Как пламя

Ярко-зелёые глаза медленно открылись когда лучи солнца упал ему на лицо и он уставился на белый каменное основание двухъярусной кровати. Его общие покои на следующие семь лет обучения было просто потрясающим с доменирующим синим цветом Когтевран с дополнением в виде белых каменных стен и тёмно-коричневых деревянных полов, покрытых синими, голубыми и бежевыми коврами с золотой вышивкой в виде пальметте. Потолок был высоким, с деревянными перекладинами с которых свисали флаги Когтевран разных стилей. Комната имела треугольную форму: одна стена была полностью каменной и там распологался стол, большой белый шкаф с тумбой, полки для книг и большое настенное зеркало; другая была деревянной с тремя дверцами шкафа, а дверцами были высокие полки где хранились чемодами и книги, и чтобы их достать надо залезть на стул или использовать заклинание левитации чему старосты обещали их научить на этой неделе; последняя часть была каменной с тремя большими окнами и двумя двухъярусными каменными кроватями с окнами, выходящими на Чёрное озеро или Великое озеро (первый вариант был более распространён). У каждой кровати были свои заколдованные шторы которые не пропускали звука если их задёрнуть Гарри не торопился вставать. Он лежал прижавшись к Анубису когда общий будильник начал звонить. Лениво поднявшись, пока остальные его соседи по общежитию (Терри, Майкл Корнер, Энтони Голдстейн) сонно волочились в постели, он медленно принял душ, почистил зубы, оделся и неторопливо вышел из спальни. Поднявшись вверх по лестнице, он вошёл в гостиную и он не мог улыбнуться при виде такой красоты. Гостиная Когтевран имела целых два уровня: учебная и общая. Первая, как понятно была отведена на домашних работ и распологалась на втором уровне, то есть надо было ещё подняться вверх по лестнице. Это не был полноценный этаж, а скорее галереей — промежуточный этаж по периметру отверстия, огороженную перилами для безопасности, с видом на нижний этаж. Там было много столов на два человека у больших окон для занятий, а ещё оттуда можно было попасть на крышу. У воронов был выход на смотровую площадку со скамейками откуда можно было любоваться видом. Общая гостиная была разделена на части и каждый из них имел форму полукруга. По середине находились лестницы ведущие в покои: мальчика — справа, а девочки — слева. У обоих входов в покои стояли рыцарские доспехи которые не пускали мальчиков к девочкам, а девочек к мальчикам если те не были старостами. В гостиной ученики могли расслабиться на диванах, почитать книги или сыграть в волшебные шахматы на отведённом столе. Левая часть гостиной от него имела круглые столы со стульями, мягкие стулья и диваны, а по середине открытый камин в виде башни уходящей вверх в куполообразный потолок расписанный звёздами. Правая часть гостиной почти такая же если не считать отсутствия камина, но вместо него сверху свисала большая бронзовая люстра. Стены гостиной прорезывают изящные арочные окна с шёлковыми занавесями. В нише прямо между двух лестниц ведущих вниз ко входу распологалась мраморная статуя Ровены Когтевран. Общее цветовое цветовое оформление гостиной представлено оттенками синих и голубых тонов вместе с белым камнем и тёмно-коричневого дерева. Пройдя мимо каменной статуи парящего орла и выйдя через дверь с большим бронзовым орлом с распростёртыми крыльями и держащим в когтях бронзовый дверной молоток, он неторопливо направился в Большой зал, а Анубис шёл вместе с ним, бегая вокруг и с интересом обнюхивая каждый предмет. Благодаря их связи, он получал информацию благодаря запахам, так он определил, кто проходил мимо, как давно, есть ли опасность или еда. Собачий нос — мощный инструмент. По сколько было воскресенье, он не стал надевать школьную форму, а вместо этого выбрал один из новеньких комплектов одежды, которые он купил. В конце концов, он хотел произвести хорошее первое впечатление — первое впечатление не переделаешь. Хотя, технически, это уже было второе впечатление, а для нескольких знакомых — третье. Поэтому он выбрал тёмно-синие штаны, серые носки и коричневые топсайдеры. Сверху он носил воздушную бирюзовую рубашку с закатанными по локоть рукавами, а поверх он ещё накинул распахнутый клетчатый чёрно-красный жилет с позолоченными пуговицами. Последним дополнением к его стилю стал тёмно-синий галстук, немного расслабленный, чтобы придать ему непринуждённый стиль. Кроме того в галстуке он чувствовал власть. Гарри всегда завидовал Дадли когда родители покупали тому дорогую одежду поэтому он решил побыть эгоистом и купил себе абсолютно новый гардероб дизайнерской одежды. Ему особенно понравился стиль, как у настоящего джентльмена, но с маленькими изменениями. Это заставляло его выглядеть более модным среди колдунов и маглов, но ему это нравилось. Это заставило его чувствовать себя особенным. «Хорошо быть богатым» — с улыбкой подумал Гарри. Вчера он примерно составил карту от Большого Зала до Башни Когтевран. Он не был до конца уверен, что она точная поэтому позволил Анубису вести себя в поисках еды. Пройдя мимо бронзовой статуи которая изображала архитектора замка вместе с четырьмя животными олицетворяющих каждый факультет, он дошёл до входа в Большой Зал. Двери были открыты нараспашку и он увидел, что зал был малочислен по сравнению со вчерашним пиром. Подойдя ко второму столу слева, он уселся и начал накладывать еду себе и Анубису. Его фамильяру очень нравилась курица, хотя он был неравнодушен к жаренному мясу с чесночным соусом. К сожалению, на столе жареного мяса не было, но были колбаски. Наложив на отдельную тарелку много ломтиков разных видов колбасы, сосисок и даже бекона, он отдал его Анубису. Тот с энтузиазмом начал уплетать свою еду, пока Гарри ел кашу с мёдом прежде чем осознал, что в Большом Зале стало очень тихо. Подняв голову он увидел, как несколько присутствующих пуффендуйцев и гриффиндорцев побледнели при виде Анубиса. Оглядевшись, он увидел такую же реакцию у остальных. А, догадался Гарри, Они наверное никогда не видели Грима. — Мы здесь с тобой оба знаменитости, братец, — пробормотал Гарри своему фамильяру. Анубис оторвался от еды чтобы оглядеть зал полный детей. Люди вздрагивали когда его взгляд падал на них и быстро отворачивались. Одним шелчком челюстю колбаса исчезла в его пасти прежде чем фыркнул и схватил с тарелки ещё колбаску. Пока эти двуногие щенки не попытаются предпринять что-то глупое против них то пусть ещё живут. Уловив по ментальной связи ход мыслей своего фамильяра, Гарри улыбнулся и потрепал того за ушами. Анубис не зря выглядит, как спутник мрачного жнеца. Всё таки Гримы существа XXXX класса опасности благодаря своей