set the bone straight

Вэй Ину не сиделось на месте. Нынешний ход войны сильно отличался от того, к которому он успел привыкнуть когда-то, — в прошлый раз их с Цзян Чэном военная активность закончилась в лагере союзных орденов в Цинхэ, — но он очень хорошо помнил это нарастающее чувство тревоги в груди. Вэй Ин помалкивал всё то время, пока обвешивал талисманами свою палатку и палатку Лань Чжаня, но как только со звукоизоляцией палаток было покончено, его прорвало. — Я убил бы за кувшин вина, — жалобно простонал Вэй Ин. Разводить костры запретили из опасения, что дым над деревьями кто-то заметит, так что есть пришлось холодные булочки, а из напитков имелась лишь простая вода. Воздух у подножия вулкана Цишань оказался гораздо чище, чем представлялось Вэй Ину. Если поднять взгляд вверх, отсюда можно было без труда различить возвышавшиеся над местом привала скалы, на которых стоял Безночный город. Скалы эти на фоне горизонта казались огромной чёрной приливной волной — с той лишь разницей, что сквозь её плотную тьму кое-где пробивался свет как доказательство того, что в городе кипела жизнь. Где-то там находились Вэнь Цин, Вэнь Нин и Лань Сичэнь. Вэй Ин слишком нервничал, чтобы держать себя в руках, но стоило ему на время забыть о еде, как Лань Чжань впился в него внимательным взглядом — до тех пор, пока Вэй Ин не продолжил отрывать от булочки по кусочку. — Не обязательно хорошего, — добавил он. — Мне просто нужно хоть что-то, что помогло бы мне успокоиться. — Очень важно завтра быть начеку, — напомнил Лань Чжань извиняющимся тоном. — У Вэнь Чао будет охрана. — Знаю, — вздохнул Вэй Ин. — Вот поэтому я и не взял с собой вино: знал, что захочу выпить. — Он накрутил край подола своих одежд на палец, распустил и накрутил вновь. Пусть Вэй Ин и не мог больше пользоваться Суйбянем, даже если бы тот был при нём, но было бы неплохо иметь при себе хоть что-то, чем можно было бы занять руки подобно тем заклинателям, что без устали полировали свои мечи. Чтобы Вэй Ин хотя бы со стороны больше походил на воина, нежели на заскучавшего ребёнка. — Ты когда-нибудь напивался кроме того случая, когда я заставил тебя выпить? Лань Чжань покачал головой. — Ах, — с сожалением выдохнул Вэй Ин. — Должно быть, своей выходкой я отбил у тебя всякое желание попробовать. Прости, Лань Чжань. На самом деле пить очень даже весело. Нужно лишь для начала дать тебе полный напёрсток вина вместо полной чаши. — Не льсти себе. Даже если бы распитие алкоголя не противоречило правилам, он всё ещё отвратителен на вкус. Вэй Ин рассмеялся — Лань Чжань был таким смешным: — Разве вашими правилами не запрещается привередничать в еде? Он цитировал эту часть довольно часто, когда жаловался на пресную еду в Облачных глубинах. — Запрещается, — согласился Лань Чжань. — Привередничать в алкоголе не запрещено. Вэй Ин с улыбкой пихнул Лань Чжаня коленом в бедро. Тот сидел чинно и правильно, тогда как сам Вэй Ин расслабленно развалился на траве рядом с ним. — Я рад, что здесь мы вместе, Лань Чжань, — искренне сказал он. — Хотел бы я, чтобы нам не пришлось делать то, что мы делаем, и чтобы тебя здесь не было, потому что так было бы безопаснее для тебя, но… В то же время, если уж мы собираемся свергнуть Вэнь Жоханя, я рад, что мы делаем это вместе. Лань Чжань посмотрел на него — как всегда серьёзный, с темнеющими в голубых лесных сумерках глазами. В дни обучения в Облачных глубинах Вэй Ину нестерпимо хотелось спровоцировать Лань Чжаня на большее проявление эмоций. Хотелось дёргать и дёргать его, пока он не сделает хоть что-нибудь в ответ: зарычит, накричит или выхватит из ножен Бичэнь. Теперь же Вэй Ину хотелось завернуться в драгоценную торжественность Лань Чжаня как в тёплое одеяло. — Я чувствую то же самое, — сказал Лань Чжань мягким низким голосом. Вэй Ин вздохнул, но во вздохе этом не было тоски. Он наслаждался влажным свежим весенним воздухом, видом того, как сквозь смешанную с землёй и пеплом прошлогоднюю пожухлую листву пробивались небольшие бледно-зелёные побеги. Может, происходящее сейчас и походило на конец света для мира заклинателей, но в более широком смысле… Даже если завтра все они умрут, трава всё равно продолжит расти. — Я хотел бы, чтобы ты приехал в Пристань лотоса, — пробормотал Вэй Ин. — Помнишь, я приглашал тебя. — Помню, — кивнул Лань Чжань. — Здания, наверное, ещё стоят, но это не то же самое. — Пристань лотоса больше никогда не будет прежней. Вэй Ин глубоко