Твой мелкий почерк

      Кристиан задумчиво смотрит в окно своей спальни. У него было два варианта развития событий: либо его ждёт скандал, который просто так для него не окончится, либо пустая комната и гробовая тишина. — Мне очень повезёт, если после этого проступка меня не вышвырнут из родительского дома. — Он тяжело выдохнул и, закатав рукава своей рубашки, принялся взбираться по водосточной трубе, которая была единственным и самым безопасным путём в его комнату.       Да, это было сложнее чем обычно, хотя бы потому, что танцевать с дамами, которых ты, в общем-то, даже не считал, очень сложно. Но у него получилось и он оказался в своей комнате. Если Софи всё сделала правильно, никто даже и подумать не смел о том, что Кристиана не было в поместье. Он с облегчением выдохнул, когда понял, что весь дом спит и его отсутствия никто не заметил. — Ух ты, даже ужин мне оставили, — он присвистнул, ведь не ожидал такого поворота. Тут в дверь его комнаты кто-то стучит. Он, конечно же, понимает, что если это не Софи, то он пойман врасплох, — Кто там? — Это Софи, — на этих словах Кристиан выдохнул, — позволите войти?

***

      Солнце светило очень тепло и ярко. Вокруг не было и повода для каких-либо проблем или негодований. Кристин сидела в кресле, наслаждаясь видом с балкона в ожидании чая. — Ваш чай, миледи, — служанка поставила перед Кристин чашку и налила в неё чай. — Что за чай? — Кристин придирчиво оглядела напиток. — Каркаде, — служанка опустила взгляд на чайник, — Ваш любимый. — Замечательно. — На самом деле, Каркаде не был любимым напитком Кристин, но когда у неё хорошее настроение, она предпочитает его.       В поместье с самого утра стоял гул. Кристин это очень раздражало, ведь повод для радости был, и он весьма тронул её самолюбие. Сегодня на семейном ужине отец сообщит всем новость о том, что Даниэль, глубоко уважаемый своей младшей сестрой, женится. Конечно, про глубокое уважение и в принципе взаимопонимание между сестрой и братом говорить не приходилось: Кристин предпочла бы вообще остаться без родственников.       Софи наблюдала за своей госпожой всё утро и видела, что той крайне неприятен факт всеобщей семейной радости. Но, так как она всего лишь доверенная, не могла что-либо сделать. Ей очень хотелось, чтобы Кристин на время забыла об этом, но её планам не суждено было сбыться. — Как думаете, — Софи с балкона взглянула на служанок, приводивших сад в порядок, — Александра станет хорошей хозяйкой в поместье? — Ты издеваешься надо мной? — Кристин нервно ощупывает свой платок, в неудачной попытке успокоиться, — Я ненавижу её так же, как если бы ты ненавидела...       Кристин не успела договорить, потому как заметила приближающийся силуэт матери. Она мигом вернулась к разглядыванию сада и они с Софи ожидали чего-то. — Доброе утро сегодня, Кристин. — Мать придирчиво окинула взглядом дочь. — Утро добрым не бывает, матушка. — Кристин на секунду остановила взгляд на матери, но он снова скользнул к саду. — Софи, — командирским тоном приказала госпожа, — оставь нас. — Как прикажете. — Софи торопливо поклонилась и вышла, оставив мать и дочь говорить наедине.       Мать села напротив дочери, когда на балконе никого не осталось. Глаза её светились неестественным светом, словно к ним на днях приедет кто-то невероятно важный. Кристин, принявшая позицию ожидания, рассматривала лицо матери. Слегка постаревшее, но будто всё такое же красивое, как лет пятнадцать назад.       Кристин поняла, что её ждёт хорошая новость, по крайней мере, не выговор. От этой мысли ей стало легче, но расслабляться пока было рано. — Знаешь, Кристин, — от такого обращения девушка заметно напряглась, но не подала виду. — Мы с отцом всегда очень гордились твоим братом, но сегодня особенно. — Что же такого случилось, матушка? — Кристин не интересно, что там у них происходит, её слова – всего лишь формальность. — Твой брат получил приглашение на бал-маскарад от самого императора! — на этих словах мама Кристин торжественно хлопнула в ладоши, — Но это не единственная новость. — Есть что-то более радостное? — Кристин произносила слова скрипя зубами, ведь ей было завидно уже от новости о приглашении на бал-маскарад. — Меня, конечно, устраивает Александра, — мать заговорчески посмотрела на дочь, — но я пригласила к нам девушку, она приедет через несколько дней. Постарайся быть приветливее. — Посмотрим. — Кристин решила, что если та девушка окажется лучше ненавистной Александры, то она будет рада отдать ей брата.       Мысль о приглашении не давала ей покоя. Кристин никогда не была на балу подобного рода. Ей очень хотелось побывать на этом мероприятии, даже представившись собственным братом. — Я рада, что мы понимаем друг друга, Кристин. — дочь опустила взгляд на чашку с чаем. Ей не хотелось протестовать против матери, но и порадоваться за брата она тоже не могла. Зависть чёрной нитью обмоталась вокруг шеи, не давая сделать и глотка воздуха. Она решила, что пока не будет принимать никаких действий. — Когда там, матушка, бал-маскарад?

