Сдайся мне

В этом сне я открыла глаза в постели, в которой уснула. Вокруг горели свечи и отбрасывали блики на стены. Вдоль одной из стен горела светодиодная лента. Горела она красным. Пришло осознание что почти не чувствую своих рук. Задрала голову. Веревка на запястьях и она тянулась до каких-то креплений на кровати. Вдох. Выдох. Внизу, в ногах, пошло шевеление. Что-то поднималось ко мне под одеялом. Дёрнула руками. Бесполезно. Кстати, этот сон из разряда тех, в которых ты всё видишь, чувствуешь, но не делаешь так как вздумается. Ты просто наблюдатель. Обожаю. Я увидела Рому. — Ну как тебе атмосфера, дорогая? — Довольно романтично, дорогой. — произнесла я из сна. Кошмар. Руки мужчины стянули одеяло до живота. Он постепенно расстёгивал пуговки моей рубашки. На нём же ничего из одежды не замечала. В момент его губы коснулись моей кожи рядом с соском. Дыханье сразу спёрло. Всей плоскостью языка дошёл к нему и немного поиграл. Я рвано выдохнула. Слегка касаясь кончиками пальцев, скользнул по животу вниз. Издав чмокающий звук перешёл к ласкам другой моей груди. Раздвинув мне ноги, лег между них. Мужчина нависал надо мной. Его руки скользнули на мою поясницу. Рома потерся носом о мою шею, шумно втягивая воздух носом. Он вовлек меня в поцелуй. Очень страстный, мокрый и долгий. — Как самочувствие? — Могло бы быть и лучше, Птица. — выдохнула ему в губы, слегка выгибаясь тазом. Рома сжал пальцы на моей коже и исчез с поля зрения. Почти сразу же почувствовала его губы на шее, а следом и зубы. Как же хорошо. Потихоньку начинала стонать. Даже количество смазки между ногами не замечаю. Только мурашки от каждого его прикосновения ко мне, к моему телу. Как же хочется зарыться рукой ему в волосы, сжать его плечо… Он перестал покусывать шею и ключицы и спустился к моему животику. Нежно поцеловал почти у лобка и облизнул свои пальцы. Прохладными пальцами прошёлся мне между ног, надавливая где нужно. Его глаза пытливо меня рассматривали. Я напрягла руки и слегка приподнялась. Рома выдохнул. Снова оказался рядом. Сел оперевшись об изголовье кровати и помог сесть на него. — Я так вижу тебе нравится когда я тебя седлаю? — А тебе не нравится такой вид контроля раз в месяц? — его ладони по-хозяйски мяли мои ягодицы. — Наоборот. Хочу больше такого. Правда не думала что твоё приглашение в клуб «потанцевать» окончится так. Слегка привстала и снова села. Выгнулась в пояснице, слегка потеревшись клитором о него. Прикусила губу и не разрывала зрительного контакта. — Это тоже своеобразные танцы. Сейчас ты танцуешь на мне. — его ладонь легла мне на грудь. Я начинала двигаться активнее. — Потом мы потанцуем горизонтально, а следом можем к примеру у стены, или в душевой кабине. Первый стон сорвался с моих губ, который усилился как только мужчина слегка царапнул мою ногу. — Что, Птиц, кайфуешь? Он взял меня за горло. Его таз тоже двигался, не сильно активно, но ощущалось. — А ты как думаешь? — он схватил меня за волосы. — Хочешь попробовать кое-что? — Да-да, — протянула когда он оттянул их немного назад. — Знаешь знак бесконечности? — он резко без предупреждения совершил сильный толчок. Дождался кивка и продолжил. — Попробуй нарисовать его своими бёдрами. Я послушалась. Какие-то новые ощущения, они поползли до пальчиков ног. Ещё два раза повторила чередуя с обычным стилем. Рома прикусил снова кожу у моего уха и поменял нас местами. Проследил чтобы мне не выкрутило руки, усадил раздвинув ноги и резко вошёл. Горячо меня целовал, вколачиваясь в меня всё жёстче, не давая шанса вдохнуть достаточно воздуха. Даже хлюпающие звуки и собственные стоны меня уже не смущали. Было ощущение что меня уже ничто и никогда не смутит пока он рядом. — Извини, не сдержался, малая. — прошипел он, когда я кончила, откинув голову назад. — Ничего, порядок. Подтянула ноги ближе к себе. Захотелось лечь. — Куда собралась? — Думала прилечь. Он покачал головой и попросил сесть удобно. Как только я села покомфортнее он лег на живот. Воу, кажется я понимаю что он собрался делать. Облизнула губы как раз в тот момент когда он прикоснулся языком ко входу. Через пару минут я возобновила попытки выпутаться с верёвок, но естественно не получилось. — Что такое, Елизавета Николаевна? Пожаловалась на верёвки. Он только хмыкнул и продолжил терзать меня своим языком. Иногда он разбавлял мои сладкие стоны вскриками от неожиданного лёгкого укуса на внутреннюю сторону бедра, или