Стажировка

      «Чистый афродизиак», — подумала ты, с упоением вдыхая запах застывшего рядом с тобой мужчины.              «Еще полсекундочки, и я от тебя отстану, честно-честно, потерпи», — отправила ты ему мысленное послание.              Ты заметила, как он напрягся. Ему явно было не по себе от этого внезапного порыва. Ты уже собралась было отпустить его и отодвинуться, как вдруг почувствовала большую, тёплую ладонь на своём колене, почувствовала, как эта ладонь медленно и невыносимо сладко поползла вверх. В глазах сверкнуло, и всё твоё осязание мгновенно сконцентрировалось на этом прикосновении. Ты, судорожно вздохнув, отстранилась, всё ещё держа руки на его плечах. Смесь эмоций штормом пронеслась по твоему сознанию. Он смотрел в глаза и, не в силах остановиться, продолжал путешествие рукой по твоему бедру. Не зная, как реагировать, не понимая, реальность это или галлюцинация, ты только молчала и смотрела в его глаза. Глаза казались тёмными, в них виделось что-то дикое. Ярость, которую ты наблюдала в них минутой ранее, трансформировалась во что-то иное, и ты не могла подобрать этому название.              — Мистер Хиддлстон... — голос сорвался на дрожащий шёпот, потому что его рука уже нырнула под край халата и достигла точки, где бедро соединяется с телом, погладила большим пальцем тазовую косточку и поползла дальше к ягодице.              «Everyone is gonna die and no one is gonna remember you, so fuck it.»       Все ментальные блоки, которые ты так старательно выстраивала вокруг себя, рассыпались, как по щелчку Таноса, и ты быстрым коротким движением прильнула к его губам. Он тут же с жаром ответил. Губы, о которых ты мечтала несколько недель, завладели твоими. В этом поцелуе не было нежности и трепета, в нём не было лёгкости. Это был чистый концентрат страсти, который слишком долго настаивался и бродил в ваших телах, не имея возможности хоть немного просочиться наружу. И вот, наконец, плотину прорвало. Ты мгновенно поплыла, всё вокруг стало смазанным. Мысли стали расщепляться, переплетаться друг с другом и превращаться во фрактальный рисунок.              Том, не разрывая поцелуя, одним мощным движением подхватил твоё дрожащее тело и пересадил к себе на колени. Ты оседлала его, уперевшись коленями в диван с обеих сторон от него. Этот поцелуй больше походил на попытку сожрать друг друга. Его руки нагло развязали и так ослабевший пояс халата и, швырнув его в сторону, заскользили по твоему телу. Ты не могла поверить в то, что это происходит на самом деле, что это не фантазия пьяного воображения. О нет, от одного бокала вина такие приходы не случаются. Ты была почти обнажена в его руках, только халат в бессмысленном целомудрии прикрывал руки и спину.              Он сжал ягодицы так крепко, что ты жалобно пискнула ему в губы, продолжая целовать. Не желая думать ни о чём, он с жадностью исследовал твоё тело. Руки твои начали судорожно расстёгивать его рубашку, желая как можно скорее прикоснуться к нему. Вся кожа пылала, тебе так нужны были эти прикосновения. Его сильные, тёплые пальцы заскользили вверх по твоей спине, сминая кожу, будто пытаясь вплавиться в неё, и перебрались вперёд, накрывая холмики грудей. Ты издала возбуждённый полувсхлип-полустон и чуть прикусила его нижнюю губу. Искры напряжения молниями полетели от сосков вниз по животу и, стекая между ног, обожгли всё твоё нутро. Ты почувствовала невыносимую пульсирующую пустоту внутри и прижалась к Тому ещё теснее, потеревшись промежностью о бугор на его брюках, который несомненно подтверждал, что он был возбуждён точно так же, как и ты. Ты готова была кричать, когда рука этого умопомрачительного британца спустилась по животу вниз, пробралась между ног и принялась нежно, но настойчиво ласкать. Он с удовлетворением почувствовал пальцами именно то, чего и ожидал: твоё влажное возбуждение. Его пальцы с мягким нажимом массировали концентрированный источник твоего удовольствия. Твоё нежное, отзывчивое тело сводило его с ума, а тихие горячие стоны распаляли ещё больше.              Он оторвался от твоих губ и восхищённо посмотрел в твои возбуждённые глаза. Ты замерла, приоткрыв губы, потому что почувствовала, как его пальцы медленно проникают внутрь. Этот засранец хотел посмотреть на твоё лицо, когда он будет делать это, хотел видеть, как ты прикрываешь глаза от удовольствия, ощущая, как его изящные, длинные пальцы скользят внутри. Тебя почему-то ужасно возбудило это. Пусть смотрит, ты хотела, чтобы он смотрел.              