Добро пожаловать к «Бу Тао», что я могу вам предложить?

Чжун Ли, верный своему слову, продолжил водить Чайлда по Ли Юэ. Было, приходилось признать, довольно сложно — несмотря на все усилия, Чайлд упорно ничего не понимал. Ноющее ощущение со времён кафе затянулось, и Чжун Ли гадал, не прочитал ли он намерения Чайлда неправильно ещё в самом начале, и не держат ли его намеренно на расстоянии. Венти и слышать ничего не хотел. — Да ты шутишь, — неверяще уставился он на Чжун Ли, — ты точно шутишь, быть не может, чтобы ты это серьезно. Ты был полностью уверен, что нравишься Чайлду, когда впервые про него рассказывал, а сейчас, спустя недели, говоришь мне, что мог ошибаться? Чжун Ли невинно моргнул в ответ. — Ну, да, — признался он, пожимая плечами, — но это ты сказал, что я… Как там было? 'Твердолобый', если я правильно помню. Вполне вероятно, что я проецировал на него собственные желания и пришёл к неверному заключению, что Чайлд чувствует ко мне ту же симпатию, что и я к нему. — Этого… Этого быть не может. Мы оба знаем, что это не так. Тебе придётся быть прямее некуда. Скажи ему, — Венти перешёл на низкий тон, который пытался (безуспешно) имитировать с того самого дня, как они встретились. — Я, Чжун Ли, самопровозглашённый барахольщик и любитель никому не известных мелочей, прошу тебя встречаться со мной, потому что ты мне нравишься. В романтическом смысле. Чжун Ли не собирался делать ничего такого. Ему было достаточно последних двух недель: он пришел к выводу что, хоть встречаться с Чайлдом было бы здорово, даже просто находиться рядом и проводить вместе время уже ощущалось глотком свежего воздуха. И текущий динамика их взаимоотношений — хоть Чжун Ли и пытался её иногда саботировать — тоже был приятной. У Чжун Ли было ещё много времени, чтобы прояснить свои намерения. Он уже полностью убедил себя, что вместо того, чтоб прислушиваться к планам Венти, очевидно несовместимыми со взглядом Чайлда на… Примерно на всё, они просто будут двигаться в своём темпе. К слову о движениях: у Чжун Ли были планы (включающие в себя Чайлда, понятное дело — к большому неудовольствию Сяо, Чжун Ли обнаружил, что проводил с Чайлдом большую часть времени). Они, наконец, собирались на выставку, на которую Чжун Ли собирался пригласить Чайлда ещё в самую первую встречу, и на критику от Венти времени не было. Быстро попрощавшись с Венти — тот прокричал «Мы ещё не закончили диалог!» ему в след — Чжун Ли потратил все пятнадцать минут своей поездки на метро на просмотр музейного сайта, рассеянно пролистывая страничку и прикидывая, чем ещё там можно заняться, чтобы остаться в музее на весь день. Прибыв на место, он сразу заметил Чайлда: его рыжие волосы резко контрастировали с окружающим пейзажем. Сидя на заграждении перед зелёными насаждениями у входа, он качал ногами: Чжун Ли нашёл это более забавным чем, вероятно, на самом деле. Увидев его, Чайлд вскинулся с места, едва не врезавшись в идущую рядом женщину и поспешно извинившись. — Привет, — сказал он, добравшись наконец до Чжун Ли, — мне правда стоит смотреть, куда я иду, — для Чайлда, обычно движущегося плавно и почти текуче запнуться в собственных ногах было чем-то странным, но Чжун Ли решил ничего по этому поводу не говорить. — Как твои успехи с кодом? — спросил он вместо этого, помня, что Чайлд жаловался на свои задания добрую часть недели. — Всё очень плохо, спасибо, — Чайлд вздохнул, — мне намного больше нравится работать над проектами одному… ну да ладно. Не хочу сейчас об этом говорить, мы пришли хорошо провести время. Что по расписанию? — Ещё раз спасибо, что согласился прийти, — сказал Чжун Ли, решив