щипания того же бедра. Судорога второго оргазма прошлась по всему телу, до такой степени что пальцы на ногах сжались, и прочувствовала почти каждую мышцу на икрах. Пока возвращала своё дыхание в норму, ощутила что Рома развязал верёвки. — Не хочу чтобы у тебя начались проблемы с кровообращением. Он мягко мял мои руки и целовал в губы. Когда он отстранился в очередной раз, показалось будто глаза были не карамельные, а голубые. Мы наслаждались друг другом и этой ночью. Рассматривала его лицо и глаза. Очень часто казалось что цвет глаз голубой. Я открыла глаза. Красного света уже не было. Терпкого запаха тоже. Только влага между ног, сбитое дыхание и обеспокоенный Серёжа рядом. — Ты в порядке, Лиз? Я кивнула. Ага, в абсолютном. Мне просто приснилось как мы кувыркаемся с твоим братом и иногда мне казалось что это ты. Обыкновенный сон, да. — Сколько часов? — просипела, рассматривая Серёжу. — Четыре утра. Я откинулась на подушку. Почему-то вспомнился его поцелуй в парке. Прикоснулась пальцами к губам. — Где у тебя можно попить воды? — Я принесу. — он вылез из-под одеяла и ушёл. Что со мной происходит? Вообще какое-то неудобное чувство возникает от этого треугольника. Влюблена в одного брата, спала с этим братом, в то время как другой вздыхает по мне, так я ещё, скорее всего и надежду на что-то даю. И вроде бы как могла дать шанс хорошему брату, но всё равно неудобно. Как перебежчица, от одного ко второму. Чёрт. Выпустила воздух сквозь зубы и села в кровати. Слишком жарко, хочу раздеться. Расстегнула одну пуговицу и приспустила рубашку на одном плече. Уже немного легче. О, а вот и Серёжа вернулся. Разумовский нёс кувшин и стакан. Он обогнул постель и поставил всё это на тумбочку с моей стороны. Налил в стакан воды и протянул мне. — Спасибо. — прошептала и прислонила стакан к губам. Мужчина только улыбнулся и сел рядом. Я заметила парочку влажных прядей у его лица. Пара из них прилипли к его лбу. Он выглядит очень мило. Мужчина зарылся пятерней себе в волосы, убирая их назад. Допив воду протянула стакан. Он отставил его на тумбу. Следом поднялся и вернулся на свою половину кровати. Я его обняла и задрала голову чтобы рассмотреть его. — Серёж, всё в порядке? — Это я должен спрашивать. — Почему? — приподнялась на локте. — Ты издавала странные звуки пока спала. — пробормотал он с постепенно розовеющими щеками. — Оу. — выдавила из себя — Какого рода? — Красивые. — выдавил из себя Разумовский. Он двинулся немного вверх, повыше на подушки. — Да? Он лишь кивнул. — Я что-то говорила? — Нет. Кивнула и призадумалась. Будто что-то недосказанным висит. Опустила голову на подушку и отвернулась. Свернулась клубочком и прикрыла глаза. Надо всё-таки поспать иначе все эти капельницы и таблетки будут к одному месту. Через две минуты, почти уснув почувствовала как Серёжа уткнулся куда-то мне в волосы и обнял за талию. Остаток ночи прошёл спокойно. Днём снова сидела в своём офисе и занималась привычной работой. Пила таблетки по расписанию и ожидала вечера. Ждала потому что ехала на занятие соло на котором решим, можно ли мне уже в общую группу. Было обстоятельство которое не покидало мою голову. Этот чёртов сон. Он будто отражение моих внутренних метаний. Может я уже себя настолько извела? Я открыла на телефоне приложение в котором план на неделю. Проверила что танцы всё-таки сегодня, посмотрела когда у меня первый сеанс у психолога. И он завтра, в первой половине рабочего дня. Там и выяснится сможем ли мы обвинить Рому в преднамеренном причинении психологического вреда. Одно дело то, что думаем именно мы, а другое дело то, что увидит независимый эксперт. Прикрыла глаза и откинулась на спинку кресла. Надо думать о чем-то другом. Отстраниться от всего этого. Получается плохо, но я по крайней мере не чувствую себя отвратительно. Недолго думая включила на телефоне свой плейлист и черкала ручкой на бумаге всякие загогулины. Стук в дверь отвлёк. — Да, входите! Отодвинула лист и выпрямилась. — Елизавета Николаевна, — в проёме появилась Марина, — к вам посетитель, его впустить, это мистер Разумовский? Покрутила ручку в руке, вздохнула и ответила короткое да. Видимо у меня ещё долго будет триггер на эту фамилию. Сначала подумалось что она говорит о Роме, хоть и знаю что он не может прийти. Марина пропустила посетителя и ушла на своё рабочее место. Серёжа остановился у стола и бросил взгляд на изрисованный лист. — Привет. — Привет, — вздохнул