Внук

Открыв дверь своим ключом, я потянул на себя ручку двери. На всякий случай набрав воздуха в грудь, я шагнул в полумрак квартиры. — Вернулся? — мрачно проговорил Кузьма. От его слов стало не по себе. Голос прозвучал пусть и ожидаемо, но всё равно неожиданно. Я непроизвольно повёл плечами, и как ни в чем не бывало, проговорил: — Да, вернулся, — пряча страх за движения, я снял мокрую куртку и повесил её на крючок. Переодеться бы мне, пока не заболел… — А что случилось? Ты, Кузьма, какой-то мрачный. — А ты не знаешь? — удивлённо вскинул он бровь. — Нет, — проговорил я, прямо глядя на него. Как хорошо, что я умею врать! — Илья, не ври! — сурово проговорил Домовой, возвышаясь грозной скалой надо мной. — Как ты пробудил свои силы?! Тут его взгляд упал на мою руку, зрачки расширились, а ноздри раздулись, чувствовалось, что он в ярости. Тьфу ты! Совсем забыл про эту дурацкую метку! Я попятился, упёрся спиной в дверной косяк и ойкнул. Кузьма схватил меня за руку и потащил в кухню. Я не сопротивлялся, да и какой смысл? Все равно уже попал по полной программе. — Вы только посмотрите на этого героя! — ругался Кузьма. — Одного оставить нельзя! Врёт и не краснеет! Войдя в кухню, я офигел. Леший стоял у плиты и что-то варил в старенькой алюминиевой кастрюльке, с одной стороны которой почти слезла краска. Посередине комнаты стояла бочка, в ней сидел водяной и грустно смотрел в окно, не обращая ни малейшего внимания на все происходящее. Кузьма силком втолкнул меня в комнату, я кое-как смог удержаться на ногах. Решив, что лучшая защита — это нападение, я резко выдернул свою руку из захвата Кузьмы, поправил одежду, и уверенно произнёс: — А что, я, собственно, сделал? Я, что ли, виноват в том, что вы ничего мне не говорили! Что мне нужно было делать? — Да уж, конечно! — возразил Кузьма, вставая фертом. — Нужно было обручать себя со всякими проходимцами! Это же решение всех проблем! Я же говорил тебе, быть осторожнее и не лезть в неприятности! А ты?! — Что я? А надо было сразу всё мне рассказать, а не утаивать, что я сын Перуна! Что ключ у меня на шее должен был скрывать меня ото всех! Так что на зеркало нечего пенять, коли рожа крива! Сразу бы сказали мне всё, ничего бы не было! — будь что будет, но высказать своё негодование по поводу происходящего я обязан! — Ах ты… — хотел было возмутиться Кузьма, но тут Водяной спокойным голосом его перебил: — Ну, что ты взбеленился на мальчика! Ну, кто по молодости глупостей не совершал? Молодость на то и дана, чтобы проказы творить! — Ну, не такие же! — возразил Кузьма. — Как это произошло? — спросил у меня Водяной, полностью игнорируя Кузьму. Меня поражало его спокойствие. Все мои родственники странные, да? — Ну как… — растерялся я. Что мне ему сказать? Что я повёлся на глупую провокацию? — Случайно получилось! Олег первый начал! Вот я и укусил его, за губу… — Ты ещё и с парнем?! — схватился за голову Кузьма, опускаясь без сил на табурет. — Это… Как же это!.. — На, выпей, — Леший прекратил мешать странный суп в кастрюльке, зачерпнул половником содержимое и, перелив в кружку, подал шокированному домовому. — Что это? — недоверчиво спросил Кузьма, принюхиваясь. — Отвар, из бузины, чертополоха и мухомора. Снимает стресс, выводит токсины. — М-м-м, — протянул Домовой и выпил содержимое. — Недурно. — А то! — хмыкнул Леший. Налил ещё один стакан и протянул мне. — Ты тоже, Илюша, выпей. Промок весь… Как только угораздило?.. — Спасибо, — проговорил я, принимая напиток. Мутно-коричневая жидкость вызывала недоверие, но глядя на спокойно сидящего домового, я тоже выпил. — Ну, а теперь, когда всё успокоились, можно и поговорить! — миролюбиво проговорил Леший. — Давай, Илья, садись за стол. Я послушно сел на скрипучий табурет, упираясь взглядом в стол. Леший налил мне ещё один стакан отвара, и заговорил: — Ты, Илья, не серчай на нас. Мы же как лучше хотели. Кузьма твоей бабке обещал, что в обиду тебя не даст. А тут вона как получилось… Расскажи, кто такой Олег этот? Ты ему веришь? Ответил я не сразу. Немного помолчав, я осушил стакан с отваром и прямо посмотрел на Лешего, пытаясь найти в нём поддержку. Мягкие черты старческого лица излучали доброту и тепло. Непохоже, что он был сердит или расстроен из-за моего поступка. Может быть, в случившемся и нет ничего страшного? — Верю, — полным уверенности голосом ответил я. — Как ты его нашёл? — всё также спокойно продолжал Леший, лишь в его глазах на мгновение мелькнули нотки беспокойства. — Это он меня окликнул первый, — вспомнил я нашу первую встречу. — Он поразительно много обо мне знает, рассказал мне то, что не могли рассказать мне вы! — Он магическое существо? — спросил Водяной, почесывая подбородок своими длинными корявыми пальцами. — Связан с тёмными силами? — Да, он огненный змей, — ответил я, вспоминая, как меня сегодня что-то выдернуло из сна с