Отряд особого назначения

Надо бежать. Надо бежать. Бежать, бежать и еще раз бежать, пока есть хоть какой-то шанс узнать больше. Восемьдесят семь дней. Почти три месяца прошло, а от отряда так и не было вестей. Чертовых двенадцать недель никто не знал где они, как сегодня вдруг в замок Салазара прибыл один из новопринятых Пожирателей и передал, что нашел одно из укрытий Подлунного отряда. Гарри уже даже не кричал ему в след приказы и мольбы остановиться, как несколько месяцев назад, передвигался бок о бок с Тео. Теперь он тоже оказался на его месте, и понимал, почему Нотт был такой нервный всякий раз, когда речь шла об отряде. Они вдвоем почти влетели в двери кабинета Тома, который находился в другом конце крыла от зала, где на Рождество Реддлы узнали правду о Гермионе Грейнджер. — Где они? — Куда идти? — Они в порядке? — Известно, что произошло в Стоунворд? — Мальчики, спокойно, — Реддл вытаращил на них глаза, будто не понимая, почему накинулись именно на него. Стоунворд — небольшая маггловская деревня на окраине северной части Британии. Всего какую-то неделю назад там произошел крупный пожар, все жители погибли, а огонь полыхал почти четыре дня. Это сразу привлекло внимание Министерства Магии, а вслед за ними и Тома. Без Адского пламени здесь не обошлось. — Нашли какие-то подтверждения, что это отряд? — продолжал Тео. — Яды? Бинты? Кровь? — Какие-то ингредиенты, может, жаб? Травы? Мышиные хвосты? — Мерлин, вы меня в могилу сведете, — вздохнул Том. Под его глазами пролегли тени, он оброс щетиной и, кажется, даже похудел. Темный Лорд не спал по много дней, а в последние три недели так и вовсе выключался прямо за столом, во время заседаний с Темными. Различные эликсиры и зелья помогали ему сохранять рассудок, но уставший организм брал свое. — Яды? Мышиные хвосты? — послышалось насмешливо у дверей позади них. Тео и Гарри разом обернулись. Перед ними стоял смутно знакомый паренек и выглядел не сильно старше их самих. Голубые глаза, светлая кожа и темные волосы, спортивная фигура — практически эталон мужской красоты. Надменный и высокомерный взгляд явно выдавал в нем ученика Слизерина. — Познакомьтесь, — холодно пробормотал Том. — Мы уже знакомы, — угрожающе добавил Гарри. — Здравствуй, Гарри, — слащаво улыбнулся парень. — Привет, Эдриан. — Поттер сжал кулаки, на его щеках заходили желваки, и тогда Тео понял, кто перед ним стоит. Его звали Эдриан Пьюси, мальчишка играл за сборную Слизерина в Хогвартсе, но на втором курсе Гарри и Драко практически спихнули его с позиции ловца. Парню не понравилось, что его сместил какой-то малолетка, и следующие два года он регулярно подсовывал Драко какую-то мертвую дичь: под кровать, подушку, в карманы одежды и нижнего белья. Один раз даже зашил ему карманы мантии, накидав туда кучу мертвых тараканов и мышей. После этого Драко долго не мог спокойно носить мантии и тем более засовывать руки в карманы. Однако, на четвертом курсе, с компанией связался Тео. Они с Гарри быстро придумали, как можно поставить Пьюси на место, не прибегая к помощи старших. Коротко говоря, второй семестр своего шестого курса Эдриан проходил с бинтами на руках, под которыми не заживали ожоги от слизи и яда. Больше он не лез к Драко, даже начал обходить его стороной. — Привет, — Тео сжал кулаки. — Пьюси. — Нотт, — тот только кивнул. Эдриан многое слышал о Молодых Темных, какое-то время даже был уверен, что Поттер и Малфой были одними из них. Однако встретить здесь Теодора Нотта, не отличавшегося умением исполнять приказы, а скорее идти против них, было чем-то новым. Пьюси достаточно знал о нем. Паренек, на отлично сдавший все двенадцать СОВ, староста школы Хогвартс, а еще наследник Диаманда Нотта, получивший многомиллионное наследство после смерти отца. А после смерти деда, получит еще больше. — Давно с вами не виделись, ребята. — Улыбнулся Эдриан. Пусть они и были Темными, возраст не играл им на руку. Что такого глобального может сделать человек в семнадцать лет? Ничего. Они занимали свои места благодаря родственникам и связям, Эдриан же продвигался по этой карьерной