Хранитель традиций

      Мия устала держать себя в руках. Устала прислуживаться начальнику, слушать нотации родителей, волноваться за то, что не сможет оплатить по счетам. Вероятнее всего эти вещи и стали главной причиной побега в Питер вслед за Арсением. Здесь она ни за что не отвечала, не ощущала той сокрушительной ответственности и тяжести, которые душили весь год. Здесь и сейчас, в эту самую минуту ею распоряжался Попов. Она наконец-то осмелилась отказаться от контроля — над ситуацией, над телом и даже над мыслями.       И Мия была от этого в восторге.              Женские стоны заполонили комнату, что наверняка злило соседей. Арсений то и дело обводил её тело взглядом, жарким и голодным, сверху донизу и снова вверх. Девушке казалось, что на её коже оставались пылающие следы.       — Мия, — прошептал мужчина. — Ты чертовски хороша.       Любая девушка желает слышать подобное. Начинаешь чувствовать себя прекрасной, желанной и женственной. И Попов это прекрасно знал, потому и сказал.       Арсений грациозным движением убрал мешающее взору одеяло в сторону и навис над Мией. Ей стало так стыдно, что она прикрыла грудь руками, на что он иронично изогнул брови:       — Серьёзно? И что по-твоему я там не видел?       — Я...       — Ты бы лучше за меня держалась, — Попов положил ладонь на её щёку, заставив посмотреть на себя.       Он смягчился, не был больше тем хищником, что пару секунд назад. Мия протянула руки вперёд, приобняв его за шею.       — Уже лучше, — довольно произнёс Арсений и возобновил движения.       После очередного стона он, продолжая пристально всматриваться, нежно провёл пальцами по гладким бёдрам девушки. Скользнул губами по тонкой разгорячённой шее, мягко, щекотно провёл влажным языком. Она прогнулась от наслаждения. Мир вокруг начал стремительно меняться. В нём остался только Попов и его прикосновения. Если бы похоть могла убивать, то Мия уже давно лежала мёртвая.       За затуманенным сознанием она не заметила, как напряжено тело партнёра. Не от возбуждения, нет, а от проблем, которые навалились за последние дни. Он неловко менял позу за позой, были моменты, когда задумывался и замирал на секунды. Мия считала, что он это так наслаждается или испытывает экстаз, но нет.       И вот его плечи коснулись спинки кровати. Он расположил девушку у себя на бёдрах, а она прижалась, чувствуя, как под пальцами перекатывались мышцы. Арсений одной рукой сжал своё достоинство у основания, а второй мягко нажал на её поясницу, направляя. Мия не спеша опустилась, немного дрожа, когда он входил в неё почти наполовину. От сбивчивого мужского дыхания её мысли разлетались как испуганные бабочки.       — Ещё немного. Ниже... — шептал Попов, вынуждая поглощать член сантиметр за сантиметром. — До конца, — он сидел и терпеливо ждал, а затем сцепил пальцы на её взмокшей талии и, как бы извиняясь, произнёс. — Моё терпение закончилось.       Горячие ладони сжали бёдра Мии и резко надавили, заставляя сесть до конца. Она громко застонала и выгнулась над ним дугой. Этот толчок отдался острой, но сладкой болью внутри живота. Её томное дыхание возбуждало Арсения ещё сильнее. На лице было написано выражение удовольствия, граничащего с грязной потребностью. Он ловко переместил правую руку на девичий затылок и притянул к себе, впиваясь в губы властным поцелуем.       — Двигайся быстрее, — выдохнул в губы мужчина, стараясь не прекращать поцелуй.       Его приказ прошёлся огненной плетью по спине. Мия начала резвее двигать бёдрами, немного приподнимаясь и, не выдержав пытки, вновь опускаться. Через пару минут Арсений жёстко вцепился пальцами за широкие бёдра и сам задвигался, из-за чего она рвано заглотала воздух. Темп становился невыносимым: тела обоих безумно дрожали от предстоящей адской агонии. Пальцы мужчины порхали по всему телу девушки: они гладили шею, грудь, живот. Он дышал и стонал с ней в унисон. Оргазм приближался, как цунами: беспощадно и неотвратимо.       