когда плачет самурай

Приоткрыв глаза, Саске едва повернул голову в сторону, расфокусированным взглядом цепляясь за обстановку дома, изо всех сил пытаясь вспомнить последние события и понять, как он оказался в этом незнакомом месте. Это явно была спальня, а вокруг никого. В углу лежал сложенный второй футон, не было ни намёка на присутствие здесь Наруто и Саске запаниковал, не обнаружив ни единой вещи блондина. Содрав с себя одеяло и закутавшись в кимоно, которое не помогало против холода, Учиха едва не вывалился из комнаты на улицу, хватаясь за живот и тут же оказываясь подхвачен под руку и прижат к чужой горячей груди. — Рано тебе ещё бегать, иди в постель, — с мокрыми волосами и в чистом кимоно, Наруто стоял с полотенцем на плечах, всё такой же хладнокровный, глядящий своими пронзительно голубыми глазами, будто в попытке заморозить душу Саске. Брюнет гулко сглотнул. — Я думал... Думал ты ушёл, — дрожащей рукой вцепившись в кимоно парня, Учиха уронил голову на его грудь и Наруто мягко похлопал его по спине, не понимая, как мог обидеть это очаровательное чудо. Саске едва стоял на ногах от боли и блондин мягко подхватил его на руки, занося в комнату, которую им выделили Цунаде с Джирайей. Заботливо уложив краснеющего парнишку на постель, Наруто опустился возле него и осторожно отвёл в сторону ткань кимоно, взглянув на бинты на животе мальчишки. — Как ты чувствуешь себя? — Кажется, мы поменялись местами, — Саске выдохнул и накрыл ладонь Наруто своей, слегка сжав на своём животе. Он не хотел, чтобы блондин отходил от него сегодня, сейчас и вообще когда-либо в будущем, — я в порядке, всё хорошо. — Отдыхай, я буду рядом, — Узумаки хотел подняться, но Саске потянул его к себе и обвил руками шею, заставляя лечь рядом. Сам он подвинулся на футоне и Наруто непонимающе лёг рядом. — Ты ведь любишь во сне обниматься, так что я просто составлю компанию, — брюнет слегка поморщился от боли и накрыл рану через бинты рукой, а затем ощутил, как неуверенно его коснулся Наруто, осторожно уложив свою ладонь рядом. Их пальцы слегка соприкасались, передавая разряды тока и тепло, мурашками разливающееся по плечам. Блондин погладил живот и опустился головой на подушку рядом с лицом Саске. Он так сильно скучал по этому, что отбросил все предрассудки и устроился удобнее рядом. От Учихи пахло всё так же: травами, лекарствами и цветами. Он стал немного теплее, чем был. Несколько дней пролежал без сознания и Наруто всё это время ухаживал за ним. А сейчас, чувствуя его дыхание рядом со своим виском, благодарил судьбу за то, что оставила его ему. Что Саске выдержал это испытание и что они оба справились. Было тяжело, но Узумаки рассказал всё Цунаде и она вправила ему мозги. Она разложила по полочкам его чувства, помогла разобраться и подтолкнула к действиям. И теперь Наруто смог снова быть к Учихе ближе, чем на расстоянии удара. Саске шумно дышал, ощущая рядом тепло, в котором нуждался. Тело слегка морозило. Он прижался ближе к блондину и тот без слов понял. Накинул на мальчишку одеяло, обнял за плечи, зарываясь пальцами в чёрных волосах, и молча прижался носом к мягкой щеке. — Прости меня, — прошептал он и брюнет вздрогнул, взглянув потерянно на лицо Наруто, повернув к нему голову. Они были так близко. Блондин был так близко. Вздохи смешивались, взгляды то и дело встречались, скользили по чертам, оглаживали губы и снова поднимались вверх, чтобы встретиться. — И ты меня прости, — Саске поднимает руку, касаясь щеки Наруто, и мягко поглаживает, прикрыв глаза и упершись в лоб парня своим. Они замолчали и просто лежали так. Наконец можно было не переживать ни о чём, хотя бы сейчас, хотя бы здесь. За окном темнело, в комнате стоял полумрак. Было едва видно лица и мерцание глаз. В глазах Саске сияли звёзды, Наруто вспоминал