лестнице своими силами и считал, что для его возраста занимал хорошее место, раз мог беседовать с Темным Лордом в его замке и его кабинете один на один. Эти двое ничего ему больше не сделают, Эдриан поумнел, а еще он важный информатор для Того-кого-нельзя-называть. Сейчас шансы на его стороне. — Как Драко? Уже не боится надевать мантии? — Всё прекрасно, спасибо, — сквозь зубы прошипел Поттер. — Как пальцы, Эдриан? Подвижность восстановилась? — Нотт смотрел на него в упор, а Поттер ухмыльнулся. — Вполне. — Как прекрасно, — продолжал Тео. — У меня как раз осталось несколько ядов с занятий, может, опробуем? Следя за Ноттом, Эдриан не заметил, как Поттер подошел к нему сзади. Он почувствовал, как под ребра со спины уперлась палочка, а на шею легла чья-то рука, инстинктивно повернул голову, вторая палочка сразу уперлась под челюсть. — Что ты здесь делаешь, Эдриан? — голос Гарри за его спиной звучал удивительно спокойно, но от него по телу всё равно бежали мурашки. То было холодное остриё двух палочек или осознание, что мальчишки-раздолбаи, которыми Эдриан запомнил этих двоих, очень изменились — было непонятно. — Это и есть твой информатор, Том? — Да. Вообще, я сначала хотел отдать его тебе, но не был уверен, что он переживет встречу. Теперь понимаю, что был прав. — Реддл лениво растягивал слова, будто происходящее совершенно его не волновало. У Эдриана засосало под ложечкой. — Делайте с ним что хотите, я узнал всё, что мне было нужно. — Эдри, Эдри, Эдри, — улыбнулся Нотт, немного склонив голову к плечу, как хищная птица. — Ты ведь расскажешь нам еще раз, правда? Вдруг вспомнятся еще какие-то детали, м? Что произошло в Стоунворд? — Я не обязан тебе отвечать, ты мне не хозяин, Нотт. — Выплюнул Эдриан. — Ну тебе ведь не сложно помочь старым друзьям, правда? — под ребра спереди уперлось что-то острое и холодное. Сталь чувствовалась даже через одежду. — Понимаешь, то, что ты узнал, очень мне нужно. И у нас есть два варианта решения этого вопроса. Либо ты говоришь всё сам, либо я выкину тебя в окно, и ты всё равно расскажешь. — Я уже рассказал всё, что мог. — Враньё не красит тебя, Пьюси. — Фыркнул Поттер. — Не представляю, как ты смог скрыть что-то от нашего Лорда и Тео, но тебе лучше рассказать сейчас. Потому что мы всё равно это узнаем, и если это что-то важное, то тебя сразу убьют за предательство. — Вы ведь поэтому позвали нас, Мой Лорд? — ухмылялся Тео. — Не смогли залезть к нему в голову, как не могу и я. — Отчасти. По его виду сложно заметить ложь, — Волан-де-Морт ухмыльнулся. — Но и я ведь не первый десяток живу. — Эдри, будь добр, поделись сокровенным. — Кинжал надавил сильнее, Пьюси чувствовал, как его кожа сейчас порвется. — Понимаешь, единственный ценный для нас информатор сейчас лежит в коме и не может нам помочь, поэтому приходится хвататься за жалкие соломинки, вроде тебя. Да и посмотри, сколько с тобой проблем. — Проще выкинуть в окно. Или можем отдать мадам Лестрейндж. Я уверен, ей не хватает веселья. — Ну, Гарри, мы же не хотим, чтобы он коньки отбросил. — Говори за себя. — Госпожа Беллатриса, конечно, порадуется подарку, да боюсь, он слишком быстро умрет, и она расстроится. Насколько я помню, Эдри не очень выносливый, вы же не благодаря красивым глазкам обошли его в команде. Эдри, будь добр, как добры с тобой мы, расскажи всё, что знаешь. — Идите к черту, болваны. Я уже сказал всё, что мог. Стоунворд горел четыре дня после того, как там не осталось ничего, что могло гореть. Не нашли никаких следов пребывания вашего Подлунного отряда, кроме слухов из соседней деревни. Говорят, что за несколько дней до пожара в деревню приехали четыре девушки. Одна из них выглядела очень больной, никто не знал, кто они и откуда, а потом один из жителей увидел как одна тащит мешок в крови, а другая всё расспрашивала о каких-то травах и грибах в местном лесу. Эдриан запнулся, Гарри и Тео сильнее надавили палочками, и он сразу же продолжил. — Всю ночь из их дома раздавались крики, жители деревни переполошились, схватили вилы и факела, боясь, что там кого-то в жертву приносят. — И? — Тео