Наследие Евы

      Амелия прогуливалась по личной оранжерее Диана. Император сказал, что здесь можно увидеть множество растений, привезенных из самых разных уголков континента. Через стеклянные панели проходил яркий свет заката, ослепляя, гоня принцессу прятаться от него за высокой и широкой листвой. Звонкий стук каблуков по каменным плитам заполнял помещение, рядом с каждым кустом и деревом торчала из земли маленькая табличка с названием растения. В момент, когда солнце окончательно укрылось под горизонтом, на арках и заборчиках запестрели белые лампочки, а листва отдавала изумрудным и серебряным сиянием. Дойдя до центра, Амелия склонилась над небольшим искусственным озерцом. Лазурная вода укрыта кувшинками и широкими лепестками лотосов. Сказочная красота фиолетово-пурпурных лепестков напоминала ночное небо с тысячами небесных тел. По жилкам, словно по венам, протекала магия с пульсирующим светом. Амелия прикрыла веки, робко протянув руку к воде. Свет засиял сильнее, точно от полной луны, охраняющей сны, а аромат стал более ярким и сладким. Присев на скамейку неподалеку, принцесса молча прислушивалась к слабому ветру из открытых окон, шуму воды и шелесту. Сердцебиение отдавало в голову, легкие заполнялись свежестью и чистотой.       У нее получилось договориться с императором — теперь нужно придумать план, как избавиться от Розалины и вернуть Сурейн на путь процветания.       — Роза, — прошептала, почти не раскрывая рта, Амелия. Голос был полон черствых, озлобленных нот.       Амелия поджала губы, унимая пылающую ненависть, метания и сожаления. Кто-то сел рядом, убрав руки за голову.       — Вижу, все прошло хорошо, — парень повернулся к собеседнице.       — Опять ты? Если бы я не знала, как сильно ты меня ненавидишь, могла бы подумать лишнего.       — Я не ненавижу тебя.       Амелия нервно усмехнулась и приложила ладонь к щеке.       — Я защищаю Линетт, а твои необдуманные, резкие поступки могут ей навредить. Ты строишь из себя взрослую, но все еще не думаешь о последствиях. Сначала думай, потом принимай решения. Полезный навык. А для тебя, как для будущей королевы, еще и необходимый.       — Зачем ты пришел? Вновь нравоучения устраивать? Или, быть может, избить?       — Нет. Мне было поручено проверить, в порядке ты или нет.       — Если Лин так волнуется, пусть приходит сама, — Амелия сложила руки на груди и подняла голову.       — Она думает, что ты не хочешь ее видеть.       Ланкастер дернула плечом.       — Извинись перед ней, — тон был скорее приказным, чем просящим.       — А она не хочет попросить прощения? Она скрыла от меня, что папа умер! Конечно, ей все равно на мои чувства. Она же не теряла близких.       — Ты не права. Неужели не понимаешь? — Луи встал перед принцессой. — Ты же знаешь, что она обучала всех стражей до тебя. Как думаешь, где они сейчас?       И тут Амелия задумалась. Пелена слепого гнева начала постепенно сходить. Ведь Луи говорит правду: все ее предшественники мертвы — все они были учениками Линетт.       — Каждый ученик ей был все равно что ребенок, а твоя мама была ей почти как сестра. Но каждого из них она похоронила. А некоторых ей пришлось убить своими руками.       Амелия вскочила, не веря услышанному.       — Убила? Своими руками?! — запинаясь, повторяла она.       — Иногда они сходили с ума от магии, могущества. Тогда их единственный выход — смерть. Представь, что ты собственноручно убиваешь своих друзей, потому что они представляют угрозу всему миру. Ты любишь их, но выхода нет.       Ланкастер охватила дрожь, ладони похолодели, точно снег или лед на озере в сильный мороз. Перед глазами всплыли воспоминания с того злополучного дня: повсюду кровь, раненая Нора, изувеченные тела Айки и Рея. Следом зазвучал мягкий голос Линетт, вспоминалась добродушная улыбка и ужас в невинных глазах от слов ученицы.       — Теперь понимаешь, что ты сказала? Смерть — это ее проклятье.       — Как я могла ей такое сказать… — Амелия вновь села, придерживая голову. К горлу подступила тошнота, сердце забилось сильнее. Девушка сжала волосы и закусила губы.       — Ты в порядке? — Луи подошел ближе.       — Да, я в порядке, просто голова разболелась. Пожалуй, нужно отдохнуть.       — Дойдешь сама?       — Да. Не беспокойся. И пожалуйста, передай Лин мои извинения, — Амелия склонилась в глубоком поклоне.       — Ты меняешься, — последнее, что сказал Луи перед своим уходом, оставив принцессу в легком непонимании.