вдохнул и выдохнул, силясь унять дрожь в голосе. — Возможно, тебе бы там не понравилось. Из-за рынка на пристани летом бывало очень шумно — часто играла музыка, постоянно стояли крики и смех. — Мне бы всё понравилось, — уверенно сказал Лань Чжань. Вэй Ин снова рассмеялся: — Да? Откуда тебе знать? — Вэй Ин был бы моим сопровождающим, — пояснил Лань Чжань, слегка наклонив голову. — Даже если бы провёл всё время, флиртуя с девушками. Вэй Ин стыдливо прикрыл руками лицо. — Наверное, я бы так и сделал, — признался он приглушённо. Это было бы вполне в духе Вэй Ина-подростка — пытаться заставить Лань Чжаня ревновать или произвести на него впечатление подобным способом. — Если тебя это обрадует, из моего флирта так ни разу ничего и не вышло. Я больше болтал о своих успехах, клянусь. — Ммм, — протянул Лань Чжань неожиданно самодовольным — Вэй Ин даже опустил руки, чтобы взглянуть на него одновременно и возмущённо, и позабавлено, — голосом. Вэй Ин с оскорблённым видом бросил в него веточкой, — Лань Чжань, конечно же, поймал её, — и возмущённо простонал: — Лань Чжань! Пожалуйста, не мог бы ты не радоваться так откровенно тому, что я, скорее всего, умру девственником? Едва заметная улыбка на губах Лань Чжаня растаяла, будто её и не было вовсе. — Вэй Ин не умрёт. Ох, как же много он сегодня упрямился. Разумеется, рано или поздно Вэй Ин умрёт, но хотелось надеяться, что это случится не завтра. — Давай не будем об этом, — попросил Вэй Ин. — Лучше смейся надо мной и дальше. И неважно, что смех Лань Чжаня выражался разве что в слегка прищуренных в веселье глазах да шумном выдохе через нос. Когда и это не помогло избавить Лань Чжаня от тревожных мыслей о возможной смерти Вэй Ина, тот решил, что самое время прибегнуть к отчаянным мерам, и пожертвовал тем, что осталось от его чувства собственного достоинства. — Лань Чжань, я открою тебе один секрет, — сказал Вэй Ин, наклонившись чуть ближе к Лань Чжаню. — Я никогда ни с кем не целовался. Это не подняло Лань Чжаню настроение, но его напряжённое выражение лица слегка смягчилось, и он моргнул — то ли растерянно, то ли в удивлении. — Не смотри так на меня. — Вэй Ин придвинулся ещё ближе к нему. — Как будто сам ты с кем-нибудь целовался. — Однако он почти сразу усомнился в своей уверенности по данному вопросу. В конце концов, они с Лань Чжанем провели порознь несколько долгих месяцев: сначала разделились после того, как выбрались из обучающего лагеря Вэней, потом — когда остатки армии разошлись кто куда. Лань Чжань же был настолько красив, что мог поцеловать любого, кто ему приглянется, а то и больше. — Подожди, — спохватился Вэй Ин. — Ты целовался с кем-нибудь? Лань Чжань, ты должен сказать мне, если уже делал это! Лань Чжань покачал головой, и Вэй Ина пронзило острым чувством облегчения. Не то чтобы он возражал, если бы Лань Чжань уже успел поцеловать кого-то, но при одной лишь мысли об этом Вэй Ину отчего-то захотелось броситься в жерло вулкана. — Ну конечно же нет, — довольно кивнул Вэй Ин. — Праведный второй нефрит клана Лань никого не целовал, хотя каждая дева в заклинательском мире с радостью упала бы к его ногам. — Хмм, — с сомнением отозвался Лань Чжань. — А может, всё дело в том, что он плохо ладит с людьми. — Эй! — тут же одёрнул его Вэй Ин. — Ты великолепно… — Лань Чжань смерил его крайне скептическим взглядом. — Хорошо, возможно, ты великолепно ладишь далеко не с каждым встречным, но с некоторыми людьми уж точно! Неужели нашлись те, кто решил, будто они слишком хороши для тебя? Это самая глупая вещь, которую я когда-либо слышал. На какое-то время между ними повисла тишина. Лань Чжань нарушил её первым — сказал так, будто констатировал общеизвестный факт: — Вэй Ин хорошо ладит с людьми. — Не все с тобой согласятся, — возразил Вэй Ин. Может, разговоры и давались ему лучше, чем Лань Чжаню, но планка для сравнения была уж очень низкой. — Вэй Ин нашёл бы, с кем поцеловаться, если бы захотел, — уточнил Лань Чжань, всё так же не сводя с него взгляда. В свете пробивавшихся сквозь ветви лучей заходящего солнца его кожа отливала нежно голубым оттенком. — Я думаю… — Вэй Ин смущённо почесал нос. — На самом деле мне кажется, что я всегда так думал… Ну… Мне хотелось бы, чтобы этот человек был особенным. Хотелось бы, чтобы это что-то значило. — Вэй Ин заигрывал с таким количеством людей, что едва ли смог бы всех их сосчитать, но всегда делал это скорее ради собственного удовольствия и искренне