Двое на одного

      Графство приняло новость о положении Графини со смешанными чувствами.       С одной стороны, у их территории появится ещё один наследник, и дитя, безусловно, является благословением, но с другой... Как же сейчас чувствовал себя их Молодой Мастер Кейл. Что ребёнок, который лишился матери, мог чувствовать к своей мачехе, беременной его будущим младшим братом или сестрой? Все с тревогой вспоминали красноволосого мальчика, которого они часто видели на улицах Вестерна.       Сам же Кейл, красный от смущения, прямо сейчас сидел, прижимая руку к круглому животу. Он ощутил толчок и тихо выдохнул.       Они с Виолан сидели в саду, попивая чай, и разговорились. Женщина случайно обронила, что малыш растёт очень сильным, и Кейлу стало интересно, как она это узнала.       Шокированное лицо Кейла, когда Виолан подозвала его к себе и, взяв его руку, поднесла к её животу, надо было видеть. — Ну, почувствовал? — улыбнулась она.       Кейл осторожно кивнул и убрал руку. Всё ещё любопытствуя, он задал вопрос: — Вам... больно?       Мягко смотря на ребёнка, Графиня ответила: — Нет, мне не больно.       Мальчик понимающе кивнул и, отойдя, собирался сесть обратно на своё место. Но, услышав звонкий детский голос из за спины, он остановился. — Мама!       Это был Басен. Его лицо светилось от радости, когда он бежал в их сторону, но как только в его поле зрение попалась ярко-красная макушка, все краски с его лица мгновенно исчезли. Он растерянно замер.       Графиня же, увидев эту напряжённую сцену, ободряюще улыбнулась своему сыну и подозвала его. Басен неуверенно сдвинулся с места, продолжая свой путь до небольшого чайного столика. Когда он подошёл к ним в плотную, Виолан спросила: — Что такое, милый?       Басен, оторвав взгляд, направленный на сводного старшего брата со страхом, граничащим с осторожной радостью от внезапной встречи, сообщил: — Мне... мне пришло письмо от Молодого Мастера Эрика. Он приглашает меня на чаепитие по поводу его дня рождения.       Кейл, который даже не посмотрел на прибывшего, дёрнулся. Ему тоже прислали приглашение. И он собирался пойти, даже несмотря на то, что с Эриком они долгое время не общались и тот давно был лишён статуса "Хёна" в глазах Кейла.       Но сейчас, узнав, что Басен тоже едет, ему резко расхотелось идти туда. Басен, который понятия не имел о глубине связи Кейла с Эриком, рассказал об этом, не скрывая, в надежде подняться в глазах красноволосого. — Это просто прекрасно, — одобрила Виолан, также не знавшая об отношениях Кейла и Эрика.       Создавать связи очень важно и нужно, и она была рада, что её сыну, которого игнорировали все остальные дворянские дети, прислали подобное письмо. Но Кейл не разделял всеобщей радости. Он, попытавшись выдавить улыбку, проговорил: — Это прекрасная новость .       Басен просиял. Однако он не успел сказать слово в ответ, как Кейл его опередил: — Что ж, думаю, мне пора.       Сказав это, он развернулся и ушёл, игнорируя растерянного Басена и обеспокоенную Виолан, пытавшуюся его остановить. По дороге к комнате Кейл размышлял о невероятно раздражающем субъекте по имени Басен. То, что он в какой-то мере принял Виолан, не означало, что он так же относится к её сыну. С Басеном они встречались нечасто. Случайные столкновения в коридоре сопровождались огромным желанием Кейла немедленно убраться оттуда.       Он щёлкнул языком.       Как-то неделю назад его отец, Дерут, позвал его к себе, но к его удивлению, там был ещё и его сводный младший брат.       В этот день Граф, настолько серьёзный, насколько мог, сказал им: "Не пытайтесь войти в историю, просто живите ради мира и спокойствия."       Кейл, изо всех сил стараясь не обращать внимание на мальчика рядом, внутренне согласно кивнул. Хён когда-то давно сказал ему тоже самое. После этого он добавил, что это девиз их семьи. И он рассказал это в присутствии не только него, Кейла.       От осознания этого факта внутри ребёнка осел неприятный осадок.       Даже если его отец и признал ребёнка Виолан своим собственным, сам Кейл не собирался этого делать. Даже помня слова Кима о том, что семья общей кровью не заканчивается, он категорически не хотел включать Басена в список своей семьи, даже если совсем скоро они станут старшими братьями общего младшего брата или сестры.       Глубоко внутри него звучал голос, который утверждал, что мальчишка занял его, Кейла, место. Хоть разумом он и понимал, что это не так, но голос никак не замолкал, каждый раз вызывая у него беспричинный гнев при виде каштановых волос и больших наивных детских глаз, смотрящих на него, с непонятным для него слепым восхищением и толикой, практически незаметной опаски. Будто человек, смотрящий на тигра, прекрасного, но в тоже время невероятно опасного.       Он просил совета у своего Хёна, но тот лишь задал встречный вопрос: "Зачем ты спрашиваешь это у меня?"       Но через долгие упрашивание, он всё-таки обронил скупой совет: "Просто делай, что хочешь."       От такого лучше не стало.       Кейл, подойдя к своей комнате, тяжело вздохнул и, заходя внутрь, захлопнул дверь.