Айдолы и я

      Мы с Надин встретились в кафе недалеко от нашего с «INBOW» дома. Пока нам приносили кофе и сэндвичи с десертами, я рассказывала подруге о последних событиях.       — Черт возьми, это уже переходит все границы! — ужаснулась Надин. — Нужно рассказать обо всем твоему боссу и господину Паку.       — Погоди, успокойся. Ничего страшного все же не произошло.       — В смысле? Вас с Ми Ген похитили, связали и выбросили на пирсе! Вашим жизням угрожали, тебя заваливают угрозами, еще и этот Ли Хон с наркотиками и со своими злодейскими планами. У нас есть уже достаточно подозрений.       — Да и что мы им скажем? Леша мне голову открутит, когда узнает, чем я тут занимаюсь.       — Ага, а когда он приедет на твое опознание, то станет самым счастливым человеком в мире! — возмущалась Надин. — Почему ты не хочешь рассказать обо всем? Зачем лезть в это опасное дело еще глубже? У нас с тобой нет крутых связей, да и не учились мы у Джеки Чана и Тони Старка, чтобы в одиночку биться с криминалом, политиками и наркоманами. Я тебя не могу понять.       Вздохнув, я откинулась на стуле.       — Слушай, я хочу рассказать, правда, но что мы имеем сейчас?       — Фото, твои сообщения с угрозами, факты того, что Ли Хон опасен. Кстати, помнишь, ты просила меня узнать у кого-то по поводу наркотиков, что ты нашла в тот вечер в бачке унитаза?       — Ну? — я заинтересовано посмотрела на нее.       — Так вот, через несколько людей вышла на тех, кто смог проверить все и предоставить информацию. Тут тебе и Экстази, и ЛСД, несколько грамм кокаина и героина. Есть где разгуляться.       Я присвистнула.       — Тебе не задавали странных вопросов, когда ты относила все это на проверку?       — Лучше не спрашивай, как я выкручивалась. Это был долгий бой, — Надин отпила принесенный официантом кофе. — Судя по всему, Ли Хон очень крепко сидит на всех этих препаратах. А может, и по вене ширяется.       — Вылечить такую зависимость будет трудно, — задумалась я.       — Ты в своем вообще уме? — Надин поперхнулась кофе. — Решила стать матерью Терезой и вылечить Ли Хона от зависимости? Да по нему тюрьма плачет! Он должен понести наказание за свои преступления.       — Конечно, безнаказанным его нельзя оставлять.       — Или ты к нему прониклась? Или, того хуже, влюбилась?       — Надин, ты несешь какую-то чушь. Ну, где я, а где Ли Хон? Я не настолько дура, чтобы связываться с наркоманом. К тому же криминальной личностью.       — Мне не нравится, что он к тебе неровно дышит. Ты явно его интересуешь. Он может что-то плохое с тобой сделать.       — Надин, расслабься. Я не дура. Он подозревает меня, я в этом не сомневаюсь. Если он что-то со мной сделает, у меня не останется другого выбора, кроме как сдать его с потрохами, Ли Хон тоже это понимает.       — И все же, я считаю, что нам необходимо все рассказать Пак Хо Соку и Со Му Нёлю.       — Расскажем, но не сейчас. Нужно еще немного подождать.       Надин сжала губы и осталась при своем мнении. Я пила кофе, ела сандвичи с десертами и смотрела в окно, размышляя о дальнейших наших действиях.       — Ты точно не хочешь соскочить? Ты права, становится опасно.       — Я уже в тот вечер сказала, что не брошу тебя. Ты без меня пропадешь. Но и позволять тебе творить хаос я тоже не буду. Ты отныне на моем личном контроле.       — Слушаюсь и повинуюсь, госпожа! — я поклонилась Надин.       — Хватит паясничать, лучше расскажи мне о твоем друге, Георгии. Какие девушки ему нравятся? Когда у него бой? Ты еще встретишься с ними в Корее?       От упоминания Гоши и друзей стало как-то горько на языке. Скоро будет наша встреча после ссоры, и я очень переживаю по этому поводу. Мы хоть и раньше ругались, но отходили быстро, а тут несколько дней игнорирования и полная неизвестность.       — Виса, ты чего задумалась? У тебя еще что-то произошло?       Я перевела взгляд на Надин. Она обеспокоенно смотрела на меня, готовая выслушать и помочь всем, чем сможет.       — Нет, все в порядке, не волнуйся. Я просто задумалась, — Надин хоть и моя подруга, но это отношения между нами. Нечего ее впутывать еще в эти скандалы.       — Ну, как скажешь. Я всегда готова тебя выслушать и поддержать, но также жду от тебя информацию по твоему другу.       — И чем тебя так Гоша привлек?       — Ты его видела? Аполлон в чистом виде! Высокий, сильный, накаченный, красивый и с таким голосом! — Надин аж глаза закатила от переизбытка чувств.       — Ты по ночам случайно с его фотографией под одеялом ничего не делаешь? — усмехнулась я.       Надин потянулась ко мне и щелкнула пальцами по лбу.       — Извращенка!       Рассмеявшись, я на некоторое время смогла расслабиться и почувствовала облегчение.       С Надин мы посидели в кафе еще пару часов, в сотый раз обсудили все, что смогли накопать на Ли Хона и его команду «звездных мальчиков», и лишь после этого разошлись. Надин уехала по делам, у нее намечался какой-то крутой проект. Я же отправилась гулять по городу, убивая время до встречи с друзьями.       Погода стояла теплая, солнце не жарило, прохладный ветерок обдувал и делал прогулку приятнее с каждой минутой. Остановившись на перекрестке в ожидании зеленого света, я увидела в толпе людей Ю Бина. Он шел в противоположную от меня сторону, с кем-то говорил по телефону и натянул козырек кепки на лицо, чтобы скрыться, но я все равно смогла его узнать. Когда загорелся зеленый свет, я поспешила за Ю Бином, стараясь не терять его из виду.       Весь путь, который он шел просто куда-то прямо, Ю Бин не прекращал говорить с кем-то по телефону. Выглядел он абсолютно нормально и не выделялся из толпы. Я уже собиралась прекратить свои замашки сталкерства и списать все на начинающуюся паранойю, как Ю Бин неожиданно остановился и закончил свой разговор. Убрав телефон во внутренний карман куртки, он огляделся по сторонам и свернул вправо, перейдя на быстрый шаг. Я поспешила за ним.       Ю Бин, спрятав руки в карманах, шел целенаправленно, не оглядываясь и огибая прохожих. Меня удивляло и настораживало это.       Пройдя еще несколько метров, Ю Бин остановился возле небольшого магазинчика в китайском стиле. Он зашел внутрь, я, выждав несколько минут, зашла следом. Ю Бин неспешно проходил мимо стеллажей, просматривая товары. Сделав вид, что занимаюсь тем же, следила за ним краем глаза. Вокруг стояли разные вида чая, лапши, каких-то грибов, спаржи и еще куча всего мне неясного. Справа стенд с посудой, слева автоматы с газировкой, а недалеко стенд с сувенирами. С потолка свисали китайские фонарики, красные нити, переплетенные друг с другом, разные медальоны и амулеты. Народу было много и затеряться мне было очень легко. Дверной колокольчик постоянно звенел, говоря о новых посетителях.       Ю Бин выбрал себе упаковку чая, лапши быстрого приготовления, пакет каких-то сладостей и пошел на кассу. Вытащив из ближайшего автомата сок, я поспешила занять очередь на оплату. Когда Ю Бину пробивали его товар, девушка кассир переглянулась с ним и кивком головы указала куда-то вглубь магазина. Расплатившись за товар, Ю Бин ушел в указанном направлении.       Оплатив свой заказ, я отправилась туда же, где скрылся парень. Судя по всему, это было помещение для персонала. Дверь была прикрыта, и я осторожно потянула ее на себя, постоянно оглядываясь вокруг, чтобы меня не заметили. Спасибо толпе людей и занятости сотрудников магазина — на данный момент никому до меня не было дела.       