Большие приключения маленькой попаданки

Первая мысль была: «Дежавю»! На какую-то долю секунды Лиля даже понадеялась, что это Бильбо решил прикольнуться по старой памяти, но то, насколько высоко похититель поднял ее над землей, сразу перечеркнуло эту мысль. Сказать, что Лиля испугалась, значит, ничего не сказать. Она попыталась было вырваться, но маньяк держал очень крепко. Тогда Лиля изловчилась и сильно лягнула ногой, в надежде, что попадет ему в пах. Судя по тому как крякнул и вздрогнул маньяк, удар достиг цели. От боли он слегка ослабил хватку, и Лиля сразу резко откинула голову назад, намереваясь попасть затылком по носу. По носу или нет, но куда-то она все же попала, и руки маньяка на мгновение чуть ослабли. Лиля в ту же секунду вывернулась из его хватки, отскочила на несколько метров в сторону, схватила какую-то толстую палку и развернулась, к похитителю лицом, готовясь отбиваться, если он только вздумает приблизиться. Но маньяк даже попытки не сделал. Он стоял согнувшись, и держался одной рукой за причинное место, а другой прикрывал рот, видимо Лиля затылком разбила ему губы или он язык от неожиданности прикусил. Наверное, так и было, потому что когда он отнял руку от лица, Лиля увидела на ней кровь. Маньяк же, наконец, распрямился в полный рост, и оказался высоченным дядькой. Ну, или Лиле так только показалось с перепугу. - Нам надо поговорить, - сказал маньяк. От такой наглости Лиля даже слегка растерялась. - Мужик, ты вообще нормальный? – жалобно спросила она. – Кто так делает? Я тут чуть от страха не окочурилась, а ему – поговорить. - Прости, - извинился маньяк, - я не хотел тебя напугать. - Да ладно?! – рассердилась Лиля. – Так уж и не хотел?! - Мое имя Бард, - неожиданно вежливо представился маньяк. - Не скажу, что приятно познакомиться, - насупилась Лиля. – Чего хотел… вы хотели? – исправилась она, после того, как Бард сделал шаг вперед, на его лицо упал свет уличного фонаря, и стало понятно, что мужчина, на самом деле, гораздо старше, чем Лиле показалось изначально. - Ты должна поговорить с Торином и убедить его не ходить к горе, - сказал Бард. - Это почему еще? – не поняла Лиля. – Я думала, все рады, что Торин пойдет туда и убьет дракона. - Люди просто верят в глупую легенду и не осознают всей опасности… - начал объяснять Бард, делая еще один шаг по направлению к Лиле. - А ну назад! – рявкнула Лиля. – Стойте, где стояли! Уж палкой-то я пользоваться умею профессионально! - Прости, - откликнулся Бард, отходя подальше, - я, правда, не хотел тебя напугать. Надеялся только поговорить без свидетелей, потому что люди бургомистра преследуют меня и не дают подойти близко к гномам, а жители Эсгарота, словно обезумели, и хотят, чтобы Торин отправился к Эребору. Я пытался переубедить людей, объяснить им, но никто даже слушать не хочет! Они все мечтают о сокровищах и даже не понимают, чем может обернуться этот поход к Одинокой горе… - Чем обернуться? И почему Торин не должен туда идти? – перебила Барда Лиля. - Потому что разбудит дракона! Смауг прилетит сюда и сожжет Озерный город дотла! Превратит Эсгарот в руины и пепел, как когда-то поступил с Дейлом. - М-да, такой расклад мне как-то в голову не приходил, - честно призналась Лиля. – Но почему вы ко мне обратились? - Потому что ты единственный человек в отряде Короля-под-горой. И если самому Торину и всем остальным гномам плевать на людей, то ты-то должна переживать за судьбу своих соплеменников! - Я… а, ну… как бы да. То есть, я, конечно, человек, просто… - промямлила Лиля. - Поговори с Торином! – воодушевился Бард. – Уговори его оставить эту затею! - Тут такое дело… - окончательно смутилась Лиля, - мне, видите ли, и самой позарез нужно попасть в эту гору. - Если ты думаешь, что золото, добытое ценой жизни жителей Эсгарота, принесет тебе счастье… - зло заговорил Бард, но Лиля