призрачно-демонической природе и крайне малым сведениям о своём виде. Он знал, что пока тот не раскрыл все свои способности, но чувствовал, что с возрастом он откроет в себе новые способности. — Доброе утро, Мистер Поттер! — раздался голос профессора Флитвика, стоя на почтительном расстоянии от своего нового ворона и его фамильяра. Представьте удивление Филиуса когда за несколько недель до начала учебного года к нему прилетает подаренная Гарри сова с письмом. Его удивление ещё больше возрастает когда он узнаёт, что у мальчика появился настоящий фамильяр и не простой, а щенок Грима! Конечно же чтобы удостовериться ему пришлось повторно навести его (он чуть ли не бежал!) и он был удивлён (а также чуточку напуган) при виде чёрного щенка с белыми глазами. Одно быстрая проверка с помощью заклинания, короткая лекция об ответственности за своего фамильяра, а затем приятного обеденного чая после чего он возвращается в Хогвартс гораздо более спокойным, но с чувством, что ближайшие семь лет будут полны событий и всё из-за одного мальчика. Когда Гарри распределили на Когтевран он не скрывал своей радости, возможно даже в шутку злорадствовал над Минервой. Он знал, как она в тайне хотела, чтобы сын Джеймса и Лили оказался в логове льва, и не только она. Помона тоже это хотела по сколько если бы Мальчиком-Который-Выжил оказался среди барсуков это могло принести славу Пуффендую по сколько все обычно пренебрегают ими. Только Северус не проявлял желание получить такой самородок, возможно из-за старой обиды на Джеймса Поттера или тому просто было всё равно. Филиус гордился своим факультетом. А почему и нет? Из вороньего гнезда всегда выходили настоящие новаторы и могущественные волшебники которые добились всего чего хотели. Когтевран также не имел никакой вражды между факультетами как у Гриффиндора и Слизерина, и они имели прекрасные отношения со всеми тремя. Но даже не смотря на все заслуги, Когтевран оставался в основном невидимкой на фоне известности львов и змей. Теперь с появлением Гарри в воронье гнездо, факультет может подняться. И — по его личному мнению — Когтевран был именно тем местом где сын Лили сможет расцвести. Гриффиндор ценил благородство и храбрость - прям дом рыцарей волшебного мира, но Гарри не был рыцарем. О, он знал что в мальчике есть все положительные качества льва, но тот сначала оценит риск прежде чем действовать. Кроме того у Минервы почти нет времени общаться со своими подопечными, что возможно частичного и является частым признаком их чрезмерно гордливого поведения. Пуффендуй был местом верности и трудолюбия, а ещё они были сплочёнными, как стадо отец. Гарри хоть не показывал признаки социального одиночки, не рвался так уж дружить со всеми подряд. Из того что видел на вчерашнем пиру тот уже успел завести знакомство с Терри Бутом и Падмой Патил, так что тот не пытался полностью изолировать себя от людей. Филиус про себя признался, что боялся, что мальчик попадёт на Слизерин, но к счастью этого не произошло. Конечно он не имел никаких претензий к факультету Слизерина, но большая часть его составляют дети чьи родители сейчас сидят в Азкабане за службу Волан-де-морту. Был шанс что те могут направить свои обиды на Гарри чтобы отомстить за них, а учитывая что тот обладает беспалочковой магией и большой силой для столь юного волшебника, это могло закончиться плохо для обоих сторон. Поэтому Флитвик был рад получить его себе. В доме ворона тот не будет подвергнут давлению от мнимого ожидания того, что его ученик будет вести себя как его родители или как герой из тех выдуманных сказок что про него написали. Гарри не был ни своим отцом и не своей матерью: он их сын, а не замена. В Когтевране он расцветёт и Филиус поможет ему. «О, следующие семь лет обещают быть очень интересным» — с улыбкой подумал низкорослый профессор. Не подозревая о мыслях своего нового декана, Гарри поспешно проглотил кашу, вытер лицо и обернулся, — Доброе утро, сэр. Вам что-то нужно? — Директор Дамблдор хотел бы встретиться с вами сегодня утром, чтобы обсудить с вами срочный вопрос о вашем фамильяре, — сказал Филиус с недовольным выражением лица. Эта встреча была просто пустой тратой времени. Как было прописано в уставе Хогвартса — любое животное, являющиеся фамильяром, не может быть насильно изгнана из стен замка. Это не только было противозаконно, отделять волшебника от своей фамильяра если их связь ещё не закрепилась, но и крайне опасно. Связь между ними может порваться и эффект отдачи может навредить обоим. Животное может обезумить, а сам маг может серьёзно заболеть. Были также истории где волшебники умирали от разрыва со своими фамильярами. Из его собственных исследований, он узнал, то большая часть волшебников с фамильярами — являлись одинокими или сиротами. Он вычитал теорию, что это был подсознательное желание в глубине души волшебника, отчаянно желавшего обрести семью и магия отвечала ему, посылая так называй «зов» в мир. От этой информации, Филиус стало грустно, ведь на сколько человек должен чувствовать себя одиноким, чтобы так отчаянно желать обрести семью? — Почему? — спросил Гарри, нахмурившись, — Я думал, что этот вопрос уже был решён… — Видимо директор хочет удостовериться сам, чем поверить моим словам, — ответил Флитвик, негодуя от такого. Он был мастером Чар не просто так! Но похоже директору этого было недостаточно. — Тогда я официально прошу вас, как моего декана факультета, сопровождать меня на эту встречу, — вежливо заявил Гарри. Он надеялся, что с присутствием Филиуса Дамблдор ничего не предпримет по сколько не хотел оставаться в одной комнате с самым опасным ныне волшебником в мире. Он очень волновался и ему будет спокойнее, если его будет сопровождать более способный чем он сам. — Пока вы находитесь в Хогвартсе, я ваш декан факультета и временный опекун, поэтому с удовольствием буду сопровождать вас, мистер Поттер, по вашему желанию, — формально сказал Филиус, уловив ход мыслей своего ученика. — Спасибо, сэр. Когда назначена встреча? — спросил Гарри, слегка расслабившись. — После завтрака, — твёрдо сказал Филиус, — Затем мы отправимся вместе. — А где находится кабинет директора? — с любопытством спросил Гарри. — Второй этаж. Я покажу путь. — Спасибо, профессор, — поблагодарил его Гарри. — Пожалуйста, а теперь наслаждайтесь завтраком, мистер Поттер, потом пойдём, спешить некуда, — добавил Филиус, давая понять Гарри, чтобы он торопился с завтраком ради директора. — Спасибо, сэр, — сказал Гарри, прежде чем посмотреть на Анубиса. — Нас вызвали в кабинет директора в первый же день. Как думаешь, это хорошо или плохо? — Фыр, — фыркнул Анубис, качая головой. — Да, я тоже так думаю.