Оказавшись внутри, я услышала голоса и разговор на корейском языке. Стараясь не попадать на свет, я тихо шла вперед. Помещение было небольшим, но меня удивило другое. В центре стоял круглый столик, за которым сидели члены группы «Starts Boys». На столе дымился чайник, а Ю Бин раскрывал только что купленный чай и кидал в кипяток. Каждый из членов группы о чем-то говорил. Скрывшись в тени, я быстро достала телефон и, выключив звук, нажала на запись диктофона.       — Сколько еще мы будем молчать и отсиживаться? Ли Хон уже который день нас всех игнорирует. Что у него за важные дела такие? Мы одна команда, а он даже не считается с нашим мнением! Вечно только и указывает, что делать, — сейчас говорил Ким Хе, возмущенно взмахивая руками.       — Его отец нас финансирует, так что сколько не сокрушайся, а все бесполезно. Только если у тебя нет каких-то богатых и влиятельных родственников или связей, — теперь говорил Чоу, я так и не запомнила, то ли он танцор, то ли главный вижуал группы.       — Ли Хон пусть и является нашим лидером, но не все решает. Мы тренируемся каждый день, пока он где-то шляется! — Ким Чжу ударил кулаком по столу. — Сколько мы еще его терпеть будем? Почему не расскажем все свои претензии?       — Пора уже делать что-то. Ю Бин, ты же ближе всех к нему, его правая рука, можно сказать. Что ты думаешь обо всем этом? Тебя устраивает такое отношение к нам? — вновь подал голос Ким Хе.       Ю Бин молча достал из рядом стоящего комода чашки и тарелки, после чего разлил чай в них и раздал каждому. Тут явно что-то намечалось. Я услышала имя Ли Хона и поняла, дело нечисто.       — Мне тоже не нравится политика Ли Хона. Когда он впервые пришел к нам и заговорил о продвижении группы, это было здорово. У нас появился реальный шанс заявить о себе миру. И благодаря связям Ли Хона, мы быстро стали популярны. Даже смогли обогнать «INBOW», а это уже что-то да значит.       — С ними нам еще долго придется биться, если хотим стать известными, — Чоу отпил из чашки, смотря прямо на Ю Бина. — Что ты предлагаешь? Уберем Ли Хона и на нас на всех тут же можно ставить крест. Агентство наше финансируется отцом Ли Хона, как и мы все. Ты сам знаешь, какой господин Чже неприятный тип. У нас могут быть большие проблемы, если мы рискнем пойти против их семьи. Они очень влиятельны.       — Если Ли Хон продолжит в таком духе, то скоро встанет вопрос и о его положении в группе. Лидер всегда должен быть рядом с нами и расти над собой вместе со всеми. Я поговорю с Ли Хоном — он должен к нам прислушиваться: не появляться как черт из табакерки, давать нам указания и исчезать в тумане, чтобы потом вернуться и снова навести шороху.       — Иногда мне кажется, что у него нет совершенно никакого желания быть участником группы. Будто для него это все какое-то прикрытие или игра. Он даже толком нормально не репетирует, зато нас всех критикует только так, — Ким Хе возмущался больше остальных.       — Чтобы ни было у Ли Хона на уме, плевать. Для меня самое главное, чтобы его дела никоем образом не повлияли на нас. Я не хочу уходить с намеченного пути. Мы слишком много поставили на кон, чтобы позволить все это потерять, — Ю Бин смотрел в свою чашку.       — Я все же считаю, что лидера пора менять. Нам нужен действительно кто-то сильный и кому на группу будет не плевать. А Ли Хон пусть занимается тем, чем хочет, и не мешает действиям группы,— Ким Чжу с своей серьезностью говорил другим участникам.       Остальные поддержали его кивком головы.       — А что будем делать с Надиной и этой иностранкой Висой? Они могут быть лишними или, наоборот, полезными? Ли Хон, кажется, к этой Висе неровно дышит. Ее можно использовать, пока она еще здесь, в Корее.       — Не знаю, они явно непросто так трутся постоянно вместе с нами. Я бы держал их на расстоянии. Кажется мне, эти девушки доставят нам много головной боли, — Ю Бин помотал головой.       — Я считаю, что Надин чиста, она мне нравится. С ней очень интересно! — воскликнул Ким Хе.       — Ты бы с ней не заигрывался, Ким Хе. Когда-нибудь чаша ее терпения переполнится, и она покажет тебе небо в алмазах, — Чоу шутливо ткнул Ким Хе под ребра локтем.       — Чушь! — отмахнулся КимХе. — Я ей нравлюсь!       — Ну-ну, убеждай себя, — парни смеялись над ним.       Выключив диктофон, я вышла из магазина. Тут уже назревает что-то глобальное! Переворот! Заговор! Иначе чего они все как на картине «Тайная Вечеря» сидят. Нужно срочно показать записанный файл Надин.       Отправив его ей, я увидела, что в чате с моими друзьями пришло сообщение. Открыв и прочитав его, узнала, что меня зовут встретиться в парке аттракционов. Отыскав его на карте, я вызвала такси и указала адрес, куда мне надо добраться. Огромное спасибо Леше, что научил пользоваться местными приложениями и объяснил, как тут все устроено. Иначе я бы не прошла и пары метров, чтобы не встрять в какую-то проблему. Узнав, что я не знаю корейского от слова совсем, Леша тут же показал мне местное такси для иностранцев. В таких типах такси водители часто знают несколько языков, в частности английский. Это очень удобно для таких туристов, как я. Да и по ценам они не отличаются от местного такси. С деньгами у меня проблем нет, родители часто переводят мне сумму на проживание и прочие потребности. Хоть и я и не трачу много, но все же намного проще, когда есть финансы и ты знаешь, как и где можно обменять сумму и по какому курсу. Этому меня тоже учил Леша в первые дни. Я порой ощущала себя, как утенок, что 24/7 находится со своей мамой. Леша меня постоянно везде водил за ручку и на пальцах объяснял все, что я вижу вокруг и что мне пригодится для жизни в Корее. Большую часть, я, конечно же, не запомнила, но это не мешает мне по сто раз переспрашивать у него. А с появлением в моей жизни Надин, Корея постепенно перестала меня пугать и мне даже начало здесь немного нравиться.       Я сидела в такси и, откинувшись на заднем сидении, смотрела на мелькающие в окне здания, билборды и людей. Мы встали на светофоре, и я увидела впереди толпы на перекрестке знакомую красную голову Ли Хона. Он стоял в ожидании зеленого света, курил и что-то печатал в телефоне. Я нагнулась к таксисту.       — Видите в толпе парня с красной головой? — я указала водителю на Ли Хона. — Я вам доплачу, а вы постарайтесь как можно незаметнее за ним проследить.       Водитель удивленно посмотрел на меня, но отказываться от дополнительной прибавки не стал. Дождался, когда толпа будет переходить дорогу и, не спуская глаз с Ли Хона, вел машину в его направлении. Ли Хон прошел пару кварталов, прежде чем сел в ожидавшую его затонированную машину. Водитель уточнил, ехать ли дальше, я кивнула.       Мы приехали на территорию какого-то заброшенного завода или фабрики. Я попросила водителя подождать, на всякий случай оставила ему свой телефон и взяла его. Выйдя из машины, я направилась по дороге туда, где остановилась машина с Ли Хоном. Тот, выйдя из нее, ушел внутрь одного из зданий.       