Личное дело для частного детектива

- Манкс, мне нужен доступ в базу данных по пропавшим детям. - А мое служебное удостоверение тебе не подарить? Выйди немедленно, Кудо. И вернись не так, будто я твоя подружка, а так, будто я следователь по особо опасным и нахожусь при исполнении. Йоджи вздохнул, закрывая дверь. Манкс была не в духе. В такие моменты она утешалась, припоминая ему все свои заслуги и преимущества, что влекло за собой нелестное для него сравнение возраста, образования, карьерных перспектив… Единственное, чего она не касалась никогда и ни при каких обстоятельствах - взлом пивного автомата, смешавший все его жизненные карты, чтобы наугад вынуть из колоды валета в шляпе и темных очках. Не то чтобы этого хватало для безоблачных отношений - но все-таки приятно хоть где-то чувствовать себя в безопасности. Он вежливо постучал и на этот раз дождался позволения войти. Шагнув за дверь, согнулся в поклоне. - Доброе утро, Китада-сан. - Слушаю. - Уголки ее губ дрогнули, но голос был всё так же сух. - Чего тебе? - Не соблаговолит ли госпожа следователь… - Переигрываешь. - Защитная реакция. Не дави, и я перестану. Она наконец улыбнулась: - Ладно, садись. Выкладывай. Йоджи взял стул. - Мне нужна информация о детях, которые объявлялись в розыск во второй половине восьмидесятых и не были найдены. - Десять лет? - Манкс хмыкнула и снова отвернулась к компьютеру, но помедлила, не тронув мышку. - Все такие дела давно в архиве. Если я начну их ворошить, кто-нибудь обязательно поинтересуется, зачем мне это. А зачем мне это? - Она пытливо глянула на него. Йоджи едва не дрогнул. Ему нравилось делиться с ней подробностями расследований - это помогало раскладывать по полочкам собственные соображения, да и она нередко подкидывала ценные идеи… Не в этот раз. Манкс - цепкая зараза с профессиональным навыком вытягивать из человека подноготную. Если она заинтересуется - пиши пропало. Шульдиху-то, конечно, прямая дорога в тюрьму - но тогда придется попрощаться и с интересным делом, и с обещанным гонораром. - Ну ты ведь умная женщина. Придумай что-нибудь. Манкс презрительно скривила накрашенные губы, явно собираясь припечатать его крепким словцом - но в этот момент зазвонил телефон. - Инспектор Китада. …Да. …Нет. …Пока нет. …Да не можем мы ей ничего предъявить! Официально она не имела отношения к его экспериментам. Я не… Простите, Маруяма-сан. - Лицо ее закаменело. - Да, Маруяма-сан. Делаем всё, что… Простите. …Да, я обещаю. Я лично… В трубке послышались гудки. Манкс бросила ее на рычаг и, низко склонившись над столом, пару раз приложилась лбом о крышку. - Проблемы? - сочувственно спросил Йоджи. - Да чтоб вас всех… - Она подняла голову и озабоченно вгляделась в свое отражение на погасшем мониторе. - Помнишь Масафуми? - Научного маньяка? А что с ним? - С ним - полный порядок: он, конечно, под арестом, ему будет предъявлено обвинение в проведении незаконных исследований - но само вещество… опасная дрянь, с помощью которой он превращал людей в... - Она осеклась и болезненно поморщилась. - Будто и не было. Как я закрою дело, если отсутствует главная улика? - Да ладно, не в унитаз же он его спустил. И потом, он же ученый - псих, конечно, но ученый. Если это был эксперимент, где-то должен храниться отчет… или остаться след его уничтожения. - Поставив локти на стол, Йоджи сосредоточенно постучал кончиками пальцев по губам. Он был не просто готов - откровенно говоря, был бы горд и счастлив оказаться ей полезным. И подозревал, что она знает об этом, вот почему так редко просит его об услугах. - Стертые диски, дискеты, аудио- и видеокассеты - многое поддается восстановлению. История факса - и принтера! - накопитель шредера… потому что, еще раз: он ученый, а чем умнее