Разное время

Джейсон заебался. Натурально так заебался. Как долго они уже на этой базе? Неделю? Две? Три? Или же уже сраный год прошёл? Всё это время он бегает, как умалишенный: осадить Джоуи, чтоб работал; отказать Мёрвину в ещё одном дерьме, чтоб база осталась на месте; припугнуть Фила, потому что, блять, отъебись уже от несчастной медсестры, испуганная решительно настроенная женщина с ножом, прохаживающаяся по базе со взглядом убийцы, оптимизма не прибавляет; Андре, Максимилиан, Джессика... -Джейсон, то, что случилось... Ёбаный Никки с его соплями. У него, вроде, завелась подружка, так что он не её ебёт, а мозги лейтенанта? Колчек старается не зарычать. Сегодня был спокойный день: Джоуи в кои-то веки свалил делать свою работу, Мёрвин дрочил штангу, все. Все, блять, в этот прекрасный солнечный день оставили в покое какого-то хуя разгребающего этот пиздец Джейсона. Где, блять, Рейчел? Она должна была быть капитаном и вести всех за собой. Но с момента их переезда лейтенант периодически ловил её обречённый взгляд на стену. И Джейсон "Тупорылый эгоистичный ублюдок", спасибо за кличку подчинённым, благо, не своим, взял почти все обязанности на себя: он, блять, даже с провизией работает, тупорылые поставки и постоянный недочёт чего-то важного; не база военных, а ёбаный цирк. Колчек не хотел проспать пару дней от усталости, бухнуть или выебать кого-то. Он просто хотел.. объятий. И это оказалось самым сложным. Он не хотел кого-либо подпускать к себе. Лейтенант усмехнулся, видимо, Бог должен хорошо так втрахнуть его в чьё-то тело, чтоб тот перестал выёбываться и позволил себе немного нежности. Он мог обнять Никки, но того б кто обнял и подставил сильное плечо, ах, да, этим уже обременён Джейсон; Рейч, у них были хорошие отношения, но судя по царившей вокруг неё ауре, она бы плакала в его бронежилет, а он чувствовал себя ещё сквернее; Мёрвин заржал бы в голос и получил в морду за шуточную попытку перевести всё в горизонтальное положение; мда. И вот в такой прекрасный-распрекрасный день, в который приезжает, ебать его всемером, полковник, которого должен встретить кто? Правильно. Колчек. Подходит Никки по поводу этой сраной зелёной зоны и как лейтенант на ней проебался. Джейсон едва успевает незаметно вздохнуть, чтобы собрать остаточные силы на уверенную ухмылку, и оборвать страдающего: -Никки, у меня сейчас встреча с полковником, поговорим позже. Он разворачивается, чувствуя, как трескается внутри. Как же он заебался. Полковник оказался мудаком. Ну что поделать, по званию положено. Но, блять, руку-то пожать можно было? Но нет. Это ж всего лишь какой-то лейтенант. Раздражения прибавляет докторша, приехавшая с ним, его явно раздели глазами и отымели. Прекрасно, блять. Мёрвин шутит похабщину, а Джоуи вылетает куда-то в космос, понимая с кем говорит. Могли б хотя бы попытки сделать в адекватное проведение. Потом он проебался фантастически тупо с "альфа-сукой", что поделать, загруженный по самое небалуй мозг не смог совместить мистер и миссис Кинг. Ну да, муж и жена. Джейсону пизда. Кларисса выдала "искромётный" комментарий о его проёбки. Спасибо, он, блять, не заметил по мысленно прилетевшему ему в рожу кулаку полковника. Заебало. Джоуи и Мёрвин развлекаются, Джейсон, это точно он должен делать? отчитывается и оправдывает двух мужиков, не вышедших из пубертата. Заебало. Кинг говорит с ним, как с дегенератом, полностью игнорируя его мнение о поддержки, говоря, что и так управятся. Заебало. Его назначают за главного, будто это не то, что он уже херову тучу времени делает здесь. Заебало. Полковник же запрещает брать фосфор, видимо, не верит, что