верил, что все эти люди, заигрывая с ним в ответ, руководствовались тем же. Ведь какой в этом смысл, если это не весело? Смутить кого-то, поймать его взгляд своим — такие вещи ничего не значили для Вэй Ина. — Это глупо? Вспомнилось, как Лань Чжань отругал его тогда, в пещере Сюань-У: «Не заигрывай с другими, если не имеешь в виду именно это». Иронично, что именно с Лань Чжанем, заигрывая с ним и поддразнивая его, Вэй Ин впервые вкладывал в свои действия самый что ни на есть романтический подтекст, даже если и сам не сразу это понял. Вэй Ин не мог заставить себя взглянуть на Лань Чжаня, но чувствовал, что тот всё ещё смотрел на него, и под таким пристальным вниманием щёки невольно опалило жаром. — Нет, — наконец, мягко сказал Лань Чжань. — Вовсе не глупо. Вэй Ин натянуто рассмеялся и покачал головой. — Ты такой сентиментальный, — смущённо выдохнул он. Они сидели слишком близко: Вэй Ин чувствовал твёрдое плечо Лань Чжаня рядом со своим плечом, его крепкое бедро рядом со своим коленом, видел его отливающие в сумерках серебром длинные волосы. Всего этого было слишком много для Вэй Ина и, занервничав, тот выпалил прежде, чем успел обдумать свои слова: — Лань Чжань, мы можем умереть завтра. — Лань Чжань уже знакомо напрягся, но Вэй Ин продолжил. — Это было бы слегка печально, да? Второй и четвёртый по красоте молодые заклинатели нынешнего поколения умерли девственниками. Между прочим, я считаю, что первое место по праву должно быть твоим. Если бы не твой брат, так и было бы, но я думаю, что ты… — Вэй Ин, — перебил его Лань Чжань, полностью повернувшись к нему лицом. Вэй Ин глубоко вдохнул, через силу взглянул на него и беспомощно пробормотал: — Лань Чжань? Лань Чжань был таким… таким красивым. Он чуть хмурился, но не выглядел сердитым — лишь изучал лицо Вэй Ина так внимательно, что под этим взглядом тот почувствовал себя странно обнажённым. Вэй Ин хотел было извиниться за свои глупые слова, но в этот самый момент Лань Чжань вдруг потянулся к нему, коснулся рукой задней части его шеи и мягко скользнул пальцами в его волосы. Вэй Ин вздрогнул, тихо выдохнул и так ничего и не сказал. — Ты это имеешь в виду? — спросил Лань Чжань низким голосом. — Или это очередная шутка? На протяжении мучительно долгого мгновения Вэй Ин только и мог, что поражённо смотреть на него. Все мысли разом покинули его голову: он не мог придумать, что бы такого соврать в ответ, не мог сформулировать ни одной фразы. В конце концов Вэй Ин просто кивнул и следом тут же покачал головой, надеясь, что Лань Чжань всё поймёт и так. За прохождение этого невероятно трудного испытания на честность Вэй Ина как следует вознаградили: Лань Чжань наклонился к нему, аккуратно притянул его за шею и накрыл его губы своими. Вэй Ин тяжело выдохнул через нос и торопливо ответил на поцелуй. Губы у Лань Чжаня были мягкими, рот — горячим, а щёки — удивительно гладкими. То, что происходило с Вэй Ином прямо сейчас, походило на одну из тех фантазий, что он так ни разу и не посмел развить до логического завершения, — настолько нереальным оно казалось. Вэй Ин отстранился, чтобы глотнуть немного воздуха, но рука Лань Чжаня, всё ещё лежавшая на его шее, не позволила ему отодвинуться слишком далеко. — Мы ещё можем обернуть всё в шутку, если это то, чего ты хочешь, — тихо сказал Вэй Ин и придвинулся ближе к Лань Чжаню, опёршись ладонью на его колено. — Тебе не обязательно… — Вэй Ин. — Лань Чжань взглядом пригвоздил его к месту. — Я хочу того же, что и ты. Он с решительным видом вновь припал к губам Вэй Ина и чувственно прикусил нижнюю. Вэй Ин ошеломлённо выдохнул: Лань Чжань целовал его так, будто всё это действительно что-то да значило, будто между ними было нечто большее, нежели простое физическое влечение или последняя отчаянная попытка двух молодых господ испытать близость перед неизбежным кровопролитием грядущего дня. Это ощущение опьянило Вэй Ина хлеще любого вина. Лань Чжань сжал пальцы в волосах Вэй Ина, чуть натягивая их у корней, и за бедро потянул его к себе на колени. Об ужине никто уже и не думал. Ведомый Лань Чжанем, Вэй Ин перекинул одну ногу через его бёдра, сел сверху, и между их телами внезапно совсем не осталось свободного пространства — так близко они оказались. Вэй Ин чувствовал тепло тела Лань Чжаня и раньше — когда прижимался к нему сквозь дрёму в холодные утренние часы, — но сейчас всё ощущалось совсем иначе: стоило им прижаться друг к другу, и тепло это будто