человек, чем сильнее он поглощен одной идеей - тем больше вероятность, что он проколется на какой-нибудь дурацкой мелочи. Даже если самих документов больше не существует, их названия могут рассказать кое-что интересное. Люди никогда не обращают внимания, под каким названием распечатывается очередная бумажка… - Спасибо, Шерлок, - холодно парировала Манкс. - Да мы разве что трусы его под микроскопом не изучили - но боюсь, скоро придется. Ничего нет. Сукин сын где-то надежно прикопал свое дерьмо. Черт, да я уже в себе начинаю сомневаться! Вдруг это правда не он? - Брось, - решительно оборвал Йоджи. - У тебя опыт и чутье. Помнишь историю с фальшивым журналистом? Ты же единственная его раскусила. Манкс досадливо отмахнулась, но взгляд ее потеплел. Тугие кудряшки задорно подпрыгнули, когда она тряхнула головой: - Ну предположим, есть одна зацепка. А может, и не зацепка… Ной Кикучи. Работает в другой лаборатории, по совсем другому направлению. Формально никак не связана с Масафуми. - А фактически? - Была его любовницей. Если кто-то что и знает, то это она. А толку? На словах она всё отрицает, улик против нее нет. Не могу же я вскрыть ей череп и заглянуть внутрь! И тут Йоджи пришла мысль. Знай он, как всё обернется - побился бы головой по примеру Манкс, да посильнее, чтобы раз и навсегда выбить оттуда дурные фантазии. Разумеется, это его не оправдывало - но все-таки это был довод в его защиту, и, каким бы жалким он ни казался, Йоджи просто не мог перестать цепляться за него. Он даже не представлял, как всё обернется. - А что, если я вытащу из нее эту информацию? Услуга за услугу: я помогу тебе - ты поможешь мне. - И что ты сделаешь, переспишь с ней? - Слушай, это обидно, - не выдержал он. - С какой стати все вокруг подозревают меня в распущенности?! Я не… Телефон опять звякнул, но тут же умолк, не разразившись трелью. Манкс смерила его опасливым взглядом, как злую собаку на тонком поводке, потом вздохнула и уронила подбородок на руки. - Ох, да что я теряю, в конце концов?! Давай, попробуй. Если получится… я в долгу не останусь. Ресторан, в котором, согласно предоставленным Манкс сведениям, имела обыкновение ужинать Ной Кикучи, стоял на берегу канала. В дрожащей воде отражались фасады домов, между ними бежала голубая полоска неба. На узком уступе вдоль откоса торчали внаклонку голые деревца. Мир струился, зябкий и зыбкий в прозрачном осеннем воздухе. - А местечко-то так себе. Не высший сорт. - Шульдих вытянул шею, провожая кого-то взглядом сквозь лобовое стекло машины. - М? - Йоджи встрепенулся, прогоняя наведенный открыточным видом морок. Должно быть, в силу национальной принадлежности он так же податлив на красоту, как на выпивку. - Ты здесь бывал? - Нет, но ты глянь на публику. Публика и впрямь была разношерстной: клерки, похожие на голубей в своих черных костюмах с белыми рубашками и сизыми галстуками, семейные парочки с детьми и без, одиночки неопределенного рода занятий в джинсах, шортах, несмотря на холод, а то и в спортивных штанах. - Тем лучше, - сказал Йоджи. - Ты же не собирался произвести фурор? Он подобрал Шульдиху штаны из собственного гардероба - потому что обвисшие на поджаром заду чужие джинсы оскорбляли эстетическое чувство - но толстовку тот предпочел оставить. Она практически стирала его облик, скрадывая очертания фигуры и пряча под капюшоном яркие волосы. Йоджи понимал резоны, но всё равно смутно досадовал, сам не зная, на что. Шульдих смешливо фыркнул, но спорить не стал. - Пойдешь первым… - Будет странно, если я усядусь там и ничего не закажу, - быстро встрял он. Йоджи вздохнул и, достав из бумажника мелкую купюру, сунул ему: - Возьми кофе и делай вид, будто ждешь кого-то. Увидишь ее - дай мне знать… ах, да, у тебя же нет телефона. - У