Привет, меня зовут Виола.

      Виола и Леша были друзьями детства. И даже сейчас их дружба никуда не делась. Куда бы не забросила жизнь одного, второй всегда будет рядом. У них какая-то миндальная связь, как они сами о себе говорили. Но времена идут, люди меняются и их желания тоже. Но Леше трудно было это понять. В силу… его «особенностей».       Алексей Буранов родился «другим». У него не было видимых физический отклонений, но наблюдались психические. Позже других он начал разговаривать, ходить и даже плакать. Родители водили его и по бабкам и по дедкам, но все без толку. Его странные повадки пугали и детей и взрослых, а позже и самих родителей. Только в 11 лет они собрались с силами чтобы сводить его к психологу, но та после короткого разговора с мальчиком посоветовала им обратиться к психиатру. Страшное слово настолько их испугало, что в итоге мальчик остался с этим «недугом» один на один. И проиграл. В 16 лет это достигло своего пика. Он не смог себя контролировать. Но было уже поздно. Дальше повествование будет идти от лиц разных героев. Это будут и главные, и второстепенные персонажи. Вставки автора будут выделены курсивом. Лёша (Л):       Я помню её еще совсем маленькой, а сейчас… Она стала настоящей красавицей. В характере ничего не поменялось, но во взгляде… такой уверенный, такой взрослый. Мне это нравится. Но почему она смотрит на него? Часто. Долго. И он на неё. Они постоянно о чем-то шепчутся. Мне это не нравится. Чего он хочет? Этот мудак её трогает. Мою девочку… Он делает ей больно? Она дергается… а нет, просто смеется. Он её просто щекочет. Вот Виола взглянула на меня. Её глаза округлились и она быстро отвернулась к нему. Я странно выгляжу? Почему она отвернулась? ПОЧЕМУ?!       Черт, черт, черт! Твою мать! Зачем я опять иду за ним? Чего я хочу? Я знаю, но боюсь признаться… даже самому подумать страшно. Надеюсь он меня не видит. И никто не заметил же, как я в пятый раз пропускаю свою остановку и еду на конечную? Мама часто спрашивает почему так поздно прихожу домой, а я всякий раз выкручиваюсь. Но зато сейчас в школе готовятся к празднику и я им помогаю. Есть алиби. Если вдруг она спросит за меня, то все ответят что я там был. И я сам ей так отвечу. Не соврал же, да? Не соврал. «Я вот в школе был, помогал ребятам…». Так и будет, да… — Я дома мам! — нарочито громко я с порога позвал её и кинул портфель возле грязных ботинок. — Хорошо. Иди кушать, — она мельком выглянула из кухни, вытирая руки о фартук, но успела заметить грязь на обуви. — Боже, где ты так её засрал? Ты что, через болота шел домой? — Так дождь на улице, мам. Дороги размыло. Я старался обойти, но у нас даже асфальта нет нормального… — Ладно, иди ешь. И так уже 5 часов вечера, а ты еще не обедал.       По «ТНТ» шел какой-то сериал и его звук заглушал даже звуки нашей старой как мир стиральной машинки, так что мама удачно отвлеклась на него. Я быстро поел и забежал в комнату, отгородив себя от внешнего мира стеной из учебников. Никто не спросит меня о том, почему я опять вернулся так поздно. А сам я эту тему поднимать не буду. Как удачно всё сложилось. Через три дня, а именно 26 октября, произойдет настоящая трагедия. Семья Виолы не сможет смириться с произошедшим и захочет совершить самосуд. Сама же девочка будет в таком отчаянии, что попытается покончить с собой. Весь город станет на уши. На волю вылезут монстры людей, что годами прятались в укромных уголках души и разума и лишь изредка показывали свои длинные и ядовитые языки в очередях поликлиники и едких комментариях в интернете.