Save me...

***Салли***

Свет от экрана смартфона был единственным островком нормальности в этом чёрном кожаном склепе, который почему-то назывался лимузином. Я листала ленту новостей, не вчитываясь. Просто механическое движение пальцем: свайп вверх, свайп вверх. Это помогало не смотреть на парня в углу. Какучё Хитто. Когда Нобуо заталкивал его в машину на кладбище, он был просто парнем, у которого умер друг. Сейчас он выглядел как пустая оболочка. Я скосила глаза поверх очков. Он сидел, укутанный в плед, и даже не дрожал. Его лицо было серым, как бетон на том пирсе. Он смотрел в одну точку, и, честно говоря, от этого мёртвого взгляда мне хотелось надеть наушники и врубить музыку на полную, чтобы заглушить эту давящую тишину. — Девочки, — бархатный голос Нобуо прервал статику в воздухе. — Я провожу его до приемного покоя. А потом отвезу вас домой. Вам всем нужно отдохнуть. Хоши и Норика закивали так активно, будто им предложили миллион долларов. Они были напуганы до смерти и измотаны. Я их не винила. Я сама мечтала оказаться в своей комнате, в доме семьи Ясуда, и стереть этот день из кэша памяти, как битый файл. Я продолжала смотреть в телефон, делая вид, что меня это касается меньше всех. Я ведь здесь всего год. «Сестра по обмену из США». Моя роль — удивляться странностям Японии и есть суши, а не участвовать в криминальных драмах. Но я знала, что сейчас произойдёт. Я знала Миюки Ясуда. Я почувствовала, как она напряглась рядом со мной. Она сжимала этот дурацкий термос так, что побелели костяшки пальцев. — Нет. Её голос прозвучал твёрдо. Слишком твёрдо для обычной школьницы. Я мысленно вздохнула и заблокировала экран. Ну конечно. Синдром спасателя в терминальной стадии. Нобуо обернулся, вопросительно подняв бровь. — Я останусь, — заявила Миюки, отстёгивая ремень безопасности. — Я знаю дежурную бригаду в этом отделении. И... ему нужна помощь, верно? Я позабочусь о нём и вернусь домой сама. Я посмотрела на неё. Моя «старшая сестра» опять лезет в самое пекло. Год назад она так же тащила домой коробку с больными котятами под проливным дождем. Теперь вместо котят — полумёртвый член банды «Поднебесье» с разбитыми руками и дырой в душе. — Crazy girl, — тихо пробормотала я по-английски, уткнувшись в воротник, чтобы никто не услышал. Ты сумасшедшая, Миюки. Тебе нужно бежать отсюда, а ты лезешь в пасть льву, чтобы почистить ему зубы. Я перевела взгляд на Нобуо. Он улыбался. Тёплой, доброй, отеческой улыбкой. Но я видела, как на долю секунды его глаза сузились. Это был не взгляд водителя. Это был взгляд оценщика в ломбарде, который внезапно понял, что ему принесли бриллиант вместо стекляшки. — Ты очень добра, Миюки-чан. Т/И гордилась бы твоим решением. Хорошо. Я позвоню на пост, предупрежу и тебя будет ждать машина тут сколько понадобиться. — сказал он мягко. Миюки кивнула и открыла дверь. Холодный, сырой воздух ворвался в салон. Она вышла. Нобуо помог выйти Какучё — тот двигался механически, как сломанная кукла на шарнирах. Я смотрела через тонированное стекло, как они идут к входу. Миюки выглядела такой маленькой на фоне массивных дверей больницы. Она поправила сумку на плече, выпрямила спину и шагнула в этот стерильный мир, уверенная, что сможет кого-то спасти. Наивная. Она думает, это просто медицинская помощь. Она не видит, что Нобуо и эта «Т/И» — или как там её теперь, Сакура? — просто используют её доброту как ресурс. Топливо для своих планов. — Салли-чан? — тихо позвала Норика. — Ты как? Я отвернулась от окна и снова разблокировала телефон. — Я в порядке, — ответила я ровным голосом. — Просто жду, когда этот цирк уедет. Дверь водителя хлопнула. Нобуо вернулся один. Машина плавно тронулась, увозя нас в тёплые, безопасные дома. А Миюки осталась там. Одна. С человеком, который одной ногой в могиле, и с секретами, которые могут убить. Я написала ей короткое сообщение: «Не геройствуй. Если что — звони. Я прикрою перед родителями». Отправила и уставилась на