меня есть кое-что получше. Только это не считается нарушением договора, ясно? Шульдих развернулся боком, сгреб его за плечи и крепко прижал к себе. Руки были сильные, странно жесткие для этого худого ловкого тела, дышавшего жаром из-под заношенной толстовки. Пахло "Ариэлем", который Йоджи обычно использовал для стирки, и ментоловой пеной для бритья - и это сбивало с толку, он не привык, чтобы люди пахли так же, как он сам… Если на то пошло, он вообще не привык, чтобы его обнимали, когда обстоятельства не располагают к сексу. Наверно, и Шульдих не привык: пальцы его впивались в плечи совсем не нежно, дыхание сбилось - будто ему тоже было не по себе. - Твою мать, ты что творишь?! - возмутился Йоджи, не совсем понимая, надо ли отбиваться. - Да не верещи ты… Физическая близость облегчает налаживание ментальной связи. - А потом, без всякого перехода, слова потекли прямо в мозг, минуя уши. - “Вызываю Кудо. Как слышно? Прием!” - Какого… “Тс-с-с… Не обязательно так шуметь.” Голос звучал иначе - в нем появилась та труднообъяснимая неестественность, какая бывает, когда слушаешь магнитофонную запись - но определенно принадлежал Шульдиху. Йоджи стряхнул минутную панику. “Идиот, - подумал он наугад, в пустоту. - Предупреждать же надо!” Шульдих ухмыльнулся, отпуская его. Йоджи отодвинулся и поправил лацканы пиджака. Он чувствовал себя до головокружения ошарашенным (и немножко изнасилованным), но вообще-то это было… круто. “И что, мы теперь типа… связаны?” “Типа того. - Слова вплывали в него мягко, почти осязаемо - казалось, если как следует сосредоточиться, можно уловить их текстуру. - Повтори, что ты должен делать.” Йоджи нахмурился. Это же его план! С другой стороны, Шульдиху там отводилась главная роль. Согласился тот на удивление легко - даже не заикнулся насчет “бесплатных услуг” - видно, ему и самому до смерти надоело сидеть в четырех стенах, листая журналы, в которых не понимал ни слова. Йоджи и то больше сомневался - он же вроде как осуждал Шульдиха за использование телепатии против ни в чем не повинных людей. “Это другое, - сказал он себе. - В конце концов, мы помогаем полиции.” Как бы там ни было, чтобы всё получилось - надо действовать сообща, а не заниматься установлением иерархии. - Подсяду к ней. Познакомлюсь, разговорю. Выведу на нужные мысли, чтобы ты мог их прочитать. - Верно. Ну, я пошел. - Шульдих одним слитным движением выскользнул из машины. Йоджи закурил и приготовился ждать. Примерно четверть часа спустя в мозгу его загорелось, как световое табло: “Она здесь”. - Так вы, стало быть, занимаетесь наукой? Помогаете человечеству отращивать способности, не предусмотренные природой? Ной улыбнулась, прищурив глаза в темных ресницах. Она была красивая - еще красивей, чем на фото, которое дала ему Манкс. - Можно и так сказать. А вы? - Я… страховой аджастер. Расследую обстоятельства наступления страхового случая, проверяю, нет ли мошенничества… Ничего интересного. - Ну что вы, - оживленно возразила Ной. - Это очень интересно! Вы же практически детектив! “Ловко, - насмешливо заметил Шульдих. - И не правда, и не ложь, и девушка заинтригована. Аджастер, боже… Заранее придумал? В словаре посмотрел?” “Если тебе нечего сказать по делу - сделай одолжение, помолчи.” - Йоджи смерил глазами свой бокал, прикидывая, не слишком ли резво взял старт. Его слегка покачивало, как лодку на волнах; внутри едва заметно дрожало, будто перед самым началом землетрясения… "О, перестань. Ты в порядке, - беспечно ободрил Шульдих. - Освоишься." Йоджи не был уверен, что хочет освоиться с таким видом общения. С другой стороны, не стал бы однозначно говорить, что ему это не по нраву. Принесли заказ - пасту с овощами в сливочном соусе. Ной ограничилась миской рамена, но