Внук

Первым, кого я увидел, открыв глаза, был Олег. Снова он?! Его нос почти касался моей щеки. Увидев, что я пришёл в себя, он расплылся в улыбке: — О, ты очнулся! Очень рад! — Уйди, — мрачно проговорил я, отталкивая его от себя. — Надоел уже! — Фи, вот она благодарность! — театрально надулся Олег. — Переживаешь за тебя, а ты… — Что я?! — меня начинало откровенно всё это злить. Мало того, что все всё знают и молчат, так ещё и издеваются! Не знаю, что на меня нашло, но я схватил Олег за ворот куртки и с силой ударил его кулаком в челюсть. Тут же меня пронзила тупая боль в районе рта, аккурат в том месте, где я ударил Олега. — Ты чего?! Больно же! — Завопил Олег, потирая ушибленное место. — А ничего! — огрызнулся я. Самому было больно, от своего поступка, в прямом смысле этого слова. — Че лезешь ко мне?! — Дыхание твоё проверял! — Дождаться моей смерти не можешь?! Тут я понял, что перегнул палку. Лицо Олега посерело, привычная улыбка сошла с лица. Он молча встал и вышел из комнаты. Зря я, наверное, сказал так. По сути, он мне ничего плохого и не сделал. Лишь чересчур навязчив. Но будем честны, я сам укусил его и обрёк нас на столь тесное общение. Находился один я недолго. Через несколько минут в комнату вошёл Кузьма с половником наперевес. Готовил, что ли? — Илья, ты как? — спросил он, дотрагиваясь до моего лба. — Мы переживали за тебя! — Видно, — огрызнулся я. Переживали они, как же! — Олега кто пустил? Давно он здесь? — решил узнать я. Все-таки несколько минут назад мы были в подземном мире. Я-то понятно, физически там не был. А вот он? — Он не отходил от тебя несколько часов, — мрачно проговорил Кузьма, садясь рядом со мной на стул, — переживал. Я лишь недоверчиво хмыкнул. Ага, конечно, переживал! Десять раз он переживал! Странно, конечно, время проносится. Или это только для меня странно, а они все привыкли? Мне нужно выяснить, кому я могу верить! — Ты знаешь, где моя мать? — решительно спросил я, пытаясь встать с кровати. — Илья, я же говорил, она бросила тебя… — завёл Кузьма старую песню. Я машинально коснулся места, куда меня укусила змея вспоминая всё, что произошло с матерью. — Она бросила? Или ты выставил её за порог, не дав воспитывать сына?! — Что ты такое говоришь? — опешил Домовой от моих слов. — Мы всё делали для тебя! — Ага, всё! — горько усмехнулся я. — Всё, чтобы я окончательно запутался, да? Зачем я вам всем нужен?! Только из-за того, что духи и боги не могут договориться?! Ну так знайте! Больше я не собираюсь во всём этом участвовать! Разбирайтесь сами! Не дожидаясь ответа растерянного Кузьмы, я вышел в коридор. Хотелось громить и крушить всё подряд. Леший и Водяной тихо разговаривали на кухне, Олег сидел на подоконнике как кот и смотрел в окно. Охуенные родственники! Оглядев собравшихся на кухне, я не стал заходить туда, а сразу направился в ванную. Я был очень зол. Горячая вода была включена на максимум, лишь когда вся ванная была окутана паром, а кожа стала красной от горячей воды, я выдохнул. Горячая вода успокаивала и давала ощущение защиты. Капли обжигали кожу, но больно не было. Постояв под душем минут 20, я наконец выключил воду. Нужно решать, что делать дальше… Наверное, поняв, что шум воды стих, кто-то постучался в ванную. И что кому от меня сейчас надо?! — Кто? — мрачно спросил я, вытираясь полотенцем. — С тобой все нормально? — спросил Кузьма. — Что ты хотел? — Илья, мы волнуемся за тебя, я вижу, как ты переживаешь. — Волнуетесь?! Переживаете?! — я резко открыл дверь ванной комнаты (да-да, одеться я успел). Кузьма стоял растерянный и не знал как на всё это реагировать. — А мать мою, когда за порог выставляли, не переживали?! Я знаю, что вы насильно меня с матерью разлучили! — Кто тебе сказал? — серьёзно спросил Домовой. — Мать и сказала! Столько лет жить во лжи! Это несправедливо! — Ты всего не знаешь! — повысил голос Кузьма. — Так просвети! Я вообще ничего не знаю! — А потом сказал так, чтобы услышали все: — В этом доме есть хоть кто-нибудь, кому можно доверять?! — оглушительная тишина стала мне самым красноречивым ответом. — Я так и думал! Каждый преследует свои собственные интересы, и плевать хотел на других! Я прав? Кузьма стоял