его перебила: - Да не нужно мне золото! Почему здесь все только о золоте и говорят? Других тем совсем нет что ли?! Мне золото не нужно! И Дракон ваш мне не нужен, но я должна попасть в гору, во что бы то ни стало! - Зачем? Если не ради сокровища, то что тебе там искать? – хмуро спросил Бард. - Я не могу сказать, - тяжело вздохнула Лиля, - да вы и не поймете. - Я понимаю, что ты ради своей прихоти готова погубить жизни сотен невинных людей! – вскипел Бард. - Я никого не хочу губить, - мотнула головой Лиля, - но, даже если я попытаюсь отговорить Торина, вы, правда, думаете, что он меня послушает? Я что, по-вашему, для него важная птица, и он к моему мнению прислушивается? Да он мне большое одолжение сделал, что взял с собой в этот поход! И он ни за что не отступит – хоть потоп, хоть землетрясение! Торин столько всего вынес ради того, чтобы добраться сюда! Он хочет вернуть своему народу родной дом, и он пойдет до конца! Мне очень жаль, что Эсгарот оказался в такой рискованной ситуации, правда. Но я вам ничем помочь не смогу. И думаю, что никто не сможет. Если не верите, попытайтесь сами поговорить с Торином, но и вас он вряд ли послушает. Возвращение Эребора – это, можно сказать, цель его жизни! - Я все равно должен его разубедить! – заявил Бард. - Я понимаю, - кивнула Лиля, - и если вам это удастся, то я тоже в гору не полезу, потому что без Торина мне туда идти бессмысленно. - Ладно, - кивнул Бард. – Я сам с ним поговорю. Вот только мне надо избавиться от слежки. Придется что-нибудь придумать. - Да, избавиться от слежки – это отличная идея, - поддержала Лиля, тем временем понемногу пятясь назад. – Очень хорошая идея. Эм… так я пойду? – неуверенно протянула она и, едва добравшись до выхода из переулка, отшвырнула палку и рванула прочь, позабыв о вежливости и даже не дослушав, что там Бард ей ответил. Пробежав четыре квартала, Лиля запуталась в подоле платья и едва не навернулась носом в дощатый настил, но кто-то мягко подхватил ее у самой земли и осторожно поставил на ноги. - Спасибо! – выдохнула Лиля и тут же удивленно уставилась на своего спасителя. – Что ты здесь делаешь?! - Я спас вас от падения, Лилия, - с легкой полуулыбкой ответил Леголас. - Тааак, - прищурилась Лиля, - ты… вы, что, следите за мной? Да еще с того времени, как я общалась с Лафиэлем?! - Я за вами приглядывал, - поправил Леголас, все также едва заметно улыбаясь. - А спасти девушку от нападения?!! – возмущенно воскликнула Лиля, указывая в ту сторону, где ее поймал Бард. - Бард-лучник не желал вам зла, - спокойно уведомил Лилю Леголас, снова став предельно серьезным. - Он бы еще заранее об этом предупредил! – рассердилась та. – А то у меня чуть сердце от страха не остановилось! - на это эльф лишь слегка дернул бровью. - Итак, вы хотите попасть в Эребор непременно в компании Торина Дубощита, - заговорил тем временем Леголас. – Зачем? Золота, как я понял, вы не желаете. - Не желаю, - кивнула для пущей убедительности Лиля. - Я так и думал, - согласился Леголас. – И Аркенстоун вам тоже вряд ли нужен. - Тем более, что я довольно смутно представляю себе, что это, - поддакнула Лиля. - Аркенстоун – сердце горы… - начал было эльф. - Да хоть селезенка, - отмахнулась Лиля, - мне он зачем? - Тогда чего же вы хотите? – приподнял изящную бровь Леголас, и Лилю прорвало: - Домой я хочу, понятно?! Назад в свой скучный серый мир из стекла и бетона, где не происходит ничего волшебного, и где все постоянно куда-то несутся как оголтелые! Где нет ни орков, ни варгов, ни гоблинов, ни гигантских пауков, ни… кто там еще меня сожрать пытался? Где нет эльфов, которые ни с того, ни с сего запирают тебя в башне, и нет гномов, которым не сидится спокойно и они прутся через все Средиземье месяцы напролет. Я просто хочу вернуться домой к маме, Алине и Михалычу! Ясно?! - Ясно, - кивнул эльф, - но я все