отложить вопрос до лучших времён, пока не выразит свою благодарность как следует, — я осознаю, что это, вероятно, не самое интересное мероприятие, но… Чайлд прервал его, яростно тряхнув головой, будто собирался биться с заявлением Чжун Ли лично: рыжие локоны волос растрепались ещё больше обычного. — Нет-нет! — воскликнул он, — мне нравится смотреть, как ты делаешь то, что нравится тебе. И музеи — это круто. Ты купил билеты? Чжун Ли не купил. — К сожалению, — начал он, чувствуя себя несколько застенчиво от необходимости говорить такие вещи вслух, — я не забронировал их заранее. Мы можем приобрести их прямо сейчас. Чайлд издал довольное хмыканье в знак согласия, и они зашли в музей вдвоём. — Ты побудь здесь, — проинструктировал он Чжун Ли, уже хорошо знакомый с его отношениями с деньгами, — я поговорю с работником и возьму нам всё, что нужно. Чжун Ли согласился и отошёл чуть в сторону ознакомиться с афишей на стене. Он и не знал, что в музее было столько интересных событий: возможно, они придут ещё раз, если Чайлду здесь понравится. Чжун Ли пропустил момент, когда его сознание автоматически стало помечать присутствие Чайлда как необходимое для походов куда-то требование, но это правило укоренилось, и Чжун Ли нужно было убедиться, что Чайлд не против. Отвлёкшись, он не заметил, что Чайлд уже какое-то время назад ушёл за билетами. Он был с другой стороны, разговаривая с работником: лицо Чайлда покраснело, а на лице появилось неловкое выражение. Поймав взгляд Чжун Ли, он одними губами прошептал секундочку, быстро свернул разговор и поспешил обратно. Всунув в руку Чжун Ли один из билетов, он избегал смотреть ему в глаза. — Всё ли в порядке? — уточнил Чжун Ли, обеспокоенный его робким и обычно нехарактерным поведением. Билет в руке до сих пор был тёплый от того, как его до этого сжимали, и в ожидании ответа Чжун Ли машинально погладил выбитые на бумаге золотистые буквы. Ли Юэ не экономил на своих культурных достопримечательностях. Чайлд всё ещё смотрел куда-то в противоположную сторону, кажется, глубоко задумавшись. — Чайлд? — попытался Чжун Ли снова, одной рукой коснувшись его плеча. — А, да, — Чайлд моргнул, выныривая из своего забытья, — да, она, эм… всё в порядке! Она сказала… Чжун Ли, терпеливый по природе человек, дал Чайлду момент собраться с мыслями и закончить предложение. Момент, однако, прошёл и Чайлд очевидно не собирался заканчивать фразу. Прочистив горло, Чжун Ли решил его к этому подтолкнуть. — Что она сказала? — уточнил он, несколько сбитый с толку тем, как неохотно отвечал Чайлд. — Забавно, на самом деле, — вот и всё, что он получил в ответ. Вернувшись к своей прежней уверенности, Чайлд направил Чжун Ли ко входу: они прошли через пост охраны, где устрашающая женщина с повязкой на глазу окинула их критическим взглядом, а затем лениво махнула рукой. — Она сказала, что считает меня милым, раз уж я купил билеты своему парню. Хах, было бы оно так, да? Каким бы Чайлд не был замечательным человеком, иногда Чжун Ли требовались все годы тщательно отточенного самообладания, чтобы не закричать посередине разговора. Кто-нибудь другой сдался бы недели назад, но Чжун Ли был человеком вежливым и не сделал бы что-то настолько неприемлемое, как громкий ор в общественном месте, особенно если этим местом был музейный холл, стены которого отразили и многократно усилили бы его голос, напугав сотни других граждан, пришедших на экскурсию. Чжун Ли достойно держался. Решив, что просто будет честным, он позволил Чайлду привести себя к огромной карте под стеклом и откашлялся. — Я не был бы против, — сказал он, — и с твоей стороны было мило