бы обожгло низ живота Вэй Ина. Возможно, они оба совершенно ужасно целовались, — Вэй Ин не мог сказать, насколько хорошо у них получалось, — но даже если и так, это не имело значения. Всё, что они с Лань Чжанем делали вместе, было заведомо великолепно. Даже то, как Лань Чжань потянул Вэй Ина за волосы чуть сильнее — до тех пор, пока тот не запрокинул голову, — и прижался к его обнажившейся шее своим горячим открытым ртом, невесомо царапая кожу зубами, прокатилось по телу Вэй Ина сладкой дрожью удовольствия. — Лань Чжань! — окликнул Вэй Ин, когда Лань Чжань сомкнул зубы сильнее. — Лань Чжань… Ах! Лань Чжань мазнул губами вверх по его шее и подбородку, добрался до его приоткрытых губ, и Вэй Ин позабыл, что именно собирался сказать. Неужели Лань Чжань и в самом деле никогда никого не целовал до этого дня? Вэй Ин жадно ответил на поцелуй, вжался в бёдра Лань Чжаня и мельком подумал, что даже эти бёдра, наверное, столь же красивы, как и всё остальное в Лань Чжане. Могли ли бёдра вообще быть красивыми? О боги, Вэй Ин очень надеялся, что однажды сможет узнать это на личном опыте. Хотя, возможно, Лань Чжань имел в виду… — Лань Чжань, мы собираемся зайти дальше? — лихорадочно выпалил Вэй Ин. Лань Чжань взглянул на него недоверчиво и… возбуждённо, в замешательстве нахмурил свои безупречно ухоженные — и как только находил на это время в условиях войны? — брови и по-совиному моргнул: — Если Вэй Ин хочет. — Да, — тут же выдохнул Вэй Ин. — Пожалуйста, давай сделаем это. Он вплёл пальцы в волосы Лань Чжаня и глубоко поцеловал его, мысленно радуясь, что если и умрёт, то со знанием того, каково это — чувствовать его язык у себя во рту. Лань Чжань поначалу отвечал, а потом вдруг резко поднялся с травы прямо с Вэй Ином в руках, и эта ненавязчивая демонстрация силы оказалась настолько горячей, что Вэй Ину срочно потребовалось ненадолго отвлечься от поцелуев и перевести дух. В палатке, куда Лань Чжань занёс Вэй Ина, было очень тесно — любое ложе превзошло бы её по размеру, — но выбирать не приходилось. Оказавшись внутри, Вэй Ин первым делом соскользнул с бёдер Лань Чжаня вниз, на застеленную землю, и зажёг талисманом небольшую лампу. По палатке разлился тусклый желтоватый свет. Вэй Ин вновь жадно прильнул к губам Лань Чжаня, прикрыл глаза и вслепую утянул его вниз, на подстилку. Лань Чжань податливо опустился сверху, втиснулся своими бёдрами прямо между бёдер Вэй Ина, и тот приглушённо застонал, цепляясь за его обтянутую многослойными одеждами спину. Лань Чжань был идеальным во всём, и даже тело его сквозь слои ткани ощущалось таким же идеальным: дисциплина духа, несомненно, играла важную роль на пути совершенствования любого заклинателя, но и с дисциплиной тела у Лань Чжаня дела обстояли замечательно. Вэй Ин попытался сесть, чтобы стянуть сапоги, но Лань Чжань не позволил. Он задрал повыше подол верхних одежд Вэй Ина, добрался до завязок на его штанах, ловко распутал их и потянул ткань вниз. Оставшись обнажённым от пояса до колен, Вэй Ин, наверное, должен был почувствовать себя неловко и глупо, но под потемневшим взглядом Лань Чжаня он лишь замер, в предвкушении затаив дыхание. Впрочем, едва ли Вэй Ин смог бы пошевелиться, даже если бы очень сильно захотел: Лань Чжань уверенно придавил его запястья к подстилке своими идеально большими руками, а его бёдра — надёжно зафиксировал своими сильными бёдрами. Если бы Вэй Ин был в состоянии, он обязательно рассказал бы Лань Чжаню, насколько привлекательно тот выглядел, когда возвышался над ним вот так и смотрел на него словно затаившийся во время охоты хищник, облизывающийся на потенциальную добычу. Но вместо этого с губ Вэй Ина предательски сорвался звук, отчётливо похожий на стон. Лань Чжань качнулся на его бёдрах, и Вэй Ин застонал громче. Было так хорошо, и всё происходило так быстро, что если Лань Чжань не дотронется до него прямо сейчас… Будто в награду за страдания Вэй Ина Лань Чжань поцеловал его и обхватил ладонью его крепко стоящий член. — Не шевелись, — велел он низким, не терпящим возражений тоном. От того, каким голосом это было сказано, бёдра Вэй Ина непроизвольно дёрнулись навстречу руке Лань Чжаня. — Ах… Я никуда не денусь, Лань Чжань, — пообещал он. Лань Чжань потерянно выдохнул его имя и медленно заскользил рукой по его члену. Опустившись сверху, практически прижав Вэй Ина к подстилке всем своим крепким полностью одетым телом, Лань Чжань прижался к его шее губами и с силой