Параллельные миры

Мне всегда было немного досадно, что я могу путешествовать лишь по другим мирам и занимать тела своих копий. Ведь как было бы здорово, имей я возможность делать это в своем собственном мире, а еще лучше — в любое тело, которое захочу. Да, это не совсем этично, но в данный момент такая способность пригодилась бы мне гораздо больше. И не пришлось бы сидеть тут, запертой, будто в тюрьме. Уже два дня я только и делаю, что валяюсь на матрасе и смотрю в монитор. Головорезы Айзека вернулись еще вчера и, судя по всему, не спешат убраться восвояси. Меня караулят. Думают, что я вернусь в квартиру. Это насколько нужно быть тупыми, чтобы так думать? Если бы я действительно украла ту драгоценную посылку, стала бы я возвращаться в место, где меня будут искать в первую очередь? Определенно, Айзеку стоит тщательнее выбирать людей. Когда весь этот цирк закончится, я непременно намекну ему об этом. Моя маленькая, уютная и такая родная квартирка сейчас больше напоминает притон. Эти идиоты даже диван распороли. А еще выпотрошили мой холодильник и опустошили заначку с отменным ромом. Мне его Сэм подарила. Решили, что выпьем его вместе, когда устроим себе отпуск. Он ждал нас целых семь лет. Жаль. С путешествиями я решила немного повременить. Последнее отняло много сил. Даже слишком много, что весьма странно. Такое случалось лишь когда я была маленькой. Но даже тогда я не испытывала боли. А в этот раз все вообще чувствовалось иначе. Самое неприятное то, что мне показалось, что я не одна. Ну, как если бы я принимала душ, а напротив в окно пялился престарелый извращенец. Такое скользкое и мерзкое чувство. И с этим мне просто необходимо разобраться. И еще этот Ланс не выходит у меня из головы. Парень просто невероятно хорош собой, но сама ситуация… Было в его заботе что-то притворное, неестественное. И это совершенно не дает мне покоя. Вот если бы Сэм была рядом, она сразу разгадала бы его намерения. Она вообще очень тонко чувствовала людей, и всегда точно определяла их намерения. Талант этот достался ей нелегко — она через многое прошла. Сэм не просто так оказалась на улице. Ее отчим был одним их тех, кто не просто так заходит пожелать доброй ночи невинной малышке, особенно когда мать работает в ночную смену. И когда Сэм, преодолевая стыд, поделилась этим с матерью, то та не нашла ничего лучше, как обвинить во всем собственную дочь. Сама провоцируешь, значит сама виновата. И в очередной раз, когда нерадивой мамаши не было дома, подонок просто опоил девочку и взял то, что хотел. Несчастная Сэм не нашла другого выхода, кроме как сбежать из этого ада, ведь он пообещал навещать ее почаще, теперь, когда все преграды на пути их любви сломлены. Долгих семь лет понадобилось для того, чтобы она смогла поделиться своей болью со мной. Когда она рассказала мне весь ужас, что ей пришлось пережить, я не стала раздумывать. Ублюдок все еще жил с ее матерью, которая благополучно позабыла о своей дочери. Она не сообщила о пропаже и даже не думала искать Сэм. Когда мы, вооруженные бейсбольными битами, пришли навестить сраного педофила, то ее мать, заливаясь горькими слезами, умоляла на коленях. Даже тогда она оправдывала своего сожителя и обвиняла дочь в том, что Сэм хочет разрушить их семью. И если моя подруга дала слабину, то меня эти фальшивые слезы не тронули ни капельки. Я получила наслаждение от хруста его костей — первым ударом я сломала его челюсть, потом прошлась по хребту. Особое внимание было оказано младшему Джонни. Так он называл свой, кхм, инструмент. Точнее, то, что он него осталось после нашего визита. Ее мать вызвала полицию и нас загребли в участок. Благо, полицейские оказались нормальными людьми и, после того как узнали всю историю, просто выписали нам штраф. Правда, ночь все же пришлось провести в участке, пока они уговаривали мать Сэм отозвать свою жалобу. Так мы и познакомились с людьми Айзека, после чего нам предложили поработать на него. Он лично одобрил нас обеих. И, думается мне, что спустя месяц, отчим Сэм не сам упал с лестницы, свернув себе шею. Каким бы грешником ни был Айзек, но и у него был свой кодекс чести. И по-своему, он был благороден. А еще он был чертовски притягателен. Точеные черты, подтянутое тело, умен