напротив меня и молчал. Да и что он мог сказать? — Илья, ты, горячку-то не пори, — проскрипел Леший, подходя ко мне. — Выслушай всех и сделай собственные выводы. Никто не может навязать тебе то, что ты не хочешь. Он аккуратно взял меня под руку и повёл на кухню. Я не сопротивлялся, миролюбивый тон Лешего успокаивал. — Садись, Илюша, — проговорил Леший, наливая мне чай. Помня, какие последствия были раньше, после любой предложенной жидкости, я отрицательно помотал головой, отказываясь от чая. Олег, видя моё недоверие, театрально закатил глаза, забрал кружку с моим чаем и отпил. — Самый обычный чёрный чай, цейлонский, — констатировал он, возвращая кружку на место. — Никто из них не хочет тебе навредить. — Без тебя бы разобрался! — огрызнулся я. — Сам ничем не лучше! — Илья, — назидательно проговорил Водяной, до этого сохранявший полное молчание, — не груби. Я ничего не стал добавлять больше к своим вышесказанным репликам. Кузьма, тем временем заговорил: — Илья, твоя мать… Сама отказалась от всех благ магического мира и хотела уйти жить с простым смертным. Она сама разорвала сначала всё отношения с Ягишной, а потом, когда поняла, что жить долго и счастливо с простым человеком не может, хотела вернуться. Бабка твоя пустила её. Они вроде даже помирились! Но потом… Потом этот чёртов божок Перун, соблазнил Марью. Из-за их незаконного союза появился ты. Бабка твоя имела крутой нрав, и простить повторное предательство не смогла. К тому же, Марья уже была посватана к духу лесному, сыну Лешего. А потом приняла обручальное кольцо от Озема. — Всё это не отменяет того факта, что вы специально разлучили меня с матерью! — А сам подумай! Хорошо ли под землёй со змеями жить? — вмешался Леший. — Света белого не видеть! Мы как лучше для тебя хотели! Ты позже всё должен был узнать, когда был бы полностью готов. — Ясно, — мрачно проговорил я, сам прекрасно понимая, что от их рассказов ближе к истине я не стану. — Илья, ну что ты мрачный то такой! — Олег хлопнул меня по плечу и улыбнулся. — Как будто бы умер кто! — Не смей меня трогать! — я резко встал со стула, опрокидывая его. Раздался грохот. — Почему ты так стремишься залезть мне в душу?! Ты, в отличие от меня, рос в семье, а не как сорная трава на обочине! Как мне убрать эту дрянь с руки, которую я приобрел по твоей милости?! Олег ничего не успел ответить, так как Водяной вмешался в наш спор: — К Кощею надо. Он знает, как убрать такие метки. — Вот как, оказывается, просто! А ты мне что втирал про то, что это навсегда?! — Ты не дослушал, — тихо проговорил Кузьма. — Да, всё не просто, — согласился с этим Водяной. — Нужно отдать то, что тебе дорого. Не каждый на это пойдёт. Заклятие, связывающее души, очень сильное. Не каждому дано испытать его на себе. Илья, подумай, так ли необходимо избавиться от печати? — Да, — твердо ответил я. — Не хочу зависеть от этого… — я с презрением посмотрел на Олега и процедил сквозь зубы: — змея. — Жаль… А ты начинал мне нравиться, — с нотками грусти в голосе проговорил Олег. — Как найти Кощея? — спросил я, полностью игнорируя Олега. — Знамо где, в мире мёртвых, где ж ещё то ему быть, — проскрипел Леший, поглаживая свою бороду. — И как туда попасть? — поинтересовался я, но мне не спешили отвечать. — Ну? — Есть проход в мир мёртвых через Калинов мост и реку Смородину, на той стороне Леса, — проговорил Леший, после долго паузы. — Олег пройти сможет, а вот тебе труднее… Ты все-таки человеком рожден, из плоти и крови. — Есть способ, — проговорил молчавший до этого Олег. — Мы с Ильёй и так уже связаны, терять нечего. Нужно чтобы мы стали одним целым. — И как ты себе это представляешь? — скептически спросил я. — Какую ещё гадость ты хочешь сделать? — Нам всего лишь нужно… — совершенно невинно начал Олег, я бы даже сказал с излишней скромностью, но Кузьма, похоже поняв его ход мыслей, стукнул кулаком по столу и почти что прокричат: — Не позволю! Даже не смей об этом думать! Искуситель! Аспид! — Ну, а что? Так Илья без проблем сможет пройти, — Олег невинно хлопал ресничками, будто в его словах не было и капли пошлого умысла. — Да ты думай, что говоришь! — Не унимался домовой. — Как ты себе это представляешь? Ты же