же не понимаю, причем здесь Торин Дубощит и Смауг. - Гендальф, - вздохнула Лиля. – Он считает, будто я оказалась в вашем мире, для того, чтобы пойти с Торином в Эребор к дракону и исполнить какую-то возложенную на меня миссию. Только после этого я смогу вернуться домой. - Значит, Гендальф имеет отношение к этому гномьему походу, - задумчиво хмыкнул Леголас. - Эм… - замялась Лиля, - я, кажется, лишнего сболтнула, но теперь уже поздно отпираться, - смущенно промямлила она, чем вызвала у Леголаса едва заметную тень улыбки. – И извините, что кричала, просто я соскучилась по близким, а тут еще этот ваш Бард меня напугал. Леголас слегка кивнул в ответ, принимая извинения, и посмотрел куда-то за спину Лили поверх ее головы. Лиля обернулась и тоже глянула себе за спину. Из ближайшего закоулка вышел какой-то незнакомый Лиле эльф. «Они что, всем колхозом в Эсгарот мигрировали что ли? И с какой целью так усиленно пасут гномов?» - подумала Лиля, подозрительно косясь на остроухого незнакомца, а тот между тем о чем-то спросил Леголаса на эльфийском. Леголас кивнул, после чего они обменялись еще парой фраз на своем мурлыкающе-певучем наречии. Лиля нахмурилась – этих эльфов разве не учили, что разговаривать на незнакомом для остальных присутствующих языке очень не вежливо и не культурно? - Я пойду, пожалуй, - буркнула Лиля, собираясь свалить тихой сапой, пока остроухие общаются между собой. - Позвольте, я вас провожу, - предложил Леголас. - Нет, спасибо, - отказалась Лиля. - Почему? – удивился Леголас. - Ахтунг! Руссо туристо облек аморале, ферштейн? – отчеканила в ответ Лиля. Леголас пару раз удивленно моргнул, а потом на его физиономии снова расцвела улыбка. - Иди к остальным. Я скоро, - обратился он к эльфу на всеобщем, и тот, кивнув, свалил. «Ага, - победно подумала Лиля, - значит, намеки мы понимаем!» - Все же уже довольно поздно, - проговорил тем временем Леголас, - будет разумно, если я вас провожу. - Лучше не надо, - покачала головой Лиля. – Представляете, что случится, если вас увидит кто-то из гномов? - Вы же не думаете, что мне не под силу одолеть гномов? – ухмыльнулся Леголас. - Вы же не думаете, что я за вас переживаю? – в тон ему ответила Лиля. – У нас тут сложная политическая обстановка, знаете ли! Ваши эльфы катят бочку на моих гномов и пытаются перетянуть бургомистра на свою сторону, гномы, в свою очередь, тоже пытаются заручиться поддержкой местного правителя и также катят бочку на эльфов, а бургомистру откровенно плевать и на тех, и на других – он просто хочет прихватить побольше золота. И в свете этих событий очень неуместным будет открытое вооруженное столкновение… - Лиле пришлось прерваться, потому что Леголас очень интересно на нее смотрел во время этих рассуждений. Так люди смотрят на котенка, пытающегося поймать лазерную указку – с одной стороны, они умиляются, наблюдая за ним, а с другой, совершенно справедливо считают, что этот котенок – крайне бестолковое существо. Лиля обиженно надулась. Ей еще только не хватало стать посмешищем для остроухих. - Я все же не могу понять, почему вы так привязались к этим гномам. Они слишком неотесанны и грубы. Чем они вам понравились? – неожиданно проговорил Леголас. И Лиле вдруг стало очень обидно за всех гномов разом. Что этот эльф вообще о себе возомнил, а? Как говорится: «Чья бы корова мычала». - Примерно лет через пятьдесят состоится еще один поход. В нем примете участие вы собственной персоной, Гендальф, двое людей, четверо хоббитов и один гном. И еще до того, как поход закончится, вы назовете гнома своим другом. И вот тогда вам будет стыдно за эти слова, - серьезно и на одном дыхании выдала Лиля. То ли что-то такое было в ее словах, то ли в выражении лица, но Леголас, кажется, поверил – по крайней мере, исчезли то легкое пренебрежение и насмешка, с которыми он до этого выслушивал