и с прекрасным чувством юмора, он просто не мог не привлекать к себе внимание. Это оказалось взаимно. Айзек был моей первой любовью и моим первым мужчиной, но, около года назад мы расстались. Я была против того, чтобы он ввязывался в бизнес с наркокартелем, но он решил иначе. Точнее, его босс принял решение, а Айзек принял правила игры без боя. Для меня это так и осталось загадкой. Ни торговли оружием, ни людьми, — он всегда держал оборону и просто собирал дань с малого бизнеса и игорных заведений. В нашем районе улицы были чистыми и относительно безопасными. А тут — наркота. Учитывая, что его младший брат умер от передоза. Я так и не смогла понять причины, побудившие его согласиться. Он вдруг стал отрешенным и холодным. Наши личные отношения просто сошли на нет. Но я все равно не могла просто оставить его, хоть он и предлагал отпустить нас с Сэм на вольные хлеба. Я любила его. Наверное, и сейчас люблю. Где-то глубоко. На уровне Марианской впадины, после того, как он прислал своих головорезов ко мне домой. Он же знает меня как облупленную, неужели он мог поверить, что я украла деньги и свалила в закат? Вот прям обидно стало. Иногда мне кажется, что я сама себя обманываю. Ведь я все еще верю, что тот Айзек, мой Айзек — все еще здесь. Что это не он пустил на наши улицы нескончаемый поток отравы, это не он трахал шлюх на моих глазах и не он поверил в то, что я предала его. Но, реальность такова какова она есть, и больше никакова. И пока я в безопасности, мысли об Айзеке не тревожат меня так, как эта история с Лансом. Сейчас я отчетливо понимаю, что он напомнил мне отчима Сэм. Нет, не похотью. Своим двуличием и взглядом крысы, которую загнали в угол. И поэтому я хочу вернуться туда. Любопытство определенно мой порок. А еще хочу удостовериться, что я просто ошиблась с наблюдателем. Ну, а если чутье не обмануло — выяснить кто, как и зачем. Будь моя подруга рядом, она совершенно точно попыталась бы отговорить меня. Хорошо, что ее здесь нет. Слишком много вопросов без ответа. К тому же, мне все равно нечем заняться. Пора уже разобраться в происходящем. Бог мне свидетель — я искренне желаю ошибиться в своих подозрениях, ибо большего геморроя чем уже есть, мне бы хотелось избежать. Так, Меррик, расслабься и получай удовольствие от путешествия. Вдох — выдох. Вдох — вы… Вот же сучий потрох! Мое тело пронзили тысячи иголок. Я попыталась открыть глаза — они будто налились свинцом. Голова кружится, во рту пересохло. Похоже на затяжное похмелье, но гораздо хуже. По телу еще разбегаются отголоски острой боли, которую я испытала при переходе. — Она очнулась! Хвала небесам! — хрипловатый женский голос прозвучал над моей головой. Скорее всего, он принадлежал матери этой Меррик. — Наконец-то, — а вот это уже наш братец, — я уже совсем отчаялся! — Воды… — практически прошипела я, так сильно у меня пересохло в горле. Воду мне принесли тотчас же. Пила я жадно, да и вода оказалась очень вкусной и свежей. Наверняка из скважины. У бутилированной совсем другой вкус. — Ну все, достаточно, — Ланс оторвал стакан от моих губ, — через некоторое время попьешь еще. На край кровати присела женщина лет пятидесяти. Глубокие оливковые глаза наполняла тревога, но уголки ее тонких губ тронула легкая улыбка. Она ласково провела по моей щеке шершавой ладонью. Это точно была мать этой Меррик. Только мать может так смотреть на своего ребенка. Этот взгляд излучает искреннюю любовь и заботу, окутывает своим теплом. — Детка, как же ты нас напугала! — Давно я без сознания? — Уже два дня. Доктор провел осмотр, но так и не смог сказать, отчего ты не приходишь в себя. Я усмехнулась про себя. Еще бы. Я и сама-то не знаю, несмотря на то, что почти всю свою жизнь путешествую. А ведь и правда творится какая-то чертовщина. Даже когда я была совсем маленькой, восстановление сил отнимало гораздо меньше времени. Это начинает меня напрягать. — Мне уже гораздо лучше, — я улыбнулась в ответ, — а вот тебе не мешало бы поспать пару часов. А потом мы вместе приготовим что-нибудь вкусненькое, договорились? — Меррик права, Диана, — поддержал меня Ланс, — ты и так просидела здесь всю ночь. Не волнуйся, я побуду с ней, пока ты отдыхаешь. — Может вы и правы, — выдохнула мать Меррик, — но