позволила угостить себя вином, и это придало ненавязчиво-дружеский оттенок разговору, поначалу напоминавшему опасливое сближение двух спаррингистов. Йоджи попробовал расспросить ее о научной работе - она отвечала вежливо, но скупо, а он не настолько владел темой, чтобы самому строить диалог. К тому же приходилось следить за языком и соблюдать манеры; скажи кто-нибудь, что такая женщина ему не по зубам - Йоджи воспринял бы это как вызов, но она явно привыкла к мужскому вниманию, и удержаться от попытки флирта означало выказать ей уважение и пробудить интерес. Судя по блеску ее глаз и устремленному на него неотрывному взгляду, ей и вправду было интересно. - …утверждал, что из подвала его дома похитили дорогую аппаратуру, которую он купил для своей рок-группы. Как вы думаете, что мы сделали первым делом? - Осмотрели подвал? - предположила она. - Конечно. Узкое окно под потолком, стекло разбито… а на подоконнике - толстый слой пыли и паутины. Похоже, этот вор умел летать. Ной заливисто рассмеялась. Скулы ее расцвели нежным румянцем - возможно, от вина или горячего супа, но Йоджи было приятней думать, что от удовольствия. - Люди часто лгут, чтобы получить страховку? - Случается. Но понимаете, какое дело… - Он подался ей навстречу и заговорщически подмигнул. - Мы ведь им с самого начала не верим. Мы хотим вывести их на чистую воду - и обычно у нас это получается. Гораздо хуже, когда лгут свидетели: никогда не знаешь, в чем их интерес. Они в сговоре? Замышляют шантаж? Пытаются кого-то спасти? “Тепло, - опять вмешался Шульдих. - Теперь она думает об этом типе. Масафуми.” Ах, да… Масафуми. И чего маньяку не хватало? Сам Йоджи считал бы, что жизнь удалась, будь кто-то рядом готов намертво стоять за него. Особенно если у этого “кого-то” такие яркие глаза, и улыбка, приоткрывающая кончики зубов, будто острые зубья капкана в сочной душистой траве, и… …и, конечно же, грудь не меньше четвертого размера. Да. Это важно. “Ты тоже ей нравишься, - желчно сообщил Шульдих. - Фу, чувствую себя сводником. Учти, в постели она предпочитает жестко доминировать. Не совсем так, как ты сейчас представил… - Смешок пощекотал голову изнутри - безумное, нереальное ощущение. - Но признаться, я поражен буйством твоей фантазии.” Йоджи усилием воли запретил себе краснеть. “Да ты ревнуешь,” - мстительно подумал он. “Детектив… о, прошу прощенья: господин аджастер… ваша проницательность не знает границ. А что, тебя это беспокоит?” “Нисколько. Когда я сумел завоевать симпатии красивой цыпочки, плевать мне на всех, кто хотел бы оказаться на моем месте.” “Дурак”, - просто сказал Шульдих. Йоджи вдруг почувствовал себя ужасно неловко. Вся затея теперь казалась подлой и глупой до тошноты. Что он делает - пытается заставить эту прекрасную женщину предать близкого человека? А если она действительно ничего не знает? Ему следовало поискать другой способ. Посвятить Манкс, не раскрывая личности Шульдиха. Или еще раз прошерстить яхты. Или… Какой-нибудь достойный способ. Но тогда он упустил бы шанс оказать ей услугу. Черт, черт, как же трудно делить симпатии между двумя женщинами, да еще не забывая при этом об интересах клиента… связь с которым сама по себе - нарушение лояльности обеим. - Кудо-сан? - Чужие секреты - это бремя, - искренне сказал Йоджи. - Они… искривляют нас. “Горячо, - быстро проговорил Шульдих. - Она вспомнила банк.” “Какой банк?!” “Давай, давай, не молчи! Раскручивай ее! Мы напали на след.” - Простите, мне пора. - Ной плавно, но решительно отодвинула недопитый бокал и принялась искать кошелек, наклонившись к сумочке, так что лицо оказалось в тени. - С вами было приятно побеседовать, но… - Погодите. - Йоджи лихорадочно пытался что-нибудь придумать. Время уходило. Ной поднялась