Хэллоуинская коллекция

Чуя не особо голоден, а это значит, что он может не торопиться с выбором очередной жертвы. По сравнению с другими живущими в человеческом мире существами, он двигается довольно быстро, его поступки могут казаться импульсивными, но он готов отбросить склонность к убийству, если так будет лучше ловить добычу. Такое долгое существование означает, что простое убийство своих жертв и прислушивание к их воплям уже порядком надоело. Иногда он даёт им хороший старт, преследуя только после того, как прошла целая ночь. Спрашивает тех, кто встречается на пути: — Я красив? Прошло много времени с тех пор, как он превратился в мстительного духа и уже не может вспомнить, как выглядел когда-то. Проклят, поэтому больше не может увидеть своё лицо, даже глядя в самое чистое зеркало. Но он, должно быть, был красив. Последнее, слабое воспоминание, которое осталось – это то, как его кто-то проклинает, навсегда оставляя с изуродованных лицом. Такое жестокое проклятие могло означать только то, что он раньше выглядел красиво, достойно чьей-то безумной ревности. Прикрывает рот маской, оставляя видимыми только глаза и волосы. Носит шляпу на голове и покрывает тело одеждой. Своего рода игра. В маске он должен выглядеть безобидным для людей и других духов. Это даёт ему удовлетворение, видя, как их лица меняются с приветливого на ужас, когда они видят, что он скрывает под маской. Чуя не знает, как сейчас выглядит, но чувствует широкую улыбку от уха до уха, от которой могут пробежаться мурашки. В отличие от предыдущих жертв, текущая цель довольно известна. Дазай Осаму, тот, кто меняет подруг почти ежедневно, перебирая их, как будто он просто примеряет одежду, а затем выбрасывает её, если не нравится подходящая. У него достаточно дурной вкус, чтобы носить бинты даже жарким летом, хотя на теле нет никаких повреждений. (Чуя знал, он провёл свою разведку, в том числе незаметно проследовал за Осаму в его грязную квартиру.) Все его подруги – красивые дамы, поэтому чувство эстетики, когда дело доходит до внешности других людей, не такое беспорядочное, как, по крайней мере, его чувство моды. Эти помешанные на красоте мерзавцы... Чуя с нетерпением жаждет увидеть, какое выражение лица он покажет. После нескольких месяцев преследования Дазая, он наконец решает убить его. Сразу после того, как он расстаётся с очередной дамой, Чуя прижимает парня к двери его же квартиры, ударяя по ней, прежде чем тот успевает открыть её. Смотрит, как расширяются карие глаза. Чувствует, как текут слюнки при мысли о том, чтобы разрезать этого человека пополам. Наклоняется так близко, что их колени сталкиваются. Приподнимает лицо, встречаясь взглядом с собеседником. Через маску он спрашивает: — Эй, ты думаешь, я красив? Если скажет «нет», то его тут же выпотрошат. Если скажет «да», он снимет маску, чтобы показать, какой Чуя на самом деле красавец. Лицо Дазая смягчается, готовность защищаться исчезает перед лицом миниатюрного красавца. Как и ожидалось, он быстро приходит в себя после нападения. Не удивлён, ведь несколько его предыдущих подруг признались в своих чувствах именно так. (Чуя знал, он следил за ним в течение нескольких месяцев, поэтому стал свидетелем большого количества женщин, которых почему-то не пугает репутация этого плейбоя.) С ещё более мягким голосом произносит: — Конечно, ты очень красивый. Чуя не закатывает глаза, хотя чувствует желание. Он держит одну руку на его груди, чтобы удержать на месте и более тщательно чувствовать реакцию. Свободной рукой медленно снимает маску, обнажая широкую постоянную ухмылку, выгравированную на его лице. Поскольку рука находится прямо над сердцем, он остро чувствует, как оно ускоряется под ладонью. Чувствует, как остальная часть тела Дазая напрягается, как будто окаменел на месте. Даже выражение лица застыло, его грудь отказывается подниматься и опускаться, дыхание остановилось. Хех. Ему удалось до смерти напугать его. — А сейчас? – он опирается всем своим весом на тело Дазая, приподнимаясь на мысках, чтобы шептать свой вопрос поверх горла. — Как думаешь, я красивый? Если скажет «нет», то отпустит на неделю, а как только подумает, что ему удалось вырваться из его лап и внезапно спастись, явится. Если он каким-то образом окажется слишком безмозглым, чтобы сказать «да», позаботится о том, чтобы повторить такую ​​же улыбку, как на его лице. Он поднимает обе руки, чтобы обхватить лицо парня, кладет большие пальцы на челюсть. Думает, что получит большое удовольствия, растягивая его рот – что нашептывал много сладостей сотням дам – ​​в полумесяц. Дазай приходит в себя. Он затаив дыхание отвечает: — Ты самая красивая звезда, которую я когда-либо видел. Чуя был свидетелем того, как он очаровывал разных людей. Видел и слышал с какой лёгкостью произносил фальшивую сласть. Сказанные только что слова звучат слишком проникновенно, настолько, что он поражен его искренностью. Тц. Превратил ли этот плейбой своё лукавство во что-то более мощное? Прочищая горло, пытается рассеять странный жар, наполняющий вены. Он упирается большими пальцами в челюсть человека. Готов вскрыть на одном дыхании. — Если ты находишь меня красивым, то не будешь возражать, если я заставлю тебя полюбить меня, а? — Мм. Я ненавижу боль, но... – Дазай имитирует его руки, также обнимая лицо. Очень нежный голос, но тёмные глаза почти светятся ярким нечестивым светом. — Если это сделает тебя моим, тогда я не против. Он не может не выпалить: — Какого хрена?! Чуя следил за этим парнем так долго, что всегда чувствовал, что с ним что-то не так, но был уверен, что он обычный человек. Очень кокетливое проклятье для женщин, но всё равно он является обычным человеком. Склонным к заигрыванию даже с самой смертью, но обычный человек. — Я встречался со многими, надеясь встретить самого красивого человека, но так и не смог найти свой идеал, – признание ощущается, как нападение на его душу. — Я наконец нашёл тебя, – шепчет Дазай и медленно целует, не заботясь о проклятии, которое сделало Чую неприятным для всех. Звучит мило и нежно, но собственнические пальцы и маниакальный блеск глаз – это самый пугающий вид, который приходилось видеть. Голова Чуи кружится. Каким-то образом именно он оказывается спиной к двери. Почему-то даже не может пошевелиться, парализованный чувствами, вложенными в этот поцелуй. — Я чувствую, что вечно ждал встречи с тобой, – говорит Дазай, как только отстраняется от губ. Улыбка Дазая до неприязни сладка, даже когда он обещает: — Я никогда не позволю тебе бросить меня.

Позже Чуя узнаёт, что состоял в отношениях с предыдущим воплощением этого ублюдка. И проклятие наслал на него один из преданных поклонников Дазая. Но Дазай уверяет, что даже если он станет крошечным, как слизняк, то всегда будет находить его красивым, а это очередной мотив избить Осаму.