начинал терять терпение, кинжал уже рассек кожу под ребрами Пьюси, но Том не вмешивался — знал, что это далеко не всё, а Тео не может допустить, чтобы пропала хоть крупица информации, если дело касается Эвелины. — И всё, больше я ничего не узнал. Человек, который мне об этом рассказал, отказался говорить дальше, а когда я пришел попытать счастье на следующий день, оказалось, что ночью он умер. Кто-то зарезал его и жену с детьми, пока те спали. Безболезненная и быстрая смерть. В той деревне переполох, люди подозревают друг друга и никто не приближается к незнакомцам, вроде меня. — Какой же ты кретин, — вздохнул Тео, просто не смог удержаться от оскорбления. — Ладно, черт с тобой, почему ты решил, что это именно Подлунный отряд? Эдриан молча уставился на него, словно Нотт был идиотом. Устало вздохнул, будто заскучав, и продолжил. — Маггловская деревня на отшибе страны, странные слухи о ведьмах и жертвоприношениях, Адское пламя, сжегшее всё дотла меньше, чем за сутки, а потом бушевавшее еще четыре дня. В последний раз все эти слухи сошлись вместе только тогда, когда работал Подлунный отряд. Я должен был проверить. — И почему убедился? — фыркнул Гарри. — Это могли быть какие-то фанатики. Пьюси ухмыльнулся. — Четыре девушки. Со странными именами. Заселившиеся не в гостиницу, а отдельный дом. Ни одного выжившего, ни одного свидетеля. Вокруг слухи, про кровь и странный запах трав. — Трав? — Трав, трав, идиот. — В отряде пять девушек. — Тео успел предотвратить перепалку до ее начала. — Ты сказал, в Стоунворд приехало четверо. Значит, это не они, тупица. Ты только время зря потратил и свое, и наше. — А вы что не слышали? — удивленно застыл Эдриан. — Одна из Отряда мертва. — Кто? — Гарри невольно опустил руку с палочкой. — Кто из них? — Почем мне знать. — Но ты знаешь, что кто-то мертв. — Холодный голос Тома пробежал по комнате, как ветерок на кладбище. — Не сова же тебе об этом сказала. — Мой Лорд, — Пьюси сразу присмирел. Из-за этих двоих он даже забыл, что находится в кабинете Темного Лорда. — Я не знаю, клянусь. — Не клянись, себе дороже, я тебе верю. — Реддл вдруг ухмыльнулся. Эдриан всё не мог понять, по какой причине так меняется настроение Того-кого-нельзя-называть. Оказывается, это была не его вина. — А я нет. Нотт вдруг схватил его за воротник мантии и поволок за собой. Окно отварилось будто само по себе. Том знал, что хотел сделать Тео, а особняк ему помогал. Он признал в нём того, кому можно доверять. Это многое меняло. — Что ты делаешь?! — воскликнул Пьюси. Тео положил руку на его шею сзади, улыбнулся. — Учу. А потом вытолкнул в окно. Эдриан закричал, Гарри успел схватить его за лодыжки, но вытаскивать пока не собирался. Тео размашистым шагом обошел их, встал с другой стороны от подвешенного и заговорил, улыбаясь. — Эдриан, пойми меня правильно, я не хочу тебя убивать, — он достал сигарету из пачки, прикурил, — этого хочет Гарри, да. Но я попробую с ним договорится, если ты всё-таки скажешь правду. — Да иди ты к черту. — Выплюнул парень. Лицо его уже покраснело от давления на голову, вены на лбу вздулись. — Что ж, я пытался. Гарри отпустил одну ногу Эдриана, и тот закричал еще громче. Подол его мантии забавно скатился к голове и мешал хозяину что-либо видеть, так что Нотт только злорадствовал. — Я скажу, я скажу! — Что-то я ему не верю, — улыбнулся Гарри. Тео пожал плечами. — Тогда нет смысла с ним возиться. Отпускай. — Нет! — завопил Пьюси, размахивая руками. — Нет, я всё скажу, всё скажу! Клянусь, обещаю! — Как ты узнал о том, что кто-то из отряда мертв? Эдриан вздохнул, то ли облегченно, то ли смиренно, а потом заговорил. — Я часто хожу к одной проститутке в Лютном. Хорошая девка, хоть и грязнокровка. Родители, узнав, что дочь ведьма, сослали ее из дома. Несколько лет она жила одна, а потом приехала в Лондон. Но здесь жизнь тоже не удалась, пришлось зарабатывать телом. — Короче, Эдриан, — вздохнул Гарри. — Несколько дней назад она прислала письмо, что на какое-то время отходит от дел, я решил узнать, что произошло. — Тише затараторил Пьюси. — Оказалось, что она родом из