Я, скрываясь от обзора черной машины, смогла проникнуть внутрь. Света тут было очень мало, поэтому на помощь пришел фонарик на телефоне. Хоть что-то, но стало видно. Шла я тихо и постоянно прислушивалась к звукам. Ни писка, ни шуршания крыс, ни завываний ветра — вообще ничего не было. Только мои шаги и шорохи. Спустя еще несколько минут брождения я увидела вдалеке слабое мерцание света и расслышала голоса. Идя на них, различила голос Ли Хона и чьей-то скулеж и вскрики. Когда подошла совсем близко, огляделась в поисках укрытия. Такое нашлось. Стена, на которую не попадает свет и может скрыть меня от чужих глаз. Я тихо и перебежками добежала до своей «зоны невидимости». Стоило оказаться в укрытии, тут же выглянула, всматриваясь в происходящее. Ли Хон сидел на коробках, перед ним, связанный по рукам и ногам, лежал какой-то мужик азиат. Вид у него был совсем неважный: красные глаза, он плакал, весь заросший, с желтовато-серой кожей и обкусанными в кровь губами. У него был разбит нос, да и сам выглядел побитым и помятым. Он что-то скулил и сжимался, шептал и просил у Ли Хона. Тот никак не реагировал на него, куря сигарету, и смотрел равнодушным взглядом. Помимо них, тут находились еще трое матерых мужиков с автоматами, кастетами и выглядевшие очень даже опасно. Я включила камеру на телефоне и принялась все снимать. Их разговор не был мне слышен, но этого и не требовалось. Затушив сигарету о щеку мужика, от чего он завизжал и задрыгался, Ли Хон встал с коробок.              Мужики пару раз пнули связанного. Ли Хон сел перед ним на корточки и, натянув на руки черные перчатки, схватил его за волосы и подтащил к своему лицу, что-то говоря. Мужик в его руках забился, закричал и завыл. Ли Хон откинул его в сторону, подойдя к одному из мужиков-мордоворотов. Я не сразу заметила, но у того был с собой чемодан. Открыв его, Ли Хон вытащил оттуда шприц и ампулу. Опустошив, он кинул ее себе под ноги и раздавил. После чего вновь подошел к мужику и, освободив одну его руку, всадил в вену шприц. Связанный дернулся, но стоило Ли Хону полностью ввести вещество в шприце, как он расслабился и откинулся на земле с явным блаженством. Ли Хон положил шприц рядом с ним. Один из мордоворотов передал Ли Хону лом. Полюбовавшись им, Ли Хон подошел к связанному мужику и, посмотрев на него пару мгновений, поднял лом и резко опустил его на голову мужика. Раздался хруст и вой. Я дернулась, чуть не выронив телефон из рук. Ли Хон не останавливаясь бил ломом в одно и то же место. Его не останавливали ни хлюпающие звуки, ни то, что мужик под ним уже не двигается. Лицо и одежда Ли Хона были забрызганы кровью. Под убитым уже растеклась лужа крови.       Я, зажав рот и трясясь от ужаса и страха, не могла пошевелиться.       Ли Хон, наконец, закончив избивать мужика, отошел от него и, вытерев кровь об одежду убитого, взял от мордоворота полотенце и принялся вытирать лом. Закончив, он отдал его вместе с полотенцем мордовороту и, пнув труп, отошел в сторону, кому-то звоня. Труп облили чем-то и подожгли. Разговаривая с кем-то, Ли Хон наблюдал, как тело горит, а потом подошел к огню и поджег о него сигарету, продолжая разговор.       Остановив запись, я на трясущихся ногах поднялась и, дождавшись, пока все отвлекутся на утилизацию убитого, рванула вон из места, залетая в такси. Водитель, увидев мое состояние, ничего не говоря, тут же вырулил с места и только когда мы отъехали на приличное от места убийства расстояние, уточнил, все ли со мной в порядке. Я к этому времени более-менее пришла в себя и попросила отвезти на первоначальный адрес. Водитель хоть и был встревожен моим состоянием, но отвез, куда просила.       Мы приехали к местному парку аттракционов. Я оплатила полный заказ и вышла из такси, поблагодарив водителя. Тот предложил отвезти меня в больницу, я заверила его, что все в порядке. Около входа я увидела своих друзей и направилась к ним.       — Эм, привет! — я неловко улыбнулась и постаралась сделать как можно более дружелюбное лицо. Хотя на самом деле хотелось орать, паниковать и бежать. Желательно из Кореи куда-нибудь в Зимбабве.       — Привет, — поздоровалась Катя, правда, без особого энтузиазма.       — Вы давно приехали?       — Мы ждем тебя уже битый час. Ты где была?       