Лилину болтовню. - Вы можете видеть будущее? – спросил эльф. - Нет, разумеется, - честно ответила Лиля. - Тогда что это, если не предсказание? – не понял Леголас. - В моем мире время течет по-другому, - попыталась объяснить Лиля, - точнее, оно ушло далеко вперед. И все, что для вас только должно случиться, для нас уже давно история. Вы, в вашем мире, ничего не знаете о моем мире. Тогда как люди в моем – знают о вас. Только мы считаем, что все это просто выдумка. Сказка. Пока я не попала сюда, я тоже была уверена, что ваш мир и ваша история всего лишь красивая легенда. Выдуманная легенда, и ничего такого на самом деле нет, и никогда не происходило. Леголас молчал долго и просто созерцал Лилю. Наверное, эльфы, и правда, могут видеть в темноте. - Что еще вы знаете? – наконец спросил он. – Что еще должно произойти? - Честно говоря, я знаю не так уж много, - призналась Лиля. – Я даже не знаю, чем закончится этот поход – не успела прочитать, - смущенно пожала плечами она в ответ на недоуменно приподнятую бровь Леголаса. – Но я, вообще-то, не должна была говорить даже то, что уже сказала вам о предстоящем походе. - Почему же? – явно удивился Леголас. - Потому что я этим могла навредить. Тот ваш поход закончится удачно, хоть и с некоторыми потерями. Но теперь, когда вы знаете о нем и знаете, что вам суждено подружиться с гномом, вы можете решить отказаться участвовать в том походе, ну, из простого упрямства, например. И кто знает, чем тогда кончится дело? Возможно, из-за вашего отсутствия или из-за того, что вы намеренно решите не заводить дружеских отношений с гномом, у вас не возникнет доверия и взаимопонимания. И тогда все может пойти наперекосяк, и поход, который должен бы был закончиться победой, завершится поражением и гибелью кого-то, кто не должен был в этом походе умереть. Леголас выглядел удивленным и задумчивым одновременно, а Лиля почувствовала некую гордость от того, что заставила эльфа хоть ненадолго воспринимать ее скромную персону всерьез. - Но ведь иногда знания о будущем полезны, потому что могут помочь предотвратить беду, - наконец проговорил Леголас. И тут в Лиле взыграл самый обыкновенный человеческий сволочизм. - Ну, - начала она как будто немного неуверенно, - после окончания похода вы с гномом будете много путешествовать вдвоем и помогать людям, сражаясь с приспешниками зла. Но однажды вам не повезет нарваться на какого-то колдуна. Пока гном будет отбиваться от его слуг, вы броситесь на темного мага в одиночку, и он успеет наложить на вас заклятье. Гном убьет его потом, но будет уже слишком поздно. Вы не погибнете, нет. Гендальф успеет вас спасти, но вот ваши волосы… - Что мои волосы? – насторожился Леголас. - Они вылезут. Совсем, - виновато закончила Лиля. – Мне жаль, - добавила она. Леголас выглядел несколько озадаченным. - От заклинания? – решил уточнить он. - Видимо, - пожала плечами Лиля. – В книге, рассказывающей о ваших приключениях, не уточнялось. - Это странно, - задумчиво проговорил Леголас. – Что за магия на такое способна? - Боюсь, в книге нет ответа на такой вопрос, потому что она просто описывает происходящие события, не вдаваясь в такие детали и подробности, - пожала плечами Лиля. - Странно, - снова задумчиво произнес Леголас. - И что теперь? – снова обратилась к нему Лиля. – Вы не станете путешествовать вместе со своим другом-гномом и не будете никого спасать? - Я должен подумать, - ответил эльф. - О’кей… в смысле, ладно, - кивнула Лиля, - я тогда пойду. Одна! Может, еще увидимся. - До встречи, - попрощался Леголас. Лиля неспешно двинулась в сторону центральной улицы, ведущей к их временному пристанищу, но не успела отойти и на десять шагов, как Леголас ее окликнул. - А как имя того гнома, с которым мне суждено подружиться? – спросил он. - Этого я вам не скажу, - широко улыбнулась Лиля. - Почему? – удивился