дорогу. Кто-то же в этой семье должен сохранять холодную голову, пока Миюки спасает мир. Я откинула голову назад, глядя на безупречно чистую обивку потолка лимузина. Я закрыла глаза, пытаясь заглушить шум дождя. В темноте под веками всплыл один вечер. Казалось, это было в другой жизни, хотя прошло всего пару месяцев. Ужин в общежитии, пар от горячего набэ, беззаботный смех... Я помню каждое слово. Каждую интонацию. «Кстати, Салли, — начала тогда Т/И, небрежно подхватывая палочками кусок тофу. — Ты же вроде заканчиваешь свои курсы по кибербезопасности?» Я тогда сидела с набитым ртом и жизнерадостно кивала, как китайский болванчик. Гордая тем, что она вообще помнит о моих курсах. «Так вот, — продолжила она, обращаясь ко всем, но глядя только на меня. Взгляд был цепким, но мягким. — Мой отец, Рио, как-то упоминал, что в его компании ищут талантливых стажёров в IT-отдел. Тестирование систем, поиск уязвимостей — всё легально и скучно, — она чуть усмехнулась, и эта усмешка должна была меня успокоить. — Но оплата хорошая, и опыт бесценный. Думаю, тебе могло бы понравиться. Если хочешь, я могу договориться о собеседовании». Я помню ту паузу. Я перестала жевать. Мои глаза, наверное, загорелись как два светодиода. «Правда? — прошептала я тогда. — В такую крупную компанию?» «Конечно, правда, — она пожала плечами, словно предлагала мне жвачку, а не билет в высшую лигу. — Ты талантливая. Им как раз такие нужны. Ничего особенного, просто хороший старт. Можешь посмотреть, понравится ли тебе атмосфера». Она смотрела прямо на меня. И в её взгляде не было ничего, кроме искренней поддержки. Никакого второго дна. Никаких теней. «Никто ни к чему не обязывает. Просто возможность. Если захочешь — скажи. Если нет — ничего страшного». Как же грамотно она это подала. Без давления. Без обязательств. Просто «подарок» от подруги. «Конечно, хочу! — выдохнула я тогда, расплываясь в счастливой улыбке идиотки. — Это же круто!» «Вау, Салли! Это огромный шанс! — Миюки хлопнула в ладоши, радуясь за меня больше, чем за себя. — Ты же всегда мечтала о серьёзном проекте!» Я открыла глаза и снова уставилась в потолок лимузина. Реальность ударила холодом. Я посмотрела на свои руки. Пальцы привычно дёрнулись, словно набивая код на невидимой клавиатуре. Я могу взломать школьный сервер, чтобы исправить пару оценок. Могу написать простенький скрипт на питоне. Я — скрипт-кидди, любитель. В мире настоящих хакеров я — никто. Ноль без палочки. Но она дала мне доступ. Она дала мне будущее. Она ввела меня в систему огромной корпорации. Им нужны были не талантливые. Им нужны были чистые. Им нужен был кто-то без истории, без связей в криминальном мире Японии, с американским паспортом и пустым досье. Кто-то, кто будет благодарен за «скучную работу» и не полезет выяснять, почему сервера компании гоняют трафик через зашифрованные узлы, которые не имеют никакого отношения к бизнесу её отца. Я тогда думала, что поймала удачу за хвост. А на самом деле я просто заглотила наживку. Вместе с крючком. Может, ей не нужен был «талант»? Может, ей нужен был кто-то неопытный? Кто-то свой, глупый, кем можно управлять? Кто не задаст лишних вопросов, увидев в базе данных то, что видеть не положено? «Полезная дурочка с ноутбуком» — вот как это звучит теперь. Я скосила глаза на Нобуо в зеркало заднего вида. Он вёл машину плавно, словно плыл. Она собирает коллекцию. Какучё — её меч. Миюки — её лекарь. А я? Я — её глаза в цифровом мире? Или козёл отпущения, если что-то пойдёт не так с серверами «𝖅𝖆𝖙𝖆𝖝»? — Damn it, — тихо выдохнула я. Всё это пахло очень, очень плохо. Но выпрыгнуть из этого лимузина на ходу я уже не могла. Придётся играть свою роль. — Well played, Sakura, — прошептала я одними губами. — Well played. Я не откажусь от работы. Теперь уже нет. Но больше я не куплюсь на «искреннюю поддержку». В следующий раз я буду читать между строк. В отличие от Миюки, я буду держать руку не на пульсе, а на кнопке Delete. На всякий случай.