с места. - Можно пригласить вас на чашку кофе - скажем, завтра? В котором часу вы будете свободны? Она покачала головой: - Не надо, правда. Я не… буду свободна. “И что теперь?” - судя по тону, Шульдих был скорее заинтригован, чем встревожен. “Заставь ее остаться, - скомандовал Йоджи. - Это тебе под силу?” “Не смеши. Я могу просто взломать ее, так будет быстрее.” - Прощайте, Кудо-сан. Желаю удачи в ваших… расследованиях. Черт, черт, черт… “Давай.” Ной, уже сделавшая пару шагов к выходу, вдруг споткнулась - Йоджи рефлекторно вскинулся поддержать. Она посмотрела на него глазами, в которых сначала мелькнуло удивление, потом испуг - а потом они вдруг стали пустыми, как стекляшки. - Банк Мизуто, - без выражения проговорила она. - Контора в районе Чиёда. Ячейка триста восемнадцать. Бэнк оф Америка, Нихонбаши, ячейка шестьсот пять. Кувабата Юи, Канда Мацунагачо - двенадцать - двенадцать… Имена, адреса, номера следовали одно за другим, Йоджи едва успевал запоминать. Масафуми явно не относился к простакам, хранившим все яйца в одной корзине. Он явно доверял своей женщине. По лицу ее прокатилась тоскливая болезненная судорога. Йоджи разжал руки. Ной повернулась и какой-то деревянной походкой вышла из ресторана. Йоджи плюхнулся на водительское кресло и, захлопнув дверь, обессиленно распластался по спинке. Недавние сомнения развеялись, будто горькое облако табачного дыма, внутри бурлило не то победное ликование, не то истерическое веселье. Получилось. Всё получилось. Так… просто. Шульдих понимающе хохотнул: - Впечатляет, да? - Иди ты… - отмахнулся Йоджи. Он достал карандаш и принялся строчить на разодранной сигаретной пачке, пока добытые сведения не выветрились из памяти. Закончив, хотел для верности показать написанное Шульдиху - но вспомнил, что тот не умеет читать. Ладно, надо надеяться, Манкс этого хватит. Сердце еще колотилось. Он сделал пару глубоких вдохов, медленно выдыхая через нос, и, кивнув сам себе, повернул ключ. Машина ожила; он потянулся к рычагу передач. Шульдих перехватил его руку. Йоджи недоуменно вскинул глаза - но Шульдих отвернулся, молча глядел в окно, комкая его пальцы - настойчиво и слегка неловко, и так откровенно, что от этого размазывало по креслу, как летчика на большой высоте. Йоджи чувствовал себя странно беспомощным - в каком-то смысле ему даже нравилось, но в то же время напрягало. Он крутанул запястьем, высвобождаясь, и тут же поймал руку Шульдиха своей. Ладонь разжалась, рванулась прочь, но Йоджи держал крепко. С полминуты они почти боролись, как чокнутые рестлеры, потом… сопротивление стихло, и пальцы осторожно скользнули между пальцев. Когда он отнял руку, было непонятно, кто кого отпускает. - Поехали? - помолчав, спросил Йоджи. Шульдих кивнул. Йоджи вырулил на шоссе. В машине повисло молчание. Шульдих всё так же смотрел в окно. - Имей в виду, - не оборачиваясь, сказал он, - я и правда тот еще сукин сын. Когда я чего-то хочу, для меня не существует слова “нельзя”. - И то, чего ты хочешь - это я? Странно, а я слыхал, будто не нравлюсь тебе. - Йоджи понимал, что звучит по-детски, но просто не мог отказать себе в удовольствии щелкнуть его по носу. - Да? Забавно, я тоже слышал что-то подобное в свой адрес. - Было слышно, что Шульдих улыбается. - Ладно, неважно. Внезапно Йоджи понял, что это и вправду неважно. Вся их разность, взаимное раздражение друг другом, борьба притяжения и отталкивания, зуд в кончиках пальцев - всё было частью чего-то гораздо большего… естественным этапом развития. Всё шло по плану, который им с Шульдихом не дано было ни знать, ни изменить. А значит, не о чем волноваться. - Черт, бензин кончается. Придется заехать на заправку. Пока он заправлялся, Шульдих тоже выбрался из машины и прислонился к