купить билеты. Чжун Ли горячо надеялся, что его искренность чувствовалась сквозь голос и выражение лица. Он надеялся зря. Чайлд нервно рассмеялся, и бледный румянец залил его лицо. Хватка на руке Чжун Ли сжалась. — Не шути так! Тебе необязательно говорить это просто потому, что я заплатил за билеты, я сам предложил. Ну честно… о! — воскликнул он: голубые глаза засверкали при виде большой окаменелости, занимавшей почти весь главный зал. — Что это? Чжун Ли кратко обдумал, не стоит ли ему продолжить тему, вбив в голову Чайлда, наконец, что Чжун Ли целиком и полностью заинтересован в том, чтобы встречаться с Чайлдом, большое спасибо и никогда бы не стал о таком шутить, но… Чайлд был слишком милым в своём восторге, радостно, почти по-детски светясь при виде огромного скелета и, возможно, разговор мог бы и подождать. В своей жизни Чжун Ли едва ли откладывал что-то на потом, но, глядя на Чайлда, решил, что разок позволит себе эту слабость. — Это останки геовишапа, — объяснил он, воспользовавшись шансом поделиться тем, что знает, — их когда-то нашли в районе Тяньцинь, на востоке гавани Ли Юэ. Это единственный экземпляр, который остался в Тетвайте. — Как же круто, — Чайлд с энтузиазмом вытянул шею, разглядывая огромный скелет, — тогда глаза бога тоже должны были существовать, правда? Раз уж есть чудовища? Блин, было бы так круто жить в ту эпоху, столько существ, с которыми можно сражаться. Если бы кто-то и наслаждался древним Тетвайтом, эпохой, когда боги и монстры ступали по земле, а люди ютились в нескольких городах, то это был бы Чайлд, подумал Чжун Ли ласково — Ты бы был бы уже мёртв, Чайлд, — проинформировал его Чжун Ли (хотя в телефоне контакт Чайлда и был забит как «Аякс», Чжун Ли чувствовал, что должен сохранить настоящее имя для чего-то особенного, и продолжал пользоваться псевдонимом с первой встречи), — продолжительность жизни в те времена была очень коротка, особенно у таких любителей сражений, как ты. Чайлд загудел, обдумывая его слова, — Да, скорее всего, — признал он, — но очень жаль, что сил элементов больше нет. В смысле, что мы не можем сейчас ими пользоваться. Кстати, как думаешь, какой у тебя был бы глаз бога? Чжун Ли знал ответ на этот вопрос. — Венти как-то прислал мне тест, — поделился он, — мне нужно было разработать дизайн свадьбы и получить на его основании результат. Не уверен, как планирование свадьбы связано с глазом бога, — Чжун Ли смущало эта взаимосвязь, — но я получил гео. Чайлд согласно кивнул. — Тебе очень подходит. Ты всё знаешь при Ли Юэ, получить другой элемент было бы неправильно. Думаю, у меня был бы гидро; забавно было бы, а? Все бы типа «о, он целитель», а потом бам! Водяным клинком по лицу. Чайлд действительно был очарован окаменелостью, так что Чжун Ли оставил его там, бродя по краям зала и читая панели, посвященные истории древних форм жизни Ли Юэ. Так много изменилось с тех пор… — Хэй, — Чайлд нашёл его минут через десять, когда Чжун Ли исколесил уже весь периметр и осмотрел большинство стендов, — всё это очень круто, но мы же пришли сюда ради чего-то конкретного, верно? У Чжун Ли зажглись глаза. — Верно. В музее проходит новая геологическая выставка, посвященная всем семнадцати разновидностям кор-ляписа из Ли Юэ. Часть образцов невероятно редкая: до сих пор своими глазами я видел только двенадцать, поэтому, едва услышав о возможности ознакомиться с остальными, немедленно захотел прийти. С нежностью вздохнув и закатив глаза, Чайлд ответил, — Ага, ну, не скажу, что кор-ляпис интереснее костей древних чудовищ, но раз уж ты пришёл посмотреть на камни, пошли смотреть на камни. Показывай дорогу!