если что… — Я сразу же сообщу тебе, обещаю. Сейчас я принесу ей наваристый бульон, который ты приготовила, и вот увидишь, Меррик окончательно придет в себя. — У меня уже слюнки текут, — никакого притворства, я и правда была голодна. Женщина еще секунду помедлила, но все же согласно кивнула и попятилась к двери, словно сомневаясь в принятом решении. Когда мы остались наедине, Ланс подошел и пристально посмотрел на меня. — А теперь, дорогая Меррик, давай поговорим. Или мне нужно называть тебя как-то иначе? — Тон его голоса не предвещал ничего хорошего. Я напряглась, пытаясь изобразить искреннее недоумение. — О чем ты, Ланс? — Кто ты, и куда делась настоящая Меррик? — Я не понимаю… — Довольно! — резко прервал меня Ланс, — Та Меррик, которую я знаю, ненавидит меня всей душой. Два дня назад, когда ты так откровенно прижималась ко мне, я подумал что ты тронулась умом. И это либо так, либо ты не моя сестрица. Кто ты, и как ты это сделала? Где Меррик? Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Я не могу опровергнуть его слова. А значит придется или возвращаться обратно, или признать все как есть. Я никогда не была трусихой, к тому же сейчас у меня нет никакого желания совершать прыжок. Но каковы будут последствия моего признания? Не попробую — не узнаю. Была не была. — Да, ты прав. И не прав одновременно. Той Меррик, которую ты знаешь, здесь сейчас нет. И где она — мне неведомо. Но я все еще Меррик, только не из этого мира. — И откуда же, а главное, каким образом, ты сюда попала? — Этого я тоже не знаю. С детства у меня открылся дар — перемещаться в своих двойников. Судя по всему, ваш мир не очень отличается от нашего. Однако, тебя моя история совершенно не удивляет. Почему? — Потому что я и сам интересовался подобными практиками. Перемещение во сне, выход души из тела, если ты слышала о подобном. В нашем мире это дорогостоящее удовольствие. У нас есть клубы, где люди выкладывают целое состояние за подобный опыт. Вот только Меррик это никогда не интересовало. — Слышала. В нашем мире тоже говорят о таком, но мало кто в это верит. А как это происходит у вас? — У нас есть центры духовного роста, как они сами себя называют. Насколько я знаю, людей помещают в специальную капсулу для сна. Программирование это, или какие-то другие технологии, кто знает? Контрактом запрещено разглашать любую информацию. Я узнавал. — Интересно вы тут время проводите. — Если средства позволяют, то почему нет? Я бы и сам не отказался. Как я понимаю, ты ничего не знаешь обо мне, Диане, и остальных? — А есть и остальные? — Я криво ухмыльнулась. — И что же ты хочешь от меня? — Пока не решил. Но ты мне нужна в здравом уме, а не овощем в постели. Если будешь хорошо себя вести — расскажу зачем. — Считай, что мы договорились. Пока это безопасно для меня, я тебе подыграю. — Ну тогда проблем не возникнет. Однако, у тебя есть семья, с которой придется взаимодействовать. Для начала помогу тебе освоиться. Можем представить все таким образом, что ты частично потеряла память после падения с лестницы. — А как так получилось, что я упала? — Несчастный случай. И не будем об этом. Сейчас я принесу тебе бульон и немного расскажу о семье. Запоминать придется быстро. — Не проблема. Когда Ланс скрылся за дверью, я встала и немного осмотрелась. Большая светлая спальня в мятных тонах, старинный резной комод у стены, туалетный и письменный столик. Уборная ничуть не меньше спальни. Винтажная белая плитка на полу и стенах, глубокая вместительная ванна, шкафчик для полотенец, умывальник — в общем, все как у нас, но напоминает викторианский стиль. Дом либо старый, либо кто-то основательно потрудился над интерьером. Я вернулась в комнату и открыла комод. Не в ночной же рубашке ходить. Порывшись в вещах хозяйки, я извлекла на свет божий темно-синие брюки свободного кроя и шелковую рубашку. Белье тоже ничем не отличалось от того, к которому я привыкла. Свою рыжую и непослушную копну вьющихся волос я небрежно собрала на макушке и заколола шпильками, которые обнаружила на туалетном столике. Там же оказался и пузырек с духами, коими я без стеснения воспользовалась. Запах был приятный и легкий. Аромат цветущего жасмина, который дополняли нотки цитруса. Ланс, как и обещал, накормил