***

      Кристин даже никогда не думала, что будет невольным свидетелем ночного развлечения её брата и Александры. Что ещё можно делать юной леди, сидящей в тайнике. В их имении достаточно лазеек, чтобы остаться незамеченной. Но она не была уверена в том, что брат не проведёт с Александрой всю ночь. Что уж тут сказать, план надёжный, как швейцарские часы. — Нужно что-то делать, — она проговорила это так, будто не хотела принимать данного факта, — иначе до Пасхи тут просижу.       Делать нечего, пришлось искать другой путь, чтобы раздобыть желаемое приглашение. Идя по коридору ей пришлось завернуть за угол, потому что из своего кабинета выходил отец. Кристин прекрасно понимала, что если попадётся ему сейчас, то приглашение не достанет. Ибо её папенька любил возвращаться в спальню в тишине, когда все спят. — Вот же... — Кристин спряталась за какой-то вазой с цветами. Эта ваза была величественных размеров, привезена как сувенир с Востока, — отец, вот вечно ты не вовремя!       Когда Кристин убедилась, что отец не побеспокоит её своим присутствием в коридоре, незаметно прошмыгнула дальше. Она не была уверена, что приглашение находилось в кабинете брата, но это была мнимая надежда. Кристин очень хотела, чтобы оно было там, ведь обыскивать личные вещи брата не очень хотелось.       Её брат никогда не закрывал дверь в свой кабинет. Кристин знала это, но не придавала значения такому маловажному факту. В конце концов, этот факт сыграл значительную роль в дальнейших событиях. Первым делом она решила осмотреть ящики стола. И не прогадала: оно было там, в прекрасном белом конверте с императорской печатью. Такое желанное, на миг затмившее всё вокруг в глазах девушки, приглашение оказалось в её руках.

***

      Да, бал-маскарад удался. Кристин, снимающая с себя личность Кристиана, наконец снова стала девушкой. Это было так странно. Она являлась девушкой, но сегодня представлялась неким Кристианом. Софи сидела рядом, рассказывая о чём-то, но Кристин не слушала её. Она была в своих мыслях, и особо ничего не воспринимала. Немного позже она прогнала из своей комнаты Софи и легла спать. Утро не обещало ей ничего хорошего, но выбора у неё не было.       Рано утром Кристин выглядела неряшливо. В принципе, она всегда выглядела так, но в тот день особенно: ей не хотелось надевать платье, поэтому все видели её в брюках. Мама девушки хотела как-то припятствовать этому, но у неё ничего не вышло. У Кристин было слишком паршивое настроение, чтобы кого-то слушать. Впрочем, она никогда ни к кому не прислушивалась.       Сегодня был тот самый день, когда её мама пригласила к ним на ужин девушку. Кристин совсем забыла об этом, но стратегически виду не подала. Эта самая девушка должна приехать на ужин, а значит, время ещё есть. Кристин сидела за столом на балконе и что-то усердно выводила на листке бумаги. Софи подошла к ней со спины и что-то спросила. — Какого чёрта?! — Кристин, никак не ожидавшая этого, подпрыгнула на стуле, — ты чего, как все люди подойти не можешь?       Софи отшатнулась от своей госпожи и невнятно извинилась. Кристин шикнула на неё, и доверенная исчезла из виду. Госпожа вернулась к своему изначальному занятию. Что же она так старательно выводила на листке? Она рисовала. У Кристин была примечательная особенность: ей очень нравилось рисовать пером. Она всегда говорила, что от этого портреты и пейзажи получаются изящнее.       Кристин в голову ударили воспоминания с бал-маскарада. И точно, как живые, образы возникли перед её глазами. Она вспоминала прекрасных девушек, с которыми танцевала. Как представлялась Кристианом, бесчисленно обещая каждой приехать погостить. Блондинки, брюнетки, русые, высокие, низкие – кажется, она увидела невероятное количество девушек.       Перед глазами снова возникла девушка на балконе. Их диалог, раскрытие лиц, всё это большой яркой закладкой было вложено в ум Кристин. Она мотнула головой, чтобы прогнать надоедливый образ. То самое видение, когда они танцевали вальс в свете люстр, и глаза её, до того томно смотрящие, отпечатались в памяти приятным воспоминанием.

***

      Дневная суета тянулась для Кристин словно карамель. Больше всего её изводил тот факт, что ей ещё предстоит ужин в официальной атмосфере. Это значило, что без нелепого платья никак не обойтись. И хотя она может быть не спустилась бы вовсе, но тогда все посчитают это крайне неприлично и дерзко. Вечер потихоньку раскрывал свои слегка пошловатые краски, ну а Кристин нещадно уставала от него. Она в принципе ничего особенного не сделала за сегодня, но почему-то невероятно устала.       Слуги готовились к ужину как к празднованию Нового года. Кристин не совсем понимала, зачем это всё, если её мама устроила этакое мероприятие не с целью позвать кучку гостей. Время переваливало за восемь, а гостья так и не являлась. Кристин собиралась побыстрее пробраться в комнату, чтобы снять с себя это ужасное платье. Однако, к её несчастью, экипаж с опоздавшей девушкой со всей грацией въехал во двор имения. Дальше всё было как в тумане; Кристин не выходила встречать гостью. — Кристин, — как никогда звонкий голос матери заставил обернуться, — позволь представить нашу гостью. Это госпожа Атанасия, её отец активный представитель нового дворянства.       Секунда. Что-то внутри разбивается с треском, когда она видит знакомое лицо. Атанасия лишь несколько озадачена, но виду решила не подавать. И плевать, что эта Кристин слишком похожа на юношу, вскружившего ей голову на бал-маскараде.