Вернувшись к завтраку он внезапно вздрогнул когда боль вспыхнула в его шраме, ему с трудом удалось сдержаться в отличие от вчерашнего ужина. Он не трогал шрам, чтобы привлекать к нему внимание, но по тому как внезапно напрягся Анубис, Гарри понял, что тот почувствовал его недуг. Белые глаза Грима начали исследовать Большой зал пока не остановился на преподавательском столе. Проследив за взглядом своего фамильяра он увидел, что тот уставился на человека в большом фиолетовом тюрбане который разговаривал с Дамблдором. Профессор Квирелл — преподаватель Защиты от Тёмных искусств. В гостиной Когтевран старшеклассники кратко рассказали им об преподавателях. Профессор Квиррелл раньше преподавал Магловедение для третьекурсников — дисциплину, изучающие поведение и быт маглов с точки зрения волшебников, — а теперь тот будет вести у него Защиту. Почему его шрам начал болеть? Он не помнил, чтобы тот так себя вёл. Да, были моменты когда его шрам болел от кошмаров о ярко-зелёном свете и высоком, холодном, жестоком смехе, но наяву никогда. Быстро доев свой завтрак, он встал и направился в сторону выхода из Большого Зала вместе с Анубисом. Профессор Флитвик уже ждал их там прежде чем они вышли. По пути профессор спрашивал его, как он провёл ночь и понравилось ли ему Когтевран, а Гарри с удовольствием делилось впечатлением о своей первой ночи в школе. Вскоре они оказались на втором этаже и прошли по коридору пока не остановились перед статуей грифона. — Радужные капли, — произнёс профессор Флитвик. — Правильно, — заговорил грифон, к удивлению Гарри. Тот сдвинулся и начал подниматься вверх, образовав винтовочную лестницу. — Директор очень любит магловские сладости и поэтому ставит их в качестве пароля, — ни с того ни с сего объяснил Флитвик прежде чем они начали подниматься вверх. Вскоре они оказались перед простой деревянной дверью. Профессор поднял кулак чтобы постучать, как вдруг из-за двери раздался голос Дамблдора. — Входи, Филиус. Флитвик закатил глаза, к удовольствию Гарри, прежде чем открыть дверь и войти. Кабинет директора представлял из себя, просторную комнату, полная еле слышных странных звуков. Множество таинственных серебряных приборов стояло на вращающихся столах — они жужжали, выпуская небольшие клубы дыма. Стены увешаны портретами прежних директоров и директрис, которые мирно дремали в красивых рамах. Профессор Дамблдор сидел в кресле похожим на золотой трон перед громадным письменным столом на когтистых лапах. За ним на полке распологалась Распределяющая шляпа, которая вроде бы спала. В общем кабинет был таким же, как и его владелец, но зато там было столько книг, что ему почти захотелось полистать их. — Спасибо, Филиус, что проводили юного Гарри ко мне, — донесся голос Дамблдора. Вчера Гарри видел его только издалека, но теперь он мог поближе посмотреть на своего предполагаемого магического опекуна. Первое, что бросалось в глаза так это его белая борода. Она была на столько длинной, что он невольно вспомнил Гэндальфа из «Хоббита». Второе — это одежда которая состояла из сиреневой рясы, поверх неё была накинута бордовая мантия. На голове у него был остороконечный колпак с блёстками. Его стиль буквально кричал «Я — волшебник!». Если тот собирался ещё вытащить кролика из своей шляпы, то Гарри даже ему зааплодирует. — Как декан факультета мистера Поттера, я останусь на этой встрече, — ответил Филиус, сдалав ударение на «мистер Поттер», чтобы дать понять, такая фамильярность не нравилось его юному ворону. Гарри же напрягся после слов Дамблдора. Изучив этикет волшебников, он понял, что называть кого-то по имени не прилично если человек не даст на это устное согласие. Наследники рода официально обращаются друг к другу, как «наследник» и имя его семьи. Это означало, что тот признаёт его положение равным своему. Если этого не сделав то это считается оскорбление среди волшебников. Конечно бывают исключения. Например, учителя будут обращаться к нему «Мистер Поттер» или просто «Поттер». Он уже дал разрешение называть его Гарри профессору Флитвику, своим соседям по общежитию и Падме. Он также собирался дать и Парвати когда они в следующий раз встретятся. — В этом нет необходимости, Филиус, я уверен, у тебя есть более важные дела, — сказал Дамблдор, — Я бы не хотел тебя задерживать. Я не буду задерживать Гарри надолго, не волнуйся. — Это не моя просьба, Альбус, — вежливо ответил Филиус, оставаясь стоять и ожидая разрешения сесть. — Гарри? Тебе здесь кто-нибудь нужен? Уверен, ты не будешь против, если Филиус займётся своей работой, ведь она важна, — сказал директор, почти укоризненно. — Я не разрешил вам использовать моё имя, директор Дамблдор, поэтому, пожалуйста, не обращайтесь ко мне так неформально, — твёрдо, но вежливо сказал Гарри, хотя и не чувствовал этого. Присутствие Анубиса очень помогло, — Я бы очень хотел, чтобы на этом собрании и на любых других, проводимых в будущем, присутствовал мой декан факультета… если подобный инцидент произойдёт, что я надеюсь будет случаться не часто по сколько не намерен попадать в неприятности. Дамблдор удивлённо приподнял брови, — Пожалуйста, садитесь, могу я предложить вам что-нибудь выпить? — Спасибо, но нет, я уже позавтракал, — вежливо кивнул Гарри. Он сел в кресло перед столом, а Анубис лёг у его ног. — Я тоже откажусь, Альбус, — сказал Филиус, взмахом ралочки призвав богато выглядящее кресло у камина и превратив его в более скромный вариант, такой же как у Гарри. — Могу я спросить, зачем это встреча, директор? У меня проблемы? Я уже доложил об Анубисе профессору Флитвику и тот подвердил нашу связь фамильяра, — тут же перешёл к делу Гарри. Ему хотелось исследовать замок пока было время прежде начнутся занятия завтра. Альбус сложил пальцы в замок на столе, — У вас точно нет проблем, мистер Поттер, — ну хотя бы тот понял, что не надо фамильярничать с ним, — Я просто хотел сам убедиться. Всё таки иметь магическое существо в качестве фамильяра — это такая редкость. А увидеть Грима в живую — ещё реже. Как его зовут? — Анубис, — ответил Гарри, погладив за ухом своего спутника который продолжал смотреть в одну точку сбоку от стола директора. — Проводник душ. Символично, — улыбнулся Дамблдор, — У меня самого тоже есть фамильяр. Его зовут Фоукс. Дамблдор махнул рукой в сторону позолоченной жёрдочки справа от Гарри где, как он мог проклясться, минуту назад ничего не было. Или было скрыто. Возможно чары сокрытия или незаметности. Однако эти мысли вылетели в окно перед видом красно-золотой птицы размером с лебедя. У него был блестящий золотой клюв и когти, тёмно-синие крапинки на лице и чёрные умные глаза которое заинтересованно смотрели на Анубиса. Оба существа смотрели друг на друга словно играли в гляделки. — Он красивый, — честно сказал Гарри. Птица была очень красивой. — Да, это так. Восхитительные создания эти фениксы. Они могут нести колоссальный груз, их