их совместные ночёвки и не мог не сравнивать то, что видел перед собой тогда и сейчас. Заправив прядь чёрных волос за ушко, блондин приподнялся на локте, накрывая бледную щёку своей ладонью. Огладил ямочку под нижней губой и с придыханием приблизился к нему. Саске замер, сминая пальцами ворот нарутовского кимоно, и выдохнул, потянув его ближе к себе и едва задев губами нижнюю губу. Наруто углубил поцелуй, опустившись ниже, и прикрыл глаза, чувствуя проскользнувший по его нижней губе язык. Позволил Саске зайти немного дальше и ответил на это явное заигрывание, склоняя голову в сторону и сталкиваясь снова с языком мальчишки, проводя по нему своим собственным. Брюнет вздрогнул, смутившись, и прервал поцелуй, причмокнув. — Мило, — шепнул Наруто и ухмыльнулся, обхватив щёки парня и проведя языком по влажным губам, снова втягивая Учиху в поцелуй и в этот раз языком касаясь его верхнего нёба и ряда ровных зубов. Саске тихо застонал и блондин вздрогнул, невовремя вспомнив то, что заставило его рывком отстраниться, садясь на постели, и в ужасе коснуться собственных губ. — Прости, я... Я поторопился, — Наруто сглотнул и Учиха приподнялся, зажимая рукой живот и морщась. Его словно окатили холодной водой и вытолкнули на мороз. Так он себя чувствовал в этот момент. — Ты... Целовал его, да? — с болью в голосе спросил Саске, прекрасно понимая, почему Наруто не мог продолжать. Смерть Хироши была огромной раной на его сердце. Воспоминания в голове были свежи, их ничем оттуда не вытравить и не отскрести. Они липнут к душе кровавой коркой и душат глотку каждый раз, стоит только подумать. — Я переспал с ним, дважды, — Наруто закрывает лицо руками и Саске от этих слов испытывает боль ещё большую, чем от раны на животе. Он отворачивается, ощущая ком в горле, и опускается на постель, прижимая ко рту ладонь и жмурясь. По вискам прокатились слёзы, руки задрожали. Он не мог винить Узумаки в том, что тот желал быть кому-то нужным. Не мог осуждать, ведь сам принял решение его оставить и не было ничего в том, что Наруто пытался начать новую жизнь с новым человеком. Он повернулся на бок, превозмогая боль, и уткнулся в подушку, только лишь чтобы не показать, что эти слова порвали к чертям его душу на сотни лоскутов. Слишком жестокая правда, о которой не хотелось услышать от самого блондина. Притянув колени к груди и чувствуя себя каким-то ничтожеством, от которого отказались, Саске прикусил сустав на указательном пальце и не сдержал всхлипа. Повернувшись на звук, Наруто замер. Мальчишка дрожал, полными слёз глазами смотря в стену. Сглотнув ком в горле, блондин коснулся его талии, вернувшись к нему на футон, и опустился позади, обвивая грудь парня и прижимая его спиной к себе. — Умоляю, прости меня, — Наруто уткнулся в его шею и сглотнул, — я понимаю, что это сложно. Но я... Ты нужен мне. — Всё в порядке, — Саске прикусил губу и Наруто зажмурился, отчаянно целуя его шею, — нам обоим надо время, но я не отступлю от своих слов. Блондин кивнул и Учиха обхватил его ладонь на своей груди. — Ты... Его любил? — Саске поджал губы и Наруто выдохнул. — Не надо, малыш... — Я хочу... Знать правду. Всю правду. — Он меня - да, а я думал, что смогу полюбить его, когда всё закончится. Он ещё ребёнок, Саске. Он был ещё ребёнком. Только-только стукнуло восемнадцать, ты был старше, когда мы познакомились. Я не чувствовал такой вины, что любил тебя, какую чувствовал, когда видел, как он пытается привыкнуть, чёрт возьми, к нашим неправильным отношениям. Он мой ученик, я не должен был заходить так далеко, идиот, но мне казалось, что иного выхода нет и я должен сделать это, чтобы искоренить боль. Хироши пришёл меня успокоить, а я им воспользовался. И хуже всего то, что я не смог сказать ему утром, что не люблю его... — Он не глупый, смог бы