Неподкроватный монстр

      — Раг, прими пакет.       Роза возится одной рукой с дверным замком, не желая отпускать жестяную банку с газировкой, ставить её куда-то на тумбу или на пол. Наконец, справившись, оборачивается и в шоке замирает, удивлённо вытаращив глаза. Это… Глаза забегали. Это…       — Оденься, блять! — вскрикивает она, с размаха кидая в него банку. — Или прикройся! Позорище!       Чётко попадает ему в голову, от чего он недовольно и по-животному рычит.       — Сейчас ещё кроссовком получишь, — недовольно, но громко шипит Роза, пытаясь стащить с ног обувь.       — Ладно, ладно, Ро! Успокойся! — нашла чему смущаться. Голому мужику. Раг фыркнул. Будто школьница.       Он быстро скрывается из её поля зрения, чтобы не получить ещё чем-нибудь тяжёлым по голове, оставляя Розу наедине с её мыслями. У неё предательски полыхали щёки. Она садится на корточки, обхватывает голову руками, стараясь выровнять дыхание и сердцебиение. Это точно Раг. Больше никого в этом доме и быть не может. Раг в теле человека. Точнее, в облике человека. Такой… лет тридцати-сорока (возраст она всегда плохо определяла), рослый, с широкими плечами и грудной клеткой. Это всё, что она запомнила, помимо того, что он был голый. Вот ведь стыд и позор.       — И? Зачем в меня ты кинула это?       — А зачем ты голый вышел? — недовольно ответила вопросом на вопрос Роза вставая и снимая с себя кроссовки.       — Если быть честным, я и не думал, что ты так отреагируешь.       Она зыркает на него. Хотя бы полотенцем повязал, уже хорошо. Ведь, если быть чуточку честной, у неё сложно будет найти то, что подойдёт мужчине. Ладно там рубашки, Роза носит парочку мужских вариантов, но вот штаны найти уже гораздо сложнее.       — У меня, как бы парень есть. Так что давай без подобных шуточек, — она отдаёт ему пакет. — В честь чего ты решил это сделать? Ты же говорил мне, что это требует слишком большого затрата энергии… — в её голове что-то перещёлкнуло. Стоп. — Что ты ел?       Раг поджимает губы, и Роза улавливает это, моментально направляясь на кухню.       — Роза!       Он быстро направился в её сторону, но она была быстрее, с лёгкостью увернулась от его руки и скользнула на кухню открывая холодильник.       — И чего ты добиваешься? — спокойно говорит Раг, приближаясь к ней сзади.       Мясо, предназначенное ему на сегодня, осталось на месте, абсолютно нетронутым.       — Что ты сегодня ел? — переспрашивает Роза, закрывая холодильник. — Людей?       Оборачивается, смотрит ему в лицо. Обычное, квадратное, с жёсткими, грубыми чертами, довольно длинными, но узкими глазами со светло-серой радужкой. С чёрными прямыми волосами, убранных назад с помощью её резинки. Перехватывало дыхание, потому что он совсем не отличался от человека. Раг хмыкнул, сощурился, его и без того большой рот растянулся в улыбке:       — Да. Людей.       Чёрт, всё же она живёт с настоящим монстром, раз он так небрежно говорит про это.       — Ты… ты… — Роза запнулась глубоко вдохнула, тыкнула ему в грудь, нахмурившись. — Превратись обратно в неизведанное нечто.       — Зачем?       — Я… — она растерялась, отдёрнула от него руку. — Мне тяжело с тобой в таком облике говорить. Я тогда не думала, что ты и в правду всерьёз воспримешь моё «покажи». Но, если быть честной, получилось красиво.       — Вот оно что. Тебе тяжело быть с людьми? Они тебя легко продавливают? — и чувствует она себя настоящим и искренним человеком только наедине с собой. Или с ним, когда он не в человеческом облике.       Она утвердительно пискнула, Раг на это лишь кивает, отходит от неё, постепенно обращаясь обратно в свою обычную форму.       — Спасибо, — выдыхает Роза, на секунду прикрывая глаза и скрещивая руки на груди. — А теперь ответь мне, пожалуйста. Кого ты, блять, сожрал? И главный вопрос: зачем? Только не говори, чтобы показать мне свой человеческий лик.       — Ты уверена, что хочешь услышать это?       Она утвердительно кивнула.       — Тех парней, что вчера ты встретила.       — Тех что, — её губы вздрогнули. — Зачем? Они же подростки.       — А зачем они тебя били? Люди — венец эволюции, как говорите вы, а ведут себя эти люди хуже животных, что пожирают своё потомство сразу после рождения.       Роза вздыхает, массирует виски.       — Ты ужасен. И что теперь? Родители теперь их обыщутся, столько нервов потратят на своих недотёп.       — Тебе нужно напоминать, что в первую очередь от родителей зависит поведение ребёнка?       — Они могли это перерасти.       — А могли вырасти в серийных убийц и насильников. Подобное всегда начинается с «малого», с издевательств над животными, унижением более слабых. А с учётом того, — он усмехнулся, — какие они были на лицо и на мозги, им точно не будет хватать женского внимания, что скатится в насильственное склонение дам к сексу. В общем, не хочу я продолжать этот бессмысленный спор. Считай, что я просто вышел на удачную охоту и сгрыз двух ублюдков. Не нужно беспокоиться о людях. Особенно тебе.       Раз они так легко могут продавить её, прогнуть под себя, то ей, по его мнению, вообще стоило избегать лишних контактов. В том числе и её нынешнего. Он точно пользовался подвернувшимся случаем, а Роза и пискнуть не смела. И эта мысль изводила Рага, приводила его в самое настоящее бешенство.       Она ничего не ответила, ушла, оставив его наедине с включенным чайником. И кажется, она была расстроена, разочарована в его поведении, поступке. Раг озирается, прислушивается, понимает, что она находится в гардеробной. И хочет к ней пойти, выяснить всё и сразу, но натыкается на пакет. Да, ему нужно разобрать продукты.       Наклоняется, вытаскивая содержимое. Снова мясо. Для него. Но он в ближайшую неделю точно есть не захочет. Запихивает его в морозилку, продолжая расфасовывать продукты, которых было не так много.       Роза проходит в своей домашней одежде мимо, заваривает себе чай, насыпая в него сахар. В плохом расположении духа, раз делает это. Обычно она пьёт просто чай. Достаёт себе какое-то печенье и, не обратив на него никакого внимания, уходит на веранду.       — Роза…       Он громко и предупреждающе рычит, когда она и это проигнорировала. Прибьёт её за это.       — Роза!       — Таблетки от головной боли принеси.       Раг вздыхает, но послушно берёт таблетки, направляясь на веранду. Благо, что её окна направлялись на полузаброшенный маленький сад, до которого у Розы пока руки не добрались, высокий каменный забор и следом лес. Его не заметят, он уже давно это знал. Смотрит на неё, сидящую на диване с раскрытой книгой. Но она не читала, это было видно. Присаживается на корточки около её ног, протягивает блистер с обезболивающим. Она тихо благодарит, запивает чаем две таблетки.       — Почему тебе так их жалко?       С любопытством наклоняет голову, заглядывая ей в глаза. Ублюдков не должно быть жалко. Осторожно тянется к ней, кладёт голову ей на колени, продолжая наблюдать за её выражением лица. Роза закатывает глаза, откладывает книгу.       — Я не знаю. Не заслужили они этого. Да и я не злопамятна.       Скучающе подпирает рукой подбородок, облокотившись на подлокотник, она смотрит на него. Наконец, выдыхает, запускает свои пальцы в его длинную шерсть. Раг прикрывает глаза.       — Ладно уж, уже ничего не поделаешь. Спасибо, что хотя бы не врёшь.       — Как твоя спина?       — С утра выясняли. Всё хорошо.       Раг удовлетворённо урчит.       — Можешь почитать вслух?       Роза кивает, вновь открывает книгу, прочищает горло и тихо начинает читать. Голос приятно дрожал от неуверенности, но быстро креп, становился чётким, ясным, но всё ещё тихим. Обводит взглядом веранду, рассматривая растения, каждый сочный листочек, но в итоге опять смотрит на Розу, на её довольно большую грудь, на губы, на бегающие голубо-зелёные глаза, вычитывающие строчки, и на растрёпанные волосы коричнево-рыжего оттенка. Ещё раз принюхивается к её запаху. Сегодня она не использовала духи, но одежда всё равно была пропитана этими резкими, раздражающими нотками. Может, стоит её приучить разделять уличную и домашнюю одежду не только по разным шкафам, но и по разным гардеробным? Вторая гардеробная была ещё меньше, чем первая, и находилась она на втором этаже. Кажется, ей не понравится перспектива проходить через весь дом в одном нижнем белье. Но это можно уладить. Например, он сам мог оттаскивать её одежду в ту или иную гардеробную. Тем более это его проблемы, что он так чутко чувствует запахи.       