В кульминационный момент Попов быстро прижал Мию к себе и поцеловал, дрожа от затухающих спазмов оргазма. В тот миг она осознала, что так остро и сладко у них не было ещё ни разу. До сегодня.       — Это было прекрасно, — выдохнула Мия.       Она слезла с мужчины, утягивая за собой одеяло. Обмотала вокруг себя подобно супергеройскому плащу и убежала в душ. Арсений воспользовался моментом и первым делом схватил сотовый телефон. Шесть пропущенных от неизвестного номера.       — Какого хера? — он нахмурился, после чего прислушался к шуму воды из ванной комнаты.       Он встал с кровати и направился на кухню, попутно облачившись в белый махровый халат. В трубке раздались гудки и не прошло и минуты, как послышался хриплый, заплаканный женский голос.       — Алёна? — спросил Попов.       — Как ты мог? — женщина сильно заикалась от волнения, что едва могла говорить.       — Алёна, это ты? Что-то случилось? — он не разобрал ни слова, поэтому проверил вышла ли из ванны Мия, а затем громче переспросил.       — Да, случилось! — пришлось убрать трубку от уха, чтобы не оглохнуть.       — Что на этот раз?       Мужчина моментально осознал тяжесть совершённой ошибки. Услышав одновременно, как жена начала тараторить и как Мия звала его из соседней комнаты, он от безысходности вжал голову в плечи. Будь рядом Матвиенко, он бы отвлёк вторую девушку, но сейчас его сердце разрывалось от бушующих в нём чувств, лишая разума. Нужно было срочно что-то сделать. И где та самая импровизация, когда она так нужна?       — Арсений, я могу воспользоваться... Ой, ты разговариваешь. Не буду мешать, — девушка попятилась, но вскоре была усажена за стол. Ей без причины всучили стакан воды, что только разозлило. — Что происходит?       Импровизатор не ответил. Он вскользь бросил взгляд на наручные часы, потом на сотовый и, в конце концов, покинул кухню. Собственные действия он сопровождал хмыканьем и щёлканьем пальцев, будто что-то вспоминал или искал.       Какой ты всё-таки странный, Попов.       Добравшись до укромного уголка, Арсений попытался построить конструктивный диалог с Алёной, но та уже услышала чужой женский голос и впала в отчаяние. Хрипло сказав, что завтра она отвезёт Кьяру в школу, а затем будет ждать его в "их кафе", закончила звонок.       Сев на край ванны, он выдохнул и вслушался в звенящую тишину. Раздражение от испорченного вечера медленно закипало внутри, и первое, что попалось на глаза, оказалась незакрытая дверка туалетного шкафчика. Он грубо схватил ручку и что есть силы хлопнул. Даже жалко стало. Она-то здесь при чём? На громкий звук, ожидаемо, прибежала Мия.       — Тут не было закрыто, поэтому я вошла, — оправдываясь, сказала девушка.       — Выйди.       — Надеюсь, ничего серьёзного не случилось? — она сильнее укутывалась в халат.       — Пожалуйста, выйди! — на тон выше произнёс Попов.       Потоптавшись с секунду на месте, она вышла в коридор. Арсений в очередной раз сорвался и стукнул кулаком по раковине, опрокинув стаканчик с зубными щётками. Он принялся промачивать лицо холодной водой, чтобы избавиться от роя мыслей, и делал это до того момента, пока не заглушил их вовсе. Капли стекали с волос на грудь, пронизывая до дрожи. Быстро кое-как промокнув лицо полотенцем, брюнет провёл пальцами по бровям, возвращая вздыбленные волоски на место, и уложил чёлку на одну сторону. Отражение в зеркале смотрело на Попова с укоризной. Под глазами синяки стали ещё виднее, а лицо совсем побледнело.       