понять, — Саске стиснул сильнее руку Наруто, слушая его голос возле себя, тихий и виноватый, срывающийся на обвинения себя в идиотизме, разливающийся внутри такой болью, какую нормальному человеку испытать никогда не получится, ведь нет более глупых людей, что стали бы рассказывать любимому человеку о том, как воспользовались другим, чтобы поиграть на чувствах партнёров и на своих собственных. Это было ужасно, но Учиха слушал внимательно, стараясь извлечь максимум боли из того, что ломало Наруто. Хотел знать, на сколько низко они оба пали за время друг без друга. — Он и правда не глупый, — блондин сглотнул и уткнулся лбом в затылок Саске, — и я хочу врезать себе за это, ведь он понимал, что я люблю тебя, но искренне подбадривал, будто думал, что даже если я такой мудак, то имею право на заботу с его стороны, и на то, чтобы срываться на него, когда захочу. — Можешь... Ты можешь после всего снова... Прикасаться ко мне, как раньше? Тебе не противно это? — Учиха смутился собственных слов и коснулся своего лица, закрываясь от внимательного взгляда. — Я делал тебе больно. Из-за меня ты страдал, из-за меня испытываешь боль даже сейчас, потому что если бы не я, с Хироши всё могло быть в порядке. Тебе не противно находиться рядом со мной? Ты называешь себя плохим, но чем мы друг от друга отличаемся? Я всё испортил, ты просто... Стал жертвой моего эгоизма. Блондин покачал головой. Он не хотел, чтобы любимый человек брал всю вину на себя. Хотел знать, почему всё так произошло. — Почему ты ушёл тогда? — Наруто обхватил запястье парня и мягко отвёл от лица, а Саске, повернув голову так, чтобы взглянуть через плечо в голубые глаза, шумно выдохнул. Почему... Почему? Он и сам не до конца понимал, почему, но одно знал точно: — Я побоялся, что если останусь, то потеряю тебя. Не хотел видеть снова смерть дорогого мне человека. Не хотел, чтобы всё повторилось. Я думал, что если уйду, ты будешь в порядке. Надеялся, что если ты будешь меня ненавидеть, то будет легче, если кто-то из нас вдруг погибнет. Я... Ошибся. Саске развернулся и обхватил холодными ладонями лицо парня, прижавшись к его губам своими. Поцелуй с привкусом слёз заставил обоих почувствовать небольшую толику облегчения. Они поговорили, выговорились, всё стало понятней и представлялось теперь иначе. Было больно и тяжело, но теперь можно было не притворяться, не делать вид, что им друг на друга плевать. Наруто потёр подбородок Саске подушечкой большого пальца, кусая за нижнюю губу и коротко чмокая в уголок рта. Он отстранился и лёг обратно, устроившись рядом с шеей парня так, чтобы вдыхать сладкий дурманящий запах его кожи. — Где ты был всё это время? — блондин перебирал чёрные волосы, а Учиха нежно гладил его лицо, очерчивая пальцами лицо, по которому скучал. — Дома, — шепнул Саске, — там остался пустырь. Я пытался привести в порядок хоть что-то, но безуспешно. Большинство времени тренировался у реки, иногда просто сидел у могилы родителей в ожидании, что кто-нибудь из клана выжил и придёт туда в последний раз. Наруто сглотнул, и прижался ко лбу парня своим. — Сходим туда снова, — прошептал он, обнимая Саске покрепче, — а теперь засыпай, Саске, я буду рядом. И Саске действительно прикрыл глаза, стиснув пальцами кимоно Наруто так, словно он мог куда-то сбежать. Но уже не мог, ни за что бы так не поступил с мальчишкой. Теперь он не собирался никуда его отпускать. Серебристые лучи лунного света скользили по комнате, цепляя одеяло, которым до самых плеч были укрыты парни. За окном было тихо, будто даже погода не хотела отвлекать наконец успокоивших свою бурю внутри ребят от спокойного мирного сна в объятиях друг друга. Не было ветра, разошлись тучи. Погода благоволила тому, чтобы выглянуло завтра солнце и разбудило спящих нежными первыми лучами. Утром