◆◆◆
Фредерик не надеялся на тёплый приём, но в этот раз всё было иначе. Например, Тревор лично встретил гостя, хотя обычно поручал "не царское дело" страже или прислуге. Он по-дружески похлопал правителя Короны по плечу и усадил на красное бархатное кресло с мягкой обивкой. Видимо, у того отличное расположение духа, раз уж Фредерику не пришлось сидеть на жёстком стульчике, от которого весь приём невыносимо болела спина. Мужчина, поёрзав, нашёл удобное положение и откинулся на спинку кресла. Фредерик мысленно задавался вопросом, к чему бы эти резкие перемены в поведении вечно высокомерного соперника. Он стрельнул взглядом на сидящего напротив. Тревор с неприкрытым самодовольством расправил плечи, начиная диалог: — Фредерик, что ты так серьёзен? За оконом ведь хорошая погода. — Я всего лишь удивлён радушному приёму. — хмыкнул Фредерик. — И твоей настойчивости. — Пока мы не начали, вина красного или белого? — Тревор подпёр голову рукой, неотрывно следя за гостем. — Лучше воды. — уклончиво изрёк мужчина. — Да что ты, Фредерик, отличный же урожай! Точно не хочешь? — сказал правитель Эквиса, принимая бокал из рук служанки. — Хорошо. Тогда белое. —отмахнулся Фредерик, глядя куда-то позади собеседника. В зале приёма повсюду находились статуи из белоснежного мрамора с серебристыми вкраплениями. Особенно приковывала взгляд жещина в пышном коротком платье с вуалью, слегка прикрывающей нежные черты лица очаровательной дамы. Она чем-то напоминала Арианну. Очень интересно. — Нравится, а Фредерик? Статую этой красотки мне подарил сам известный скульптор Несердинии! — задрал нос Тревор, подливая вина в чашу. — Любопытно, с каких пор он раздаривает такие произведения искусства? — пробормотал мужчина, отпив немного напитка. — Считаешь меня недостойным её? — осёкся тот. — Смотрю тебе по душе белое вино. В нём небольшое содержание спирта, и в букете преобладают цветочные и фруктовые оттенки. Могу подарить одну бутылку. — переменился в лице правитель Эквиса и раскинулся в кресле, закинув ноги на подлокотник. Встреча может затянуться, если Тревор будет и дальше ходить вокруг да около, не переходя к самой сути. Даже человеку не обладающему особой проницательностью ясно, что за дружескими похлопываниями и угощением вином скрывается некий мотив. Но какой? Придётся начать издалека, подумалось Фредерику. — Ты был прав. На вкус вино просто восхитительное. Для здоровья весьма полезное. Знаешь, некоторое время назад до меня дошла новость, — правитель Короны, повторяя манеру собеседника, покрутил вино по стенкам бокала. — что тебя ранили. Тревор на миг распахнул глаза от неожиданности. — Как это связано с разговором? — Хм, мы заговорили о вине и мне пришла на память эта весть. Но я рад, что это лишь нелепые слухи. — Да, слухи. — мужчина встал с места. — Фредерик, буду краток. Я хочу снова сотрудничать с Короной, зарыть топор войны. — И на каких условиях? — собеседник скептично приподнял бровь, при этом подавшись ближе. — Политический брак. — Не думаю, что.. — Не спеши отказываться! Подумай, ведь это выгодно нам обоим, и ты это знаешь. Корона наконец выйдет из кризиса, земель станет больше, а ещё наши дети будут жить в мире. И мы станем гораздо сильнее. Фредерик, выбор за тобой. Даю время до коронации твоей дочери. —А если я откажу? — Крайне не советую,— мрачно изрёк Тревор. — если хочешь сохранить, что тебе дороже всего.◆◆◆
Вечернее небо окрасилось в оранжево-розовый оттенок, а пепельные облака лениво плыли к горизонту. Фредерик уселся в карету, задумчиво держа в руках красную деревянную коробочку, купленную незадолго до отъезда на местной ярмарке. В ней хранилась пара жемчужных серьг с милыми кисточками. Мужчина надеялся, что супруге понравится его подарок. Правитель улыбнулся уголками губ и убрал сюрприз в глубокий карман жилета. Мысли вновь метнулись к произошедшему. Казалось бы, вот она возможность, которая принесёт значительный успех королевству, но вместе с тем предстоял выбор между двумя главными приоритетами–счастье дочери и благополучие Короны. Оказаться промеж двух огней совершенно не входило в планы, но Тревор снова поставил его перед фактом. Либо долгожданный мир, либо снова потери. Фредерик обречённо вздохнул, смотря в окошко повозки. Он уже решил. Король просто поговорит с дочерью позже, ближе к самой коронации. Правитель сделает это только из любви, ради её же блага. Ради будущего в мире и спокойствии. Запряжённая карета двинулась в путь.