***

      Амелия плутала по коридорам, стараясь найти нужную ей дверь. Поздно вечером тут не встретить прислуги, только патрулирующих охранников, но даже их девушка еще не заметила. Проходя одну арку между коридорами за другой, Ланкастер стала видеть уже знакомые картины. Каждое из этих полотен нарисовал сам Диан. На некоторых было изображено некое разрушенное королевство, искаженное чернотой и страхом. У девушки эти работы вызывали странные ощущения. Она чувствовала горечь, печаль и в то же время торжество. Ей казалось знакомым место, нарисованное на картине, но вспомнить его не выходило.       Продолжая идти, девушка увидела рядом с одной из дверей высокий ярко-зеленый цветок в белом горшке с золотистым вкраплением. Это именно то, что она искала. Словно боясь потревожить тишину в комнате, Амелия неловко переступила порог.       Высокие резные колонны плавно перетекали в золотые балки. В центре комнаты был овальный стеклянный купол. Мягкий красно-оранжевый ковер с фигурным узором устилал бо́льшую часть пола. Вазы с розовыми цветами, огромное количество темно-коричневых деревянных полочек на стенах со статуэтками, шкафы и тумбы из белого дерева. На балки были прикреплены люстры. Рядом также располагался выход на балкон с панорамным окном. В конце комнаты стояла большая кровать, покрытая балдахином нефритового оттенка под цвет постельного белья. Рядом с ней находилась банкетка. А в одном из углов, рядом со шкафом, стояло зеркало в металлической рамке.       Амелия сняла туфли и отбросила их ближе к кровати. Теперь самое сложное — снять несколько слоев одежды. Без помощи прислуги выполнить подобный трюк несколько тяжело. Стоило Ланкастер избавиться от кафтана, как глухой стук в дверь вызвал секундную панику. Амелия застыла словно статуя, но, собравшись с силами, подошла к двери.       — Кто это в столь поздний час? — прошептала Амелия и открыла дверь, сгибаясь в легком поклоне. — Господин Диан, вы… Рей?       Парень стоял на пороге, сверля принцессу взглядом. Черные, как перо ворона, глаза прятали в этой темноте все эмоции и чувства, заставляли лишь гадать, что хочет их хозяин.       — Прости, что так поздно. Ты ведь еще не спала, так что я подумал, что нам стоит поговорить. Без чужих глаз и ушей.       — Почему именно сейчас? — Амелия нахмурилась, сложив руки на груди.       — Потому что потом ты снова убежишь.       Теперь она вскинула брови и расслабила плечи. Рей взял ее за руку и прошел в комнату, захлопнув за собой дверь.       — Что ты себе позволяешь? Врываться в комнату леди в такой час недопустимо.       — Я просто хочу поговорить. Прояснить несколько моментов.       — Хорошо, — принцесса выдохнула и склонила голову вбок. — О чем поговорим?       — Почему ты тогда убежала? Я даже не успел понять, что происходит, а ты уже развернулась и ушла.       — Я просто не хотела отвлекать вас. Это личная жизнь людей, некрасиво влезать в подобные вещи.       — Где ты была все это время? — быстро сменив тему, продолжил задавать вопросы Рей.       — Линетт забрала меня в Райский сад и обучала магии там. Это было в целях моей и вашей безопасности.       — Но почему ты ничего не сказала нам или хотя бы отцу?       — Это… — глаза забегали, девушка не знала, что и ответить. Как объяснить все это? — Линетт была против. Тоже из соображений безопасности.       В окно уже стучался свет луны, освещая ребят, будто выделяя на фоне всего остального. Оба молчали, желали залезть друг другу в самые сердца, коснуться душ.       — В любом случае ты зря время не терял, — вырвалось из уст принцессы. Она тут же прикрыла рот ладонью. — В смысле, я не имела в виду ничего такого, о чем ты мог подумать.       — А что я должен был делать? Ты позволила любить себя, а потом просто исчезла. Я долго пытался найти хоть какой то след, но ты пропала без вести. А стоило мне попробовать полюбить кого-то еще, как ты тут же вернулась и убежала от разговора! Как мне это понимать?       Амелия молча опустила голову, поджав губы.       — Мне все равно, — грубо отрезала девушка.       — Говоришь, что плевать, но ведь врешь. Если бы это было правдой, ты бы не прятала лица.       Ланкастер ничего не говорила. Босая, она замерзала, желала провалиться под землю. Она злилась от того, что осознавала насколько неправа в своей ревности, что действительно не имеет на нее права. Но больше злил факт, что Рей видит ее насквозь. Видит ее ложь. Ведь с самого начала знала — нельзя его любить. Что потом будет больно.       — Последний вопрос, на который я хочу услышать ответ. У вас с Луи что-то есть? — ломающимся голосом спросил Рей.       — Что?! Нет! — Амелия тут же воспряла и шагнула навстречу Рею, желая ухватить его за руку. Удержать.       Они смотрели друг на друга. И снова молчали, искали в этой тишине, в лицах ответы на терзающие вопросы. Что-то тянуло, заставляло сердце биться быстрее. Рей притянул девушку к себе, нежно обнимая за тонкую талию. Амелия приподнялась на носочках, плавно тянясь к его губам. Она придала адскому огню все сожаления и всю тоску. Забыла все запреты морали.       — Это все неправильно, — прошептала она, обжигая горячим дыханием.       Рей сделал ответный шаг, наконец сблизившись с принцессой. Он трепетно коснулся манящих и столь желанных губ. Они казались нежнее самых свежих лепестков роз. Сердце Амелии забилось вольной птицей, кровь вскипела, окрашивая щеки в пылающий алый цвет смущенья. Оба закрыли глаза, дабы полностью отдаться извращенному чувству. Оба горели и оба сгорали в собственной любви. Рей ласково прижал ладонь к ее скулам. Безжалостно хватая воздух в секундных паузах, пара теряла самообладание. В моменте Амелия отошла на шаг, потирая губы.       — Это неправильно. Офелия… Она не заслужила такого.       — Прости, я не хотел. Хотя нет. Я хотел. Давно хотел вновь обнять тебя, поцеловать. Но не желал, чтобы ты чувствовала себя так. Я поговорю с Офелией, как только вернемся.

