Декабрь

      Уже с утра за несколько дней до приема Чимин начал нервничать. Легкий мандраж иногда переходил в панику, ведь омега помнил, как важен этот контракт для Чонгука. Подписать его и заполучить нового партнера для бизнеса ему крайне необходимо. Пак мало смыслил в каких-то тонкостях, поэтому даже не спрашивал мелочей — имена компаний, директоров, курсы акций и прочая бизнес-информация была ему ни к чему, это все сфера деятельности альфы. Ему же нужно отыграть представление любящего и верного спутника жизни. Впрочем, не отыграть, а просто прожить еще один счастливый день — Чимин уже принял факт, что по уши влюбился в Чонгука, поэтому точно знал, что лжи здесь нет. Он рад быть его партнером на этом вечере, а дальше как жизнь покажет. Загадывать на будущее омега боялся. — Тэхен, ты поможешь мне с мероприятием? — с надеждой спросил Чимин у друга, маявшегося в Сеуле от безделья. Несмотря на то, что госпожа Мун не забывала звонить и даже один раз приезжала в гости, Кима катастрофически не хватало в жизни омеги. — Естественно, — послышался в трубке оживленный голос. — Хосок опять пропадает на работе, поэтому я целиком и полностью могу заняться тобой. Когда прием? — Четвертого марта. — Послезавтра! — присвистнул Тэхен. — А Чонгук приезжал? — Он звонил и сказал, что сильно занят, — Чимин вздохнул в трубку, не скрывая своего разочарования. Он невыносимо соскучился по альфе, но понимал, что бизнес прежде всего. — Готовит документы для подписания контракта, поэтому до приема мы вряд ли увидимся. — Ну и ладно, сами справимся, — буркнул Тэхен. — У тебя все готово? — Да, я сегодня закончу костюм. — Отлично, через часик заеду и посмотрю. До встречи! Чимин отложил телефон и поспешил вернуться в комнату. Его костюм для мероприятия действительно почти готов — раскроенные брюки и пиджак лежали на столе, осталось только сшить. Метры голубой ткани легкими волнами струились по поверхности, и Чимин еще раз остался доволен тем, что выбрал именно этот цвет. Омега раскрыл журналы мод и усердно рассматривал Vogue, высунув язычок. Его задача — найти какую-то изюминку и сделать образ уникальным. Омеге хотелось, чтобы Чонгуку завидовали, и он ни в коем случае не подвел альфу. Если этот прием так важен для него, а контракт позволит расширить бизнес, то Чимин должен сделать все от него зависящее и быть лучше других. Ему хотелось, чтобы Чонгук им гордился.       Горечи добавляло только то, что после мероприятия Пак должен уехать из этого дома, к которому, честно говоря, он уже привык, а без наездов КимТэ он просто не представлял своей жизни. Даже Мари стала чаще улыбаться, и Тэхен терпеливо позировал часами, пока малышка рисовала его «портрет». Но договор есть договор, и Чимин не позволит себе пользоваться добротой Чонгука. Пожив здесь почти два месяца, им пора налаживать собственный быт. Квартира в Сеуле почти найдена — хозяева со дня на день пришлют подтверждение, когда Пак может заехать. Чимин прикусил губу, чтобы не расстроиться и не дать волю эмоциям.       Модные дома в этом году его не впечатляли. Пак потратил несколько часов на новые коллекции Chanel, Dior, Valentino. У Chanel все слишком вычурное и не к месту, а Valentino ударились в классику, возрождая стиль 50-х. Наверняка это не то, что порадует Чонгука, если он запорет костюм, а самого Чимина назовут старомодным. Разве что запах нафталина не витал в воздухе от моделей на страницах журналов. Чимин смешно сморщил носик, высказывая свое фи мейнстриму мировой моды.       