Часть 13
13 ноября 2021 г., 08:09
Утро, а, вернее, день начался с наглого солнечного луча, бившего точно в левый глаз сквозь щель в неплотно задернутых с вечера штор. Недовольно поморщившись, Брок чихнул и перевернулся на правый бок, всем телом влепившись в Стива. Тот инстинктивно сгреб его в охапку, как привык, должно быть, делать с Барнсом, и вдобавок еще и ногу на бедро закинул.
— Стив, ну тяжелый же, отъебись нахуй, чес слово! — заворчал Брок и попытался было отодвинуть того от себя, но двигать Стива было все-равно что двигать стену. Тверд и незыблем, воистину символ нации. — Барнс, помоги!
— Э нет, — фыркнул тот из-за спины. — Стиви, кажется, нашел себе новую игрушку.
— Ах вот как? — Брок искренне возмутился отсутствием поддержки. — Ну смотри, не боишься так и остаться нецелованным, пока твоему муженьку будут все плюшки доставаться?
— А он у меня щедрый, делиться любит. Так что не волнуйся, командир, мне тоже перепадет.
— Я вообще-то ещё здесь, — буркнул Стив и протянул руку куда-то за Брока. Баки звал, догадался тот.
Барнс тут же придвинулся ближе, уперся в задницу напряженным пахом.
— Да у нас тут прямо сэндвич какой-то, — усмехнулся Брок.
— С маслицем, — дыхание Барнса ожгло плечо, и по телу побежали мурашки.
Стив спереди тоже не ощущался спокойным и расслабленным.
— Эй, Роджерс, а у тебя опять пушка в штанах. Угадать, какая, или сам скажешь?
— Можешь… — Стив замялся и залился румянцем. — Можешь потрогать, если хочешь.
— Ты — мне, я — тебе, а Барнса вкруговую пустим? — хохотнул Брок и, не дожидаясь ответа, полез ему в штаны.
— Ничего против не имею, — жарко зашептал тот, сам успевший уже приспустить с Брока пижаму и вовсю лапавший ему жопу.
— Захлопнись или найди своему рту лучшее применение, — незло огрызнулся Брок. — Ты, помнится, отсосать обещал. Неоднократно.
— И отсосу, — многообещающе мурлыкнул Барнс, тут же скользнув рукой к его паху.
Заявленный в программе минет в то утро Брок, правда, так и не получил: все закончилось нетерпеливой яростной дрочкой. Но он поклялся себе, если его не погонят отсюда ссаной метлой, чуть позже напомнить Баки о его обещании. А еще обязательно самому попробовать Стива на вкус. В конце концов, треугольник допускал массу разнообразных вариантов, один слаще другого.
— О чем задумался, командир? — вездесущий Барнс прервал поток влажных фантазий. — Сидишь с лицом дебила, разве что слюну на стол не пускаешь.
— Съебись, а? Будь другом! — вежливо попросил Брок и в два глотка допил свой остывший кофе. — Весь кайф обломал.
— О, Стиви, солнышко, а это он ведь о нас мечтает! — Барнс расплылся в довольной улыбке, на что Брок только фыркнул. Мысли он что ли читает? — Ты б еще достал и вздрочнул, пока мы здесь. Чего стесняться-то?
— Я, пожалуй, потерплю до вечера, Баки, — Брок нарочно выделил его имя, на которое имел права пока только Стив, но тот будто бы и не заметил. Или просто разрешил. — В моем возрасте, знаешь ли, второй раз уже за счастье. А первый ты уже мне обеспечил.
У Барнса, надо признать, была волшебная живая рука: мягкая, будто бы никогда не знавшая оружия. Когда утром в постели он обвил своими длинными пальцами его член, Брок едва не кончился в ту же самую минуту. Даже Роджерса лапать перестал, и тот, недовольно заворчав, сам укоризненно толкнулся в его кулак: мол, наслаждайся, конечно, но и о других не забывай.
— Вы оба как дети малые, честное слово, — рассмеялся Стив, и Брок, никогда до этого не наблюдавший на лице Капитана Америка ничего больше улыбки, завис. Засмотрелся. Влюбился. В эти разбегающиеся из уголков глаз лучистые морщинки. В длинные ресницы. В ослепительный блеск идеальных зубов. В наморщенный нос и едва заметные ямочки на щеках.
— Это всегда так? — с трудом оторвав взгляд от Роджерса, он поднял голову к Барнсу, маячившему у него за плечом.
— Ага, — кивнул тот. — Наш Стив — оружие массового поражения! Особенно голый.
— Дурак! — буркнул Брок и вдруг ощутил, как его губы сами собой растягиваются в широкой улыбке. «Наш», он и правда сказал «наш»!
— Сам ты дурак, командир, — Барнс звонко чмокнул его в растрепанную макушку и отбежал подальше, чтобы не прилетело за «телячьи нежности».