***

      Линетт ходила из стороны в сторону, ожидая возвращения Луи. Даже если бы она могла вырвать из груди абсолютно все, что только причиняло боль, этого бы не хватило. Страхи и переживания намертво вросли в голову. Что нужно сделать, чтоб не пришлось больше убивать? Что, если опасения Луи правдивы? Не находя места, она цеплялась глазами за что угодно, лишь бы не думать, лишь бы время шло быстрее. И вот он наконец вернулся. Линетт крепко обняла молодого человека, а затем задала лишь один вопрос:       — Ну что?       Этот один короткий вопрос вобрал в себя огромное количество других.       — Она в порядке. Судя по всему, встреча с императором прошла успешно.       — А что насчет… — Линетт провела пальцем от своей шеи и до края губ.       — Ничего нет. К тому же я могу сказать наверняка — она не тот человек.       Линетт вздрогнула лишь от одного упоминания, однако за этим последовал облегченный выдох.       — Твоя проверка дала плоды, но стоило ли так жестоко? Это было опасно, неужели тебе было ее не жалко? — впервые Луи задавал подобные вопросы своей возлюбленной.       — Я, безусловно, поступила плохо. Но я должна была убедиться. Убить демона, не умея даже колдовать толком? При этом сохранить рассудок… Еще никто из стражей не мог подобного сделать. Сохранить рассудок можно, только если ты уже его лишен. Я так думала. Но нет. Амелия исключение. А это значит Сама Смерть все еще покоится где-то в забытых землях…       — И кое-что еще. Амелия просила передать извинения. Знаешь, думаю, не стоит говорить, что все это было проверкой. Иначе недопонимания могут стать причиной начала нового шторма.       Линетт ощутила накатывающую волну чувства вины.       — Бедная девочка, она столько страдает…       — Может, рассказать ей о Смерти? — Луи взялся за подбородок и сильно задумался.       — Теперь можно.

