал себе под нос песню на древнем языке, ставя на круглый стол с бежевой скатертью тарелку с человеческой едой. Рыба, аккуратно уложенная на подушке из свежей зелени и жареных овощей, издавала дивный аромат. Покрутив головой, я снял с огня закипающий чайник.       За окном медленно уходило солнце. Значит, Морис вскоре должен был прийти.       Вытерев руки о белое кухонное полотенце, я сел за стол, подтягивая к себе бокал с кровью — по запаху и вкусу она была бычьей. Пригубив, совсем не ощущая насыщения, я перелистнул в книге страницу, чуть загибая порванный кончик.       День пролетел быстро, но был насыщен событиями. Я успел навестить молодого господина с суженным и мистера Влада, который паковал чемоданы, планируя путешествие со своим священником. Смертный, завидев меня, скрылся в соседней комнате, но его присутствие ощущалось очень отчётливо.       Часы на стене тихо тикали, нарушая тишину комнаты. Я продолжал читать, изредка отвлекаясь, чтобы сделать глоток из бокала.       Запах восковой свечи слегка щекотал ноздри, когда я услышал, как входная дверь тихо захлопнулась. Морис появился на пороге, его тень вытянулась по полу до самого стола.       Прислонившись к косяку двери, он снял старую железную цепочку со своей шеи и осторожно положил её на край стола.       — Добрый вечер, — проговорил он чуть хрипловатым голосом. Серые глаза впились в мои, и я почувствовал сладкий запах, заставивший мою звериную часть застыть. Взгляд зацепился за рану на чужих губах, откуда капала кровь.       Морис неспешно приблизился к столу и присел напротив меня, осторожно положив руку на столешницу. Я наблюдал за каждым его движением, ощущая, как голодные инстинкты внутри волновались и трепетали. Пытаясь скрыть своё истинное состояние, я отпил ещё глоток из бокала, но взгляд от его раны отвести не мог.       — Плохой день? — спросил я, стараясь придать своему голосу учтивости. Вышло плохо, если судить по вздёрнутой чужой брови. Морис вздохнул, и на мгновение пространство заполнил аромат его дыхания, тёплого и немного сладковатого.       — Просто неприятности, — пожал он плечами, небрежно морщась, когда движение вызвало видимый дискомфорт. — Ничего серьёзного.       Я вновь бросил взгляд на чужие губы. Меня так… волнует из-за того, что этот человек — мой сосуд?       — Это для… меня? — охотник сжал руку, что покоилась на столе, в кулак и посмотрел на тарелку, полную еду.       — Я же обещал, что буду продолжать готовить.       — Хм, — неопределённо хмыкнул он, морща лоб. — Думал, шутишь. Ну, спасибо что ли.       Морис придвинул тарелку ближе и, используя нож и вилку, начал аккуратно разрезать рыбу, переходя к овощам.       — Надеюсь, тебе понравится, — пробормотал я, не сводя глаз с его губ. Они так и манили меня. Каждый раз, когда он прикасался к пище, кровавая полоска становилась всё заметнее.       Морис поднял голову и взглянул на меня, его серые глаза были проницательны как никогда.       — Спасибо, — тихо проговорил он. Его губы медленно расплылись в слабую, но удивительно искреннюю улыбку.       Я всё так же непреклонно следил за каждым движением Мориса, но мои мысли упорно возвращались к его ране и запаху крови. Она манила меня, возбуждала что-то древнее и опасное внутри меня. Как бы сильно я ни старался вернуть себе подобие самообладания, моя натура не давала мне покоя. В такие моменты я чувствовал себя раздираемым между своей человечностью и звериной стороной, которая рвалась наружу.       — Выпьешь что-нибудь? — спросил я, пытаясь разбавить напряжение. Снова вздёрнув бровь, он кивнул, не отрываясь от еды.       — Чай.       Я встал, чтобы налить ему чай, и на мгновение почувствовал, как тяжесть взгляда Мориса упала мне на спину. Я попытался сосредоточиться на простых действиях — достать чашку, налить кипяток, настоять чай.       Когда я обернулся, то увидел, как человек наклонил мой бокал с кровью к себе с тяжёлым выражением лица.       Когда я вернулся с чашкой горячего чая, он уже отчётливо раздражённо морщился, видимо, ощущая напряжение, так громко кричавшее в каждом углу кухни. Поставив чашку перед ним, я вновь сел на своё место. Морис взял чашку, посмотрел на пар, поднимавшийся от горячего напитка, и сделал небольшой глоток.       Я снова совершил попытку углубиться в чтение, но книга больше не удерживала моего внимания.       Морис наконец закончил трапезу и откинулся на спинку стула. Глаза его пристально взглянули в мои. В комнате вновь воцарилась тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов и нашим тихим дыханием.       Звук стука о металл привлёк моё внимание. Подняв глаза, я увидел, как человек крутил в пальцах серебряный крестик, продолжая на меня смотреть.       — Пиявка, ты весь день был в доме?       — Нет, — покачал головой. — Наведался к молодому господину. Его матушка, госпожа Веллана, просила кое-что передать. Лиран очень быстро вырос. Как быстро растут чужие дети — просто поразительно! Будто вчера молодой господин был мне посюда, — я коснулся своего бедра с ностальгической улыбкой. — Он всегда приходил ко мне, когда в который раз сбегал из-под указки своих учителей. Непоседливый ребёнок.       — Ты не их родственник?       — О нет, моя семья многие века работает на род Моро. Мой отец отошёл от своих дел довольно давно, поэтому я занял его место как единственный сын.       — Но если ты здесь, то кто тогда… делает твои дела?       — Я делаю. Забота о детях Моро — моя обязанность. Молодой господин Лиран и Генри — будущее этого древнего рода. Я продолжаю служить им, пока моё сердце бьётся.       — У вампиров бьётся сердце? — удивился человек.       — Не так, как у людей, — ответил я, почувствовав едва заметное покалывание в груди. — Наше сердце бьётся медленней, но оно также держит нас в жизни, лишь по-иному.       — И сколько же тебе лет? — наконец спросил он. В его голосе прозвучала нотка неподдельного интереса.       — Достаточно, чтобы видеть, как сменяются поколения, — с лёгкой грустью ответил я. — Но для каждого века всегда найдётся что-то новое, что держит нас в этом мире. И, скажу честно, наличие таких людей, как ты, только усиливает этот интерес.       Морис неожиданно усмехнулся, его улыбка была теплее прежней.       Я встал из-за стола и взял пустую грязную тарелку с вилкой и ножом, медленно идя к раковине. Вода была чуть тёплой. Я включил кран и стал мыть посуду, слушая, как её тихий шум смешивается с медленным тиканьем часов. Морис не спешил покидать своё место.       — И всё же, — продолжил охотник с любопытством. — как вы справляетесь с жаждой, пиявка? Она не мучает вас постоянно?       Я сделал глубокий вдох, ощущая, как в груди запылал тихий огонь. Чувства, которые охватывали меня, становились сильнее с каждым мгновением.       — Это вопрос самоконтроля, — начал я медленно, внимательно подбирая слова, наблюдая за тем, как монотонные потоки воды смывают остатки пищи. — С годами приходит умение держать себя в руках, знание своих пределов. Мы учимся существовать в этом мире, не причиняя вреда окружающим. Но всё же, каждый раз, когда я чувствую запах крови, мне приходится бороться с самим собой. Даже сейчас… Закончив с посудой, я вытер руки полотенцем и обернулся, почувствовав, что охотник встал у меня за спиной. Он был так близко, что я мог бы услышать, как бьётся его сердце, если бы сосредоточился.       Кончик розового языка охотника прошёлся по губам, касаясь ранки. Я ощутил, как что-то с пронзительным скрипом захлопнулось внутри меня, и я… потерял контроль.       Я бросился вперёд, не успев осознать свои действия. Взгляд Мориса застыл в удивлении и страхе, когда мои клыки блеснули в свете кухонной лампы. Его большое, сильное тело не сразу поддалось, когда я прижал его к кухонному столу. Но вместо ожидаемого укуса я накрыл его губы в собственническом касании.       Моя рука скользнула по его шее, ощущая быстро бьющуюся вену. Глаза человека были зажмурены, создавая складку между чёрных бровей. Мои клыки слегка задели его нижнюю губу, кровь мгновенно просочилась на язык. Морис вздрогнул от лёгкого дискомфорта и стукнулся головой о верхний ящик.       Руки охотника сильно сжимали мои плечи и, будь я человеком, почувствовал бы боль. Его руки внезапно отпустили мои плечи и скользнули вниз, обхватывая мои запястья. Он рывком освободился и с силой оттолкнул меня назад, к стене, рукой закрывая свои губы.       Его дыхание было прерывистым, короткие выдохи смешивались с тяжёлым вздохом. Морис стоял у стены, пристально глядя на меня своими яркими глазами, в которых смешивались страх и непонимание.       Я, ощущая во рту вкус его крови, медленно осознал, что наделал. Вокруг нас стояла гробовая тишина.       — Я прошу прощения, — прошептал я, отступая назад и избегая его взгляда. — Я потерял контроль.       — Чёрт побери, — наконец произнёс он сквозь стиснутые зубы, не отрывая взгляда. Он сделал шаг назад, продолжая закрывать рот ладонью, из-под которой медленно стекала кровь. Запах её вскоре заполнил всю комнату, вызывая растущие мучения.       Я открыл рот, пытаясь ответить, но слова застряли в горле. Его горячая кровь всё ещё пульсировала на моём языке, вызывая непреодолимое желание.       — Ты… ты такой же монстр, как и те, которых я убиваю десятками.       Я почувствовал, как сердце сжалось от его слов. Монстр. Это слово отозвалось эхом в моей голове, заставляя кулаки сжаться. Я сделал несколько глубоких вздохов, стараясь вернуть себе самообладание, но вкус крови на языке был слишком ярким напоминанием       — Прости, я… — сделав шаг к нему навстречу, я тут же замер. Человек боялся меня, словно находился в одной комнате с диким зверем.       — Не подходи! — Морис засуетился и схватил лежащее неподалёку оружие. Его пальцы дрожали, сжимая рукоятку оружия, но я понимал и знал, что он выстрелит. Я видел, как по его лбу стекают капли пота, смешиваясь с кровью на его губах.       Он медленно отступал к двери, его глаза не отрывались от меня. Морис, придерживая оружие перед собой, нащупал ручку двери и повернул её, медленно выходя из кухни, не сводя с меня своего пристального взгляда даже на секунду. Когда он наконец скрылся за дверью, я услышал быстрые шаги, удаляющиеся по коридору, а сам остался один в гнетущей тишине.       Тяжело вздохнув, я уткнулся лицом в свою ладонь.