Разговаривала со мной только Катя. Дима и Гоша делали вид, что они вообще не здесь и мимо проходили.       — У меня появились срочные дела, простите. Я не успела предупредить вас о них.       — Опять шаталась с корейцами?       — Не совсем.       Катя осмотрела меня.       — Ты чего выглядишь так, будто приведение увидела?       Вспомнив недавние события, я дернулась.       — Васька!       — Все в порядке. Я просто немного устала.       — Опять врешь!       — Если не хотели со мной видеться, то зачем звали? — я развернулась и собиралась уже уйти, как меня остановил Гоша. — Чего тебе?       — Не злись и не ворчи. Идем, — он взял меня за руку и повел внутрь парка. Дима и Катя шли за нами.       Тут было, как всегда, людно и шумно. Очереди, рисующие бесконечность, куча палаток с различными играми, едой, кафешки, магазины с сувенирами, большое разнообразие аттракционов. Дима подошел к палатке с тиром и, взяв ружье в руки, заплатил хозяину, прицелившись, начал отстреливать уток.       — Ты нас кинула, — первый выстрел. — Игнорировала, — второй. — Забыла о том, что мы здесь, — третий. — Наплевала на собственную безопасность и жизнь, — четвертый. — Ввязалась в какое-то сомнительное дело, дурно пахнущее к тому же, — пятый. — И даже ни разу за все это не извинилась, — шестой.       Дима попал четыре раза из шести. Положив ружье обратно на стойку, он обернулся. Взгляд у него был серьезным и в нем плескалась обида. Внутри меня совесть начала ворочаться и сдавливать дыхание. Мне стало очень неуютно под взором Димы.       — Может, скажешь хоть что-то? Почему инициативу проявляем только мы втроем?       Он подошел ко мне ближе. Я рефлекторно отступила, испуганно дернувшись. Дима удивленно остановился.       — Ты что, боишься меня?       Я замерла на мгновение и замотала головой. Он снова приблизился ко мне, а я отступила. Сердце забухало внутри, и я вновь услышала белый шум в ушах. На моих глазах недавно убили человека, а потом сожгли его. Я боялась, что сейчас сделаю что-то не так.       — Да что с тобой происходит? — Дима коснулся моей руки и я, вздрогнув, с силой выдернула ее, чуть не вывернув себе сустав.       — Ты принимаешь лекарства? — Катя встала передо мной, обеспокоенно всматриваясь в лицо. — Василиса, это не шутки уже. Ты начинаешь терять контроль над собой.       Прикрыв глаза, я быстро начала глубоко вдыхать и выдыхать. Так делала несколько раз, пока шум не перестал перекрывать окружающие звуки, а сердце не успокоилось. Нельзя им повод давать для очередного беспокойства. Со мной все нормально будет, доказательства у меня есть, сейчас надо успокоиться и помириться с друзьями. Это важнее.       — Со мной все нормально. Я в порядке и контролирую ситуацию.       — Вася, ты сейчас не в России, если вдруг что случится, не дай бог, мы не успеем прийти на помощь. Да и врача тут непонятно, как вызывать, — Катя сжала мою руку.       — Не переживай, не в первый раз. Выкарабкаюсь. В тот раз все было нормально и в этот тоже будет так.       — Ты слишком самоуверенна, — Дима встал рядом со мной. — В тот раз мы забили тревогу вовремя.       — Давайте перестанем делать грустные лица, а наконец оторвемся, раз уж мы здесь? — Гоша вклинился между нами, руками указывая на пространство вокруг. — Когда еще такой шанс представится? Мой бой скоро. Я хочу напоследок оторваться и сделать этот день памятным не только в голове, но и на фото.       Мы переглянулись друг с другом.       — Кто последний, тот вонючий и старый осел!       Волны на пляже неспешно отливали и приливали к берегу. Мы сели на пляже, расстелив на песке купленный в складчину плед, на него поставили несколько бутылок пива, несколько свежеиспеченных булочек, токпокки и курочку в панировке.       