слезы обладают целительной силой, и ещё они — самые преданные друзья. — Не преданнее Гримов, — не мог удержаться Гарри. Директор улыбнулся и кивнул, — Возможно и так. Одноко, не буду вас очень задерживать и просто быстро удостоверюсь в вашей связи, — Дамблдор взял волшебную палочку на столе, которая была очень длинной и покрытой узлами вдоль всей длинны. В отличие от его собственной палочки которая передавала мощь и силу, эта выглядила хрупкой и древней, как и сам директор. Гарри внимательно следил движением палочки пока Дамблдор махал между ним и Анубисом. Так же, как и у профессора Флитвика, между ним и Анубисом появилась золотая нить, связывающая их обоих. Хотя нет, было различие. Нить превтилась в цепь которая соединяла их души. Их связь была, как никогда прочной. — Ну, что же… похоже у вас и вправду связь фамильяра, — задумчиво произнёс директор прежде извиняюще посмотреть хмурого декана Когтеврана, — Прошу прощения, Филиус, что усомнился в твоих словах. Я должен был убедиться сам. — Убедились, директор? — насмешливо спросил Флитвик. Возможно он ведёт себя, как Северус перед директором, но у него были веские оправдания. Дамблдор поморщился, — Ну… тогда я не буду вас больше задержить. Профессор Флитвик, конечно же рассказал вам, что несёте за любые действия вашего фамильяра? — Конечно, — с улыбкой ответил Гарри, которая не коснулась глаз. — Хорошо, — довольно кивнул Дамблдор, — И прежде чем вы уйдёте. Могу я спросить, как вы познакомились с Анубисом? — Можете, — ответил Гарри. Альбус сидел и ждал ответа, но он не пришёл. Прошла почти минута прежде чем, он сдался и спросил, — И как именно? — Я же сказал, что вы можете спросить, я не обещал, что отвечу, — невинно ответил Гарри, в тайне наслаждаясь от недовольства на лице Дамблдора, — Некоторые воспоминания очень личные, профессор. И с ними не хочется делиться с кем попало. Вы мой директор, а не близкий родственник или друг. Почему же я должен рассказать такую личную историю человеку которого я никогда не встречал? Филиус ели сдерживал улыбку, щёки начали ныть от бесстрастного выражения лица. О, как Гарри напоминал Лили. Для всех волшебников она была просто матерью Гарри Поттера, а не искусной колдуньей с хитрым умом, острым языком и которая не уступала по силе самой Беллатрисе Лестрейндж. — Можно мне идти? Я очень хочу освоиться в Хогвартсе до начала завтрашних занятий, — спросил Гарри, вставая, не дожидаясь разрешения Дамблдора. Он перестал быть вежливым, он был достаточно вежлив, чтобы вести себя любезно во время всего разговора, но у него не бесконечное терпение. Да и секреты Хогвартса сами себя не раскроют. — Спасибо, Альбус, — сказал Филиус, быстро направившись вслед за его уходящим воронёнком и его Гримом.

~𓅃~

— Вот он! — Где? — Да вон тот с чёрными волосами. — Ты видел его? Он такой милый! — А шрам у него есть? — Зачем шрам? Посмотри на глаза! Они такие красивые. Этот шепот Гарри слышал со всех сторон с того самого момента, как на следующее утро вышел из спальни. Сначало это смущало, чёрт, даже старшие ученики перешёптовались, когда он проходил мимо них. За дверями кабинетов, в которых у Гарри были занятия, собирались толпы школьников, желающих взглянуть на него. Одни и те же люди специально по нескольку раз проходили мимо, когда он оказывался в коридоре, и пристально смотрели ему в лицо. Гарри, это начало уже раздражать, он слышал разговоры о нём, что он выглядет совсем не так они себе представляли и вообще не могли себе представить, что Мальчиком-Который-Выжил, сын двух самых знаменитых гриффиндорцев был распределён в Когтевран, вместо Гринффиндора. Люди в Хогвартсе почти всё время смотрели на него как на интересную зверушку в зоопарке. Единственным исключением был Терри и близнецы Патил. После его распределения, мозгу Терри и Падмы потребовалось несколько минут чтобы понять, что мальчик с которыми он ехал несколько часов в поезде, оказался Гарри Поттером! Но вместо того чтобы вести с ним как с какой-то знаменитостью, они начали с ним разговаривать как прежде, что сильно обрадовало Гарри, а после разговора с директором на следующий день он встретил Парвати и у него появился ещё один друг, но с другого факультета. В Хогвартсе было сто сорок две лестницы. Одни из них были широкие и просторные, другие — узкие и шаткие. Были лестницы, которые приводили Гарри совсем не туда, куда вели вчера. Были лестницы, у которых внезапно исчезало несколько ступенек в тот самый момент, когда Гарри спускался или поднимался по ним. Так что, идя по этим лестницам, надо было обязательно прыгать и это было весело. С дверьми тоже хватало проблем. Некоторые из них не открывались до тех пор, пока к ним не обращались с вежливой просьбой. Другие открывались, только если их коснуться в определенном месте. Третьи вообще оказывались фальшивыми, а на самом деле там была стена. И это ещё не говоря о скрытых комнатах которые по словам старшекурсников, в Хогвартсе было полно. Запомнить расположение лестниц, дверей, классов, коридоров и спален было очень сложно. Казалось, что в Хогвартсе все постоянно меняется и сегодня все иначе, чем было вчера. Люди, изображенные на портретах, ходили друг к другу в гости. Рыцарские доспехи в коридах иногда двигалась, напевали мелодию, а если им помахать те помашут в ответ. К привидениям, Гарри пока не успел привыкнуть, хотя трудно привыкнуть когда они впезапно появляются из стен или сквозь двери, а вид привидений как Почти Безголовый Ник или Кровавый Барон не помогал. Также Гарри узнал что у каждого факультета есть свои призраки; у Гриффиндора, Почти Безгаловый Ник; У Слизерина, Кровавый Барон; У Пуффендуйя, Толстый Монах; А у Когтеврана Серая леди, которая обитает в башне Когтевран. Она разговаривает только с учениками с синего факультета и помогает им чем может. Был также Пивз, он был полтергейстом, который любил устраивать хаос в школе, даже своим видом он показывает что причинять только хаос. Он выглядит как маленький человечек в яркой одежде, он носит шляпу с бубенчиками и оранжевый галстук-бабочку. У него злобные чёрные глазки и широкий рот. В отличие от призраков, он не прозрачен и не бесплотен, но умеет летать и проходить сквозь стены. Пивз ронял на головы первокурсникам корзины для бумаг, выдергивал из-под них ковры, забрасывал их кусочками мела или благодаря своей невидимости незаметно подкрадывался и внезапно хватал за нос с хриплым криком: «Попался!» Казалось, что хуже Пивза ничего и никого нет, но это не так. Старшеклассники рассказали новичкам что противние Пивза есть только школьный завхоз Аргус Филч. Он терпеть не мог учеников и постоянно грезил о временах когда провинившихся учеников подвешивали за большие пальцы в подземельях. Если он терпеть не может детей то почему работает в школе, полной детей? Непонятно. У Филча была кошка по имени миссис Норрис, тощее пыльно-серое создание с выпученными