Джейсон справится с кучкой военных, чтоб те использовали его именно для дымовой завесы. А может уже решил в своей непробиваемой башке, что Колчек самолично начнёт кидать оружие во всё живое. Заебало. Ник напрочь не слышит сказанное им. Заебало. К готовящемуся взорваться Джейсону подходит миссис Кинг и извиняется за поведение мужа. Сердобольный Джейсон успокаивает её. Ну а хули на грани нервного срыва не заниматься добрыми делами? Становится немного легче дышать. Ровно до того момента, как всё идёт по ещё большей пизде. Со спины в него целится ёбаный иракец. Охуенный конец жизни. Он отчаянно шутит в голове о том, чтоб попросить у держащего его на мушке солдата обнять его. Изо рта вылетает предостережение: -Тебе лучше не промахнуться. А то заобнимаю до смерти, блять. Но враг говорит, что он тоже заебался и вообще хватит. Не слово в слово, конечно, но по голосу Колчек понял. И все летит в тартарары. В этот раз в прямом смысле. Выебанный всем чем можно мозг Джейсона сталкивается с.. вампирами. Просто охуенно. А зубные феи будут? Вообще, кто эти существа разъясняет ему Салим. Иракец. Да. Всё настолько плохо, что вместо того, чтоб выбивая дерьмо из врага до смерти, очистить свой разум, Колчек кооперируется с ним. Иракец оказывается.. странным. Он пытается придушить Джейсона, предлагая ему союз, не втыкает свой кол промеж рёбер, старается разговорить и спасает его зад. У него оказывается ёбаный дворец с терпением и охуеть какие добрые глаза. От чего бешенство Колчека начинает расти в геометрической прогрессии. Потому что, ёбаного Салима, хочется обнять. Джейсон дерзит на каждое слово и вставляет свои десять, не затыкается, угрожает, в общем и целом, ведёт себя, как кусок говна, а Салим настолько непонимающе горестно смотрит в ответ, отчего Джейсона разрывает на части, и он... бесится. Самое хреновое, что он видит в глазах иракца понимание. Будто б за сколькими словами и жёсткими фразами Колчек ни прятался, он всё равно видит его, как на ладони. Джейсон уже не пытается пререкаться с упёртым солдатом, все его шуточки становятся вымученными и не в отношении враждующих. Он заебался. Салим заебался. Зачем ещё повышать градус. Отман рассказывает про Зейна, и Джейсон наблюдает за водопадом любви в его глазах. Колчеку плохо. И становится только хуже после фразы про заключение в объятия сына после завершения этого подземного дерьма. Лейтенанту хочется выкрикнуть "обними меня", но он лишь сглатывает горечь, упёрто продолжая идти вперёд. И происходит анекдот. Морпех способный метко палить на корабле в шторм, твёрдо стоя на ногах, спотыкается о камень и летит наземь. Колчек вытягивает черепушку вперёд, может хороший удар лба с землёй заставит её проясниться и утихомириться. Но голова влетает в пространство между плечом и челюстью иракца, руки которого инстинктивно обхватывают Джейсона за бицепсы. Колчек обязан выдать дозу яда, затопить им всё вокруг, может пару раз ударить юродивого. Джейсон просовывает руки под подмышками вражеского солдата и хватается за форму на спине, превращаясь в жидкость в чужих руках. -Ааа? - тянется непонимающе. Кажется, он лишил речи одного чересчур выёбистого и терпеливого иракца. Так тому и надо. Он в ответ едва слышно доверительно скулит: -Как же я заебался. Одна ладонь плавно ныряет в его волосы, а другая обхватывает плечи, прижимая впритык. Ему что-то нежно вещают на иностранном, будто сказку рассказывают, чтоб успокоить ребёнка, но Джейсону плевать. Джейсон прижимается ближе и вдыхает глубже. Тепло и уютно. Напряжение скопившееся за этот месяц медленно покидает тело. Что ж, хоть в этот раз Господь услышал Джейсона Колчека.