Мои крылья настоящие. Я умею летать.

Нас окружили ученики. Любопытство взяло вверх и они решили взглянуть на происходящее поближе. На их лицах отчётливо выражался яркий интерес и жажда крови. Долго рассматривать окружённую толку я не смог - мне прилетел кулак в лицо. Боль была резкая и сильная. Я почувствовал себя растерянным и слегка испуганным. Публика значительно увеличивалась. Некоторые требовали больше мяса, а некоторые боялись, пускали осуждающие взгляды. Я почувствовал, что из моего носа что-то текло, поэтому я поднёс руку к носу и вытер: это оказалась кровь. — Ну чё стоишь как вкопанный? Будешь отвечать за свои действия? У меня есть принцип, и он таков: если в критической ситуации на кону моя жизнь - я буду упорно бороться. Бороться, пока враг не будет полностью выведен из строя. Я резко приблизился к моему противнику и смачно вмазал в то же место. Он отошёл и завопил, прислонив руки к лицу, а его глаза округлились от неожиданности. Публика ахнула, а меня рывком повалили на грязную землю. Удар..удар..ещё удар… Тони активно избивал меня. Я не сопротивлялся. Сейчас что-то не так. Мне было словно плевать. Я принимал каждые его удары. Мне казалось, что это не Тони, а жизнь. Она с ярким пламенем в глазах избивает меня и причиняет ужасную боль. Снова и снова. — Почему не защищаешься, а? Сил нет? Мне всё равно. Мне так паршиво, но всё равно. Моё лицо уничтожали до тех пор, пока директор не почтил нас своим приходом. — Что здесь происходит? А ну всем разойтись! Учащиеся раздражённо вздохнули и неохотно разошлись. — Молодые люди, я жду вас у себя в кабинете, — рявкнул директор и побрёл назад в школу. — Я жду объяснений, — произнёс директор и поднял свой взгляд на Тони. Парень, вытирая свой кровавый нос, недовольно и возмущённо выдал: — Он сам затеял эту драку. Стукнул кулаком по капоту моей ласточки! Ну я и хотел хорошего надрючить ему лицо… Директор торопливо перебил Тони. — Всё, мы поняли, не надо описывать такие подробности. Он перевёл недовольный взгляд на меня. — Так и было, но на драку я не претендовал, Мистер. Директор тяжело вздохнул и, немного подумав, сказал: — Идите отсюда оба, вы мне надоели. Тони стрелой выбежал из кабинета, а я неторопливо поднялся со стула и пошёл коридор. И как же я, Доминик, докатился до такой жизни… Я жил и продолжаю жить в ужасной семье, где господствуют пьянки и следом круглосуточные драки. Отец нас бросил, но но это была веская причина: мать измеряла ему прямо в нашем доме. У меня на глазах. Я видел все измены матери, и возможно, из-за этого я потерял всякий интерес к противоположному полу, от этого пошёл слух о моей ориентации. — Ты гей? Доминик слегка поперхнулся едой, но быстро вернулся в строй. — Честно скажи. Ты гей? Гомосексуалист? — В школе пускают нелепые слухи, пап. — Так ты мастурбируешь на мужиков или нет? — Нет, пап. Я мастурбирую на женщин. Я не видел детства. Мне не дарили ласку, не было никакой заботы, мне никто не читал сказку на ночь, когда так хотелось. Отец избивал меня за любой проступок, а мать не обращала на это внимания - ей было всё равно. В один момент это обернулось проблемы с психическим здоровьем: мне диагностировали моральную неустойчивость и смешанное расстройство личности. Однажды я был свидетелем ужасной трагедии - сбили молодую женщину. Я видел это. Видел. Я видел окровавленный асфальт, видел передавленный труп и всё то, что вылезло наружу. Возможно, благодаря этому моим увлечением в детстве стало расчленение маленьких животных, ведь я стал часто смотреть шокирующие видео, когда моё настроение было на дне. Не знаю, зачем я это делал, но меня это устраивало. Что же я делал с этими беззащитными животными? Я давил их, а после вспарывал живот, отрезал конечности и протыкал, с интересом наблюдая, что же будет с их телом дальше. — Сын… ты снова убил мышь? Мама стояла у входа в комнату, наблюдав за тем, как Доминик собирается выпотрошить все внутренности из бедной мыши. Я часто наблюдал за тем, как взрослый кот серого цвета шатается возле дома. Я начал ежедневно подкармливать его, и кот ко мне привязался. Он стал выжидать меня, потому что знал, что скоро ему принесут его долгожданную еду. Чуть позже я заметил, что кот стал класть под моим окном мышей. Именно благодаря этому я мог развлекаться. — Да, мам. Снова. — О Боже мой…— проскулила мать, закрыв лицо руками и уйдя куда подальше. Моим единственным другом был Джейсон. Он хороший парень и всегда готов выслушать меня и поддержать, когда это необходимо. А ещё он всегда старается как-нибудь меня развеять. Оглушительно громкая музыка. Народ радостно кричит и танцует, прыгает под музыку. Джейсон залпом выпивает уже третий стакан шампанского и, с грохотом поставив его на бар, обращается ко мне. — Веселись давай! Клуб, туса, девушки. Давай отрываться! Он пододвинул мне бокал шампанского. Мне тут не нравится. Совсем. Хочу в тихое место. Немного понаблюдав за бокалом, я схватил его и опустошил, после поднялся и направился на выход. Алкоголь - это моя слабость. Спасение и помощник в выживании в этом мире. Он делает боль тише, и я могу хоть какое-то время не страдать. Когда становится совсем невыносимо - я напиваюсь. Напиваюсь и плачу. Я больше не знаю, что сказать. Жизнь - это очень больно. Мне очень больно. Я устал. Нет мотивации жить, совсем нет. Зачем это всё? Ради чего? Все рано или поздно всё равно умрут. Люди рождаются для страданий. Но зачем это терпеть? Мне нужен кто-то ещё. Мне чертовски одиноко. Я нуждаюсь к ком-то ещё… — Джессика Бейкер… * Заявка отправлена*