эльф. - Из вредности, - честно ответила Лиля и показала белокурому принцу язык. Свернув в соседний переулок и пройдя его почти до конца, Лиля, наконец, позволила себе широко улыбнуться: «Это тебе за все мои обманутые надежды и ожидания, за то, что я столько времени считала тебя идеалом, а ты оказался засранцем, каких поискать! За все те вечера, что я потратила, вновь и вновь пересматривая каждую сцену с твоим участием! За твою надменную морду и высокомерное пренебрежение, с которым ты всегда на меня смотришь! За то, что запер меня в башне, а гномов в темнице, за то, что издевался и не говорил, жив ли Торин! И… и вообще!» Нет, Лиля, конечно, предполагала, что Леголас вполне мог ей не поверить. Но, когда через пятьдесят лет состоится поход Братства кольца – а Лиля очень надеялась, что ее появление в Средиземье не настолько повлияло на его историю, чтобы легендарный поход не состоялся, так вот, когда он состоится, Леголас поверит в Лилины «предсказания». Ну, раз одно сбылось, логично предположить, что и второе тоже осуществится. И пусть потом целых сто лет нервничает и с ужасом ждет того дня, когда полностью облысеет! «Месть – это блюдо, которое подают холодным!» - самодовольно пробурчала себе под нос Лиля. Кстати о холоде. С наступлением темноты действительно похолодало. Лиля зябко поежилась и сунула руки в карманы, где и нащупала подаренные ей торговкой яблоки. Вынув одно из них, Лиля справедливо решила, что после такого удачного «хода конем», она вполне заработала небольшую награду, а значит можно съесть яблоко прямо сейчас и не ждать до дома, тем более, что она пропустила ужин. Лиля впилась зубами в крепкую сочную мякоть и с удовольствием захрустела заслуженной наградой. Расправившись с яблоком, Лиля озадачилась на счет того, куда бы выбросить огрызок. Несмотря на то, что коммунальные службы Эсгарота филонили по-страшному и потому улицы не отличались чистотой от слова совсем, все же швырять огрызок под ноги было как-то не комильфо. Остановившись посреди полутемной улицы и поозиравшись по сторонам, Лиля так и не смогла приметить ни одного мусорного бака, поэтому решила бросить огрызок в большую мусорную кучу у забора, в надежде, что ее все же вывезут… хоть когда-нибудь. Огрызок, описав красивую правильную дугу, шлепнулся точно на самый верх кучи, и Лиля самодовольно хмыкнула. Как вдруг куча вздрогнула, выругалась хриплым голосом и завозилась. Лиля шарахнулась в сторону, взвизгнула: «Извините!» и рванула прочь. Добежав до первого же переулка, она не успела затормозить и врезалась в кого-то, вышедшего ей навстречу из темноты. Таинственный кто-то не растерялся и притиснул Лилю к себе, удерживая от падения. Лиля запаниковала и собиралась заорать, но в последний момент узнала знакомый запах: Торин. Гном тем временем, перестал ее держать и позволил отстраниться, но у Лили не получилось. То есть, она-то собиралась это сделать, но запах Торина опьянил не хуже эльфийского вина: голова слегка закружилась, перед глазами на мгновенье поплыло, а на лице сама собой вдруг расцвела широченная улыбка. Лиля сделала шаг назад, точнее попыталась, но ее неожиданно повело, она потеряла равновесие, неловко качнулась обратно и в итоге опять ткнулась носом в грудь Торина. Торин крепко ухватил Лилю руками за плечи, отстранил от себя и наклонился, заглядывая ей в лицо. - Ты что, пьяная? – строго спросил он. - Нет, конечно! Что за вопрос?! – возмутилась Лиля. Но Торин ей, кажется, не поверил, продолжал внимательно рассматривать ее лицо в тусклом свете фонаря и вроде как даже принюхивался. - Нет? – еще раз подозрительно спросил он, и Лиля рассердилась. Привстав на носочки и потянувшись вперед, она еще успела заметить, как расширились от удивления глаза Торина, когда они неожиданно оказались с гномом нос к носу. Набрав побольше воздуха в легкие, Лиля как следует