глазами, почти такими же, как и у Филча. Он не знал заботиться ли он о ней и чем её кормит из-за чего она такая худая. Один раз подошёл и попытался угостить едой из Зала, но та зашипела и пыталась его царапнуть. Ключевое слово «попыталась». Анубис не понравилось отношение кошки и тот один рыком заставил её бежать, поджав хвост. С тех пор она только увидев Анубиса тут же бежала. С тех пор Анубис стал неофициальным талисманом Когтеврана. Ученики ненавидели Филча и его кошку, а когда в школе появилась собака которая пугает миссис Норрис и заставляет её бежать, делает того знаменитым. Насчёт того что Гарри отставал в знаниях от других учеников, он был прав только на половину. Оказывается что большинство чистокровок и несколько полукровок, изучают основны магии в теории до Хогвартса, но не могут практиковаться. В то время как Гарри с восьми лет учился практически, но без теории. За август, Гарри восполнил этот пробел и теперь мог учиться, как ему хотелось. Дурслей здесь небыло и они не могли его обвинить или наказать за то что он умнее их сына и получает оценки лучше чем тот. Но к сожалению, пока учителя учат их основам и теории, ни какой практики не будет пока они не научатся основам. Профессор Флитвик преподавал Заклинания и он был невероятен. Тот с таким энтузиазмом рассказывал им о чарах, что ученики внимательно его слушали. — Чары, вероятно, являются самыми мощными заклинаниями и могут изменить многое, — сказал невысокий профессор, стоя на башне из книг перед аудиторией, — Дезиллюминационные чары, используются для маскировки себя или объекта, — тот помахал палочкой над собой и тут же исчез, но если присмотреться то можно было увидеть лёгкое колебание в воздухе где тот стоял, — Чары делают то, что было заколдованно, одного цвета и текстуры с окружающим пространством и вещами, — он продемонстрировал на парте ближайших учеников когда снова стал видемым, — Заклятие забвения может быть столь сильным, что полностью сотрёт воспоминания человека или даже навсегда повредит его или её разум. Сила чар зависит от того сколько магии вкладывает волшебник в заклинание. Успешное создание чар достигается путём концентрации, определённых движений палочки и правильного произношения вербальной формулы. Если чары наложены плохо, заклинатель подвергается риску появления неприятных побочных эффектов. Трансфигурация была очень сложным, но интересным предметом. Возможность изменять и трансформировать один объект в другой, создавать из ничего что-то, изменять своё или чужое тело. Гарри понимал что пока он не сможет превращать столы в свиней, как это сделала профессор МакГонагалл на первом уроке, но он обязательно сможет это сделать в будущем и даже больше! Астрономия мало чем отличалась от магловской астрономии и не была чем-то увлекательной. Он вместе с другими учениками поднимались на астрономическую башню, самую высокую башню в Хогвартсе, чтобы изучать ночное небо в полночь, запоминая созвездия и движения планет под руководством профессора Синистр. Травология — изучение и уход за магическими растениями была интересным предметом. Пока профессор Стебль рассказывала им об опасностях с работой некоторыми видами растений и что травология тесно связаны с зельеварением, ведь большинство магических и немагических растений используется в зельях. Защита от Тёмных искусств была предметом в котором у Гарри не было равных. Профессор Квиринус Квиррелл со стороны представлял из себя нелепое зрелище нося большой фиолетовый тюрбан, когда на самом деле был человеком знавший свой предмет. Пока профессор Квиррелл рассказывал им об происхождении Тёмных искусств и его опасностях, хотя Гарри держал с ним ухо в остро. Профессор Катберт Бинс, преподаватель истории магии был ужасной занудой, который мог усыпить любого своим монотонным голосом. Он превращал фантастические истории о войнах гоблинов в скучную лекцию заставляя уснуть даже самых заучных рейвенкловцев. Поэтому на этом уроке он просто сидел и читал учебник истории, делая пометки на полях. Сегодня был четверг и Гарри вместе с Терри и Падмой наконец-то смогли наконец-то спуститься в Большой зал на завтрак, не отвлёкшись на какую-то интересную комнату. За последние дни они нашли несколько интересных мест, как вестибюль между Колокольными башнями, где находятся множество интересных исторических артефактов, как череп Гримбольда Швейта, деревянная статуэтка Пангур Дона, рыцарские доспехи Скаглторпа Беспечного убитого горным троллем после предложения сыграть в чехарду, рог времён восстания гоблинов 1612 года, место первого успешного использования заклинания Бомбарда (он сделал себе заметку поискать информацию о нём) и другие достопримечательности. Гарри был уверен, что в Хогвартсе найдётся ещё много интересного и надеялся, что семи лет будет достаточно чтобы их раскрыть, хотя на вряд-ли. Даже жизни не хватит. — Что у нас там сегодня? — спросил Гарри, добавляя мёд в овсянку. — Два занятия по зельям — заниматься будем вместе со пуффендуйцами, — ответила Падма. — Занятия ведёт профессор Северус Снейп. Он декан Слизерина. Родители говорят, что он считается самым молодым мастером зельеварения и является настоящим экспертам по тёмным искусствам. А ещё он очень строгий. Строже чем даже профессор МакГонагалл. Я поспрашивала устаршекурсников и те посоветовали нам прочитать первые пять глав учебника зельеварения. Снейп любит устраивать викторины сразу на первом уроке каждый год и первокурсники не исключение. Выглядит несправедливо, но так он проверяет у кого есть сильное желание учиться зельям. — Хм, в этом есть логика, — задумчиво произнёс Гарри, — Извращённая, но логика. Пока они завтракали, прибыла почта. Теперь Гарри уже привык совиной почте, но в своё первое утро в школе было удивительно смотреть, как во время завтрака в Большой зал с громким уханьем влетело не меньше сотни сов. Они начали кружить над столами, высматривая своих хозяев и роняя им на колени письма и посылки. Пока Хедвиг принесла Гарри только одно письмо от Коры. На следующее утро после распределения, он отправил письмо с его впечатлением о Хогвартсе, своём факультете и поблагодарил её, что приютила его, а также извинился за то обманывал её. Он написал длинное письмо где он признал, что он сбежал от своих магловских родственников которые действительно ненавидели всё магическое, в том числе и его. Он даже оставил ей компенсацию в 25 галеонов за ложь под шатающийся половицы в его номере. Ответ пришёл на следующий день ночью. Хедвиг доставило ему прямо в комнату и это было письмо, а не громовещатель, как он, признаться себе, ожидал. Она написала ему, что на самом деле знала кто он с самого начала, но ничего не сказала. Он ей действительно понравился и говорит, что деньги излишне, но она примет их — на ремонт гостиницы который давно намечался. Кора надеялась, что Хогвартс ему очень понравиться и пожелала хорошего года, и если