***

      С самого утра принцесса получила приглашение на очередную аудиенцию и неожиданный подарок от императора. Приталенное белое платье до самых лодыжек, со стороны левого рукава оно становилось черным. Переход между цветами был скрыт под золотой вышивкой. Молчаливая помощница императрицы помогла уложить волосы и нанести макияж. Собственно, именно она передала приглашение на аудиенцию.       — Я бы хотела узнать, что желает обсудить господин Диан.       — Я не обладаю нужной информацией, — кратко ответила дама. Она не проявляла особой заинтересованности в делах правителя, а лишь с осторожностью выполняла свою работу и приказы.       Амелия дождалась окончания приготовлений к встрече и решилась выдвинуть требования.       — Я бы хотела, чтобы меня сопровождал кто-то из моих людей.       — Поняла. Я приглашу нужного человека. Кого из своей свиты желаете позвать?       Амелия вскинула брови от неожиданной простоты. Флоренс был слишком обходителен после окончания официальной беседы вчера: теперь этот подарок и приглашение. Но, видимо, он приказал помощнице выполнять все указания и просьбы принцессы Сурейна.       — Пригласи Хонору Сантро, пожалуйста.       — Я предупрежу ее. Но вам придется дождаться нас тут.       Не говоря ничего, Амелия просто кивнула, и девушка покинула комнату гостьи. Ланкастер взялась за переносицу и нахмурилась. Выйдя на балкон, Ланкастер вдохнула чистый воздух. Отсюда открывался вид почти на весь Элий: на улицах кипела жизнь, все куда-то торопились, из неких устройств доносилась музыка. Через некоторое время помощница вернулась уже с Норой, которая была во всеоружии.       В этот раз Амелию провели в личную библиотеку императора. Все стены были заставлены книжными шкафами, но на отдельных мраморных постаментах лежали карты, книги с вмонтированными необычными камнями и некоторые артефакты. Чуть глубже в комнате стоял стол, закиданный книгами и исписанными листами. Как раз возле него и ожидал Флоренс. Дальше Амелия и Нора шли вдвоем. Глубоко поклонившись, девушки покосились на лежавшие пергаменты, а затем на Диана.       — Вы желали новой встречи, могу я спросить, что случилось?       — Мне нужна твоя помощь, — Диан обошел стол и встал напротив дам.       — Что я могу сделать для вас? — Амелия говорила спокойно и не отводила глаз.       — Насколько я знаю, сейчас в составе территорий Сурейна имеются земли Sunseta. Я уже несколько лет изучаю историю, в том числе историю падших королевств. Это довольно полезно и занимательно.       Sunset — вот что за королевство было изображено на полотнах в коридоре! Поэтому Амелии оно казалось знакомым. Но так точно передать внешний вид падших земель, никогда там не бывав, почти невозможно.       — И вот недавно ко мне в руки попала необычная книга. Она написана на старом языке, на котором говорили люди оттуда. Часть чернил уже стерлась, потому перевести сложнее. Но вы, как наследница престола Сурейна, должны были изучать этот язык, — тон его голоса вновь играл. Казалось, словно он говорит комплимент, но в то же время угрожает и проверяет.       — Все так. Я изучала его в раннем детстве, но не практиковала уже очень долго.       — Можешь взглянуть? — Диан подвинул книгу ближе к краю.       — Конечно.       Амелия склонилась над столом и провела пальцем по строчкам. Но тут ее взгляд зацепился за слова: «La mort elle-même». Неожиданно для всех Амелия упала на колени и схватилась за голову. Нора тут же спохватилась и прильнула к подруге. Когда император стал подходить ближе, Нора призвала меч и направила его в сторону Диана. Но, к ее удивлению, в комнате оказался еще один человек, который до этого оставался в тени. Это был один из охраны Элия: молодой человек имел отличительную вышивку на уже привычной форме. Он скрестил клинки и внимательно следил за действиями Хоноры. В этот момент Амелия застонала от боли. Она держалась за руку подруги, сжимая ткань ее рукава все сильнее. В голове всплывали словно чужие воспоминания: чья то оголенная рука с выцарапанными на ней символами. Сама Ланкастер никогда не видела ничего подобного. Постепенно накатывающая волна страха и боли начала стихать, а в груди становилось теплее. Амелия поднялась и тут же грозно посмотрела на подругу и охранника императора.       — Оставьте нас, — звучало это как приказ.       Нора попыталась подойти ближе, но Амелия выставила ладонь. Диан повторил слова принцессы, после чего они остались наедине.       — Что ты прочитала?       — Тут говорится о появлении некой Самой Смерти. Дальше написано, что это стало истинной причиной падения Sunseta. Сейчас прочту дальше, — Амелия встала поудобней и начала вести пальцем. — Возможно, это последнее, что останется от моей родины, но я должна сохранить память для своего народа. Боги позволили этому случиться и начали прятать последствия своей ошибки. Они позволили этому вознестись. А теперь не в силах с ней совладать. Остатки магических существ вынуждены прятаться, а я попробую сохранить в их памяти правду о мире. Мире, который может пасть так же, как солнце пало под землю.       Амелия выдержала паузу, чтобы передохнуть.       — Дальше текст плохо разборчив и сами буквы словно меняются в написании.       — Значит, эта книга — правдивая история мира после падения Sunseta…       — Неужели Божества намеренно скрывали истину от людей? Уничтожили остатки истории целого королевства, людей, живущих там, лишь бы другие не усомнились в их контроле? Но кто это написал? Откуда у вас эта книга?       — Мне удалось найти ее у одного старика из Роена. Но также я успел выяснить, что некоторые из символов схожи с алфавитом Эльфия. Учитывая слова о магических существах, что вынуждены прятаться, похоже, это писал кто-то оттуда.       — Вся история Сурейна и других задетых королевств была нарочно переписана, скрывая подробности о Самой Смерти и реальных причинах её появления, — Амелия стукнула кулаком по столу. — Почему никто из людей не задавался вопросами? — и тут девушка вспомнила ведение. — Точно… Проклятье! Кто-то наложил заклинание на память всех людей…       — Но такое разве возможно?       — Только если ты Бог.