втянул в рот небольшой участок кожи под челюстью — в месте, где никакие следы совершенно точно не получится скрыть одеждой. Не то чтобы Вэй Ин захотел бы это сделать. О нет, напротив, возможность носить на себе любые оставленные Лань Чжанем следы привела его в неприличный восторг. Как если бы… как если бы Вэй Ин принадлежал Лань Чжаню. Эта мысль удивительным образом сочеталась с тем фактом, что Лань Чжань по-прежнему с лёгкостью удерживал оба запястья Вэй Ина одной рукой, в то время как второй всё старательнее и быстрее ласкал его член. — Неужели Ханьгуан-цзюнь всегда был таким сильным? — поддразнил Вэй Ин дрожащим голосом. Дыхание сбивалось, и приходилось прилагать усилия, чтобы собирать слова в предложения. — Готов поспорить, что ты бы с лёгкостью поднял меня и швырнул на постель, да, Лань Чжань? Вэй Ин невольно улыбнулся, представив подобную сцену во всех красках: как Лань Чжань в порыве страсти бесцеремонно швыряет его на настоящую кровать и делает с ним всё, что вздумается, до тех пор, пока у Вэй Ина не останется сил на разговоры. Возможно, им стоило вернуться к этой идее позже — если они оба переживут следующий день. Пожалуйста, пусть они оба выживут. Из фантазий Вэй Ина вырвала внезапная лёгкая вспышка боли — Лань Чжань прикусил нежную кожу на его шее. — Ах, Лань Чжань! — застонал Вэй Ин, дёрнув запястьями над головой. Лань Чжань прижал его крепче, слегка задев его бёдра своими. — Такими темпами ты совсем меня испортишь! — Вэй Ин, помолчи, — прошептал Лань Чжань, касаясь его шеи губами, и укусил ещё раз — совсем слабо, будто бы в назидание. Его чудесные, огрубевшие от игры на гуцине и месяцев домашнего труда пальцы с нажимом провели по члену Вэй Ина, и тот вновь застонал в голос, не в силах сдержаться. — Я… я не могу, Ханьгуан-цзюнь слишком хорош, — проговорил он, задыхаясь, и запрокинул голову, предлагая Лань Чжаню больший доступ к своей шее. — Твоя рука ощущается так хорошо… Почему мы не сделали этого раньше? — Ты никогда не предлагал, — тихо, с заметным напряжением в голосе ответил Лань Чжань. Он ослабил хватку на запястьях Вэй Ина, а после и вовсе убрал руку, предоставляя ему полную свободу действий. Вэй Ин тут же с наслаждением зарылся пальцами в его мягкие волосы — настолько мягкие, что это, вообще-то, даже было в какой-то степени несправедливо со стороны Лань Чжаня. Как он мог воплощать всю красоту этого мира в одном себе? Вэй Ин притянул Лань Чжаня к себе и впился в его приоткрытые губы, другой рукой крепко вцепившись в его бедро. Желание поскорее получить разрядку становилось невыносимым, но даже это не помешало Вэй Ину подразнить Лань Чжаня ещё немного. — Ты бы… ты бы позволил мне возлечь с тобой? — зашептал он, сгребая мягкие длинные пряди Лань Чжаня в кулак. — Позволил бы мне сделать это с тобой, Лань Чжань? Лань Чжань особенно восхитительно двинул ладонью на его члене и выдохнул почти умоляюще, хотя именно он сейчас имел над Вэй Ином власть: — Вэй Ин, пожалуйста… — Ты хотел бы этого? — продолжил Вэй Ин всё тем же прерывистым шёпотом. — Нагнуть меня над столом и взять? — Он был почти на грани: с каждым движением руки Лань Чжаня Вэй Ин всё сильнее прогибался ему навстречу, стремясь получить больше, сильнее, быстрее. — Тебе было бы так хорошо со мной, Лань Чжань, — простонал Вэй Ин, чувствуя, что тяжёлый ком напряжения внизу живота вот-вот распадётся, подталкиваемый и грязными разговорами, и тёплой рукой Лань Чжаня на члене. — И ты бы как следует позаботился о том, чтобы мне было хорошо тоже, не так ли? Лань Чжань ответил ему болезненным укусом в ключицу и ускорившимися движениями руки. Сквозь нарастающий шум в ушах Вэй Ин не сразу, но различил издаваемые им тихие звуки удовольствия — Лань Чжань тоже был возбуждён и явственно наслаждался происходящим. А после, кончая с криком, потонувшим в очередном поцелуе, Вэй Ин уже не слышал ничего. Только чувствовал осторожные ласковые поглаживания, которыми Лань Чжань старался продлить его удовольствие. На какое-то время силы покинули Вэй Ина: он лежал обмякший, с туманом в голове — возможно, он и правда заболевал, и это было просто ужасно, — до тех пор, пока ощущения понемногу не стали возвращаться к нему. Лань Чжань всё ещё лежал сверху, прижимая его к подстилке своей горячей грудью и крепкими бёдрами и касаясь губами его шеи. И кто бы мог подумать, но чувствовать на себе тяжесть его тела было куда приятнее, чем пьянеть от вина. Ко всему прочему Лань Чжань всё