Вернувшись в спальню после душа, Арсений застал как Мия искала свою одежду. Он открыл комод и достал оттуда чёрную футболку с шортами и протянул их ей.       — Зачем?       — Потому что я хочу видеть тебя в своей одежде, — объяснил мужчина, стараясь не пересекаться взглядом.       — В этой квартире все девушки так ходят? Это у тебя традиция такая? — нервически содрогнулся голос Мии.       — Как я сказал, так и будет. Держи.       Настроение было окончательно испорчено. Девушка молча взяла предложенные вещи и ушла в другую комнату переодеться. Попову хотелось извиниться за резкое поведение — но нужные слова не приходили на ум, потому он лёг на кровать и спрятался за экраном мобильного телефона. Как часто он так делал, не сосчитать. Чуть позднее Мия легла рядом, показушно отвернувшись, и практически моментально заснула.       Арсений ворочался пол ночи, позволяя дурным мыслям лениво и тяжело осваиваться в уже ставшей чугунной голове. Как завтра сбежать в самую рань и не объясниться, он не знал. Он задумывался о том, почему нельзя отделить от человека всё, чего он сам хотел бы. Разделить его как бы на два полюса. Тогда он бы мог избавляться от сомнений и дум, без проблем принимать решения.       От размышлений резко заболела голова, причём в этот раз гораздо сильнее обычного. Мужчина потихоньку встал с кровати, чтобы не разбудить возлюбленную, и отправился на кухню. Приглушённый свет в совокупности с лекарством на некоторое время привёл в чувство. Он наскоро растёр область висков и откинулся на спинку стула, закрыв глаза. Однако отдохнуть было не суждено. Где-то рядом послышалась вибрация, и Попов резко вскочил и обошёл стол.        — Вот откуда звук, — сказал он.       На журнальном столике, расположенном напротив софы, лежал открытый ноутбук Мии. Сообщения прилетали с бешеной скоростью, из-за чего звуковое уведомление подвисало. Актёр хмыкнул. Для него оставить в подобном виде гаджет сравнимо с трагедией. Как он однажды говорил у коллеги в шоу: "Мой телефон только один раз в жизни был в руках у чужого человека. И там, кажется, всё закончилось судебным разбирательством". Арсений был не из тех, кто лезет в жизнь другого, он уважал личные границы и ждал от людей того же. Жаль, многие переступали эту черту. Он лишь потянулся к ноутбуку, чтобы выключить звук, как...        — Онлайн-совещание по поводу увольнения? — брюнет опешил от сообщения в первом чате и прямо-таки упал на софу пятой точкой.       Попов быстренько пробежался глазами по списку непрочитанных сообщений в телеграмм: парочку чатов с коллегами, один с директором и четыре канала с прикольными видео. Он провёл по тачпаду с намерением снизить громкость, но случайно кликнул на сообщения от некой Саши. Кошачье любопытство взяло вверх, и Арсений обратил внимание на некоторые смс. В частности те, в которых упоминалось об увольнении, о нём самом и о переезде. Он понимал, что поступает плохо, что нельзя строить отношения на подглядываниях в переписки и тайнах, но таким образом он пытался обезопасить себя. От чего? Да к примеру...       — Арс? — где-то в коридоре послышались шаги.       Мужчина взмахнул шевелюрой, после чего как можно тише прикрыл крышку ноутбука. Схватил лежащий рядом плед и, распластавшись на софе, укрылся им. В кои-то веки ему пригодились актёрские навыки ночью, хотя притворяться спящим он ещё в детстве научился. Услышав своё имя вновь, он вздрогнул, но продолжил лежать с закрытыми глазами и дышать медленно и ровно.       