двери. Зажмурился, запрокинул голову, подставляясь ленивому осеннему солнцу. Волосы лезли из-под капюшона. Одну паутинно-тонкую прядь сдуло на лицо и приклеило к губам - Йоджи смотрел, и ему томительно хотелось вернуть ее на место. И вообще потрогать наконец эти нелепые волосы - интересно, мягкие они? гладкие? теплые или прохладные? “Фетишист.” “Ваш временный доступ к мыслям объекта Кудо прекращен. Отключайся, засранец.” Шульдих рассмеялся и открыл глаза. На секунду Йоджи испытал своего рода дезориентацию - как если долго слушать музыку, а потом снять наушники. - Есть хочешь? - спросил он, чтобы прервать наступившую тишину. - А то нет. Я там сорок минут любовался, как ты возишь свои спагетти по тарелке! Йоджи смущенно хмыкнул. В самом деле, как-то нехорошо получилось… Толкнув стеклянную дверь заправки, он первым вошел внутрь. Заплатил за бензин, взял бургер с курицей для Шульдиха и колу со льдом для них обоих. Круглый столик в углу возле окна был свободен - как, впрочем, и все остальные. Какой-то тип возле стойки задумчиво рассматривал световое меню. - …лет через тридцать, а может, и раньше. Люди множатся, как саранча, и самых брезгливых скоро потеснят от кормушки. А саранча, между прочим - настоящая протеиновая бомба: почистить, обжарить с луком и грибами… Тип расплатился за свой сэндвич и кофе и устроился за соседним столом. - Или, к примеру, мучные черви… - Ты умеешь говорить о чем-нибудь кроме еды? Йоджи сам не знал, зачем сказал это. Вообще-то он ничего не имел против дискуссии о вкусе насекомых. О ценах на бензин. О погоде в Пекине. С Шульдихом можно было болтать на любые темы… кроме по-настоящему важных - тех, что так явно высвечивали его отличие от нормальных людей. - Прошу прощенья. - Шульдих бросил недоеденный бургер на тарелку и вытер рот салфеткой. - Кого ты называешь “нормальными” - тех, чьи способности укладываются в безопасный диапазон? Кто похож на тебя самого? Ты ксенофоб? Что ты на самом деле знаешь об этих “нормальных”? Да вся ваша мораль держится только на отсутствии возможностей! - Ты теперь не уберешься из моей головы, да? - мирно спросил Йоджи. Шульдих осекся и поморгал. - Я стараюсь, но это сложно, - признался он, сбавив тон. - Особенно теперь, когда мы… Ты очень громко думаешь. Он взял рекламную листовку и, повертев в руках, начал складывать самолетик. Тип за соседним столом осторожно прихлебывал из картонного стаканчика, его сэндвич лежал нетронутым. - Как ты это чувствуешь? - осторожно спросил Йоджи. Он не был уверен, что уместно задавать такие вопросы, но его вдруг разобрало любопытство. - В основном никак. - Шульдих небрежно повел плечом. - Ко всему привыкаешь, особенно если родился с этим. Ты в курсе, что человеческий мозг пропускает мимо большую часть поступающих сигналов? Картинки, звуки, запахи… мысли. Не замечать белую обезьяну - обычное дело… но попробуй-ка игнорировать ее после того, как заметил. Закрой глаза, заткни уши. Поживи так с месяц. Что почувствуешь? Будешь ли это по-прежнему ты? Как ни странно, в последних словах прозвучало что-то знакомое. Йоджи понял - по-своему, может быть, даже не близко к тому, что имелось в виду - но, как ему казалось, уловил самую суть того, что Шульдих пытался объяснить. Наверно, между ними и вправду установилась внутренняя связь. Талант, каким бы он ни был, нельзя отключить. Он требует использования - и то, как именно будет использован, в немалой степени зависит от обстоятельств. Шульдих не мог перестать быть телепатом, как и сам Йоджи не мог унять снедавшее его пламя искателя. Семь лет назад он был на грани выживания, но вовсе не голод - пищевой или никотиновый - заставил его вскрывать торговые автоматы и припаркованные на стоянках автомобили. Были и другие способы - но