День прошел весело и быстро. Мы оббегали большую часть аттракционов, наделали кучу фотографий, попробовали местную еду, шутили, смеялись и здорово провели время. Никто не вспоминал прежние обиды, мы вновь вернулись в детство, где нам по шестнадцать лет и никаких забот и правил. Только мы и карманные деньги от родителей, а впереди летние каникулы.       — Мне понравилось сегодня, — Катя откусила кусочек курицы. — Было весело.       — Да, особенно мне запомнился момент бегства Гоши от того аниматора в костюме розового зайца. Он к тебе явно неровно дышал, — Дима отпил пива, глумясь над другом.       Гоша показал ему средний палец и откусил булочку. Я смотрела на них и умилялась. Мне давно не было так хорошо. Ни разу не вспомнила о проблемах и своей беде. Даже смогла успокоиться от ужаса об убийстве. Теперь выбора и вправду нет. Больше молчать и оставаться в стороне нельзя. Ли Хон сядет.       — Спасибо, — я смотрела на море, — мне очень не хватало вас. И простите, что совсем забила на нашу дружбу.       — Да ладно, ты давно уже прощена, — Дима ткнул кулаком мне в плечо.       — Не откажешься от своей игры в Шерлока Холмса? — спросила Катя.       — Нет, мы с Надин уже слишком далеко зашли. Ли Хон наверняка нас подозревает и уже взял на мушку, нам нельзя сойти с дистанции. Скоро все закончится. У нас появились весомые доказательства, чтобы остановить Ли Хона.       — Он настолько жуткий тип? — спросил Гоша.       — Он наркоман, у него есть стремный старший брат, зачем-то Ли Хону нужна своя айдол-группа, прибавьте к этому богатенькую родню, то, что он приемный, и связи с криминалом.       — Ты с ним так сблизилась?— Катя удивленно смотрела на меня. — Это может быть опасно.       — Да, но что-то в нем не дает мне покоя.       Друзья вопросительно посмотрели на меня.       — Не знаю. Я не могу сказать, что нас с ним объединяет, но как будто я его понимаю. Вернее, понимала.       — А я ничего не понимаю. Только не говори, что ты в него влюбилась!       — Да хватит вам, — я закатила глаза, — Надин тоже говорит, что я в него втюрилась. Я не идиотка, чтобы на такого, как он, западать. Он плохой и проблемный, мне такого не надо.       — Держалась бы ты от него подальше. Он, судя по твоим рассказам, добра не сделает.       — Наркоман, бандит и богатей? По мне, так стандартный набор какого-нибудь русского чиновника, — пожал плечами Дима. — Что-то не шибко удивила ты.       — Радуйся, что ты в Корее, а не в России, — Катя несильно ударил Диму по плечу. — Я тебе подачки в тюрягу носить не собираюсь.       — А как же наша любовь, как же твои слова…       — Там пелось не так.       — Уймись, это вольная интерпретация.       Катя начала возмущаться на Диму, я слушала их вполуха и оглядывала пляж. Вместе с нами тут было еще несколько компаний, но особо людно все равно не было. Время было позднее, сейчас можно встретить только выходящих из ночных клубов людей да каких-нибудь особо заработавшихся сотрудников.       — Я предлагаю пойти по домам. Вызовем такси и по койкам. Уже поздно,— я встала на ноги, отряхнув обувь и джинсы от песка, и нагнулась, чтобы подобрать мусор.       — Привет, — раздалось за моей спиной.       Резко выпрямившись и обернувшись, увидела Ли Хона в окружении корейцев и азиатов. Он стоял и обнимал за талию Нону, прижимая ее к себе. Она же, в свою очередь, смотрела на меня равнодушным взглядом и курила, стряхивая пепел на песок. Я вспомнила, как он забивал ломом мужика. Ли Хон, расслабленный, улыбался мне, не зная, что я видела.       — Ли Хон? — я сглотнула. Друзья встали позади меня, напрягшись. — Что ты здесь делаешь?       — Отдыхаю с друзьями. Судя по всему, ты тоже, да? Привет, друзья Висы! Рад с вами познакомиться.       Это очень, очень, очень, пиздец как плохо!