***

Из музея они вышли спустя несколько часов: Чжун Ли всё ещё болтал о редком образце кор-ляписа за стеклом, а Чайлд притворялся, что понимает, о чём речь, баюкая в руках плюшевого гидро-слайма, которого Чжун Ли ему купил (нехватка бумажника оказалась небольшим препятствием, но сувенирный магазинчик принимал мобильные платежи). — Ну разве он не милый? — спросил Чайлд, подставляя плюшевую поверхность под солнечные лучи, — такой мягонький! Я бы отправил его домой, к младшим, но он такой милый, что мне надо навсегда оставить его себе. Очень мило. — Действительно, — Чжун Ли понимающе кивнул, — я рад, что тебе пришёлся по душе сувенирный магазин. Остаток дня они провели, гуляя по самому популярному среди туристов району города: увидев группу из Снежной, Чайлд тут же нырнул за угол. — Ты их знаешь? — спросил Чжун Ли, нахмурившись, пока Чайлд медленно огибал каменную колонну, коротко выглянув и тут же спрятавшись обратно. — Мне показалось, что узнал. К счастью, знакомых среди них нет. Ненавижу сталкиваться на людях с людьми, с которыми я вроде как знаком и которых едва выношу, всегда так неловко… Сяо часто говорил о похожих ощущениях. Чжун Ли сложно было проникнуться: в его жизни не было людей, которые ему особенно не нравились, а насчёт же «выносимых»… единственными двумя, кто постоянно действовал ему на нервы, были Венти и Ху Тао, и Чжун Ли, естественно, решил жить с одним и работать на другую. Теперь, когда группа прошла мимо, и нервы Чайлда успокоились, он снова повернулся к Чжун Ли лицом, жестом прося подойти поближе, а затем вытащил из кармана джинсов телефон. Не то чтобы Чжун Ли отслеживал такие вещи, но было сложно не заметить, как плотно ткань обтягивала чужие бёдра, и как при каждом движении Чайлда обнажался кусочек кожи на животе: Чжун Ли каждый раз забывал, о чём в тот момент думал. Нечестно, что Чайлд был таким отвлекающим. — Чжун Ли? — позвал его Чайлд, заставив Чжун Ли резко перевести взгляд обратно вверх, встречаясь с чужим взглядом. — Давай сфотографируемся, ну давай-давай! Не дожидаясь ответа, Чайлд обнял его за плечи и прижался лицом, чуть наклонившись вперёд и веля Чжун Ли улыбнуться. Чжун Ли довольствовался тем, что откусывал кусочки от пирожного, купленного по пути, пока Чайлд возился с телефоном, в конце концов убирая его и выглядя невероятно довольно. В ту же секунд телефон Чжун Ли завибрировал: он пережил несколько неудобных секунд, жонглируя едой и пакетом со слаймом из сувенирной лавки в попытках добраться до кармана пальто. Чайлд, нисколечко ему не помогая, смеялся рядом. Справившись, Чжун Ли увидел на экране отметку о фотографии: Чайлд выбрал ту, где глаза Чжун Ли от улыбки превратились в полумесяцы, а сам он светился от радости рядом. Фотография соседствовала со снимком Чайлда, Кэцин и Итера в нелепых солнцезащитных очках — Чжун Ли два часа рассказывал про неё Венти во время их традиционного раз в каждые две недели винного вечера. — О, — сказал он, подняв на Чайлда глаза, — нужно ли мне тоже что-нибудь выставить? — В следующий раз, когда мы оба будем хорошо выглядеть, — сказал Чайлд, — что вероятно случится довольно скоро. Я всегда хорошо выгляжу. Ты тоже ничего. Чжун Ли вскинул бровь. Возможно, это было несколько самонадеянно, но он знал, что Чайлд находил приятной его внешность. — Просто «ничего так»? Чайлд в ответ фыркнул. — Не будь таким самодовольным.