Не заметив притаившегося импровизатора, Мия прошла прямиком к холодильнику в надежде найти сок. Обнаружив его там, она еле слышно возрадовалась. Мия аккуратно закрыла дверцу, облокотилась на тумбу и за тройку длинных глотков осушила бутылку. Внутри растеклась приятная сладость, напоминавшая девушке детство. Раздался звук выброшенной в мусорку бутылки, а затем скрежет стула о пол. Это девушка зачем-то уселась за стол вместо того чтобы возвратиться в постель.       Всё это время за ней одним глазом подглядывал Попов. Он выбрал удобный ракурс, и полумрак играл ему лишь на руку. Радостное личико кардинально изменилось: зрачки расширились, подбородок задрожал, а по щекам потекли слёзы. Девушка плакала, высоко и протяжно всхлипывала – как звенит в реальной жизни натянутая тетива.       — Как я ему об этом скажу? — Мия вытирала пальцами мокрые от слёз глаза, но это не помогало.       Я итак всё знаю. Не нужно ничего говорить.       Арсений сдерживался из последних сил. Безумное желание подскочить и успокоить её не давало покоя. Сердце застучало громко-громко и переместилось куда-то в район горла. Его остановило лишь понимание, что если он выдаст себя, то Мия по своему обыкновению вспыхнет и ничем хорошим разговор не закончится. В конце концов, он позволил ей выплеснуть эмоции в одиночестве. Ну... в данном случае, почти в одиночестве.

***

      Утренний диалог Арсения с супругой получился до боли паршивым. Алёна Попова в который раз испытывала судьбу, пытаясь вернуть отца в семью, но он не был готов, да и попросту не хотел.       Мужчина вслушивался в каждую фразу женщины о том, почему им стоит воссоединиться и подписывался под каждой из них. Логично растить маленькую дочь вдвоём, логично не расходиться, дабы не возникло проблем с разделением имущества. Алёна правильно рассуждала и планировала будущую жизнь, но было одно жирное "но" — в планы Попова не входила сама Алёна. У него на первом плане карьера, а уже потом семья, но он не отказывался от неё, как это обычно делали большинство мужчин. Арсений всегда говорил о полной готовности обеспечивать Алёну и дочь после развода, и сейчас повторил об этом дважды, но, видимо, впустую. Жена отказывалась верить в то, что её больше не любят.       — Он был прав... ты меня больше не любишь, и мы давно живём разными жизнями, — ещё чуть-чуть, и она окончательно потеряла бы голос.       — Кто он? — Попов вернулся в разговор при внезапном упоминании неизвестного ему человека.       — Не важно.       — Алён, пойми, ты сейчас морально ослаблена, и любой может легко воздействовать на тебя. Не позволяй им этого делать, — сказал брюнет.       Жена импровизатора восприняла слова мужчины в штыки, поэтому прыснула в ответ одну из философских цитат об измене. И тут Арсения посетила ужасающая его же самого мысль. Возможно, этот поступок не соответствовал его статусу джентльмена, но это могло положить конец их бессмысленным отношениям. А самое главное — развод наступил бы в ближайшее время, как он и мечтал.       — Измена? — Арсений развёл руками и тут же вернул их в прежнее положение. — Измена — это когда твой партнёр даже не подозревает, что ты... спишь с кем-то другим. Я бы назвал это маленькой шалостью.       Провокация сработала. Алёна изумлённо подняла взгляд на мужа и от накипевшей злости решила перевернуть разговор с ног на голову. Чуть подрагивающими руками она порылась в сумочке и, в конце концов, швырнула в Попова фотографии со словами:       — Что ж, Арсений, шалость удалась. Я отказываюсь от переноса даты расторжения брака, поэтому делай что хочешь: отменяй съёмки, фотосессии, переназначай дни кастингов. Увидимся в СУДЕ!       Алёна вскочила с места, обошла стол и наклонилась к мужчине. Оставив на его губах последний чувственный поцелуй, она в слезах убежала, а Попов после этого ещё долго сидел неподвижно, осознавая произошедшее.