Ты потянула руки к его брюкам и начала расстёгивать их, но получалось плохо, потому что вдруг стало сложно себя контролировать. Указательный и средний пальцы скользили внутри, лаская подрагивающие стенки влагалища, а большой палец настойчиво массировал клитор. Ты напряглась всем телом, понимая, что эти волшебные пальцы почти довели тебя до пика. Будто он точно знал, как нужно тебя ласкать, будто читал мысли и чувствовал, с какой силой и нажимом нужно прикасаться. Задыхаясь, ты вцепилась в его плечи и уткнулась губами в шею, не понимая, как он это делает, как выжимает из твоего тела такое удовольствие. Ты вонзила зубы в его плечо прямо через рубашку, и твоё тело сжало его мокрые от смазки пальцы. Спазмы удовольствия накрыли низ живота, и ты во взрыве наслаждения приглушённо заскулила в напряжённое мужское плечо. Всё на миг померкло, и твоё тело полностью расслабилось, лишь легонько содрогаясь в острых волнах удовольствия, и обмякло. Из тебя будто исчезли все кости, и ты стала мягкой, как маршмеллоу.              Ты никогда не испытывала подобных ощущений с мужчиной. Да, у тебя был невнятный сексуальный опыт на третьем курсе, но ничего подобного там и близко не было.              Ты вдруг осознала, что он почти полностью одет, а ты почти полностью обнажена, и всё произошло буквально за пять минут.              — Какого чёрта сейчас произошло? — прошептала ты в его губы.              — Я не знаю, — шёпотом ответил он, глядя в твои ошалелые глаза, — но знаю, что завтра ты будешь об этом жалеть.              Его накрыло невыносимо жгучее чувство, что он воспользовался твоей минутной слабостью.              Ты отстранила лицо, чуть нахмурившись, и попыталась сосредоточиться, глядя в его глаза. Ты хотела было возмутиться этому предположению, но это было бы странно, учитывая, что его пальцы всё ещё были в тебе и, наверняка, ощущали отголоски пульсации схлынувшего оргазма.              — Почему ты так говоришь? — спросила ты, бегая взглядом по его зрачкам.              — Просто знаю, — пожал он плечами, аккуратно извлекая из тебя пальцы.              — Но ты ведь не... — ты запнулась и глянула вниз. Ты успела распахнуть его рубашку, но он даже не расстегнул брюки.              Он мотнул головой, пряча глаза.              — Так даже лучше, — тихо сказал он. — Мы вообще не должны были этого делать...              Слова будто наотмашь хлестнули тебя по лицу. Захотелось прикрыться. Было стыдное ощущение, будто ты набросилась на него и насильно удовлетворилась об его руку. Ты слезла с него и запахнула халат и, стоя на абсолютно ватных ногах, повертела головой в поисках пояса от него.              — Всё хорошо? — он осторожно тронул тебя за рукав, глядя снизу вверх.              — Всё очень хорошо, — ответила ты злым голосом. — Мне очень понравилось! — и резкими движениями завязала найденный пояс.              Том не был идиотом, он видел, что не всё хорошо, но не знал, что сказать. В нём всё ещё пульсировало желание, ведь он так и остался голодным. Чёрт, ну кто тянул его за язык? Наверное, нужно было просто продолжить целовать тебя и трахнуть прямо тут на диване. О, это было бы чудесно. Но вышло так, как вышло. Волшебный момент между вами растрескался и почернел.       «...мы вообще не должны были... Он жалеет... Что я сделала не так?»              — Я хочу уйти, — прошептала ты.              — Ну куда ты пойдёшь? Побудь тут. Там спальня, отдохни. Я не буду тебя беспокоить и посплю на диване.              — Чтобы меня увидели утром, выходящей из этого номера? Ну уж нет, мистер Хиддлстон, — ты интонацией выделила это официальное обращение, — мне нужно вернуться к себе, как только... Как только это станет возможным.              Он медленно кивнул.              Следующие полчаса ты провела одна с телефоном в руке, яростно написывая Лоре. Том скрылся в отдельной комнате и не отсвечивал. Так и не дождавшись от девушки ответа, ты пришла в бешенство.              — Да сколько можно! — ты вскочила с дивана, быстрым шагом направилась в ванную и переоделась в мокрое платье. Схватила туфли, клатч и аккуратно выглянула в коридор. Убедившись, что там пусто, ты быстро вышла, затворила за собой дверь и решительно пошла к вашему с Лорой номеру.              Табличка «Не беспокоить» всё ещё висела на ручке двери, но тебя это больше не волновало. Ты громко постучала в дверь.              — Лора, я вхожу! Скажи Трою, пусть прикроется! — громко сказала ты и открыла дверь своим ключом.              Парочка успела задремать под одеялом, и голубки проснулись от того, что ты вошла и хлопнула дверью.              — Почему ты мокрая? — сонно спросила Лора, пряча голые плечи под одеяло и жмурясь от света.              Ты ничего не ответила и, прихватив с собой пижаму, отправилась в ванную. На пороге ты остановилась и обернулась на парочку.              — Трой, тебе пора, — уставшим голосом сказала ты, глядя на взлохмаченного парня, и захлопнула за собой дверь.      