Кое-что приглянулось у Lanvin и Ferragamo, но Пак еще не понимал, хочет ли он использовать эти элементы. Создавалось ощущение, что все не то, а уж в плане стиля Чимин своему чутью доверял. Несмотря на четырехлетнее затворничество, он просматривал модные каталоги в смартфоне госпожи Мун и всегда знал о модных трендах в текущем сезоне. Косясь на замшевые сапожки на высоком каблуке, Чимин хотел придать своему виду легкости и непринужденности. Строгости и футлярности было слишком много, поэтому с тем же успехом Чонгук мог взять с собой мумию. Идеальным решением казалось декорирование воротника, но Тэхен, приехавший раньше обещанного, поставил руки на талию и зашипел на Чимина, как настоящая кобра:       — Ты в таком виде и шагу не ступишь из этого дома!       По эмоциям омеги стало понятно, что спорить бесполезно. Чимин слегка расстроился, но виду не подал. Наверное, он все же отстал от новинок, но журналы же…       — А что не так? — Пак наметал костюм для первой примерки и покрутился возле большого зеркала, осматривая себя. — Я толстый, да? Точно, у меня широкие бедра, не нужно было делать его таким облегающим, но я отпущу по краям и все исправлю, — затараторил Чимин.       Тэхен только прислонился к стене и красноречиво треснул себя по лбу.       — Для беременного омеги я слишком эмоционален! Мне нужно получать положительные эмоции, релаксировать и слушать классическую музыку, а не вот это вот все! — фыркнул друг и подошел к Чимину. Он ткнул пальцем в тощую грудь и спросил: — Это что?       Чимин почувствовал себя виноватым за то, что друг расстроился. Он подал журнал и открыл сайт одного из законодателей мод.       — Хрень какая-то, — Тэхен с минуту поскроллил ленту и тут же потерял к ней интерес. — Все будем переделывать!       Обладатель тончайшего вкуса Ким Тэхен раскритиковал многое. Классическая блузка из голубого шелка с воротником-стоечкой под его чутким руководством превратилась в соблазнительную разлетайку, под которой только угадывалась тонкая талия Чимина. Пиджак остался грустно висеть на спинке стула, ибо Тэхен его возненавидел с первого взгляда. Идея декорировать воротник тоже пала под натиском Кима — он хотел простоты и секса, секса и простоты.       — Эти качества сочетаются в тебе, Чимин, лучше всего, — Тэхен приподнял палец вверх, оглядывая омегу последний раз, когда они просидели весь вечер за переделкой образа. Теперь их все устраивало. — Завтра я привезу тебе пояс и бриллиантовый гарнитур. И еще — позвони прислуге, пусть побудут с Мари. Нас ждут великие дела — спа-центр и салон красоты, а еще нужно купить обувь. Скажи, что ты будешь занят весь день.       Ослушаться Тэхена означало подписать себе смертный приговор, и Чимин послушно позвонил госпоже Хван, служившей у Чонгука. Мари была предупреждена, осталось сделать последние приготовления и можно отправляться на прием.

***

      Такси бесшумно подкатило к особняку ровно в половине восьмого. До Сеула Чимин добрался в назначенное время и мог не переживать, но Пак почему-то мандражировал. Он не мог найти себе места и переживал за то, чтобы все прошло гладко. Отрепетированная перед зеркалом улыбка идеальна, походка размеренная, а спину он держал так ровно, будто кол проглотил. Боже, да что еще? Нет, надо выпить валерьянки, иначе точно с ума сойдет и все испортит. Мари ходила за папой, как тень, кивая и подтверждая, что он красавчик. Госпожа Хван подала ему белое полупальто, и поправила воротник:       — Вы просто неотразимы, господин Пак!       — Спасибо, — засмущался Чимин. — Я поговорил с Мари, но вы мне можете звонить в любое время. Не думаю, что возникнут проблемы.       Чимин переживал, что он доставляет неудобство даже прислуге! Госпожа Хван только улыбнулась и подтвердила, что они со всем справятся.       Огромные огни города манили еще издалека. Чимин сжимал сумочку и нервничал, будто перед свадьбой. Тогда он был глупым влюбленным мальчишкой, сейчас — омега с жизненным опытом и трезвыми взглядами, но сердце колотилось одинаково сильно, а ладони вспотели. Чонгук за последний час позвонил три раза, чтобы удостовериться, что все хорошо и Чимину не нужна его помощь. Отключив телефон в такси, омега с глупой улыбкой уставился в экран. Такие минуты счастья хотелось продлить как можно дольше. Он обвел пальцами потухший смартфон и залюбовался своим маникюром. Лак молочного цвета с едва заметными голубыми блестками делал его ногти еще более длинными, визуально удлиняя и короткие пухлые пальцы, которых Чимин всегда стеснялся.       — Приехали, господин! — поклонился ему таксист, остановив машину перед огромным рестораном. Задумавшись, Чимин даже не понял, в каком районе столицы он оказался. Пак потянулся за кошельком, но водитель его прервал:       — Поездка оплачена, господин. Хорошего вечера!       — Спасибо, — Чимин подхватил клатч и снова улыбнулся. Чонгук позаботился даже об этой мелочи.       В самом шикарном заведении города Gaon, где готовили национальную кухню, а сам ресторан имел три звезды Мишлен, звучала приятная музыка. На первом этаже приглушенно горели огни, создавая загадочный полумрак. То, что мероприятие закрытое, Чимин понял сразу — к нему подошел сотрудник, забрал верхнюю одежду и проводил в зал, где проходило торжество. Больше во всем огромном здании не было никого. За спиной омеги послышался смех прибывших гостей, которыми занялся второй швейцар, и у Пака прошел холодок по коже. Он так отвык от этих приемов, что быть здесь одному стало боязно и неуютно. Скорее бы увидеть Чонгука!       За закрытыми дверями слышался деловой шум, а до самого ужина оставалось около часа. Самое время, чтобы со всеми поздороваться и перекинуться парой слов, пока альфа будет обговаривать условия договора. Чимин смутно помнил, как подобное происходило ранее, но глубоко вздохнул с полной уверенностью, что он должен справиться. Основные моменты о себе альфа ему рассказал, поэтому эксцессов быть не должно. Чимин нервно вытер руки, инстинктивно сжимая клатч. Перед огромными створками стоял еще один швейцар, который поклонился Чимину, открывая перед ним огромные полированные двери из дорогой породы дерева.       Сразу в глаза омеги ударили огни старинных люстр, висевших под потолком. Они, наверное, на сотни ламп — вокруг источника света даже создалась белесая дымка, словно туман, сквозь который Пак отчаянно пытался найти Чонгука. Стоя на самой верхней ступеньке, ему казалось, что взгляды всех присутствующих обращены только на него, а сам Пак больше раздет, нежели одет. По коже пробежали мурашки, и Чимин на миг пожалел, что согласился в этом участвовать. Он еще не готов к светским приемам.       Все альфы в ресторанном зале были в строгих костюмах, с бабочками, а среди мелькающих фраков и смокингов Чимин на мгновение растерялся, ища глазами Чонгука. Приближающаяся паника не вселяла уверенности, а ноги на мгновение стали ватными. Не может быть, чтобы альфы здесь не было. Чимин лихорадочно искал знакомое лицо.       Впрочем, не один омега в шоке. Чонгук, стоящий через несколько метров от вошедшего гостя, так и прилип к полу, не делая ни шагу вперед. Он завороженно рассматривал Чимина, и не мог поверить в то, что это он. Сомнений не оставалось, когда они встретились взглядами, и Пак ему обворожительно улыбнулся. Сдерживаясь, чтобы не подбежать к омеге, Чонгук вежливо поклонился и сделал первый шаг навстречу. Чимин преобразился до неузнаваемости. Тэхен настоял, чтобы он выкрасил волосы до арктического блонда, убрав желтизну с прядей. Они не один час просидели в салоне, пока Тэ понравился окончательный результат.       На губах Чимина поблескивала помада персикового цвета, а ресницы густо накрашены тушью и едва тронуты тенями, подчеркивающими уникальную форму глаз. В ушах Пака блестели маленькие бриллианты, играя сотнями оттенков в искусственном свете. На груди была такая же подвеска из гарнитура, и Чонгук напряженно сглотнул, рассматривая дальше. Он должен был сам подарить ему что-то из украшений, но они исправят это позднее. Вырез блузки играл на грани дозволенного и, КимматьегоТэхен, будет виноват в том, если у Чонгука остановится сердце от такой красоты. Плевать, что нарушены все протоколы и форматы — его омега был самым обворожительным.       