***

Следующие несколько дней прошли без встреч с Чайлдом. Чжун Ли балансировал между работой и парами: партнёру его семестрового проекта (блондинке, оставившая единственный за жизнь Чжун Ли негативный отзыв, как оказалось, её звали Нин Гуан), Чжун Ли не нравился от слова совсем. Только в следующую субботу — Чжун Ли гладил Бу Тао, а Ху Тао сидела на прилавке, являя собой полную противоположность слову «профессионализм», и пыталась убедить Чжун Ли, что им необходима новая форма — Чайлд снова пришёл в кофейню: с исказившей лицо гримасой и ругаясь по телефону. — Скарамуш, — говорил он так злобно, что Чжун Ли едва узнал его голос, — если ты, блять, не перестанешь лезть в мою жизнь, я вернусь домой на первой же лодке и насажу тебя на крючок, как рыбёшку… нет, низкий ты идиот, тебе это не понравится, что с тобой вообще нахрен не так? Даже Ху Тао прервала свои попытки презентовать новую форму (лично Чжун Ли был не против кошачьих ушек, но подозревал, что Сяо уволится в ту же секунду, а он не хотел бы, чтоб такое произошло) и уставилась на Чайлда недоверчиво. Закончив говорить, Чайлд тут же изменился в лице и выглядел теперь смущённо. — Простите, ребята, — сказал он, наклоняясь и выкладывая вещи на стол. Повезло, что стояло раннее утро и никто посторонний его не слышал. — Ого, и кто это был? — спросила Ху Тао с круглыми от любопытства глазами. Хихикнув, она добавила, — если этот кто-то смог тебя вывести, это определённо выдающаяся личность. — Это мой… друг, я полагаю… Скарамуш. Честно говоря, каждый, кроме моей семьи, с кем я тусовался в снежной, тот ещё придурок… но проблема в том, что все они знакомы с моей семьёй. — Теперь, когда злость померкла, Чайлд казался очень грустным. Чжун Ли решил, что единственный раз отложит свой привычный протест и сделает Чайлду его орео-слаш, который тот непременно закажет (не поймите неправильно, Чжун Ли всё ещё глубоко не одобрял эту жижу). Он оставил Ху Тао, которая умудрилась подружиться с Чайлдом, как только тот начал приходить в кофейню, задавать вопросы, пока доставал ингредиенты для слаша. — Что случилось? — спросила она: всё поддразнивание ушло из голоса, когда она, как и Чжун Ли, заметила, что Чайлд чем-то расстроен. — Это… — начал Чайлд, и его тут же заглушил рёв автомата, — в свободное время я в основном работаю на фрилансе, пишу коды или взламываю что-то, если придётся, хотя такие задания встречаются куда реже… так я зарабатываю, но мама не в ладах с технологиями; мы из крохотного городка у моря, а сельская местность в Снежной довольно удалена от мира. Так что она очень волнуется, как я буду платить за жизнь в Ли Юэ, и говорит мне найти работу, но я отлично справляюсь и через интернет. — Ага, — Ху Тао медленно кивнула, — и при чём тут Скара… Скараплюш или как его там? — Скарамуш, — поправил её Чайлд, — по сути, он взбесился, потому что я отказался залезть в компьютер его учителя и поправить ему оценки… я бы залез, но он явно не умеет просить об одолжениях. Так что — чёрт, он реально ужасный, — Скарамуш сказал маме, что у меня нет «настоящей работы», и теперь она расстроена, а я ненавижу, когда она расстроена, так что я пообещал ей найти что-нибудь, но не знаю даже, где в этом городе искать. Чжун Ли безмолвно поставил на стойку слаш: Чайлд схватил его и выпил половину за раз со скоростью, которую люди обычно оставляли для алкоголя. Ху Тао фыркнула. — Ну, это легко, глупышка! — провозгласила она и потянулась похлопать Чайлда по руке (до головы она не доставала), — ты и так тут практически живёшь, так что можешь работать на меня. Чайлд уставился на неё изумлённо. — Ты не можешь просто нанять меня за секунду. — Но я только что это сделала? Так что на самом деле могу! Ты принят, добро пожаловать в команду! — А мне не надо по крайней мере пройти собеседование? Ху Тао покачала головой. — Не-а! Я тут босс и я устанавливаю правила, и