ещё был возбуждён — его твёрдый член прижимался к бедру Вэй Ина через слои одежд. Вэй Ин не смог бы так быстро возбудиться снова — после утраты золотого ядра выносливости у него поубавилось. Но будь он проклят, если не воспользуется подвернувшейся возможностью узнать, каково это — ощущать член Лань Чжаня у себя во рту. Желание сделать это моментально переместилось на первую строчку списка тайных желаний Вэй Ина. — Лань Чжань, — неловко позвал Вэй Ин, легонько похлопав Лань Чжаня по плечу, чтобы привлечь его внимание. — Могу я помочь тебе ртом? Лань Чжань медленно приподнял голову и посмотрел на Вэй Ина. Его губы потемнели и припухли после долгих поцелуев, уши отливали слабым румянцем, а в потемневшем взгляде явственно читалось удивление. Он выглядел так глупо, мило и горячо одновременно… Как Вэй Ин мог мыслить трезво, когда Лань Чжань смотрел на него вот так?.. После недолгих раздумий Лань Чжань кивнул и скатился с Вэй Ина на свободное место рядом с ним, чтобы стянуть с себя сапоги и штаны. Его член оказался несколько больше, чем Вэй Ин ожидал, но это нисколько не пугало. Вэй Ин ещё не до конца пришёл в себя после того, как кончил сам, но если бы они сейчас находились не в лесной глуши, где масло днём с огнём не сыщешь, он, несомненно, умолял бы Лань Чжаня взять его. Прямо сейчас же всё, чего Вэй Ин хотел, — это взять член Лань Чжаня в рот и доставлять ему удовольствие до тех пор, пока больше не сможет этого делать физически. У Вэй Ина имелось лишь начальное представление о том, что и как делать, — весенние сборники Не Хуайсана, безусловно, производили на своих читателей неизгладимое впечатление, но совершенно не подходили в качестве обучающего материала. Однако, когда Вэй Ин поднял взгляд на прекрасное лицо Лань Чжаня, все мысли о тех сборниках благополучно вылетели из его головы. Лань Чжань был просто ужасающе, до остановки сердца красив, и шрам, пересекавший его щёку, лишь придавал ему ещё больше красоты. Казалось несправедливым, что второй молодой господин Лань выглядел настолько привлекательно даже в немилосердных условиях военного лагеря, в тусклом свете одной лишь маленькой лампы. Лань Чжаня должны были окружать свечи, благовония и мягкие подушки, а не холодные булочки и тесная палатка. Если они оба переживут грядущий бой, Вэй Ин посвятит остаток своей жизни стремлению окружить уважаемого Ханьгуан-цзюня той роскошью, которой он заслуживал. Сейчас же Вэй Ин хотел, чтобы Лань Чжань хоть ненадолго почувствовал себя особенным, познал что-то приятное перед завтрашним кровопролитием. Вэй Ин на пробу аккуратно провёл по члену Лань Чжаня языком, следя за его реакцией. Лань Чжань содрогнулся от прикосновения, накрыл рукой затылок Вэй Ина, будто бы поощряя его продолжать, и запрокинул голову, открывая вид на напряжённую блестящую от пота шею, по которой незамедлительно захотелось провести языком точь-в-точь как по члену. Лань Чжань всегда выглядел красиво — недаром он занимал второе место среди самых красивых молодых заклинателей своего поколения. Но сейчас, наполовину раздетый и стонущий под Вэй Ином, судорожно сжимающий руку в его волосах, он выглядел красивым как никогда. Вэй Ин просто обязан был сказать ему об этом. И именно это он и сделал. — Ты такой красивый, Лань Чжань, — тихо выдохнул он, будто это было их маленькой общей тайной. — Такой потрясающий… И так сильно мне нравишься… Услышав похвалу из его уст, Лань Чжань глухо застонал и слегка прогнулся в спине. Вэй Ин изумлённо моргнул. О, как много всего он хотел сказать Лань Чжаню в тот момент… Но вместо этого Вэй Ин обхватил головку члена Лань Чжаня губами и втянул щёки. «Мне кажется, я люблю тебя, — билась в голове Вэй Ина настойчивая мысль, становясь всё громче и громче. — Я люблю тебя, я люблю тебя…» Так что Вэй Ин пошёл по пути наименьшего сопротивления и занял свой несдержанный рот членом Лань Чжаня прежде, чем успел бы сказать нечто настолько неловкое. Вэй Ин обхватил рукой ту часть члена Лань Чжаня, что никак не умещалась в рот, и услышал в ответ низкий протяжный стон. Приходилось осторожничать с горлом: если завтра в разговорах Вэй Ин будет хрипеть и морщиться от боли, у Цзян Чэна точно появятся вопросы, ответы на которые ему вряд ли понравятся. Член Лань Чжаня был таким большим, что Вэй Ин очень сильно нуждался в том, чтобы рассказать хоть кому-то — возможно, самому Лань Чжаню, — об этом чуде. Но только после того, как убедится, что его потенциальные