ему что-то понадобится или вкусно покушать он всегда может написать. В «Белой Виверне» ему всегда будут рады. Взгляд Гарри обратился вверх когда он увидел свою красавицу которая спикировала вниз к нему. Она приземлилась между сахарницей и блюдцем с джемом, уронив на тарелку Гарри запечатанный конверт. Странно. Он не ожидал что кто-то ему напишет, особенно через его сову. Может ему надеть на Хедвиг какой-то амулет с чарами для её защиты? Он подумает об этом позже. Угостив красавицу беконом (она обожала его), он достал палочку и направил его на письмо. — Что ты делаешь? — спросил его Майкл. — Просто проверяю почту. Я никому не писал и вдруг появляется моя сова с письмом от кого-то неизвестного, — рассказал Гарри. Падма, сидящия напротив него, закивала, — Это умно. Некоторые люди могут присылать письма с проклятиями или чем-то похуже. — Да и это может быть опасно, — подхватил разговор Терри, — Папа учил меня никогда не читать письмо от неизвестных или без обратного адреса. Он рассказывал, что однажды получил зачарованное письмо с жидскостью взрывопотама от волшебника с которыми он разорвал партнёрство. Письмо взорвало прям перед ним. Тот ели успел поставить щит и защититься, а вот от стола ничего не осталось. Гарри одному кажется, что волшебный мир всё больше и больше похож на Страну Чудес? Большинство встреченных им волшебники были слегка чудоковаты. Может он тоже немного псих? Иногда ему думает, что он просто сумасшедший ребёнок и всё это просто его безумная фантизия чтобы сбежать от реальности жизни с Дурслями. Я не сумасшедший, просто моя реальность отличается от твоей, вспомнил он одну из цитат из книги Алиса в Стране чудес, что вызвало у него ухмылку. — Что смешного? — спросила Падма, странно посмотрев на него, но он только покачал головой. Может всё-таки он немного сумасшедший? Повернув запястья так словно поворачивает ключ в замке, он произнёс: — Ревелио! Кончик его палочки засветился синими на несколько секунд прежде чем погаснуть, но письмо продолжало невинно лежать на его тарелке. — Хм, похоже всё в порядке, — сказал Гарри, засовывая палочку обратно в кобуру. Дорогой Гарри, — было написано в письме неровными буквами. — Ты можешь меня не знать, но я знал Лили и Джеймса и тебя когда ты ещё был пелёнках. Такой маленький, что в руке помешался. Ну, думаю сначала представлюсь. Меня зовут Хагрид. Меня так все зовут. А вообще я ж тебе уже вроде все про себя рассказал — я хранитель ключей в Хогвартсе Я знаю, что сегодня после обеда у тебя нет занятий, поэтому, ну, если захочешь, приходи ко мне на чашку чая примерно часам к трём. Хочу знать, как прошла твоя первая неделя в школе и как ты вообще. Пришли мне ответ своей красивой совой. Хагрид. Гарри вытащил перо, нацарапал на обороте письма: «Да, с удовольствием, увидимся позже Мистер Хагрид, спасибо» — и вручил письмо Хедвиг. После завтрака они отправились на своей первый урок зельеварения. Класс профессора Снейпа находился в одном из нижних этажей, подземелий. Тут было холодно — куда холоднее, чем в самом замке — и довольно мрачно. Вдоль всех стен стояли стеклянные банки, в которых плавали заспиртованные животные. Снейп, как и Флитвик, начал занятия с того, что открыл журнал и стал знакомиться с учениками. И, как и Флитвик, он остановился, дойдя до фамилии Поттер. — Гарри Поттер, — негромко произнёс профессор зельеварения Северус Снейп, сосредоточив свой взгляд на Гарри, — Наша новая знаменитость. Голос профессора Снейпа был холоден как лёд, но Гарри показалось что он видел в чёрных, которые напоминали тёмные туннели, глазах, что-то похожее на меланхолию и боль. После того как Снейп закончил знакомство с классом, он обвёл аудиторию внимательным взглядом. — Вы здесь для того, чтобы изучить точную науку и тонкое искусство приготовления зелий, — начал он. Он говорил почти шёпотом, но все отчетливо слышали каждое его слово. Всё молчали, одновременно боясь и завороженно его слушая, — Поскольку на моих занятиях не будет никаких размахиваний палочкой, то многие из вас могут усомниться в том, что это вообще магия. Я не ожидаю, что вы будете в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла с его мерцающими парами, изысканную силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая чувства… Я могу научить вас, как разлить по сосудам известность, приготовить славу и даже заткнуть пробкой смерть — если вы, конечно же, приложете хоть каплю усилия, в отличии от твердолобых тупиц которых мне обычно приходит обучать. Вслед за этой короткой речью продолжала висеть тишина. Гарри перегленулся с Терри, другие ученики из когтеврана и пуффендуйя нервно ёрзали на своих местах. — Скажите мне, мистер Поттер, — вдруг сказал Снейп, медленно подойдя пока не встал напротив его, — Что я получу, если добавлю измельчённый корень златоцветника в настойку полыни? Гарри на мгновение задумался. — Ничего, сэр, — ответил Гарри, заставив Снейпа приподнять бровь, — Но если добавить сок дремоносных бобов, корень валерианы и слизь флоббер-червя то мы получим Напиток Живой Смерти — очень сильное усыпляющее средство. Но любая ошибка в рецепте или приготовлении может привести к смерти выпившего зелье. Он вспомнил как читал об этом из записей его матери, но она писала что это зелье изучают на шестом курсе, но есть упоминания в «Магические отвары и зелья». Неужели профессор Снейп решил так его унизить перед всем классом? Ну, что же давай посмотрим. — Где бы вы стали искать, если бы я попросил вас принести мне безоар? — снова задал вопрос Снейп, смотря на него с каменным лицом. — В вашем шкафу, сэр, — просто ответил Гарри, заставив весь класс ахнуть. Губы Снейпа гневно скривились в усмешке. — Так, так… похоже известность — это ещё далеко… — Конечно, если у вас не осталось безоара, я бы посоветовал вам сходить в аптеку, вместо того чтобы искать безоар в желудке козла, — продолжил Гарри перебивая комментарий Снейпа, — Ведь никому не нравится рыться в чужих внутренностях, ведь так? В классе повисла гробовое молчание. Все взгляды были устремлены то на Снейпа, то на Гарри. — В чём разница между «клобуком монаха» и «волчьей отравой»? — задал вопрос Снейп, усмешка сошла с его лица и теперь он смотрел на Гарри прищуренным взглядом. — Никакой. Это одно и тоже растение, так же известное как аконит… сэр, — спокойно ответил Гарри, смотря прямо в глаза Снейпу. Снейп ещё молча разглядывал его некоторое время, будто что-то искал. — Почему вы ничего не записываете? — внезапно громко сказал он на весь класс. Все бросились доставать перья и пергамент. Перекрывая поднявшийся шум и стоя спиной к классу, Снейп сказал то чего неожидалл никто. — По очку за каждый правильный ответ Когтевран. После этого урок продолжился без проблем, ну если не счить того что Терри чуть не взорвал свой котёл пытаясь добавить иглы дикобраза когда котёл всё ещё стоял на огне, но Гарри успел его остановить. Сняв