***

Дом встретил нас тишиной, но это была обманчивая тишина перед бурей. Девочки разошлись по комнатам, а я осталась в коридоре одна. Мой взгляд магнитом тянуло к двери в конце. Комната Т/И. Я знала, что мне не стоит туда идти. Я знала, что «Нагаи Сакура» уже покинула дом. Но червь сомнения грыз меня изнутри. «Полезная дурочка с ноутбуком». Я должна была убедиться. — Я забыла у неё учебник, — громко сказала я в пустоту, оправдывая саму себя. Я вошла. В комнате пахло ею. На пустом столе, словно алтарь, лежал чёрный матовый ноутбук. Я подняла крышку. Пароль? Подсказка: «Who are you?». Я набрала: S a l l y. Система пустила меня мгновенно. Она знала. Она ждала. На рабочем столе был лишь один файл: «You_are_late.txt». Внутри — сухие координаты. Место: Кафе «Paulista», Гиндза. Время: Послезавтра, 14:00. «Приходи одна. Без техники». Я закрыла ноутбук, чувствуя смесь ярости и восхищения. Это не конец. Это приглашение на второй акт. Я вышла в коридор, плотно прикрыв за собой дверь в комнату призрака. В кармане джинсов жёг бедро телефон, где я сохранила геолокацию. В гостиной, в отличие от кабинета, царил хаос — вязкий, тягучий и громкий. Хоши сидела на полу, прямо на ковре, обхватив колени руками. Она плакала — тихо, но так безнадёжно, как умеют только истинные меланхолики, когда их мир рушится. Её плечи мелко вздрагивали, а взгляд был направлен в никуда. А вот Норика... Норика была воплощением паники, переходящей в агрессию. Холерик в состоянии стресса — это стихийное бедствие. — Хоши, хватит уже сырость разводить! — рявкнула она, с силой запихивая вещи в спортивную сумку. Молния заела, и Норика дёрнула её так, что ткань чуть не треснула. — Вставай! Мы должны были собраться ещё час назад! — Я не могу... — всхлипнула Хоши, не меняя позы и раскачиваясь, как маятник. — Я не хочу уезжать. Если мы уедем, это значит... это значит, что всё правда закончилось. — Замолчи! Не смей так говорить! — вдруг закричала Норика, резко оборачиваясь. Она подлетела к Хоши, схватила её за плечи и встряхнула. В глазах Норики стояли злые слёзы, которые она яростно сдерживала. Она цеплялась за надежду так же отчаянно, как утопающий за обломок. — Ничего не закончилось! Слышишь? — её голос срывался. — Она же сказала — это эвакуация! Временная! Мы просто переждём у родителей, пока всё утихнет, а потом вернёмся. Всё будет как раньше! Мы снова будем здесь жить, поняла?! Она отпустила Хоши и метнулась обратно к сумке, пиная разбросанные книги. — Точно вернёмся... Просто сейчас надо уехать. Надо уехать отсюда, здесь слишком тихо... Вставай, я вызову такси! — Не нужно такси, — спокойно сказала я. Мой голос прозвучал контрастно тихо на фоне их истерики. Я стояла у окна, чуть отодвинув плотную штору. — Что? — Норика замерла, тяжело дыша. — Подойди, — я кивнула на окно. Норика недоверчиво подошла, вытирая лицо тыльной стороной ладони, и выглянула на улицу. Внизу, у ворот, занимая почти всю проезжую часть узкой улочки, стоял