слушатели не отправятся на поиски Лань Чжаня, дабы просить его разделись с ними ложе. Потому что это было бы действительно ужасно. Лань Чжань издал странный звук, очень похожий на всхлип, и Вэй Ин встревожено поднял на него взгляд. В тусклом свете виски Лань Чжаня едва заметно блестели от слёз, а сам он слегка хмурился — не как если бы ему было больно, но всё равно видеть его таким без каких-либо очевидных причин было неприятно. Может, у Вэй Ина плохо получалось и Лань Чжаню чего-то не хватало, чтобы кончить? Эта мысль показалась Вэй Ину непростительной, ведь Лань Чжань определённо заслуживал получить как можно больше удовольствия. Вэй Ин успокаивающе погладил его по внутренней стороне бёдер. Лань Чжань крепче сжал руку в его волосах, и с губ его внезапно сорвался шумный полувздох-полустон. — Вэй Ин… я… — дыхание Лань Чжаня сбилось, он прикрыл глаза и вскинул бёдра выше, безмолвно требуя больше ласки. Вэй Ин послушно заработал ртом усерднее, стараясь пропускать член Лань Чжаня как можно глубже, пока, наконец, не почувствовал прокатившуюся по его телу сильную дрожь. Лань Чжань даже кончал красиво — запрокинув голову и чуть отвернув лицо в сторону, судорожно впиваясь в плечо Вэй Ина пальцами. Вэй Ин проглотил сколько смог. На вкус оказалось не то чтобы приятно, но это всё ещё был Лань Чжань. Лань Чжань мелко дрожал под Вэй Ином. Его ресницы мягко трепетали, пока сам он медленно приходил в себя. Нынешнее выражение лица Лань Чжаня так сильно отличалось от того, с каким он ещё совсем недавно яростно вдавливал Вэй Ина в подстилку, что это было почти забавно. Вэй Ин тихо хихикнул, не удержавшись, и ласково погладил Лань Чжаня по спутавшимся волосам. — Вэй Ин… — выдохнул Лань Чжань таким хриплым голосом, будто это он сам только что держал чей-то член у себя во рту. Вэй Ин лёг рядом с ним, нащупал его руку и крепко переплёл свои пальцы с его, бездумно разглядывая его аккуратные ногти. Помедлив, Лань Чжань перекатился ближе к нему и осторожно лёг на него сверху, надёжно придавив собой к подстилке. Похоже, Лань Чжаня в их нынешнем положении всё устраивало: он почти сразу закрыл глаза и расслабленно разлёгся на груди Вэй Ина, упершись макушкой в его подбородок. Вэй Ин тихо рассмеялся и поцеловал его в лоб чуть выше ленты. «Я люблю тебя», — вновь подумал он, но так и не рискнул произнести это вслух. Они ещё не были готовы к этому. Возможно, Лань Чжань никогда не будет готов. Эта мысль расстраивала, но что ж, по крайней мере, никто из них не умрёт девственником. — Ты собираешься целоваться с другими? — приглушённо поинтересовался Вэй Ин в макушку Лань Чжаня, окончательно расслабившись под тяжестью его тела. — Нелепость, — фыркнул Лань Чжань. — А? — удивился Вэй Ин. — Лань Чжань, твой член только что побывал у меня во рту, так что мне казалось, мы уже прошли этот этап. — Он легонько ударил Лань Чжаня по плечу их сцепленными руками. — И ты не ответил на мой вопрос. Лань Чжань тихо вздохнул, опалив шею Вэй Ина горячим дыханием, и снова закрыл глаза. — Я не прикасаюсь к другим людям, — сказал он непререкаемым тоном. — Это «нет»? — спросил Вэй Ин, внезапно забеспокоившись из-за того, что их первый раз был недостаточно хорош. — Потому что знаешь, ты можешь целовать других людей, и я не стану останавливать тебя или что-то ещё… — Это «нет», — тихо подтвердил Лань Чжань. — Я хотел поцеловать только тебя. Испугавшись столь откровенных слов, Вэй Ин от неожиданности почти столкнул Лань Чжаня с себя, — тот крепко вцепился в него и не сдвинулся с места, — и уставился на него с широко раскрытым в потрясении ртом. И только тогда осознал, что они до сих пор оставались обнажёнными ниже пояса и соприкасались голыми ногами. А ещё всё ещё держались за руки. Растрепанные волосы Лань Чжаня водопадом покрывали бок и плечо Вэй Ина. Вэй Ин тяжело сглотнул. Лань Чжань, скорее всего, услышал его — с его-то идеальным слухом. — Хорошо… Что, если я захочу поцеловать тебя завтра? — осторожно спросил Вэй Ин, желая понять, как много Лань Чжань готов ему дать. — Или прямо сейчас? Лань Чжань приподнял голову с его груди, внимательно посмотрел на него, привстал на локтях и поцеловал его. Пухлые губы Лань Чжаня ощущались всё так же потрясающе, как и немногим ранее, и когда он углубил поцелуй, стало ещё лучше. К сожалению, это продлилось недолго: Лань Чжань отстранился первым — Вэй Ин только и успел, что издать неловкий протестующий звук, — и вернулся обратно на