***

      На завтрак ты не пошла. Перспектива встретиться там с Томасом скручивала внутренности в тугой жгут. А ведь тебе ещё видеться с ним в понедельник и делать вид, что ничего не произошло.              Лора умирала от стыда перед тобой. Ты рассказала ей всё, кроме того, где провела небольшой отрезок времени, ожидая, когда они с Троем натрахаются. Она тысячу раз просила прощения и не могла поверить, что ты не злишься.              — На тебе же лица нет, господи, ну что мне сделать, чтобы ты перестала дуться?              — Да я не дуюсь, у меня просто всё тело болит после лазертага, и я, честно говоря, уже хочу домой.              По глазам Лоры ты поняла, что она тебе не поверила.      

***

             На следующей неделе ты чётко стала понимать, что идея запретить романтические отношения между коллегами — это не такая уж и блажь. В этом определённо было здравое зерно. Понедельничная встреча с Хиддлстоном, казалось, длилась бесконечно, хотя на самом деле это были ваши обычные утренние полчаса. Ты пришла на совещание с твёрдым намерением избегать зрительного контакта, но он так ни разу и не взглянул на тебя. Вёл себя абсолютно буднично. Как он может быть таким равнодушным, когда тебя каждые пять минут прошибают горячие флешбеки с прошлой субботы? Он был прав, вы не должны были делать этого, ведь теперь ты не могла смотреть на него спокойно. Всё время ощущала на себе его фантомные руки. Но случилось то, что случилось, и сложно было сказать, кто спровоцировал весь этот бардак: ты или он.              А в четверг ты получила сообщение от Линетт с просьбой заменить на один день Мэтта Хатчинсона, потому что он по каким-то своим неотложным семейным обстоятельствам вынужден был улететь из штата. И всё бы ничего, но проблема была в том, что Мэттью Хатчинсон был личным ассистентом Хиддлстона. А это ещё какая проблема. Стажёры завидовали, а ты рвала и метала.              — Ох и везучая ты... Весь день с боссом! Я бы сунула нос в его расписание, так интересно, чем он занят... — Лора жестикулировала круассаном.              — Так себе удача, быть на подхвате. У меня свои задачи горят, а мне задницу Мэтта прикрывать. Может, договорюсь как-нибудь распараллелить процессы. Реально, не думаю, что мне так уж нужно торчать там у него весь день. Уверена, почти всё можно сделать удалённо из нашего опенспейса.       Ты нервничала и почти не ела, как, впрочем, и всю эту неделю.             

