Летающие корабли

Пропавшая каравелла

Проснулся Паша уже днём, одетый, с сильной ноющей болью в спине, но испытывая приятное чувство не зря проделанной работы. Небо к тому времени затянуло тучами, деревья шатались от сильного ветра. Паша подумал, что к вечеру уже пойдет дождь. Он осторожно поднялся с раскладушки и подождал, пока исчезнут пятна перед глазами. На кухне что-то шуршало. «Хозяйке стоило бы предупредить, что она придет сегодня, - с раздражением подумал он. – Что она опять хочет здесь оставить?» Пытаясь на ходу кое-как пригладить волосы, он заглянул на кухню, чуть не наступив при этом на чистый листок бумаги на полу. На кухонном полу валялся разодранный кулек с овсяным печеньем, а с холодильника на Пашу смотрел маленький серый комочек. Он издал какой-то ахающий звук и спрыгнул с холодильника на стол, уронив при этом на пол чашку, которую Паша еле поймал у самого пола. Зверек с любопытством уставился на него. Это была пушистая серая обезьянка, точно такая же, как та, которую Паша нарисовал вчера новыми красками. Чтобы точно сравнить, он поискал глазами сохнущий на подоконнике рисунок. Его там не было. «Ну не приснилось же мне, как я её рисовал!» - думал Паша, прикидывая, кто из его дома мог держать у себя такую обезьянку и как она могла сбежать. Та, тем временем, игриво поблескивая желтыми глазками, поглядывала на штору. - Нет, так не пойдет! – сказал Паша, поняв намерение гостьи окончательно разгромить квартиру. - Я сейчас же пойду по квартирам и буду спрашивать, чья ты. Он осторожно взял её на руки – удивительно, но обезьянка не особо вырывалась – и вышел из квартиры. Вид у него, наверное, был довольно заспанный, но зато квартира останется более-менее цела. Путем логических размышлений Паша пришёл к выводу, что обезьянка могла выпасть из окна верхней квартиры. У Насти вроде не было домашних животных… Точно, её привезла с собой из Одессы Аня, это был самый вероятный исход событий… Странная, однако, обезьянка, будто игрушечная. С каким-то непривычным для него волнением Паша нажал на кнопку дверного звонка. За дверью раздалась короткая птичья трель. С другой стороны к двери подошли. После короткой паузы дверь приоткрылась, на пороге стояла Аня. - День добрый, - она бегло осмотрела его с головы до ног. При виде обезьянки её бровь слегка вздернулась. - Добрый…день, - по её реакции Паша понял, что позвонил зря, но всё равно зачем-то спросил: - Это не ваша обезьянка? Залезла сегодня ко мне в квартиру… - Нет, не моя, - та продолжала смотреть на него своими темно-синими глазами. – Милая зверушка…никогда таких не видела. Не могу даже примерно сказать, что это за вид. - А вы в обезьянах разбираетесь? – улыбнулся Паша. - Да так, работаю экскурсоводом в Одесском зоопарке, - теперь она разглядывала обезьянку. - Я тоже работаю в зоопарке, - наигранно вздохнул Паша. – Там иногда и не такие приматы попадаются… Аня прыснула. - Ну, в вашем зоопарке и учителя с клыками попадаются – мне Настя жаловалась, сколько олимпиад её заставили писать… - Надеюсь, на историю она хоть не жаловалась… - Нет, говорит, это лучше, чем математика, - её тон показался Паше немного насмешливым. - Вы так не считаете? - Да так… - она опять перевела взгляд на него. – У меня проблема с датами, мою учительницу это часто злило… Вот так и живешь – в школе ставят четверку из-за того, что не помнишь, какого числа подписали Версальский договор, а дома мама бурчит, что я забыла про день рождения рыбки бабушки дяди по папиной линии. Она грустно улыбнулась и поковыряла пальцем дверную ручку. - Меня, кстати, Аня зовут. - Паша. Рад знакомству. Наступила неловкая пауза. Аня ещё раз вгляделась в обезьянку, которая с завидным усердием пыталась оторвать пуговицу от Пашиной рубашки. - Откуда это чудо всё таки могло к вам упасть? - Не знаю, пойду ещё по этажам поспрашиваю. На её лице появилась сочувственная улыбка. - Ну, удачи вам. Дверь медленно закрылась. Паша постоял перед ней ещё пару секунд, рассматривая цветочек на деревянной ручке. Вскоре его ждало печальное открытие – никто, не только с верхних, но и с нижних этажей не держал дома серых обезьян и держать не собирался. - Может, она к вам с пятого этажа упала? – в который раз услышал он предположение от консьержки. - Нет, там я уже спрашивал. - Расклейте объявления, - поправила очки консьержка. – А пока подержите её у себя…интересно, чем они питаются? - Овсяным печеньем и моими нервами, - мрачно заметил Паша. Его затея оставить животное на попечение сердобольной консьержки провалилась. - Она не могла случайно съесть немного краски у вас? – вдруг обеспокоенно спросила та, принюхиваясь. - Вряд ли… А что? – Паша тоже понюхал обезьянку. От неё и правда слегка пахло краской. Ему вспомнился пустой лист бумаги, на который он чуть не наступил, заходя на кухню, и в голове появилась безумная догадка. – Знаете, я, наверное, всё таки расклею объявления. Прежде чем озадаченная резкой переменой его настроения консьержка успела что-либо сказать, он стал быстро подниматся по лестнице. Ноги болели от дня, потраченного на бесполезное беганье по квартирам, было уже около восьми, на этаже стояла синеватая темнота. Но, даже в этой темноте, Паша понял, что что-то не так. Он посмотрел на стену. По небу плыла на всех парусах прекрасная каравелла с красивой деревянной фигурой на носу. Всё бы ничего, но ночью он точно нарисовал две, вот и пустое место на картине… - Чертовщина какая-то, - прошептал Паша. Весь следующий день он проверял контрольные и летучки, возился с тетрадями. Обезьянка больше не хулиганила, только облюбовала себе его свитер и вылазить оттуда не хотела. Пару раз Паша осторожно принюхивался, чтобы понять, пострадал ли свитер от физиологических потребностей его гостьи, но нет, пахло исключительно краской. Пустой листок он нашёл, внимательно осмотрел, но полностью в догадку свою поверить так и не смог. За краски он в этот день всё же не взялся.