Гук застыл от изумления, а по залу прошелся шепот то ли восхищения, то ли осуждения. Чимин однозначно стал открытием этого вечера, и все только и искали счастливчика, чей же омега заявился в Gaon. Чонгук должен испытывать гордость и испытывает, но вместе с этим в нем просыпается собственнический инстинкт, говорящий, что ему лучше спрятать истинного от похотливых взглядов. Чимину явно было некомфортно, и он сжимался под взглядами приглашенных, рассматривающих его с головы до пят. Чонгук, наконец, перестал пялиться на Пака и подошел к нему, беря под локоть.       — Ты хоть знаешь, как ты охуенно выглядишь? — шепнул Чонгук ему на ухо и при всех поцеловал в щеку. — Не вздумай краснеть, иначе в твой румянец влюбятся все альфы в этом зале и мне придется вызвать их на дуэль.       — Чонгук, мы не в средневековье, — хихикнул Чимин, довольный тем, что альфе понравился его образ.       — Господи, Боже мой, прикройся чем нибудь, — Чонгук не сводил глаз с оголенной груди омеги. — Чимин, я ревную.       Пак таки покраснел от услышанной фразы. Как бы он хотел, чтобы это все было по-настоящему! Мысли о том, что они выполняют договор, не отпускали его последнюю неделю. И чем ближе пытался стать Чонгук, тем больше отдалялся Чимин. Влюбиться и снова доверить свое сердце кому-то очень просто, а с таким как Чонгук — раз плюнуть. А что потом делать, когда сказка закончится? Надо быть реалистом и только, настаивал Чимин, а потом вспоминал, что между ними случилось, и тут же терял остатки разума.       — Прекрати, Чонгук, ты меня смущаешь, — Чимин зашипел на альфу потому, что на них начали обращать внимание.       — А ты меня провоцируешь, — Чонгук зарылся носом в его волосы и плевать на испорченную прическу. Подобранные вверх и подколотые пряди длинных локонов, спадающие на плечи, манили альфу своими завитками. Чимин был просто принцем, вышедшим из сказки. Если альфа сейчас не надышится мандариновым ароматом Чимина, то до конца вечера ему не продержаться, не говоря уже про планы на сегодняшнюю ночь, которые Чонгук вынашивал слишком долго. Он прикусил Чимина за ухо, а тот от неожиданности пискнул.       Необычные гости притягивали внимание всех, кто был на вечере. Чонгука многие знали, но никто даже не представлял, что он прячет такое сокровище от посторонних глаз. Если бы проводили конкурс на самую красивую пару, они бы точно заняли первое место. Интерес общественности был очевиден: их вместе видят первый раз, поэтому всем хотелось знать, кто же украл неприступное сердце бизнесмена.       Чимин чувствовал на себе оценивающие взгляды, но надел отрепетированную улыбку и тепло приветствовал всех, кому его представлял Чонгук. Вереницы интересующихся партнеров и семейных пар тянулись к ним высказать свои комплименты омеге и узнать о нем чуть-чуть больше. Чонгук по-хозяйски обнимал Чимина за талию, непозволительно низко положив руку, спустив ее почти на попу, чтобы всем показать, что это его омега. Не эскорт, не мимолетный любовник на вечер, а именно омега. Благодаря поддержке альфы Чимин стал увереннее, от неуютных ощущений не осталось и следа. Присутствие Чонгука рядом стало незримой гранитной стеной, которая отгораживала его от всего, что могло испортить вечер.       Столы уже были накрыты, официанты готовили башенки из бокалов шампанского, повсюду разносился запах свежих фруктов и отдаленно работающей кухни, где десятки работников трудились, не покладая рук, чтобы обслужить мероприятие. Осталось познакомиться с тем самым бизнесменом, ради которого затеяна вся эта история, и можно получать удовольствие от приема. Чимин покрутил головой, но большинство лиц он уже запомнил, а незнакомец все еще не появлялся.       — Пойдем, я представлю тебя моему потенциальному партнеру, — Чонгук выглянул в дальнюю часть огромного ресторанного зала, где его конкурент разговаривал с директором одного из банков Сеула, и направился туда.       Подготовленный контракт альфы был при нем, поэтому высока вероятность подписать его именно сегодня. Основные положения согласованы с отделами, подготовительный этап все бумаги прошли, осталось дело за малым — покорчить друг другу рожи и поставить долгожданные подписи. Чон кинул взгляд на свое место у одного из столиков, где лежала черная папка. Боже, ради этих бумажек ему пришлось столько проделать, но он знал, что главная ценность находится не в папке, а в его руках. Чимин напрягся в ожидании, но Чонгук скользнул ладонью по его спине, успокоительно поглаживая в области поясницы.       — Ты держишься отлично, Чимин! Все хорошо, — Гук сжал его руку, а длинные ногти Пака впились в его ладонь. Слишком больно и так, словно он готов пронзить его насквозь. Чимин резко остановился и побледнел, не ступая ни шагу дальше. Его пальцы продолжали цепляться за руку Чонгука, но теперь уже альфа сжимал его ладонь в железных тисках, потому что Чимин стал вырываться.       — Что случилось? — спросил Чонгук, глядя на побледневшего омегу. Его губы тряслись так, словно у Чимина сейчас случится истерика, а в глазах застыл ужас. Выяснить все не дал бизнесмен, подошедший к паре, чтобы их поприветствовать. Джей Хон расплылся в противной улыбке, и Чонгуку захотелось быстрее закончить их общение.       — Добрый вечер, Чонгук! — заискивающе поприветствовал его Хон, не отрывая глаз от Чимина. Он презрительно скривил губы, нагло осматривая омегу с головы до ног. — Я смотрю, дела у тебя плохи не только в бизнесе, но и на личном фронте.       — Джей Хон! — Гук ничего не мог понять, но ту же осадил партнера. Разговаривать с ним так в отношении Чимина и в его присутствии просто непозволительно. Тем более, что Пак ничем не спровоцировал себя.       — Не уверен, что мне стоит иметь с тобой дело, Чонгук, раз ты подбираешь использованных омег, которые абсолютно ни для чего не годятся. Похоже, у тебя нет чутья на такие вещи, — съязвил Хон, намерено назвав омегу «вещью». — Правда, Чимин, или за это время ты научился использовать свою задницу? — Джей цокнул языком, возвращая свое внимание альфе. — Чонгук, ты явно переплачиваешь за его услуги. Чимин всегда был слаб на передок, но это не мешало ему быть бревном в постели — учти это.       Разъяренный Чонгук понял все в ту же минуту, как Хон закончил свою пламенную речь. Подонок, с которым он хотел заключить контракт, оказался бывшим мужем Чимина. Той самой тварью, из-за которой Пак жил в бедности и один воспитывал дочь. Той тварью, которая уничтожила его, как омегу, поселив в нем огромный комплекс неполноценности. И теперь Чонгук может представить, как это происходило. Ноздри альфы уже раздувались от злости, а на лице выступили красные пятна. Гуку стоило неимоверных усилий не превратить его мерзкую рожу в кровавое месиво при всех, но Хон явно нарывался и затыкать свой грязный рот не хотел.       — Я вовремя избавился от него, и теперь думаю, что зря позволил такому ничтожеству воспитывать свою дочь, — Хон победно выпрямился, посматривая на то, как Чимин бледнел и его лоб покрывался бисеринками пота от волнения. — Я буду судиться за Мари.       — Нет! — закричал Чимин, который до этого не мог и слова вымолвить. Оскорблять его — это одно, но как только дело касалось ребенка, омега терял все остатки адекватности. Он был готов броситься на бывшего супруга и выцарапать ему глаза. Да как он мог произносить имя той, от которой отказался, одним росчерком не глядя подмахнув документы. — Ты не посмеешь, тварь! — зашипел Чимин.       