Серёжа. — я к тебе с предложением. Папка, находившаяся в его руках, перекочевала на мой стол. Я раскрыла ее. Мне потребовалось время чтобы изучить содержимое папки. Тут решение должна принимать не я. — Серёж, это не ко мне… Могу лишь сказать что вечером можешь встретиться с моим отцом и вы обсудите это. Он кивнул. — Тогда, через сколько тебя можно забрать? Застыла на какое-то время. А потом объяснила Серёже что у меня сегодня занятие, домой я и сама доеду, зачем ему переться аж туда? Слегка потерянно Разумовский кивнул, попрощался и ушёл. По окончанию работы, собрала необходимое и поехала на занятие. Моя преподавательница с радостью меня встретила и спросила о том как у меня дела, как работа, как самочувствие в теле. Мы поболтали пока делали разминку. Обожаю ее, лёгкая на подъём женщина. Ухоженная, подтянутая, харизматичная, жизнь так и бьёт из нее ключом. Она увлечена своим делом и этим вдохновляет безумно. И вот она захотела посмотреть на то, что я помню с наших занятий и включила первую мелодию. Сама же отошла к перекладинам и наблюдала. Я же прикрыла глаза и сосредоточилась на ритмах которые шли мне в сердце. Слушала его, отпустила всё что тревожило… Тело двигалось плавно, бёдра отбивали ритм, руки рисовали разные силуэты дополняя рассказ, которые транслирует моё внутреннее "я". Так и двигалась под музыку пока мелодия не кончилась. — Хорошо, очень хорошо, Лиза. — она начала ходить кругами около меня. — Помнишь мы говорили о базовых движениях, что мы большую часть из них можем вплетать в другие направления? Подумав, кивнула. — Могу сказать что импровизировать у тебя получается хорошо… Мне интересно что будет происходить с твоими навыками в нетипичной среде… Она включила новую композицию. Сначала я была сбита с толку, но потом ощутила импульс в теле. Были движения которым меня не учили. Что-то подсмотрела в телевизоре, что-то было чисто моими соображениями. Я погрузилась в процесс настолько что не остановилась когда мой пучок распустился. Продолжала вращаться вокруг оси и не обращала внимания на развевающиеся волосы. Закончив очередной оборот раскинула руки в стороны, очертила кистями круг и повела их к корпусу. Старалась не застаиваться на одном месте как меня учили. Пока никто не выключал музыку и не звал меня, значит делаю всё правильно. Это радует. Композиция окончилась. Я застыла и услышала чьи-то аплодисменты. Здесь кто-то был? Обернулась на звук. Серёжа сидел на мате, на его лице восторг, как и на лице преподавателя. Отчего-то опустила взгляд в пол и начала искать резинку. — Умница, Лиза, красиво как было. И ты впервые не прервала танец из-за мелочи. Резко подняла голову. — Не смотри на меня так, я правду говорю. Улыбнулась, поблагодарила и опустилась на колени. Подобрала резинку, тряхнула ее и вытянувшись ввысь завязала хвост. Мои глаза поймали взгляд Серёжиных глаз. — Ты давно здесь сидишь? И что ты вообще здесь делаешь? — решила всё-таки спросить у него. — Недавно, приехал за тобой. — парень отвечал с лёгкой улыбкой. — Я же говорила что. — Лиза, давай продолжим, потом поговорите. — То есть вы его здесь оставите? Она посмотрела на меня как на маленькую девочку. — А зачем мне выгонять, ты стесняешься своего парня? Я опешила. — П-парня? — Разве нет? Мы переглянулись с Разумовским и одновременно покачали головами в отрицании. Учительница извинилась и продолжила занятие. Ладно, мне не жалко, пусть смотрит. Она помогла разучить новую связку и у меня получалось ее делать почти на автоматизме. Мне было дано разрешение что уже могу заниматься в группе. Я решила пока не спешить. Сейчас очень непростые времена в своей жизни, лучше побуду одна. Довольная от нашего сегодняшнего занятия она отпустила меня домой. Серёжа дошёл со мной до раздевалки и остался ждать в коридоре. Я быстро помылась в душевой, вскочила в одежду и вышла. Каждый поехал на своём транспорте. И вот мы прибыли ко мне домой. Серёжа и папа сидели в гостиной обсуждая написанное, а мы с мамой пили чай на кухне. Она интересовалась моим сегодняшним занятием танцами, посмеялась с моей реакции когда я заметила Серёжу в зале, спрашивала о самочувствии и моему продвижению по книге. А потом зашёл разговор за психолога. Я не горела сильным желанием рассказывать историю незнакомому человеку, это приводило меня в какое-то смятение. Мама меня утешила и сказала что первые пару раз будет страшно и это нормально. Я лишь кивнула и допила свою порцию чая.