то, что внутри, заставило его выбрать этот. Посмею или нет? Получится или нет? Поймают или нет? Он смог. У него оказались проворные пальцы и нужное сочетание наглости и осторожности. С определенного момента он понимал, что идет ко дну - но чем глубже опускаешься, тем безнадежней теряешь ориентиры. Где бы он был сейчас, если бы рука закона вовремя не сгребла его за волосы? У закона жесткие руки, напомнил он себе. Сам он не ощутил всей их жесткости: старик Шуичи отчего-то проникся к нему (гораздо позднее Йоджи узнал о трагической судьбе сына начальника полиции) и вместо ареста два часа тряс из него душу в своем кабинете. Йоджи остался благодарен за выволочку не меньше, чем за оказанную помощь, но весь масштаб своего везения он оценил потом - когда увидел со стороны, как закон оказывается не спасательным кругом, а камнем на ногах утопающего. Где бы он был, если бы стажер Китада дала делу ход? Что-то упруго клюнуло воздух прямо перед лицом. Йоджи оглянулся: тип с сэндвичем сползал под стол, обморочно закатив глаза. На полу рядом с ним валялся бумажный самолетик. - Бежим! - Шульдих ринулся к выходу. Выскочив на улицу, они запрыгнули в машину. Мотор взревел, глушитель всхрапнул, как пришпоренная лошадь. - Что случилось? - спросил Йоджи, пристегиваясь на ходу. - Ублюдок меня узнал, - коротко пояснил Шульдих. - У него в голове было: “Это он!” - Ты его знаешь? - Нет. Но это ничего не значит. Нас… достаточно много. - Голос звучал с привычной беспечностью, но в зеркале было заметно, как заострилось и без того резко очерченное лицо, какие безнадежные тени залегли на скулах. Йоджи передернулся. - Их, - поправил он. - А? - Их много. Нас - двое. Шульдих вскинул на него по-кошачьи круглые настороженные глаза. - О, - сказал он - и замолчал, не прибавив больше ничего. Йоджи решил, что это, пожалуй, к лучшему. Дорога стремительно наматывалась на колеса, мелькали перекрестки, светофоры, рекламные щиты. - Ты… убил его? - Он досадливо поморщился, сам отметив запинку. Шульдих фыркнул: - Согласись, так было бы проще. Но он, скорей всего, паранорм, а я только что ментально изнасиловал женщину. Даже пистолету нужно время на перезарядку. Йоджи закусил губу. Вряд ли Шульдих сделал это нарочно (хотя поди знай), но, названное своим именем, их совместное деяние предстало во всей неприглядности. Чертов мир - шахматная доска, где для любого решительного шага приходится кем-то жертвовать. - Куда мы? Домой нельзя. Если он видел твою машину… - Знаю, - перебил Йоджи. - Не дрейфь, я что-нибудь придумаю. - Удерживая руль одной рукой, он вытащил телефон. Выбрав из кучи номеров нужный, нажал вызов. - Здравствуй, Мамору-кун. С наступлением сумерек на город опустился туман - будто всё вокруг заплело густой белесой паутиной. Под потолком кофейни чахло горела гирлянда бумажных фонариков. Длинная громоздкая тень проплыла мимо окна, лучи фар метнулись и тут же шарахнулись прочь. В кармане загудел поставленный на вибрацию телефон. - Алло? - Выходи, Йоджи-кун. Поговорим в машине. Лимузин едва помещался на крошечной стоянке. Дверь была гостеприимно распахнута, изнутри лились свет и тихая музыка. Йоджи вошел беспрепятственно, но, когда Шульдих полез следом, один из телохранителей стремительно поднялся с места, загородив ему путь. - Осади, Минами, - ровно сказал Мамору. - Если этот человек с Йоджи-куном, мы ему доверяем. У Йоджи тоскливо сжалось сердце. Ох, не следовало чибику быть настолько доверчивым… Он уселся на белый диван напротив окруживших Мамору здоровяков. Шульдих молча устроился рядом, всем телом излучая напряжение. В салоне пахло кожей и полиролем, в динамиках какой-то бойзбэнд расслабленно стонал о любви. Мамору выглядел до смешного чуждым этой роскоши. Простые джинсы и черная