дыхнула ему в лицо. - Видишь? – с вызовом вопросила она. – Никакого эля! Только яблоко. На лице Торина еще пару мгновений оставалось это странное удивленно-растрянное выражение, а затем он пришел в себя и снова приступил к Лиле с расспросами. - Где ты была? – поинтересовался он, пристально глядя Лиле в глаза. - Гуляла, - чуть пожала плечами та, решив не упоминать об эльфах от греха подальше. - Одна? Ночью? – нахмурился Торин. Лиля собиралась возразить, что вообще-то еще не ночь, а вечер… хоть и довольно поздний. И Лиле, вообще-то, уже почти год, как исполнилось восемнадцать. Так что нечего тут мамочку из себя изображать! Но, уже открыв рот для возражений, Лиля в последний момент прикусила язык, потому что Торин, честно говоря, был абсолютно прав: на улице темно, она в незнакомом городе, в незнакомом мире, если уж на то пошло, шляется неизвестно где совершенно одна, никому не доложившись. Да ей просто несказанно повезло, что ничего плохого не случилось! И что Бард оказался неправильным маньяком и хотел всего лишь поговорить. А Торин, между прочим, как лидер отряда, несет за нее – овцу бестолковую ответственность! Вон, даже искать ее пошел на ночь глядя! Лиле стало стыдно. - Прости, пожалуйста, - повинилась она. – Я как-то не подумала. Больше не повторится. Обещаю. Торин еще некоторое время пристально рассматривал Лилину физиономию, на которую та натянула максимально виноватое и очень раскаивающееся выражение, а затем отпустил ее плечи, развернулся и двинулся прочь. - Идем, - кивнул он, вздохнув. Лиля тут же уцепилась за его рукав и потрусила рядом. - Торин? А можно тебя спросить? Про дракона? - понизила она голос до едва слышного шепота. – У нас ведь есть какой-нибудь план? Как мы собираемся действовать? Ну… не можем же мы просто войти, дать ему пинка, а потом ждать, что будет? - Нет, - качнул головой Торин, бросив быстрый взгляд по сторонам. – Мы постараемся действовать тихо и аккуратно, чтобы его не разбудить. Бильбо добудет из сокровищницы… одну вещь, которая… очень важна для моего народа. Когда она будет у нас, к Эребору придут армии всех семи гномьих королевств, и вместе мы убьем дракона. - Похоже на план, - кивнула Лиля. – Очень разумный и хороший план. Странно, как это ей раньше не пришло в голову поинтересоваться, что именно они будут делать с драконом? И новость о том, что с ним будет воевать армия, Лиле очень нравилась. Потому что, хоть она того дракона в глаза и не видела, но он ведь, наверняка, здоровенный и опасный, раз смог в свое время захватить гору, а Лиле очень не хотелось, чтобы кто-то из ее гномов пострадал. Так что армия – это хорошо. Вошла Лиля в дом уже забыв о чувстве вины перед Торином, довольная новостью, что Эсгарот в безопасности, потому что дракона никто будить не собирается. В воздухе витал запах крепкого пряного табака, который, после перехода по Лихолесью, Лилю не только не раздражал, а наоборот, теперь очень ей нравился. Судя по оживленному копошению гномов, они опять намылились в кабак. - Нашлась, пропажа! – весело поприветствовал Лилю Бофур. – Ты куда подевалась? – поинтересовался он. - Город осматривала, - ответила Лиля, опять виновато покосившись на Торина, но его отвлек Двалин, так что Лиля опять повеселела. - Нашла что-нибудь интересное? – вклинился Ори. - Не особо, - честно призналась Лиля, пожав плечами. - Подожди немного, - подал голос сидящий у камина Балин, - скоро ты увидишь Эребеор. Вот он точно произведет на тебя впечатление. - Честно говоря, я заинтригована и с нетерпением этого жду, - призналась Лиля. – Я уже столько про него невероятного от вас слышала, что просто не терпится посмотреть на все это вживую. Поднявшись по лестнице наверх, Лиля натолкнулась на Кили, который стоял, прислонившись к косяку распахнутой настежь двери в их с Фили спальню, и самозабвенно грыз печеньку, обсыпавшись