не девица! — Ну, я могу и девицей стать, если надо, — равнодушно пожал плечами Олег, — продемонстрировать? — Не смей даже думать в этом ключе! Совсем с головой не дружишь?! Если вы сделаете ЭТО, то обратить последствия этой метки станет почти невозможно! Только сейчас до меня наконец дошло, что хотел сделать Олег. От одной мысли об этом, меня прошиб холодный пот, а в висках застучало. Мой воспалённый ум тут же нарисовал развратные картины, от которых стало дурно. Может, я все-таки не прав? И это не то, о чем я подумал? — Есть другой способ перебраться через Калинов мост? — спросил я, потирая виски, отгоняя дурацкие мысли. — Есть, — как ни в чем не бывало спокойно ответил Водяной. — Мёртвой воды надо выпить. — Но, — встрял Олег, — Во-первых, это неприятно, а, во-вторых, опасно. А ещё должен быть сильный талисман, что позволит перебраться обратно. Поэтому самый надежный и безопасный способ, это… Договорить ему опять не дали. На этот раз я с силой пнул его ногу под столом. — Заткнись! Я не сделаю так, как ты хочешь! — прошипел я. — Ой ли? — театрально проговорил Олег, и наклонив голову набок вытянул губы трубочкой и проговорил: — Ты даже не пробовал, а вдруг понравится? — Да ты в своём уме?! Что ты вообще предлагаешь?! — не выдержал я. — Что я предлагаю? Поцелуй ещё один я предлагаю! А ты о чем подумал, шалунишка? — приторно-елейным голосом проговорил Олег, растягивая губы в плотоядной улыбке. Видно было, что он доволен моей реакцией. — Я не собираюсь с тобой целоваться! Уж лучше мёртвой воды выпить! — с облегчением проговорил я, с радостью осознавая, что Олег не настолько испорчен как я думал. — Ну как хочешь, — Олег пожал плечами и отвернулся к окну. Тон его резко переменился, казалось, что он обиделся на меня. Ну и пусть обижается, и так от знакомства с ним одни проблемы! Уж не знаю, как Олег догадался, о чем я думаю, но произнёс он следующее: — Раз от меня одни проблемы, и ты скорее хочешь от меня избавиться, то завтра утром и отправимся. Уже почти полночь, мне надо идти. Я приду утром, будь готов. — Потом он повернулся лицом к собравшимся за столом, натянуто улыбнулся и проговорил: — Провожать не надо, уйду сам! И направился к выходу из квартиры. М-да, странный тип. Сколько мы с ним знакомы? Сутки? А такое ощущение, что полжизни знаем друг друга! Когда входная дверь хлопнула, Водяной обратился ко мне: — Илья, слушай своё сердце, оно подскажет. — Это же вы устроили мне встречу с матерью? — я пристально посмотрел на существо, что всё это время сидело в бочке посередине моей кухни. — Ну, не совсем так… Мне хотелось, чтобы ты знал свои корни, — совершенно спокойно ответил Водяной. — О чем это вы? — хмурясь спросил Кузьма. — Какая еще встреча? — Да так, — отмахнулся Водяной, — мне тоже пора. Рад, что с Ильёй всё хорошо! Он ударил руками по воде и исчез, посередине кухни осталась лишь пустая бочка с водой и большая лужа под ней. — А ты, Леший, тоже уже уходишь? — как-то обречённо проговорил Кузьма. — Да, чай надо ребятишек своих проверить, травки Илюше в дорогу собрать… Тоже пойду! Старичок засобирался и быстро юркнул в подъезд, тихонько скрипнув дверью. Квартира быстро опустела. Остались только мы с Кузьмой. Чувствовал я себя паршиво. Даже не знаю, от чего больше. Олег чересчур странно себя ведёт, внезапно объявившаяся мать, открывшиеся подробности моего рождения… Для полного счастья не хватает отца! Но, раз ему было всё равно на меня 18 лет, не думаю, что сейчас что-то изменится. Голова гудела от обилия событий, я встал из-за стола. Чай, кстати, я так и не пил. — Тоже пойду спать, — проговорил я, направляясь в комнату, — завтра тяжёлый день. — Стой, подожди! — голос Кузьмы заставил меня застыть в дверях. — Что? — Илья, прости нас. Я ничего на это не ответил. Такое разве можно простить? Может быть, со временем, боль от вскрывшейся правды пройдёт, и станет легче, но сейчас мне не хотелось говорить об этом. В этот вечер мы с Кузьмой больше не говорили. Всё происходящее напоминало артхаусное кино, а не банальную жизнь студента-первокурсника. М-да. Когда же все это кончится? Наконец-то я добрался до своей кровати, погасил свет и хоть ненадолго смог забыться тревожным сном.