он. Чёрный, длинный, хищный лимузин. Тот самый, на котором нас привезли с кладбища. В свете уличного фонаря его полированный бок блестел, как чёрное зеркало. Нобуо стоял снаружи, прислонившись к капоту, и невозмутимо курил, выпуская облачка пара в холодный воздух. — Нобуо-сан сказал, что подождёт, — произнесла я, глядя на ошарашенную Норику. — Столько, сколько нужно. Он развезёт нас по домам. Это распоряжение... — я сделала паузу, — распоряжение Т/И. Норика медленно опустила руки. Вид роскошного лимузина подействовал на неё как лекарство. Паника ушла, уступив место благоговейному трепету и облегчению. — Лимузин... — выдохнула она дрожащим голосом. — Она это значит... —Значит, что если она далеко, она всё равно нас защитит. —Сказала я спокойно, но в голове было совсем другое. В её глазах затеплилась та самая надежда, что всё вернётся на круги своя. Если за ними прислали такую машину, значит, их не выбросили. Я промолчала. «О, если бы ты знала, насколько ты права, Норика. Она рядом даже если сваливает». Я подошла к Хоши и присела перед ней. — Хоши, — я говорила мягко. — Нобуо ждёт. Нам не нужно спешить, он не уедет без нас. Вставай. Всё будет хорошо. Мы собирались уже без криков. Осознание того, что внизу стоит огромный бронированный лимузин с личным водителем, придало сборам торжественность. Мы не бежали. Мы эвакуировались с комфортом. Мы вышли на крыльцо. Воздух был влажным и холодным. Нобуо, увидев нас, тут же выбросил сигарету и открыл багажник. — Не спешите, леди, — мягко сказал он, забирая у Норики тяжелую сумку. — У нас вся ночь впереди. Места хватит всем. Он укладывал вещи так бережно, словно это были слитки золота. Хоши села на заднее сиденье, утонув в просторном кожаном диване, и сразу отвернулась к стеклу. Норика села рядом. Она уже не тряслась. Она с какой-то гордостью провела рукой по дорогой обивке сиденья, убеждая себя, что этот статус — гарантия их возвращения. Я задержалась у открытой двери машины. Обернулась на дом. Тёмные окна смотрели на нас слепо и пусто. Где-то там, на втором этаже, на столе стоял ноутбук, ожидая своего часа. А в моём кармане лежал телефон с датой и временем. — Салли-сан? — голос Нобуо вывел меня из транса. Он держал передо мной дверь, приглашая внутрь. — Прошу. Я посмотрела на него. В его глазах я не увидела ничего, кроме профессиональной учтивости. Знал ли он про кафе? Вряд ли. Т/И любит разделять потоки информации. — Спасибо, Нобуо, — кивнула я и скользнула в кожаное нутро автомобиля. Дверь захлопнулась с глухим, дорогим звуком, отрезая нас от внешнего мира. Лимузин плавно, как корабль, отчалил от тротуара. Дом растворился в темноте. Девочки верили, что это просто перерыв. Что всё будет «как раньше». Я откинулась на спинку сиденья и прикрыла глаза. Я не чувствовала финала. Я чувствовала, что это лишь перерыв на рекламу перед началом второго акта. И я была единственной в этой машине, кто точно знал, когда прозвенит третий звонок. Послезавтра. 14:00.