***

      «Добрый день, мистер Хиддлстон! Завтра я весь день буду заменять Мэтта. Я хотела уточнить, не будете ли вы возражать, если я останусь завтра на своём этаже и буду выполнять все обязанности вашего ассистента удалённо? Я хотела бы параллельно продолжить заниматься своими задачами».       Письмо ушло. Выдох...              Ответ пришёл почти сразу же:              «Как вам будет угодно, мисс Т/Ф»              Ну вот всё и прояснилось.       Ему похуй.       Рассыпалась предательская надежда, что это именно он попросил Линетт выбрать твою кандидатуру на подмену, чтобы провести день рядом под благовидным предлогом. Но нет, ему похуй.              Почему это так ранит? Почему так дерёт душу и выворачивает наизнанку? Вы ведь друг другу никто, он тебе ничего не обещал. Между вами был лишь поцелуй. Неужели всего один поцелуй может так сильно ударить по тебе? Ударить и пробить насквозь. Ну ладно, это был больше, чем просто поцелуй. В груди зияла рана, и тебе срочно нужен был пластырь. Ты посмотрела на телефон. Нельзя так поступать, но... Иногда жизненно необходимо побыть немного эгоистичной. Ты решила, что пора заглянуть в твою френдзону и объявить для кое-кого амнистию.              Пролистав в списке чатов до диалога с Уоллесом, ты написала туда.              Арчибальд Уоллес на самом деле хороший парень. Возможно, именно поэтому ты так быстро зафрендзонила его. Так бывало почти всегда, когда на твоём пути попадался отличный, добрый паренёк. Ты смотрела на такого и думала: «Какой охрененный чувак! Будет моим дружбаном-братаном!»              Классика жанра: «Хороший парень, который будет любить меня и никогда не обидит, подвинься в сторону, ты загораживаешь мне вон того мудака».              Вряд ли из этой затеи выйдет что-то хорошее, но тебе так нужно было в этот момент почувствовать себя нужной. Залечить убитую самооценку. Хотя кто знает, возможно, нужно просто дать шанс вам с Уоллесом? Возможно, ты сможешь проникнуться к нему чувствами. Ведь он и правда отличный парень.              Он всё ещё пытался писать тебе, но уже не так рьяно, как сразу после выпускного. В последнюю неделю он только изредка кидал смешные тик-токи. Ну что ж, пришло время подкинуть угля в эту топку.              И топка заполыхала сразу же. Уоллес активизировался после первого же твоего «Привет, как делишки?» и понеслось... Он сразу же предложил забрать тебя вечером с работы и сгонять в кино. Ну, кино так кино. Не будешь сидеть опять дома одна и бесконечно пестовать свои страдания.              