нагретое место на его груди, обняв его так крепко, будто Вэй Ин мог исчезнуть, если выпустить его из рук хоть на мгновение. — Эй, Лань Чжань, — прошептал Вэй Ин после недолгого молчания. — Ты позволишь мне привести в порядок твои волосы? Они выглядят такими мягкими… — На самом деле ему просто хотелось увидеть как можно более довольного и блаженного Лань Чжаня в своих объятиях, потому что Вэй Ин любил его, но этого он, конечно же, не сказал. — Ах, прости, у меня нет с собой гребня. — Всё хорошо, — перебил его Лань Чжань очаровательно сонным голосом. О боги, он был таким милым. — Вэй Ин может делать всё, что пожелает. Вэй Ин прерывисто вздохнул. Открывшаяся перед ним возможность потрогать красивые волосы Лань Чжаня без сексуального подтекста неожиданно сильно взволновала его. Как Лань Чжаня сохранял свои волосы такими блестящими и гладкими? Это семейная особенность или в Облачных глубинах на всех рождённых там детей накладывали какое-то заклинание, чтобы те росли по-неземному красивыми? Вэй Ин подозревал, что другие Лани выглядели столь же красиво, как и те, кого он уже знал. Исключая разве что старика Лань Цижэня. Так некстати припомнив Лань Цижэня, Вэй Ин вздрогнул и порадовался, что Лань Чжань не мог читать его мысли: говорить плохо об умерших определённо не следовало. Дабы отвлечься от глупых мыслей, Вэй Ин поспешил воспользоваться полученным разрешением и сосредоточиться на прочёсывании длинных волос Лань Чжаня и осторожных попытках пальцами распутать образовавшиеся в них после недавней возни маленькие колтуны. Вэй Ин мог пересчитать по пальцам одной руки, сколько раз кто-либо, кроме Цзян Яньли, помогал ему привести волосы в должный вид. Вторым таким человеком был Цзян Чэн, однажды пытавшийся достать застрявшую в хвосте Вэй Ина липкую смолу. Между прочим, Вэй Ин тогда даже не был виноват в случившемся! Вэй Ин осторожно вынул шпильку из высокой причёски Лань Чжаня, с тоской вспоминая чопорный гуань, который тот носил до войны. Волосы под пальцами Вэй Ина скользили подобно шёлку и выглядели гораздо более ухоженными в сравнении с его собственными волосами. Если бы Вэй Ин на самом деле был настолько самоуверенным и наглым, как о нём думали, и позволял себе делать всё, что вздумается, он бы, возможно, обрезал свои волосы просто ради удобства. Разумеется, люди косились бы на него на улицах, а это последнее, в чём Вэй Ин нуждался сейчас, когда помогал организовать восстание, будучи известным бывшим учеником бывшего великого ордена. Глубоко погрузившись в свои мысли и ощущения, Вэй Ин вздрогнул от неожиданности, когда Лань Чжань внезапно чихнул прямо возле его шеи. Вскинувший голову Лань Чжань выглядел настолько же встревоженным, насколько сам Вэй Ин — испуганным этим внезапным звуком. Несколько долгих мгновений они смотрели друг на друга, после чего Вэй Ин не выдержал и рассмеялся. Лань Чжань нахмурился и поджал губы, и это развеселило Вэй Ина пуще прежнего — у него аж в боку закололо. — Ах, Лань Чжань, не злись!.. — выдавил он сквозь смех, изо всех сил стараясь успокоиться. — Ты сейчас так мило и очаровательно чихнул! Разве могу я… — Он запнулся, проглотил чуть не слетевшее с языка «любить тебя». — Разве можешь ты мне не нравиться? Лань Чжань смерил его долгим взглядом и едва заметно улыбнулся. Сердце Вэй Ина подскочило к горлу и тяжело ухнуло обратно. Ох. — Вэй Ин, — прошептал Лань Чжань. Каким же красивым он был. Вэй Ин глупо улыбнулся, подозревая, что выглядел в этот момент как идиот. Но ему было удивительно всё равно до тех пор, пока Лань Чжань продолжал смотреть на него так, как сейчас. — Да, Лань Чжань? Лань Чжань медленно, сонно моргнул, как одна из тех диких кошек в Пристани лотоса, которых Вэй Ин периодически подкармливал рыбными объедками. — Ты можешь поцеловать меня завтра, — сказал Лань Чжань и вновь прижался к Вэй Ину — так спокойно и уверенно, будто эти слова не перевернули весь мир. — Ложись спать. — Хорошо, — так же тихо ответил Вэй Ин, всё ещё пропуская пальцы сквозь длинные пряди его волос. — Увидимся утром. Лань Чжань согласно промычал и обнял его крепче. Вэй Ин осторожно обнял его в ответ и сжал посильнее в своих руках — просто чтобы удостовериться в реальности происходящего прежде, чем потеряет сознание от потрясения. А ещё — чтобы убедиться, что Лань Чжань и в самом деле был таким идеальным, как ему запомнилось. И да, Лань Чжань оставался всё таким же идеальным, а всё происходящее было реальнее некуда.