с огня, они дали зелью немного остыть прежде чем добавить следующий ингредиент, а затем помешали пять раз по часовой стрелке. В конце урока, Гарри сварил идеальное зелье для лечения фурункулов, за что Снейп поставил ему «П» — превосходно. Он был единственным у кого получилось сварить идеальное зелье, в то время, как другие получили максимум «ВО» — Выше Ожидаемо, и то эту оценку получили только Терри, Падма и Майкл Корнер. Выйдя из класса, Гарри не мог сказать что ему понравился урок, но он не говорил что это было ужасно. Снейп после его опроса, рассказал им о мерах безопасности при готовке зелий, а домашним заданием было написать эссе на 10 дюймов пергамента о правилах безопасности при варке зелий. — Я собираюсь на чай к Хагриду, — рассказал Гарри своим друзьям во время обеда. — Хагрид? Ты про великана? — спросил Терри, выглядя заинтересованным, — Про него я слышал много слухов. А можно с тобой? Хочется узнать действительно ли он карликовый великан. Без пяти три Гарри с Терри, а также Анубис, вышли во внутренний двор Часовой башни и пошли по деревянному мосту к дому Хагрида. Падма и Парвати отказала, сославшись на то, что им хочется провести время вместе поскольку последнию неделю они редко виделись, но сказали, что в следующий раз обязательно пойдут. К Анубису школа ещё не привыкла, но в Башне Когтевран все полюбила чёрного пса. Не раз можно увидеть, как предвестник смерти мирно лежит на диване в общей гостиной или переворачивает на спину, чтобы ему погладили живот. Он стал любимцев в вороньем гнезде. Конечно же не обошлась и проблем в начале, и всё из-за одной Гермионы Грейнджер которая постоянно донимала его тем, что собаку нельзя держать в Хогвартсе. Пришлось обратиться к профессору Флитвику, чтобы та от него отстала. Выйдя в каменный круг — место похожее на Стоунхендж, но на много меньше — они оказались за пределами замка. Пройдя немного они увидели внизу по склоны стояла маленький деревянный домик на краю утёса, а рядом с ней шла тропинка вниз, прямо на каменный пляж Чёрного озера. Над входной дверью висел охотничий лук и пара галош. Когда Гарри постучал в дверь, они услышали, как кто-то отчаянно скребется в неё с той стороны и оглушительно лает. Услышав это, Анубис тоже залаял и теперь лай стал только громче. Через мгновение до них донесся зычный голос Хагрида: — Назад, Клык, назад! — Спокойно Анубис, — успокоил его Гарри, положив руку на голову фамильяра. Тот тут же перестал лаять. Дверь приоткрылась, и за ней показалось знакомое лицо, заросшее волосами. — Заходите, — пригласил Хагрид. — Назад, Клык! Хагрид пошире распахнул дверь, с трудом удерживая за ошейник огромного чёрного мастифа. Увидев Анубиса, собака начала скулить и пыталась убежать куда подальше. — Привет, Хагрид, — поздоровался Гарри прежде чем указать на своего спутника и фамильяра, — Это Терри и Анубис. Он Грим и мой фамильяр. Анубис, а не Терри. Терри толкнул его в бок, но ухмылка на лице осталась. Реакция Хагрида была интересной. Вместо того, чтобы испугаться, он наоборот выглядел на столько очарованным Анубисом, что отпустил Клык который тут же забился под кровать. — Вот уж не думал, что увижу Грима в жизни, — разулыбался Хагрид, нагнувшись, чтобы разглядеть Анубиса получше. — Какой очаровашка! Анубис внимательно посмотрел на Хагрида, понюхал воздух и, решив, что тот не враждебный, подошёл ближе и ткнулся носом в его ладонь. Хагрид тихо хмыкнул и почесал Грима за ухом так уверенно, словно делал это всю жизнь. — Видишь, Клык? — сказал он своему псу. — Не все, кто крупный и тёмный, страшные. Учись, а то позоришь гордых псов. Клык всё ещё прятался, робко выглядывая из-под кровати. При виде того, как Анубис спокойно стоит рядом с Хагридом, он перестал скулить, но всё равно не рискнул приблизиться. В доме была только одна комната. С потолка свисали окорока и выпотрошенные фазаны, на открытом огне кипел медный чайник, а в углу стояла массивная кровать под которым прятался Клык, покрытая лоскутным одеялом. — Вы… э-э… чувствуйте себя как дома… устраивайтесь, — сказал Хагрид. — Спасибо, что пригласил, — сказал Гарри. В это время Хагрид уже заваривал чай и выкладывал на тарелку кексы. Кексы соприкасались с тарелкой с таким звуком, что никаких сомнений в их свежести не возникало — они давным-давно засохли и превратились в камень. — Бут, говоришь? — спросил Хагрид, разглядывая лицо мальчику. — Ты похож на своего отца, Говарда. Помню в школьные годы он приходил и спрашивал у меня всякое разное. Что только не просил! Усы жмыра, мех пушишки или перо дирикола. Любил он, это ведь… э-э… экспериментировать. Да и в больничное крыло часто попадал из-за того, что какой-то его проектик пошёл не так! О каменные кексы легко можно было сломать зубы, но Гарри понял, что если их обмакнуть в чай и размягчить они становятся очень вкусными. Терри быстро подхватил его идею и так они сидели, рассказывая Хагриду, как прошли первые дни в школе. Анубис сидел около Гарри, положив голову ему на колени, а Клык робко вышел и сел под стулом Хагрида, смотря на другую собаку сквозь ноги своего хозяина. Два ворона развеселились, услышав, как Хагрид назвал Филча старым мерзавцем. — А эта кошка его, миссис Норрис… ух, хотел бы я познакомить ее с Клыком. Вы-то небось не знаете, да! Стоит мне в школу прийти, как она за мной… э-э… по пятам ходит, следит все да вынюхивает. И не спрячешься от нее, и не обманешь… она меня нюхом чует и везде отыщет, во как! Филч её на меня натаскал, не иначе. Гарри рассказал Хагриду про реакцию Норрис на Анубиса, на что тот рассмеялся так громко что казалось будто стены дрожат. Хагрид вытирал выступившие от смеха слёзы тыльной стороной огромной ладони, — Во даёт! — отдышавшись, проговорил он. — Представляю её морду, когда на неё Грим как зарычит… Вот это я бы посмотрел! Не скоро она к вам подберётся, это точно. Анубис довольно фыркнул, заставив Гарри усмехнуться. Гарри оглядел интерьер хижины пока Терри с гордостью рассказывал Хагриду о своём отце, Гарри заметил кое-что интересное. Он достал кусок бумаги, лежавший на столе под чехлом для чайника. Это была вырезка из газы «Ежедневный Пророк».

ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ О ПРОИСШЕСТВИИ В БАНКЕ «ГРИНГОТТС»

Продолжается расследование обстоятельств проникновения неизвестных грабителей или грабителя в банк «Гринготтс», имевшего место 31 июля. Согласно широко распространенному мнению, это происшествие — дело рук тёмных волшебников, чьи имена пока неизвестны.

Сегодня гоблины из «Гринготтса» заявили, что из банка ничего не было похищено. Выяснилось, что сейф, в который проникли грабители, был пуст, — по странному стечению обстоятельств, то, что в нём лежало, было извлечено владельцем утром того же дня.

— Мы не скажем вам, что лежало в сейфе, поэтому не лезьте в наши дела, если вам не нужны проблемы, — заявил этим утром пресс-секретарь банка «Гринготтс».