крошками с головы до ног. Фили тем временем был занят тем, что распихивал по потайным карманам нового сюртука свои многочисленные ножи. - Давай поцелуемся? – предложил Кили, едва завидев поднявшуюся по лестнице Лилю. - Опять скучно, что ли? – удивилась та. - Не, - мотнул головой Кили, - просто целоваться охота. - Так за чем же дело стало? – не поняла Лиля. – Девиц вокруг – толпы! И каждая считает тебя героем. - Они все здоровенные, - тяжко вздохнул Кили. - Так уж и все? – не поверила Лиля. – Ну, найди ту, которая поменьше. - Уже! – радостно объявил Кили. Он обтер рукавом крошки с подбородка и, сложив губы бантиком, потянулся к Лиле за поцелуем, ужасно напомнив своим поведением гнома-Молчуна из Диснеевской «Белоснежки». Лиля хихикнула и сделала так же, как делала Белоснежка в мультике: ухватила Кили за уши, пригнула его голову и чмокнула гнома в лоб. - Вот! – весело провозгласила она. - Эй, так нечестно! – запротестовал Кили. - Подай на меня в суд! – отозвалась Лиля, уже закрывая за собой дверь в спальню Бильбо. - Что там у вас случилось? – спросил Бильбо, подняв голову от подушки. - Кили опять целоваться предлагает, - посмеиваясь ответила Лиля. - Ясно, - улыбнулся Бильбо, - ничего не меняется. - Как самочувствие? – поинтересовалась Лиля, присаживаясь на кресло возле кровати. - Гораздо лучше, - улыбнулся хоббит, - Оин сказал, что я уже завтра смогу встать с постели. - Это замечательно! – обрадовалась Лиля. – Ты и правда выглядишь гораздо лучше. - Я и чувствую себя неплохо, - улыбнулся Бильбо. – Ты была в городе? - Да, - кивнула Лиля, - смотри, что у меня для тебя есть! – с этими словами она протянула Бильбо яблоко. - Спасибо, - благодарно улыбнулся хоббит, принимая подарок. - А ты опять спал весь день? – улыбнулась Лиля, наблюдая за тем, как Бильбо понемногу откусывает яблоко и жует, смакуя каждый кусочек. - Ага, - кивнул полурослик, - пытаюсь наперед выспаться в мягкой удобной постели – кто знает, когда еще выпадет возможность. - Это точно, - согласилась с ним Лиля. Распрощавшись с Бильбо и проводив радостно галдящих гномов на очередную пирушку, Лиля почувствовала, что немного подустала – все же день у нее сегодня выдался насыщенный. Так что она решила пораньше отправиться спать. Засыпая, Лиля думала о том, что завтра надо бы сунуть нос в ту кучу подарков, что лежит у них в холле и продолжает увеличиваться с каждым днем. Следует непременно отыскать плотное и теплое одеяло, потому что, когда продолжится поход, спать им снова придется на голой земле. К тому же дело, вроде как, движется к зиме, так что хорошо бы придумать еще какое-нибудь дополнительное утепление. Раз Бильбо теперь здоров и не требует больше ухода, настало время позаботиться об экипировке для дальнейшего путешествия. Лиля попыталась представить в голове список необходимых ей для похода вещей, но вместо списка почему-то упорно представлялся Торин. А точнее его лицо. Близко-близко к ее собственному, и то непонятное удивленно-растрянное выражение, словно… словно Торин не ожидал, что Лиля… что? Придвинется так близко и дыхнет, чтобы доказать что не пила? Наверное, здесь не принято так делать. Лиля перевернулась на другой бок и попыталась снова вернуться к мыслям о походе и одеяле, но вместо этого почему-то опять представила себе Торина. На этот раз в махровом халате и тапках с зайцами. По мнению Лили, Торину очень шло. Ему вообще все шло. Даже когда он был с ног до головы перепачкан кровью гоблинов и когда был весь потный, лохматый и чумазый после эльфийского плена – все равно красивый. Лиля зевнула. Циновка. Если подложить под одеяло плетеную из плотной соломы циновку, то спать на земле будет не так холодно. Ну, или можно еще забраться Торину под бок, и чтобы обнял, как тогда – в бочке. Было тепло… и пахнет Торин офигенно… с этой мыслью Лиля, наконец, провалилась в сон.