правила гласят, что ты нанят! Чжун Ли устало наблюдал за развитием ситуации, слишком привыкший к причудам Ху Тао, чтобы удивляться (в душе он был благодарен Ху Тао за помощь: видеть Чайлда не в своей тарелке очень удручало). На самом деле, самого Чжун Ли наняли по похожей схеме: однажды он случайно набрёл на кофейню, тогда только открывшуюся и с Мэнгом в качестве единственного работника (Чжун Ли полагал, что была ещё леди, до сих пор работавшая на семью Ху Тао, но она в основном занималась финансами и едва ли когда-то делала чай). Тогда Чжун Ли посчитал тихую атмосферу идеальной для учёбы и провёл здесь столько времени, что в конце концов начал рекомендовать напитки коллегам. В один прекрасный день Ху Тао приземлилась на соседний от Чжун Ли стул и спросила, не хочет ли он работать в кофейне, раз уж Мэнг уехал из города, вернувшись в родную деревеньку (Чжун Ли подозревал, что причина крылась в том, что Ху Тао устроила ему нервный срыв). — Ты всё равно уже выполняешь половину работы, — сказала она, положив подбородок на ладонь и пристально пялясь на Чжун Ли, — ну как, можешь сделать чай? Чжун Ли, естественно, мог, и так всё и закрутилось. Он уже был в Бу Тао, когда Ху Тао наняла Гань Юй — единственную, кто прошёл хоть какое-то формальное собеседование, и по рекомендации Чжун Ли они приняли на работу Сяо. Чжун Ли понятия не имел, как в кофейне появился Чунь Юнь, но они с Ху Тао, кажется, дружили с детства. Чайлд, их последнее пополнение в маленькую семью, всё ещё шокировано таращил глаза. — Она так может? — спросил он Чжун Ли, игнорируя протесты Ху Тао на фоне («Поверить не могу, что ты не веришь мне на слово», — говорила она, — «это буквально мой магазин».) Чжун Ли пожал плечами. — Меня так и наняли. — Теперь, когда мы со всем разобрались, — прервала их Ху Тао очень самодовольно, — Чайлд, подойди к стойке. Смотри, это машина для запечатывания стаканчиков. Там блендеры — Чжун Ли только что воспользовался своим любимым, и он сопротивляется идее пользоваться каким-то ещё, но ты выбирай, какой хочешь, это неважно, Чжун Ли просто странный. Это была дезинформация. — Это важно, — поправил Чжун Ли, — это самый новый из блендеров, и его лезвия наиболее эффективны для придания напиткам положенной консистенции. Если он не занят, я очень рекомендую им пользоваться: если такой возможности нет, ты можешь подключить другие, но результаты будут едва ли удовлетворительными, так что если есть возможность… — Игнорируй его, — сказала Ху Тао, — только он над этим парится. Я — нет. Эм… что ещё. У нас довольно большое меню, но не знаю, как долго ты будешь тут работать, так что не старайся выучить всё наизусть. Если народу много, на смене всегда два человека или больше, так что просто бери заказы, пока можешь с ними справиться. Есть ещё мануал со всеми рецептами, но они простые, так что просто следуй пошаговой инструкции и соблюдай пропорции. Чайлд медленно кивнул, задумавшись. — Ну, я часто здесь бывал. Думаю, я справлюсь. Ху Тао фыркнула, взглянула на часы и выругалась. — Чёрт, я должна была позвонить папе ещё пять минут назад. Чжун Ли, можешь показать ему всё остальное и спросить насчёт графика? — Чжун Ли кивнул, — супер, отлично! Повеселитесь, мальчики! Не делайте ничего, что я бы не сделала. Она забежала в офис — отдельную комнату в старой чайной, где располагалась «Бу Тао», оставляя Чжун Ли показывать Чайлду заднюю часть магазина, где готовили большинство напитков. Чайлд прервал его, пока Чжун Ли рассказывал про разные сиропы, — Это было очень мило с её стороны. Чжун Ли улыбнулся. — Мы все бы поступили так. Несправедливо, что друг поставил тебя в такое положение. — Что-то в грудной клетке Чжун Ли дёрнулось, когда Чайлд улыбнулся ему в ответ. — Возможно, теперь твои вкусы выйдут за пределы детского напитка, который ты обычно заказываешь. — Абсолютно точно нет, — что ж, попытаться