***

             Уоллес сильно загорел с того времени, как вы виделись на выпускном. От этого его крупные, белые зубы казались ещё белее и прямо-таки сияли в улыбке. Это был симпатичный, крепкого сложения шестифутовый парень с прямыми, тёмными волосами. Очки вносили в его раздолбайский видок немного интеллигентности. Он был говорлив, что тебя устраивало, ведь это избавляло от неловкой тишины и позволяло не утруждать себя придумыванием тем для болтовни.              — Меня зовут Арчи, если ты забыла.              — Поехали уже, Уоллес, не суши мне мозг, — добродушно хихикнула ты, пристёгиваясь в его машине.              — Ну и как оно? — мотнул он головой в удаляющееся за спиной здание Global Network.              — Ты про стажировку? Тяжело, очень много нового приходится изучать. Я никогда не читала так много технической литературы, как за последний месяц. Но реально интересно, потому что теорию сразу можно попробовать на практике, и это круто. А ты чем занимаешься сейчас?              — Я после выпускного отдыхал, а буквально неделю назад предложили влиться в один перспективный стартап. Так что тоже погрузился в работу, некогда даже мемасики смотреть.              — Я вижу, ты уже подкопчённый стал! С пляжа совсем не уходил? — рассмеялась ты. — Вот посиди теперь в офисе со стартаперами, тоже побледнеешь, как я.              — Всё, я намёк понял! На выходных едем на пляж!              — Намёк? У тебя всегда был талант видеть то, чего нет, Уоллес!              — Ар-чи!              — Будь здоров!              Так весело болтая, вы доехали до кинотеатра.              После фильма Уоллес повёз тебя домой, и уже почти у дома ты вдруг осознала, что забыла в офисе телефон. Было уже чуть больше десяти вечера. Осталось меньше часа до закрытия здания, и ты с криками погнала Уоллеса обратно к месту стажировки.              — Пипец ты меня уболтал, я даже не заметила, что несколько часов не брала в руки телефон!              Поздоровавшись с охранником, ты на всех парах побежала к лифту, оттуда к своему пустому рабочему месту, схватила телефон и снова к лифту.       "Уфф, волосы разлохматились, пока носилась! Блин, лифт уже успел уехать, ладно, подождём…"              Динь! Двери лифта расползлись в стороны. Мысли тоже расползлись. В лифте тебя ждал самец человека из отряда «Хиддлстоны уставшие».              — Опять спите на рабочем месте, мисс Т/Ф? — глянув на часы, спросил он.              Ты бочком вошла в лифт и приняла непринуждённый вид.              «Дыши спокойно», — уговаривала себя ты, но организм вновь словно приготовился к урагану, и ты внутренне вся подобралась.              — Нет, на этот раз я просто вернулась, чтобы забрать забытый телефон.              — Могу снова вас проводить...              «Ну что за голос, ну почему такой бархатный и ласкающий?»              — Нет, спасибо, меня подвезут.              «Господь, сделай мою улыбку искренней и лёгкой!»              Он немного сжал губы и кивнул. На пороге здания вы разошлись в разные стороны: он к своей машине, ты к машине Уоллеса.              Сердце ныло, но злорадство немного облегчало эту боль. Он наверняка мог видеть, что ты села в машину к парню. Пусть не думает там, что ты страдаешь и льёшь слёзки. Всё! Лавочка закрыта!              Правда, он мог и не посмотреть, куда ты там села. Скорее всего, так и было...              — Ну что, погнали к тебе кофе пить? — заводя мотор, беспечно спросил Уоллес.              — В старбаксе попьёшь, кофеман, а я спать. Завтра у меня тяжёлый день, — легонько пихнула ты его в плечо.              

***

             День и вправду выдался тяжёлым. Хиддлстон вёл себя, как последний мудак. Загонял тебя так, что ты быстро поняла: стажёрские задачи в эту пятницу придётся отложить. После трёх перебежек между этажами туда и обратно ты начала подозревать, что Том решил накинуть на тебя всё то, что Мэтт откладывал в долгий ящик. Только переписка с Уоллесом немного отвлекала от дел. Он высыпал на тебя целый дождь из смешных мемасиков, просмотреть которые просто не было времени.              Занялась ты этим только перед обедом. Том куда-то ушуршал, оставив тебя разбирать бумаги в кабинетике Мэтта, который был на том же этаже, что и кабинет Хиддлстона, но в другом крыле. Самое время сгонять за кофе и поорать с мемов. Ты зашла в кухонный блок, сделала себе кофе и зависла, прислонившись к столешнице, держа в одной руке чашку, а в другой телефон.              Ты беззвучно ржала над очередным видосом из тик-тока, который прислал Уоллес, когда появился Том.              — А я вас ищу, мисс Т/Ф! Рад, что вы в хорошем расположении духа. Пойдёте на ланч? Тут есть отличное местечко рядом...              Ты оторопела от предложения, но всеми силами изобразила ноль заинтересованности.              «Ну нет, умирать от неловкости и тахикардии в мои планы не входит, мне мои нервы целыми нужны»              — О, спасибо, мистер Хиддлстон, я совсем не голодна, лучше поработаю ещё, — ответила ты, мельком взглянув на него и вернув внимание в телефон.              Он помолчал пару мгновений, переваривая ответ, кивнул и ушёл.              