они оба чувствовали себя значительно лучше. Когда Саске проснулся, Наруто был рядом и всё так же обнимал его во сне, тихо сопя. Решив, что ему необходимо выспаться, брюнет аккуратно убрал его руку и вымотанный последними событиями Узумаки даже носом не повёл. Это было и хорошо, что его сон был таким крепким и он наконец мог хоть немного отдохнуть Поднявшись на ноги и слегка сгорбившись из-за боли, Саске прижал руку к животу и тихонько вышел из комнаты, оказавшись на крыльце. Утро было тёплое, раннее. Однако на огороде уже кто-то был и Учиха замер, потирая локоть. — Ты чувствуешь себя лучше? — раздался голос с краю. Брюнет вздрогнул, оглянувшись на женщину, что с улыбкой смотрела на него. На ней было светлое кимоно, она держала таз в руках, прижимая к своему боку. Видимо, только закончила с уборкой и вышла с другой стороны дома, раз Учиха её не сразу увидел. — Да. Спасибо за то, что приютили нас. — Думаю, Наруто тебе не говорил, но мы давно знакомы с этим обалдуем, так что он нам как сын. А детей на улице оставлять не по-родительски как-то, — женщина тихо рассмеялась и опустила таз на веранду, усевшись рядом. Саске опустился возле женщины и спустил босые ноги на траву, слегка улыбнувшись от того, что это знакомое чувство щекотки напомнило о днях в родном доме. И когда он выходил, мама так же убиралась на веранде, а отец занимался своими делами в стороне. Иногда он садился на вымытый пол, спускал ноги в траву и наблюдал за родителями. Тогда был маленьким, но с годами привычка не исчерпала себя. Он вспомнил об этом и на душе стало немного теплее. — Наруто всегда был таким? — тихо спросил Саске и Цунаде вздрогнула, стиснув пальцами кимоно на бёдрах. — Нет, — произнесла она и повернулась к брюнету, — он был настоящим демоном в нашу первую встречу. — Но... Почему? — Есть в людях то, что объяснить невозможно, — произнесла женщина и Саске нахмурился, не понимая, что имеет ввиду этот человек, — но когда он принёс тебя, я впервые узнала, что демоны тоже умеют плакать. Наруто... Не такой, как другие. Он слепо бросается в бой, он безрассудный и порой жестокий, но он умеет любить и я увидела это в нём, когда латала твои раны. Ты последнее, что держит его разум в узде. Береги свою жизнь ради жизни Наруто. Между вами есть то, чего некоторые лишены, храни эту связь, она появляется редко. Учиха кивнул, но так и не мог понять, о какой связи речь, пока не вспомнил о красных нитях судьбы, сплетающих души. Наруто говорил ему об этом, говорил о той женщине, что наставила его на верный путь. Удивлённо взглянув в золотисто-карие глаза блондинки, Саске ошеломлённо выдохнул. — Вы Цунаде Сенджу? — Так Наруто всё же обо мне говорил? — улыбнулась женщина и Учиха кивнул. Внутри разлилось тепло от осознания того, что они медленно исполняли свои обещания. Наруто ведь говорил, что познакомит их. И пусть не таким способом это должно было случиться, но он привёл Саске сюда не смотря на то, что последние пару недель они не ладили от слова совсем. — Наруто говорил, что у него появились не родные по крови, но очень близкие по духу люди, которые помогли ему стать лучше. Он был счастлив, рассказывая о Вас. — Дуралей, — тепло улыбнулась женщина, отведя взгляд и по-доброму усмехнувшись, — сам сбежал, а забывать о нас не стремился. — Он хотел к Вам вернуться, когда всё закончится, — Саске улыбнулся, опустив взгляд на собственные ступни, которых касалась трава, — ему было необходимо отвлечься от этого безумия гораздо раньше. Простите, что наша первая встреча получилась... Такой. — Такова судьба, парень. Просто прими как данное и двигайся дальше. — Спасибо, что помогли. — Это мой долг, я ведь врач... И мама этого дурака, пусть и не родная. Люблю его всем сердцем, ничего с этим уже не попишешь. — Уверен, он любит Вас в той же степени.