Трётся щекой о её колени, вслушиваясь в то, что она читает. Какая-то научная фантастика. Раг читал мало и плохо, но такое он точно мог отличить от других произведений.       Через некоторое время она замолкает, но Раг не шевелится, прислушиваясь к чужому дыханию. Задремала. Он не знал кем она работает и где, но её это явно изматывало похлеще её проблем с головой. Наверное, какая-то сфера обслуживания. Хотя это навряд ли. Этот дом, кто бы что ни говорил, всё равно не из дешёвых.       Осторожно встаёт, стараясь не разбудить, ловко вытаскивает из её рук книгу, подхватывает кружку с уже остывшим чаем, что стояла на подлокотнике, убирает это всё куда подальше, задумывается. С одной стороны, её стоит донести до кровати и уложить. Он хорошо усвоил тот факт, что положение тела человека влияет на его сон, а ей как-никогда нужен тихий и спокойный, без ночных видений. Потому что кошмары тревожили её часто. А с другой — она может проснуться и будет очень недовольной пробуждением на его руках. А вот это чисто его догадки.       Немного помаявшись со своими мыслями он всё же решился перенести её. Бережно подхватывает, поднимает, на мгновение замирая, не дыша, чтобы убедиться, что не разбудил. Но нет. Спала, как младенец, только головой дёрнула и приложила её к его груди. Бесшумно проходит на второй этаж, открывает дверь в спальню. Раг уже давно знал расположение всех скрипучих мест, поэтому мог с лёгкостью их обойти даже с закрытыми глазами. Шумел либо по глупости, либо чтобы показать Розе, что он недалеко. Его бесшумность пугала её, потому что она тогда с лёгкостью могла спутать Рага со своим видением. Как оказалось, слуховых галлюцинаций у неё нет.       Доходит до кровати и, стащив задней лапой одеяло, укладывает её спать. Смотрит на поднявшийся тонкий серп месяца, что довольно ярко светил в окно, зашторивает приоткрытое окно лёгкой тюлью. Недостаточно, но хотя бы не так сильно будет бить лунный свет в глаза. Она что-то заворочалась, что заставило его обернуться. Просто удобнее устраивается в своей постели, безуспешно предпринимая слабую и сонную попытку, подоткнуть под себя одеяло. Он ей помогает, а затем исчезает в стене, перемещаясь в гардеробную. Хотел найти запах её парня, попытаться отследить и хотя бы просто понаблюдать за ним. За этим ублюдком. Раг его не видел, но знал это, чувствовал. После возвращения Розы от этого ублюдка домой никаких физический повреждений на её теле не было, но выглядела она явно замученной. Раг довольно поздно понял это и, к его сожалению, он ни разу не акцентировал внимание на запах этого молодого человека, поэтому никак не мог вспомнить, как тот пахнет, и отыскать по этим ощущениям. Перерывает всю одежду, неприязненно морщится: из посторонних только запахов только мужские духи. Безрезультатно. Нужно терпеливо ждать нового её похода.

***

      — А, это ты так шумишь? — Раг от неожиданности вздрогнул, обернулся. — А я думала, кто это так на кухне всё перелопачивает. Да с таким грохотом.       — Извини, не хотел будить.       Роза отмахнулась, зевнув, прошла на кухню.       — Готовишь? Поразительно, — без насмешки сказала она, подходя к нему ближе.       — Пытаюсь. Ты выспалась?       Она слабо морщится, глядя на его попытки порезать мясо.       — Очень даже выспалась, об этом можно не беспокоиться. Это ты меня перенёс на кровать да? — Роза заходит за его спину, возится, и тихо матерится: — Вот чёрт, за тобой ничего не видно. Давай подлезу, — она залезает под его руку, встаёт перед ним, кладёт свою руки на его. — Режешь неправильно, вот и долго мучаешься.       — Мне казалось, что нож тупой.       — Мне потыкать тебя им?       Она резко разрезала мясо на маленькие кусочки, от чего он, недовольно зашипел, вырывая руку, и встряхивая кистью.       — Что? Больно? — Роза покосилась на него. — Прости. Давай попробуем ещё раз, я буду аккуратнее, чтобы ты понял, как нужно делать.