стоило. — О, — сказал Чайлд: голубые глаза вспыхнули от осознания, — может, это всё правда к лучшему! Я смогу предлагать всем остальным попробовать слаши — пробудить жителей гавани ото сна. У меня теперь есть кредит доверия. — Я добьюсь твоего увольнения, — проворчал Чжун Ли, но его словам недоставало настоящей злости (у Чжун Ли вообще плохо получалось отказывать Чайлду в чём угодно). И Чайлд, конечно, видел его насквозь и только закатил глаза, позволяя Чжун Ли добрые два часа провести за показом всех возможных комбинаций напитков и наблюдением за тем, как Чайлд пытается сделать собственный. Сделав глоток, Чжун Ли припомнил, как Чайлд упоминал, что работал в кафе раньше, в Снежной: в напитке чувствовался некоторый опыт. — Очень неплохо, — похвалил он, — гораздо лучше, чем первые попытки Сяо. Чайлд хмыкнул. — Тебе стоит ему об этом сказать. Сбить немного спесь. — Нет. — Чжун Ли всё ещё не совсем понимал, почему Сяо настолько не нравился Чайлд, но когда он попытался спросить Сяо, тот разразился гневной тирадой, из тех, что только Итер смог бы остановить, приди он в Бу Тао (что случалось нечасто: Паймон, крошечная мышка-компаньон Итера, боялась их маскота), а когда Чжун Ли спросил Чайлда, тот только пожал плечами и заявил, что готов уладить их спор через драку. Когда пришла Гань Юй, Чжун Ли выпроводил Чайлда из-за стойки, понимая, что поток клиентов во второй половине дня будет плохим способом ввести новичка в ход дела. Работать с Гань Юй ему всегда нравилось — она была невероятно исполнительной и хорошо уживалась с Тао, которая кот. Вечером, заставив Гань Юй уйти — иначе она бы потратила ещё час, чтобы всё проверить, и перетрудилась — и закрывая лавку, Ху Тао бросила на Чжун Ли хитрый взгляд. — Итак, — сказала она, положив руку на бедро и наблюдая, как Чжун Ли методично обеззараживает все автоматы, — всегда пожалуйста. Чжун Ли пришёл в замешательство. — За что? — переспросил он; постоянное общение с Чайлдом повергло его в стресс, и он не хотел ещё и разговаривать с Ху Тао. Просто молча закрыть магазин под песни Синь Янь, неужели он о многом просил? — Я выдала тебе парня, — сказала она серьёзным голосом, как будто это было очевидно, — не каждый день выпадает такая хорошая возможность. Ты тот ещё везунчик! Я в плюсе, потому что Чайлд симпатичный и будет привлекать клиентов, ты в плюсе, потому что он симпатичный и привлекает тебя. Беспроигрышный вариант! Подожди, я скажу Венти. Тот факт, что Венти и Ху Тао стали друзьями, был единственной и главной причиной появления у Чжун Ли седых волос, хоть никто ему в этом и не верил. Но факт оставался фактом: однажды Чжун Ли взглянул в зеркало и к своему ужасу обнаружил несколько среди обычного коричневого и золота. Причина нашлась мгновенно. Но отрицать очевидное Чжун Ли не собирался. Вместо того, чтобы заявить, что не собирается встречаться с Чайлдом (соврать), Чжун Ли только покачал головой — вышеупомянутые волосы при этом рассыпались по плечам. — У меня много времени, — сказал он, сморщив нос, когда Ху Тао посмотрела на него недовольно, — и не нуждаюсь в твоём вмешательстве. Ху Тао не собиралась прислушиваться к его словам. — Такими темпами он будет уже на корабле обратно на свой замёрзший север, прежде чем вы куда-то продвинетесь. Я только даю тебе необходимый толчок! И пусть никто никогда не скажет, что я не забочусь о своих подчинённых. «Лезу не в свои дела» подошло бы больше, но Чжун Ли прикусил язык и позволил ей болтать дальше, пока они не закончили. Попрощавшись с Ху Тао, Чжун Ли двинулся домой: залитые светом фонарей улицы Ли Юэ улучшили его настроение. Может, избранный им способ двигаться к цели и был несколько медленным, но Чжун Ли не сомневался, что в конце концов, как это обычно бывает, всё образуется. Благодарный друзьям за их попытки помочь, он считал, что нет нужды искусственно ускорять процесс. Всему своё время.