Чонгук попытался оттянуть Чимина от Хона, ибо этот скандал набирал все больше оборотов. Джей добился своего и разозлил омегу, который уже не мог сдерживать свою злость. Его страх и робость все вместе переплавились в агрессию, направленную на обидчика.       — Ты собираешься противостоять мне, ничтожная шлюха? — Хон презрительно поджал губы. — Неужели ты думаешь, что моего состояния и положения в обществе не хватит, чтобы вернуть себе дочь. Я не позволю, чтобы ее растил чужой человек и потасканный омега. Если ты, Чонгук, конечно позаришься на это ничтожество. В любом случае Мари будет жить со мной!       — Ты не вспоминал о ней шесть лет! — закричал Чимин, подавляя плач, но слезы уже не сдерживались. — Сволочь, она тебе не была нужна с самого рождения, ты ни разу не взял ее на руки, не беспокоился, когда она болела ветрянкой и едва не попала в больницу, так почему же ты сейчас вспомнил о ней? — Пак рыдал и вырывался, чтобы с кулаками наброситься на Хона, но удерживаемый Чонгуком лишь повис на его руке. Альфа скрутил бьющегося в истерике Чимина и с силой задвинул его за спину.       Чимин стоял как вкопанный, а Хон смотрел на его затравленный вид. Гости расступились вокруг, заинтересованно наблюдая за развитием конфликта. Кто-то ничего не понимал и крутил головой в ожидании свежей сплетни от соседа, а некоторые «всезнающие» гости уже судачили и сочиняли истории одну неимовернее другой. Два самых перспективных бизнесмена сошлись не на шутку, и дело вовсе не в контракте.       Чимин не анализировал происходящее. Он уткнулся в широкую спину альфы и молил небеса, чтобы не хлопнуться в обморок. Встреча с бывшим мужем не просто неожиданная: она включила все триггеры, сорвала все корки на болезненных ссадинах, которые Чимин все эти годы заботливо заклеивал пластырями. Последние раны залечил Чонгук своей любовью, но и они начали кровоточить, уродливо обнажая один единственный факт — омега снова чувствует себя ничтожным и беспомощным против мощи бывшего мужа. И если Хон не бьет по лицу, это не значит, что Чимину не больно.       — Плевать на контракт, ты сейчас закроешь свой рот и принесёшь Чимину извинения, потому что только его состояние сейчас не дает мне разбить твою рожу и втоптать в землю труп собственными ногами, — не на шутку взбешенный Чонгук едва держал себя в руках и снова придержал вырывающегося Чимина, не давая Хону насладиться заплаканным омегой.       — Лучше скажи спасибо, что я тебя предупредил, и ты не успел сделать ошибку. Брак с ним, — Хон пренебрежительно скривился, — сплошное разочарование.       — Брак с ним — самое лучшее, но таким мразям, как ты, этого не понять, — сходу выпалил Чонгук. Черт с ним с контрактом, он не стоит ни одной слезинки, пролитой Чимином. — А ты, сволочь, даже на шаг не подойдешь к Мари, понял? После состоявшегося диалога о подписании контракта не могло быть и речи, поэтому альфа не отказал себе в желании, которое он вынашивал последние пару минут. Он ударил Хона, а тот, не ожидая такой реакции, упал на столик с бокалами шампанского, приготовленными для праздника. Приглашенные ахнули и мигом расступились. Кто-то смотрел на стекло под ногами, аккуратно переступая осколки, кто-то оттирал брызги напитка с платья и ругал Чонгука на чем свет стоит за испорченную одежду, но никто из присутствующих не вмешивался в выяснения отношений между альфами. Чонгук наклонился к Хону, шевелящемуся на полу, и потряс его за грудки. — Ты исчезнешь из его жизни раз и навсегда, понял, подонок? — процедил альфа. Гук тряхнул безвольно отяжелевшее тело Хона, и тот снова упал в груду стекла. Звонко, эффектно и красиво. Чимин, стоящий в паре метров от них, шокировано прикрыл рот ладошкой. — Ошибаешься!       — Я лично прослежу, чтобы ты на шаг не смог подойти к моим омегам, — Чонгук наклонился ниже, презрительно смотря на Хона, растирающего руками кровь по полу. — А теперь мы покинем это мероприятие, чтобы не запятнать себя общением с таким, как ты. Пойдем, Чимин!