глухая водолазка придавали его юношеской субтильности оттенок драматизма - совсем как у Наги, вечно казавшегося малолетним стариком в своей застегнутой на все пуговицы школьной форме. Вот только Мамору не строил из себя утомленного жизнью мизантропа. Он приветливо улыбнулся, почесывая за ухом крошечную вертлявую собачку, которую держал на руках. - Ну и место ты выбрал для встречи, Йоджи-кун! Мы два раза чуть не застряли, пока добрались. - Извини, так получилось, - покаялся Йоджи. - Дедушка не возражает, что ты берешь его ката… то есть, я хотел сказать, лимузин? - Дедушка на Хоккайдо до конца недели. - Мамору ласково придержал собачку, внезапно решившую вылизать ему шею. “Кто его дедушка?” - требовательно спросил Шульдих. “Бывший якудза. Ну, если они бывают бывшими…” - Как твое агентство? - Тяну помаленьку, - с небрежным достоинством сказал Йоджи. - А ты как? Я слышал, ты бросил университет. Мамору рассеянно пожал плечами: - Ничего не поделаешь. Дедушка сдает, мне пора перенимать дела. - Он аккуратно взял собачку под лапы и виляющий зад и не глядя передал телохранителю. Выпрямился, положив руки на колени, и продолжил совсем другим, деловым тоном: - Чем могу быть полезен? - Дружище, - Йоджи тоже подобрался, отставив вежливый треп и без обиняков переходя к сути, - мне нужна помощь. - Для тебя - что угодно, Йоджи-кун, - твердо сказал Мамору. - Ты же знаешь, как я тебе обязан. - Ого. - Шульдих подался вперед вслед за Йоджи и положил ладонь ему на плечо. - Стесняюсь спросить, а что он сделал? Нашел карманную болонку твоего дедушки? Мамору склонил голову набок, с улыбкой глядя на него: - Лучше. Он нашел дедушку. - Мой клиент… - Йоджи облегчил душу, мысленно стукнув Шульдиха по затылку. Тот не изменился в лице, но откинулся на спинку дивана, скрестив руки на груди. - ...угодил в скверное положение. Его ищут, и, если найдут, ему не поздоровится. Мне бы укрыть его где-то хоть на пару дней. - Легко, - просиял Мамору. - Вилла в Окутаме как раз пустует. Там, правда, даже прислуги нет - разве что пара охранников - но, если твой клиент не слишком требователен к условиям… я могу отвезти его прямо сейчас. “Что скажешь?” - спросил Йоджи. “Хотел бы я быть уверенным, что этот экс-мафиози не связан с моими… друзьями.” “Я тоже. Мне и так не по себе, что мы втянули Мамору. Учти, если он пострадает по твоей вине - я тебя из-под земли достану…” “Спасибо, что предупредил”, - кисло отозвался Шульдих. “...Но выхода нет - и в любом случае, старик не станет искать тебя на собственной вилле. Ты же говорил, что непредсказуемость - твой единственный шанс.” - Хорошо, - сдержанно кивнул Шульдих. - Я… буду очень признателен. - Тогда едем. Йоджи-кун, ты с нами? - На виллу в горах с бассейном и вертолетной площадкой? Ох, чиби, не дразни. Мне работать надо. “Кудо, какая работа?! Тебе нельзя в офис.” “Кончай держать меня за недоумка.” Ближайшие несколько ночей Йоджи собирался провести в капсулах, причем в разных. Но как ни крути, а ноутбук надо забрать. И документы. И завести машину на парковку. “Я серьезно, - настойчиво повторил Шульдих. - Ты мне нужен - живым, целым и в своем уме.” Йоджи передернулся, вдруг ярко осознав, какая опасность стоит за этими словами. “Самое неромантичное признание, что я когда-либо слышал”. Шульдих уставился на него, приоткрыв рот, внезапно порозовел щеками и сердито нахмурился. “Идиот. Мой единственный шанс - это ты.” - Отправляйтесь. Я приеду позже - или дам знать, что можно возвращаться. И учти, Мамору-кун - теперь я твой должник. Йоджи спрыгнул на асфальт. Двери закрылись, машина отъехала. Он оказался один в сумерках и тумане. Мелькнула нелепая мысль, будто он никогда больше не увидит Шульдиха. И, что еще нелепей - от нее стало по-настоящему тошно.