Стоунворда, ее родители и братья сгорели в пожаре, и ей, как единственной живой родственнице полагалось заниматься похоронами. — Он поджал губы и затих. Тео ухмыльнулся. — И ты, как самый верный клиент, — говорил он, шагая вокруг Гарри, державшего Пьюси за ногу. — Решил отправится с ней. Небывалая преданность для кого-то вроде тебя. Гарри выгнул брови, понимая, что имеет ввиду подвешенный. Он закатил глаза и скривился. — Серьезно, Пьюси? Проститутка из Лютного? — Завались, Поттер. Тео положил на плечо друга руку, призывая к терпению. Тот только вздохнул. — Как это связано с моим вопросом, Эдри? — Среди низших кругов Пожирателей уже несколько дней ходят слухи, что над деревней Литтл-Хэнглтон появился знак перевернутого полумесяца. А после Хогвартса все знают, чей это знак. — Это может иметь любое другое значение, — Том свысока смотрел на Пьюси, но тот даже этого не видел. — Мой Лорд, метка появилась впервые, когда одну из отряда ранили, во второй же раз над какой-то деревней, вокруг которой сразу же начинаются убийства совершенно не связанных между собой людей. Это не совпадение. — Твоя теория, — скривился Гарри. — Имеет место быть. Тео же молчал, Том заметил, что он над чем-то рассуждал. Или скорее пытался что-то понять, с кем-то связаться. — И как это связано со Стоунвордом? — продолжал Гарри. — Там не было метки. — В небе не было. Зато на входе перед кладбищем кто-то перед похоронами вырезал знак перевернутого полумесяца. — Ладно, черт с ним, доставай. — Вздохнул Тео. Гарри дернул Эдриана на себя, от резкой смены давления у того закружилась голова, и он даже схватился за подоконник. Пьюси даже не успел очухаться, как в его сторону полетел кинжал. Он шокировано поднял голову, когда острие вонзилось в сантиметре от его уха. Том презрительно смотрел на него. — Связаться с грязнокровкой это все равно, что связаться со свиньей. — А если твое потомство будет еще и с грязной кровью, я самолично вычеркну тебя из «Священных двадцати восьми». — Фыркнул Тео. — Даже мысль о том, что у него будет ребенок, вызывает во мне тошноту. — Проворчал Гарри. — Прошу, не продолжай. Он поднял глаза на Эдриана и сказал: — Нет, ты вообще молчи. Закрой рот и дверь за собой тоже закрой. Пьюси не оставалось ничего, кроме как поклониться напоследок Темному Лорду и выйти. Тео саркастично посмотрел на Тома. — Со свиньей? Серьезно? Это тебя волнует? — Ну я же должен поддерживать репутацию магглоненавистника. — Вздохнул Реддл. — У тебя трудно выходит, учитывая, что ты и сам полукровка. — Пожал плечами Гарри. — Я не испытываю ненависть ко всем магглам. Только к одному. Они все знали, о ком шла речь. Томас Реддл — отец Тома Реддла. Тот, от чьего имени он так долго пытался отказаться. — Почему ты, кстати, больше не пытаешь нас Круцио, когда мы говорим тебе «Том»? — решился на вопрос Тео. Как бы то ни было, технически, Том был его тестем, и к любой теме приходилось подходить с максимальной осторожностью. Лорд долгие секунды сидел молча, пялясь в одну точку на полу, а потом вдруг признался: — Потому что когда родилась Эвелина, я понял, что не могу больше отказываться от своего наследства. Возможно, она тоже не хотела бы, чтобы ее отцом был я. Возможно, она хотела бы родится в семье магглов, жить обычной жизнью грязнокровки в совершенно другом мире. Но ее отец я. И после известия о беременности Беллатрисы, я перестал отрекаться от своей крови. Я до сих пор не очень доволен ей, но если еще хоть раз самолично назову себя Волан-де-Мортом, моя прелестная жена выпустит мне кишки. Он ухмыльнулся, будто рассказанное сейчас в этих стенах не имело совершенно никакого смысла и веса. — Гарри бы тоже, может, хотел, чтобы его настоящим отцом был Люциус. Однако это не так. — Продолжал Реддл. — Я помню, как в детстве ты часто отрекался от своей фамилии. — Он посмотрел на Гарри, жующего губы. Нарцисса убила бы его за это. — Люциус с Нарциссой сильно тогда переживали, что ты забудешь свою кровь. Они даже просили меня помочь с оформлением документов на дом твоих родителей в Годриковой Впадине, надеясь, что это хоть как-то