***

             За обеденное время ты разгребла всё, что он на тебя навешал, и выдохнула.              «Лора, зацепи мне из кафетерия какой-нибудь пончик, и я отдам тебе свою душу»              «Приходи, у Рика тут целая упаковка, куда только ему лезет…»              Хвала небесам, больше в тот день Томас тебя не беспокоил, и ты спокойно вернулась к ребятам на свой этаж.              А вечером тебя снова забрал Уоллес, и ты подумала: «Чёрт возьми, как удобно. К этому я могу привыкнуть»              Ты быстро забежала домой переодеться, накинула лёгкий сарафан, босоножки. Всё ещё стояла жара, и даже вечером не становилось особо легче. Влажный калифорнийский воздух был немного похож на воздух в хамаме. Вы с Уоллесом погнали в парк аттракционов, как дети малые обожрались там сладкой ваты с газировкой, покатались на всём, на чём только можно, и ты вновь ощутила себя беззаботным подростком. Время промелькнуло незаметно, и вот уже сильно за полночь, а вы бродите босиком по пляжу, держа обувь в руках. Обстановка становилась слишком уж романтичной, и Уоллес всё чаще бросал на тебя нежные взгляды. Наврав ему что-то про мозоль от босоножек, ты попросила его увезти тебя домой. Ужасно неловко ты уворачивалась от его губ в машине у подъезда. Видимо, он счёл, что пришло время целовать тебя, но...              — Дай мне время, Уоллес, — тихо сказала ты, и он молча кивнул.              «Может, нужно было позволить ему этот поцелуй?» — анализировала ты себя, копаясь в сумочке в поисках ключей, и тут заметила, что дверь в квартиру приоткрыта.              Ёб твою мать!              Ты замерла, взявшись за ручку двери. Внутри горел свет. Если это взломщики, то ни в коем случае нельзя входить внутрь. Сразу нужно звонить 911. Но ты в оцепенении, как тупая героиня тупых ужастиков, медленно и аккуратно приоткрыла дверь пошире и глазами пошарила по открывшемуся пространству. В квартире было светло и тихо. Взгляд упал на пол. Там валялась связка ключей и одинокий мужской ботинок.              Плечи мгновенно расслабились. Ботинок этого взломщика был тебе знаком. Странно, что ботинок всего один. Ты глянула в телефон. Два часа ночи. Какого хрена... Ты вошла в квартиру, подобрала ключи и повесила их на крючок. Подобрала ботинок и аккуратно поставила его у двери. Посреди гостиной валялся его брат-близнец. Его туда же, к двери.               В гостиной было пусто. Ночной визитёр блаженно посапывал в твоей постели поверх покрывала прямо в одежде. Мистер Томас Хиддлстон собственной персоной.              Мда... похоже, кто-то поддал сегодня вечером в баре... И почему-то решил заночевать у тебя.       "Что такое, мистер Мы-не-должны-были-этого-делать-вообще? Жена на порог не пустила?"        Ты хмуро сложила руки на груди, намеренно нагнетая в себе негодование, чтобы вытеснить все другие мысли. Да уж, Хиддлстон явно не из тех людей, которых кто-то куда-то может не пустить.              Растолкать и погнать к чертям? Да как его погнать, всё-таки он в своей квартире. Хоть и обещал не наведываться по ночам. «Какой всё-таки красивый гадёныш…» — ты залюбовалась его умиротворённым лицом и острыми скулами.              Ну пусть спит, сейчас что-то предпринимать бессмысленно. Надо идти в душ и спать. Видимо, на диван...