меня наваристым бульоном из баранины, дополненный чесночными гренками. С большим интересом он наблюдал как я ем. — Что-то не так? — я зачерпнула последнюю ложку бульона, — Ты так смотришь, будто впервые видишь, как едят люди. — Я просто решил удостовериться. Наша Меррик терпеть не может чеснок. — Ну а я ем все, что дают. Детство было тяжелое. — Меня не сильно интересует твое детство. Просто запомни на будущее — она не любит чеснок и у нее аллергия на орехи. — Спасибо, что предупредил. — Твои отец и мать — Диана и Мейсон Пратт. Развелись, когда тебе было десять, родных братьев и сестер нет. Мейсон вскоре женился на моей матери, Линде. Общих детей не имеют, я тоже единственный ребенок. Все остальные родственники далеко, о них узнавать тебе пока ни к чему. Твоя мать занимается благотворительностью, а у отца текстильная фабрика. Моя мать домохозяйка. Вот, вроде бы и все. А, чуть не забыл. Ваша домработница, София. Она знает тебя с самого рождения, поэтому будь с ней осторожна. — Ценная информация, благодарю. Не пойму только одного — зачем тебе все это? — Что именно? — Зачем ты помогаешь мне? — Как я и сказал — еще не решил. Просто считай, что ты пока что у меня в долгу. Позже сочтемся. А теперь нам пора спускаться. Предстоит семейный обед, Мейсон скоро тоже будет тут. — А Линда? — Они с Дианой не нашли общий язык, поэтому только Мейсон. Ну и я, разумеется. Ланс галантно отворил дверь и мы отправились на встречу с моими новоиспеченными родственниками. Пока София кружилась на кухне, мы с Лансом расположились на диване, в ожидании Дианы. Гостиная, как, собственно и весь дом, тоже выдержана в викторианском стиле. Порадовало наличие камина, в котором уже потрескивали поленья. Тепло и уютно. Так можно и привыкнуть. Жаль только, что Сэм не может быть рядом. Ланс увлеченно читал книгу, а я подошла к окну. Открывшийся вид меня удивил. Дом был окружен лесом. По крайней мере, с этой стороны. Узенькая тропинка уводила далеко вглубь, мелькая среди щербатых голых деревьев. Листва практически опала, а оставшиеся редкие листочки сиротливо трепыхались на ветру. Уже начинало темнеть, что вполне нормально для этого времени года, поэтому я решила исследовать окрестности завтра, более детально и при свете дня. В дверь позвонили и София, коренастая и полноватая женщина миловидной наружности, к моему удивлению довольно шустро проскользнула мимо нас, чтобы открыть дверь. В дом вошел высокий и худой мужчина. Хоть и с проседью, но его все еще густая шевелюра была красноречивее любого теста днк — такая же огненная и кудрявая, как и у меня. Тонкий орлиный нос, яркие карие глаза, устремленные на меня, и широкая белоснежная улыбка — явно работа хорошего дантиста. — Меррик! Как я рал, что ты уже встала! — Он в одно мгновение оказался рядом и уже крепко прижимал меня к себе. — Когда Ланс сообщил мне, я тут же выехал к вам! — Рада тебя видеть, — я неуклюже улыбнулась, потому что просто не знала как себя вести, — мне уже намного лучше. — Не могу ответить тем же, — раздался голос Дианы, — но раз уж приехал, то проходи. Обед будет через минуту. — И тебе доброго дня, Диана. Выглядишь очаровательно, впрочем, как и всегда. — Старый подхалим, — холодный тон ее голоса был напускным, она даже улыбнулась, — не стойте в дверях. София тем временем уже накрыла на стол, который больше походил на праздничный в моем понимании — мясной рулет, обилие салатов, закусок и вина. И я, несмотря на то, что совсем недавно уже отведала бульон с гренками, с удовольствием опустошила свою тарелку еще раз. Вино, кстати, было просто изумительное. Мои родственнички вели скучную светскую беседу, пока я наслаждалась едой и напитками, но я все равно старалась запомнить все существенные детали. Так, я узнала, что мой отец собирается продать свою фабрику и вложиться в недвижимость. Он познакомился с каким-то важным человеком и тот предложил ему партнерство в строительстве сети отелей. В своем мире я бы не сомневалась в том, что это классическая схема развода, но этот мир для меня пока закрытая книга. Еще будет время разобраться. Поэтому я и не стала высказывать своих опасений на этот счет. В конце концов, это не моя настоящая семья, и мне не хотелось бы вмешиваться в естественный ход