Новые русские драбблы

Андрей решил открыть вклад именно в этом банке: и проценты неплохие по нынешним временам, и сам банк кажется надёжным. Он уже прошерстил Интернет, походил по сайтам, почитал аналитику. За год удастся скопить на отпуск — не просто хороший, а очень хороший. Достойный. Мир повидать по-настоящему, а не просто жариться на пляже в Пхукете. Теперь ему осталось только посмотреть на сотрудников банка и завести счёт помимо зарплатной карты. Чтобы потом совершать все манипуляции онлайн, но первое впечатление, как известно, самое верное. Такой подход раньше Андрея не подводил. Народу в офисе банка практически не было. Две сотрудницы в белоснежных блузках с галстучками вишнёвого цвета. Перед одной из них сидела старушка лет семидесяти (Андрею все женщины после пятидесяти казались старушками, но эта и вправду ею была), вторая девушка сосредоточенно разговаривала по телефону, одновременно глядя в компьютер, но Андрея всё равно заметила и приветливо кивнула: сейчас, мол. «Кого-то окучивает, карту навяливает», — добродушно подумал Андрей. Что ж, можно поставить плюсик в графу «Отношение к клиентам». Он уселся в вишнёвое мягкое кресло, достал айфон и прислушался к разговору первой девушки со старушкой, которая тихим и каким-то виноватым голосом сказала: — Проверьте, пожалуйста, вашу карту. Кредитную. Я уже выплатила двенадцать тысяч, а банкомат пишет, что всё равно осталось девять. Она с надеждой посмотрела на девушку, которая сперва сосредоточенно потыкала наманикюренными пальчиками в клавиатуру компьютера, а потом развела руками: — Такие проценты. «Конские», — отметил про себя Андрей, невольно насторожившись. — Сумма вашего кредита была пятнадцать тысяч, — бодро продолжала девушка, — следовательно, к выплате с процентами — двадцать одна тысяча. Всё верно. «Пятнадцать тысяч брать в кредит?!» — ахнул про себя Андрей. У него почему-то не укладывалось это в голове. Помявшись, старушка неуверенно проговорила: — Мне тут сосед подсказал, что я могу взять новый кредит и погасить прежний. И чтобы ещё у меня осталось немного. Можно так? Девушка задумчиво — по школьной, видимо, привычке, погрызла кончик шариковой ручки, изучающе глядя на клиентку: — Первый кредит вы брали полгода назад, Марина Викторовна. Сейчас минимальная сумма кредита — сорок тысяч. Та испуганно охнула: — Нет, я не потяну. Но мне очень нужно! Она сняла очки и принялась протирать их бумажным платочком. У собственной бабушки Андрея были именно такие очки — с очень выпуклыми стёклами. «У неё, наверное, внуков нет, у этой Марины Викторовны», — стиснув зубы, подумал Андрей. — С какой целью вы хотите получить кредит? — скучным голосом осведомилась девушка. — Я… из больницы только что вышла, — запинаясь, виновато пробормотала старушка. — Нужно много лекарств купить. Велели принимать три месяца подряд. — А вы работаете? — продолжала допытываться девушка, и старушка, изумлённо посмотрев на неё, покачала седой головой. Та деловито продолжала: — А какая у вас пенсия? — Двенадцать пятьсот, — тихо ответила старушка. Андрей ахнул уже вслух, но этого никто не заметил — первая девушка в вишнёвом галстучке как раз окликнула вторую: — Света… Свет! Будем оформлять кредит? Дальше Андрей слушать не стал. Ему хотелось орать и материться. А ещё — стучать кулаком по полированной столешнице огромного офисного стола, который, наверное, стоил как раз тысяч сорок. Или больше. Он встал, широкими шагами подошёл к старушке и наклонился над нею: — Марина Викторовна? Вы меня, наверное, не помните, меня зовут Андрей, я… жил в одном с вами подъезде, пока мы не переехали, — беззастенчиво соврал он. — Можно вас на одну минутку, я хочу вам кое-что посоветовать. Насчёт кредита. Старушка подняла на него озадаченно моргающие выцветшие глаза, но послушно встала с места, и Андрей облегчённо вздохнул, безмолвно протянув руку за её документами растерянно закудахтавшим девушкам. Им он ничего говорить не стал, только тяжело посмотрел, и паспорт, карта и какие-то бумажки, очевидно, договор, тут же оказались у него в руке. Осторожно держа старушку за хрупкий локоть, он помог ей спуститься по ступенькам и вывел на улицу. Сотрудницы банка уже не кудахтали, а молча провожали их глазами. Одного клиента, то есть Андрея, они сегодня потеряли безвозвратно. Второго, то есть Марину Викторовну, Андрей надеялся убедить никогда больше сюда не возвращаться. Он подвёл старушку к своей белой «Тойоте» и усадил на переднее сиденье, сам сев за руль, но пока не трогая машину с места. — Марина Викторовна, — проговорил он решительно, — я сейчас одолжу вам денег безо всяких процентов, и ещё мы из них погасим ваш кредит в этом банке. Прямо сейчас. Потом мы поедем в аптеку и купим всё, что вам надо. Потом я отвезу вас домой и оставлю вам свой номер телефона. Вы можете не торопиться возвращать мне этот долг, я хорошо зарабатываю. Он знал, что просто так денег от него она бы не взяла; она и так долго не соглашалась, качала головой, слёзы капали на её выцветшую кофточку. Но в конце концов она согласилась на всё, что он предложил. И ещё — больше никогда не возвращаться в банк. Ни в этот и ни в какой другой. — Так получилось, — всхлипывая, повторяла Марина Викторовна. — Так получилось. Дочь живёт в другом городе, в Саянске, внучка учится в Москве, я никогда у них не попрошу. — Но это же кабала, — процедил Андрей, — настоящая кабала! И грабёж. Дайте мне, пожалуйста, свой номер телефона. Старушка снова послушно кивнула, доставая увесистый кнопочный мобильник, наверное, ровесник века: — Я не помню на память, вы уж посмотрите, где там номер, — прошелестела она. — И запишите мне свой. Спасибо, спасибо вам. Благослови вас Господь. Он всё видит. Возможно, он и видит, угрюмо подумал Андрей, в очередной раз до хруста стиснув зубы, но в общем и в целом смотрит куда-то в другую сторону. Наверное.