Брови Гарри взлетели вверх от удивления. Кто-то ограбил «Гринготтс»? У него сложилось впечатление, что это магловская версия Швейцарского банка, но похоже если человек достаточно силён и умён, то тот может попасть куда угодно. Хотя было странно, что грабитель нацелился именно на пустой сейф который был опустошён за пару часов до ограбления. Может владелец сейфа знал о предстоящей краже и заранее забрал содержимое ячейки? Гарри пожал плечами и отложил вырезку в сторону прежде чем вернуться к разговору.

~𓅃~

Сегодня была субботу. Уроков не было, а домашние задания на следующию неделю он уже выполнил. Жизнь в Когтевране приучило его делать уроки в свободное время после учебного дня, чтобы в выходные ты мог заниматься чем угодно. Поэтому он посвятил день исследованию замка с Анубисом пока Терри играл во Взрывающиеся карты с Майклом и Энтони, а Падма проводила время с другими девочкам по общежитию: Лайза Турпин, Астрид Коул и Мэнди Броклхерст. Во время его обследования Астрономической башни (он решил начать сверху до низу) он встретил Уизли, а именно Рона Уизли, младшего брата Перси Уизли, который был старостой факультета Гриффиндор и близнецов Уизли. Этот парень цеплялся к нему, как пиявка всю неделю. Тот «случайно» проходил мимо каждый раз когда Гарри был свободен и разговоривал с ним так будто они были старыми друзьями. Гарри это раздражало и ему пришлось скрываться от него используя меняющий цвет заклинание на своих волосах, сливаясь с толпой студентов. У него это отлично удавалась, но похоже удача от него сегодня отвернулась. Лихорадочно думая, он быстро спустился вниз по лестнице. Он быстро шёл пока не оказался в коридоре с волшебным гобеленом какого-то волшебника пытающегося учить троллей баллету. Пройдя по нему он уже собирался спуститься вниз в сторону Класса Заклинаний, но Гарри услышал шаги на лестнице и приближающиеся тень за углом похожую на Грейнджер. Ещё её не хватало. Выругавшись, Гарри отступил и лихорадочно начал думать что ему нужно где он спрятаться. Сам того не замечая Гарри начал ходить туда сюда пока не заметил как прямо на его глазах, стена в коридоре начала меняться пока не превратилась в большие двустворчатые деревянные двери с ветвистые железными узорами. Не задумываясь откуда она появилась, он быстро зашёл туда куда вела эта дверь и закрыл её за собой. Та тут же исчезла, превратившись в сплошную стену. Развернувшись, Гарри был встречен видом большой восмиугольной комнаты со стеклянным куполообразным потолком из которого лил свет. Стены были увешаны разным декором, но не было движущихся картин. Были оленьи рога, живая кабанья голова которая пускала слюни, флаги факультетов, щиты с гербами, зеркалами и многое другое. В углах комнаты распологались мраморные скульптуры волшебных животных на пьедесталах. — Что это за место? — вслух пробормотал Гарри. — Вы в Выручай-комнате. Гарри подпрыгнул от неожиданности и развернувшись, был встречен с самым странным существом которое он видел до сих пор. Оно было очень небольшого роста, почти полностью лысое если не считать нескольких седых волос и старое. У того были очень густые брови, а также нечёсанная козья бородка. Больше всего цепляло огромные уши, напоминающие крылья летучих мышей. Тот был одет в импровизированную одежду из красно-чёрного клетчатой ткани похожий килт. — Диек просит прощения. Диек не хотел пугать ученика, — извинилось существо хриплым голосом, склонив голову. Гарри сглотнул, — Э… всё в порядке. Я же спросил где я и вы ответили, — проговорил Гарри, — Извините, вы… домовой эльф? Гарри рассказывали о них. Когда он спросил кто стирает их одежду, Терри рассказал, что одежду стирают домовые эльфы. Когда он спросил кто они, тот странно на него посмотрела, но всё равно объяснила. Именно тогда узнал о домовиках которые служат волшебникам без зарплаты, но те имеют собственные комнаты, крышу над головой и еду. Гарри подумал, что это кажется ему рабством и он это высказал. Терри на это разозлился и сказал, что они не рабы и не слуги, а члены семьи. У его семьи самого есть три домовых эльфа и если им что-то нужно то они могут попросить. Они даже едят за одним столом. Кроме того эльфы, не связанные с волшебниклм или семьёй, могут заболеть и умереть поэтому они заключают устный магический контракт, чтобы выжить. В ответ те убираются и помогают семье всем чем только можно. В Хогвартсе например, самое большое количество домашних эльфов в Соединённых королевствах - больше 100. Те, кто получает одежду (акт разрыва магического контракта) или чья семья вымирает могут придти работать в Хогвартс если не найдут новую семью. В школе много эльфов, чьи предыдущие хозяева были жестокими, но иногда они находят среди студентов новые семьи и могут оставить свою службу. Однако, если решат остаться то те в ответ присматривают и убирают школу, а учитывая, что во время магического обучения обязательно что-то ломается они просто необходимы просто потому-что в таком большом замке не хватает взрослых волшебников. — Да, Диек домашний эльф, сэр — ответил домовик, — Диек служит в Хогвартсе много лет. — Что это за место, Диек? — Это Выручай-комната или Комната так и сяк. Вход в неё появляется только тогда, когда человек трижды пройдёт мимо неё, испытывая огромную необходимость в помощи. Вам нужна была помощь и комната её предоставила, — объяснил Диек. — Блестяще, — выдохнул Гарри, оглядываясь. На лице Диека появилась улыбка, — Диек рад, что вам нравится. Диек счастлив снова увидеть комнату такой. Много людей случайно забредали сюда, но никогда не возвращались, а комната исчезала. Вы первый кто видет её такой какой её запомнил Диек. — А когда это было? — спросил Гарри. По виду эльф был очень старым. Честно Гарри стоило предложить ему сесть учитывая его возраст. — Это было очень-очень давно. С этого дня ровно 100 лет назад, — Глаза Гарри расширились от удивления, — Диек помнит потому-что в такой же день в эту комнату вошла юная ученица. Она была старше вас на пару лет, если воспоминания не путают Диека. — Стоп… значит тебе больше ста лет? — с недоверием спросил он. Он знал, что достаточно волшебники могут прожить больше чем обычные люди благодаря магии, но он не думал, что это может касаться и эльфов. — О, да. Диеку уже 153 года! Диек очень рад, что мог встретить ещё одного ученика которому мог поведать об Выручай-комнате, — довольно сказал старый домовик, — Если вам что-то нужно- просто пожелайте об этом и вы получите. Ну давайте, попробуйте. Гарри колебался прежде чем пожелать креслр на которую он мог сесть и, к его изумлению, рядом с ним из воздуха появилась удобное плюшевое кресло. Он потрогал его, почувствовав что оно не только крепкое, но и очень мягкое. Он обвёл благоволенним взглядом комнату пока его взгляд не упал на улыбающего старого домового эльфа. — Можешь рассказать всё об этой комнате?