событий. Ведь я не знаю как это отразится на них в будущем. Не то, чтобы я считала себя фаталисткой, но перед глазами всегда стоит картинка из старого фильма. Путешественник во времени принес обратно какого-то жука на подошве своего ботинка, и вся цивилизация рухнула. Лучше перестраховаться. Хотя, что странно — иногда, просыпаясь после своих путешествий, я обнаруживала некоторые предметы и ценности, принесенные из других миров. И вот это я тоже не могу объяснить по сей день. У меня была лишь одна теория — это вещи, ранее принесенные из нашего мира, но как? Ведь за всю свою жизнь я больше не встречала ни одного путешественника. Ни в своем, ни в других мирах. Загадка. Но, раз от них нет вреда, то и ладно. Тем более что для меня даже есть выгода — некоторые вещички стоили дороже, чем моя квартирка. Поэтому я припрятала их на черный день. Видно, я слишком глубоко погрузилась в свои мысли, потому что из ступора меня вывел Ланс, легонько сжав мое предплечье. — Меррик, с тобой все в порядке? — Что? Ой, простите. Это все кулинарные таланты Софии, — попыталась выкрутиться я, — после еды меня стало клонить в сон. — У тебя прекрасный аппетит, это хороший знак, — улыбнулся Мейсон, — но ты так и не ответила на вопрос. Могу ли я рассчитывать на твою помощь? — В чем? — Да уж, ты, видимо и правда уснула за столом. Завтра я пригласил на ужин моего будущего партнера, и хотел бы, чтобы и ты присутствовала. Видишь ли, для него большое значение имеют традиции преемственности, ценность семьи. А еще, там будет его сын. Вы с Лансом одного с ним возраста, я думаю вам будет о чем поговорить, пока мы будем заняты предстоящей сделкой. — Признаться, я бы тоже хотел принять участие в обсуждении, — Ланс натянул свою дежурную улыбку, что вызвало у меня еще больше подозрений, — это ведь семейный бизнес? Или я не часть семьи? Мейсон слегка замялся, но одобрительно кивнул в ответ. Да, мой братец искусный манипулятор, отдаю ему должное. Теперь уже и я не откажусь от этого ужина. Хоть новоиспеченный папаша и прикрывается высокопарными словами, но и дураку понятно — меня просто хотят использовать в качестве приманки. Ну что ж, не буду их разочаровывать. — Конечно, я с удовольствием разбавлю вашу мужскую компанию. — Меррик, — взволновалась Диана, — а тебе не кажется, что ты еще слишком слаба? — Разве похоже, чтобы я выглядела больной? — Нет, но… — Не волнуйся Диана, — снова вмешался Ланс, — я присмотрю за ней. Если она почувствует себя нехорошо, я лично привезу ее домой. Диана не смогла устоять против его обаяния. А кто бы смог? Каждое слово, жест, улыбка — все идеально просчитано и отточено. Я бы тоже поплыла, если бы не мой жизненный опыт. Хоть что-то хорошее я получила в наследство от того мира, в котором выживала все эти долгие годы. Через час Мейсон засобирался домой, мы проводили его до двери и договорились, что Ланс заберет меня в шесть тридцать. Форма парадная, прическа и макияж. Братец хотел было лично заняться моим гардеробом, но я вежливо послала его пастись на лугу. Уж этим вопросом я вполне в состоянии заняться сама. Да и Диана подскажет — вкус у нее просто отменный, хоть сейчас на обложку глянца. Когда гости разъехались, мы немного поболтали, греясь у камина. Диана, во времена молодости была довольно известной светской львицей, но ей не посчастливилось выйти замуж за моего отца. Все свое приданое она вложила в покупку этого дома и многочисленные попытки Мейсона наладить собственный бизнес. С поддержкой деда по матери, он все же неплохо заработал на фабрике, но лодка, плывущая по волнам любви, вскоре дала трещину в лице матери Ланса, и они развелись. Диана уговорила отца не разорять бывшего мужа, а в благодарность Мейсон выплачивал щедрые проценты с прибыли на наше содержание. Собственно, это и позволило Диане сохранить привычный образ жизни. Судя по всему, я, то есть эта Меррик, жила припеваючи и не знала особых трудностей. А значит завтра мне предстоит непростое испытание — я никогда не вращалась в таких кругах и мало знаю об этом мире. Будет сложно поддержать беседу, но все это можно списать на травму головы. Надеюсь, Ланс мне поможет. Диана, заметив мою растерянность, когда разговор зашел о предстоящем ужине, дала отличный совет — сфокусировать внимание на собеседнике и показать сврю заинтересованность. Ведь нет более интересной темы для человека, чем он сам. Тем более, если он так ценит семью, то будет готов рассказывать об этом часами — остается только делать комплименты и почаще улыбаться. Я поблагодарила ее и отправилась восвояси. Кровать — это все, о чем я мечтала последние пару часов. Общение утомило меня, а от количество выпитого вина клонило в сон. Мягкие подушки, нежнейшее постельное белье и запах чистоты — хотя бы ради этой кровати стоило вернуться в этот мир. Я провалилась в сладкую дрему почти мгновенно. Проснулась довольно поздно, и то, потому что София пришла меня разбудить. Поворчав немного, я все же накинула халат и побрела в ванную. Наскоро освежившись, позавтракала с Дианой, которая и сообщила мне о том, что стилист прибудет через два часа, а пока нам предстоит заняться маникюром и выбором гардероба. Занятие оказалось утомительным. Никогда не думала, что так трудно быть моделью. Именно так я себя чувствовала, сменяя наряды один за другим. Но результат превзошел все ожидания. Когда я увидела свое отражение в зеркале, то почувствовала себя героиней сказки про Золушку. На меня смотрела красивая и ухоженная девушка. Кожа сияет, волосы мягкими волнами ниспадают по оголенным плечам. Ресницы! У меня, черт возьми, длинные и пушистые ресницы! В моем мире не было особого повода наносить макияж, но я считала, что при необходимости неплохо с этим справлялась. Однако сегодня, в отражении, я увидела просто настоящий шедевр. Вот что значит профессиональный визажист. Еще один плюсик в копилку этого мира. Буду заглядывать почаще! Единственное, что меня смущало — платье. Диана уговорила меня выбрать именно его. Темно-синий струящийся шелк, юбка в пол, на тонких бретелях с вырезом каре и практически голой спиной, за исключением изящной тоненькой шнуровки, которая не позволяла бретелям соскальзывать с плеч при движении. Чтобы я не чувствовала себя голой, Диана одолжила мне меховую накидку. Я была этому несказанно рада еще по одной причине — в конце концов, не май месяц на дворе. Ланс прибыл немного раньше. Выглядел он под стать. Безупречный костюм, сшитый на заказ, гладко выбрит и надушен — в общем, при параде как на церемонию бракосочетания. Ехали мы молча. То ли ему нечего было сказать, то ли он сам удивился моему преображению, как бы то ни было — меня это вполне устраивало. Меньше всего мне хотелось говорить. За окном сменилась картинка — мы выехали из пригорода. Улицы города практически ничем не отличались от наших, разве только чище и не кричащие разноцветными вывесками на каждом углу. Еще я обратила внимание на то, что нет такой скученности строений — улицы широкие, здания не прилегают вплотную друг к другу. А еще нет старых и обшарпанных домов. Может быть это просто новый район, но выглядит довольно обжитым и уютным. Как оказалось, Мейсон тоже обитает в пригороде, только по другую сторону города. Его дом был не меньше нашего, но отличался архитектурой. Это был дом в стиле модерн, ничего лишнего, стильно и лаконично. Мне он пришелся по душе, учитывая то, что сама я жила в квартирке величиной с их гостиную. Линда, мать Ланса оказалась довольно красивой женщиной и гостеприимной хозяйкой. Я не почувствовала никакого негатива или ревности с ее стороны. Мы как раз мило болтали, когда на пороге появились долгожданные гости. Мейсон встретил их лично и проводил в гостиную. — Линда, Меррик, — обратился он к нам, — позвольте представить вам нашего дорогого гостя. Это мистер Бун. — Добрый вечер, очаровательные дамы, — невысокий плотный мужчина с густыми усами, но красноречивой залысиной, протянул Линде свою руку, — зовите меня просто Мелвин. — Рада знакомству. — Линда подала ему руку в ответ и тот галантно коснулся губами ее запястья. — Прошу вас, чувствуйте себя как дома. — Благодарю. Мейсон, а ты не говорил, что твоя дочь так очаровательна! — Меррик моя гордость, — улыбнулся ему Мейсон, — но я ожидал, что и вы прибудете вместе с сыном. — Прошу прощения за задержку, — раздался знакомый голос из холла, — меня задержал важный звонок. Я медленно повернулась. Сердце в груди совершило такой кульбит, что я на мгновение позабыла как дышать. Это был он. — Айзек?!