участием Олега. — О-хо-хо… Мальчик мой, не ведись на его искушения, — с сочувствием покачал головой Леший. — Уже повёлся, — мрачно констатировал Кузьма, сверля меня взглядом. Не выдержав этого напряжения, я поежился. — Кузьма, да успокойся ты! Всё, что ни делается — всё к лучшему! — миролюбиво ответил Леший. — Провидению лучше знать, что нужно Илье. И не нам с тобой его судить. — Да как же это! Неправильно всё! — Кипел Домовой, вскакивая со стула. Я поежился, сам не понимая от чего больше, то ли от холода из-за мокрой одежды, то ли из-за пугающего взгляда Домового. — Успокойся, — сурово проговорил Водяной, не поднимая глаз. — Я не ощутил угрозу от этого существа, когда вытаскивал Илюшу из сна. Возможно, он на нашей стороне. — Так, это всё очень прекрасно, но мне надо переодеться! Не очень приятно сидеть тут в мокрой одежде и мерзнуть! — я встал из-за стола, чуть не роняя стул. Что-то во мне изменилось, я чувствовал это. Только вот что? Тело охватил непонятный жар, дыхание участилось. Чтобы они этого не заметили, я проговорил: — Все, я ушел! На этом моменте как-то внезапно ноги подкосились, ещё чуть-чуть и всё, я бы уже обнимал пол. — Илья? Что с тобой?! — взволнованно спросил Кузьма, успевая подхватить меня под руки. — Всё хорошо! — ответил я, стараясь бороться с внезапным головокружением, но земля упорно уходила из-под ног. Что за ерунда происходит? Руку, на которой была метка, пронзила острая пульсирующая боль. Я ойкнул, хватаясь за нее, из-за чего вновь потерял равновесие и чуть не упал. — Да какой хорошо?! — суетился Домовой рядом, усаживая меня на стул. Я молчал, лёгкий озноб волной прошёлся по моему телу, не предвещая ничего хорошего. Неужели это из-за того, что я промок? Озноб начинал усиливаться, меня замутило. — Леший! Ты что ему подмешал?! — просто пылал яростью Кузьма. — Я же говорил: бузина, чертополох и мухомор! Выводит токсины из организма, снимает стресс… — растерялся Леший от такого напора. — Да что ж ты так смотришь на меня?! Аки враг я какой! — Потом лицо его резко посерело, стало растерянным и испуганным, и он проговорил: — В тебе же чужая кровь… Демоническая! Ох, и старый же я дурак! Рука стала пульсировать сильнее, жар и озноб новой волной накрыли меня. Почему вся эта магическая ерунда происходит именно со мной?! Почему я не мог родиться самым обычным парнем?! Эти грустные мысли прервала тошнота, подступившая к горлу. Я зажал рот рукой, чтобы сдержать рвотный позыв, но это почти не помогло. Кузьма, видя мое плачевное состояние, подхватил меня под руки и перенес на кровать, параллельно командуя: — Леший, старый пень! Ищи лекарство! Быстро! А ты, Водя, будь другом, проконтролируй! Интересный, конечно, Кузьма! На меня ругается, а сам вон как переживает! Стащив всю мою мокрую одежду, он укутал меня в одеяло и поставил рядом таз. Меня била мелкая дрожь, я не смог больше сдерживать тошноту и все содержимое моего желудка вышло наружу. Ощущение, надо сказать, не из приятных. Я утер рот рукой и ужаснулся, на рукаве осталась кровь. Тут новая волна спазмов скрутила живот и меня стошнило еще раз. На этот раз только кровью. Да что же это за напасть?! Я хотел позвать Кузьму, но вместо привычно голоса из горла вырвался приглушенный рык раненого зверя. Неужели это все из-за напитка Лешего?! В комнату вошел Кузьма, увидев меня в полуобморочном состоянии он побелел, подскочил ко мне и протянул стакан с чем-то непонятным. — Что это? — хотел спросить я, но горло сильно драло и вместо слов вырвался непонятный хрип. Вероятно, Домовой понял, что я спросил, потому что ответил: — Пей! Это из Нави! У Лешего в закромах было припрятано, должно облегчить твое состояние, пока не разыщем твоего Олега, или как там его… Больше он ничего не объяснял, а просто влил мне все содержимое стакана в глотку и зажал рот рукой, чтобы я ничего не выплюнул. Горячая жидкость обожгла гортань, я с усилием смог проглотить ее. По ощущениям, будто нахлебался тухлой воды из болота. От таких ассоциаций живот снова скрутило, но рвотного рефлекса не последовало. Но началось что-то странное! Меня затрясло, грудь сдавило, стало тяжело дышать. Я хватал воздух ртом, словно рыба, но вздохнуть все равно не получалось. В висках появилась непонятная пульсация, которая будто хотела расколоть мне голову на несколько частей. Растерянный Кузьма стоял рядом, не понимая, как реагировать на все происходящее. Тут меня всего затрясло, глаза закатились. Я чувствовал, как стал проваливаться куда-то. Хотелось кричать, но вместо голоса по-прежнему раздавались хрипы. Сознание почти покинуло меня, когда я вдруг почувствовал приятную прохладу на своей шее. Что-то скользкое и мокрое обвило меня, и я смог вздохнуть. Сделав единственный вздох, на задворках моего угасающего сознания промелькнуло: «Пусть это все окажется дурацким сном!». И я окончательно провалился в темноту.