поможет. — Его губы вдруг тронула улыбка, и он захохотал. — Цисси даже однажды повздорила с Северусом, узнав, что он настраивает тебя против Джеймса Поттера. Мне тоже пришлось поговорить с ним. — Почему? — вырвалось у Гарри. — Почему ты помог? Почему не позволил и дальше продолжаться этому? — Не то что меня очень волновали чувства твоего папаши, но, — протянул Том, а потом, будто нехотя признался. — Ни один родитель не хотел бы, чтобы ребенок его ненавидел. Тео замер. Сейчас он понимал это так, как никогда прежде. Он встретил Гермиону в тот момент, когда ее ненависть к родителям достигла своего апогея, а сейчас вспоминал, как она добровольно приходила к Тому за помощью в Рождество. А ведь его отец тоже бы не хотел такой ненависти сына. — Почему мой отец игнорировал меня? Тео так и не узнал, как умер Диаманд, и собирался ли тот вообще приезжать в Хогвартс на Хэллоуин. Нотту хватило короткого заявления Беллатрисы: — Ничего страшного, дорогой, я разобралась. Но Том всегда был человеком, знающим больше остальных. Он понимал много того, до чего другие додумывались годам к семидесяти. Хотя вряд ли Реддла это может оправдать. К тому же Темный Лорд не был так близок к понятию жалости и сострадания. Ему было плевать на чужие чувства, и Гермиона была такая же. Очень редко они проявляли сочувствие, чаще говорили прямо, и если Тео хотел знать ответы, то идти нужно именно к ним. — Потому что хотел, чтобы ты как можно дольше оставался ребенком. Нотт мог только кивнуть. Возможно, он бы мог это понять, будь у него дети. Однако за последние несколько лет Тео давольно часто ловил себя на мысли: он не сможет стать хорошим отцом. У него нет возможности, примера и желания. А еще нет выбора. Детей у него не будет, да и Гермиона вряд ли согласится хоть на одного. Сейчас, впрочем, и не до детей. Он слишком юн, она слишком много перенесла, пусть беспокоиться сначала о себе. — Пока война не закончится, я не жду наследников. — Вдруг сказал Том. Гарри удивленно нахмурился, а потом покосился на раскрасневшегося Тео. — Я и не планировал. — Ни Эви, ни тебя, ни Гарри тоже не планировали, — фыркнул Реддл, недобро ухмыляясь. Кажется, сама мысль о том, что у его дочери мало того, что может быть секс, так еще и дети, вызывала в нем тихую ярость и страх. — Заверяю, всё под контролем, — саркастично улыбнулся Тео. Уши горели, и юноша чувствовал, как к щекам приливает жар. Он никогда так сильно не краснел, как стоя перед отцом своей…девушки? Если ее можно так назвать, конечно, и практически отчитываясь об их интимной жизни. Тому его ответ не понравился, это было видно по нахмуренным бровям и полуприкрытым векам. Наверняка Реддл думал о тысяче и одном способе убийства своего зятя. — Я очень надеюсь. Тео невольно почесал затылок. В комнате воцарилось некомфортное молчание, а потом Гарри, как всегда вовремя, решил сменить столь пикантную тему. — Что будем делать? Появилась зацепка, надо бы наведаться в Стоунворд. Пьюси ничего не разглядел, но мы знаем отряд лучше него. В состоянии Дафны, они не могли не оставить следы. — Да, — быстро согласился Тео. — Собирай вещи, через два часа поедем туда. Ты ведь не против? Том только покачал головой. — Сам бы поехал, но, боюсь, никто не сможет уследить за Бэллой, когда она узнает все подробности. — Идет. — Я зайду за Драко и Блейзом. Забини и Малфой остались на тренировке, когда от Регулуса долетел слух о каком-то госте. Тео и Гарри сразу рванули в кабинет Тома, желая знать все подробности, но ни Блейза, ни Драко это не волновало. Они слишком долго прохлаждались без дела, и Барти просто схватил их за шкирки и втянул обратно в поединок. — Я зайду к Бэлле, — сказал Тео. Темный Лорд выгнул брови, но приемник коротко объяснился. — Ей не нравится, когда я ухожу ничего не сказав. Раньше у меня было оправдание всё скрывать, но теперь она знает, и шкуру с меня сдерет, если не объяснюсь. Никому не нужно было объяснять, что были за причины умалчивать о большинстве своих действий и не отвечать на письма мадам Лестрейндж. Теперь всё было кристально чисто и понятно — защитить ее собственную дочь.