Всего лишь самовнушение

На следующее утро Шастун не помнит даже того, как встал и собрался в свою излюбленную шарагу. Он бездумно встал и на автомате собрался в место своих грядущих мучений. Подходя к школе и докуривая очередную порцию никотина, он пришёл в себя, словно только что проснулся. Проклиная это утро и вообще систему образования за то, что уроки ставят в половине девятого утра, он поднялся на третий этаж, на котором находился кабинет информатики. По тому расписанию, которое у них с ноября, он должен приходить в это время в школу, чтобы отсидеть сорок пять минут ИКТ, а после, пойти на физику. Тот, кто составлял расписание, явно недолюбливал его класс. Уже сидя рядом с кабинетом на полу, который был ему удобнее любого дивана, на котором всё равно сидит какая-нибудь Кузнецова, парень увидел Матвиенко. Тот шёл в направлении именно к кабинету, у которого, словно верный пёс, сидел Антон. Тут же юноша вспомнил их фееричное знакомство, понял то, насколько у них с мужчиной будут «натянутые» отношения, он же не глуп ,и он прекрасно понимает, что Сергей Борисович Матвиенко не забудет обстоятельства их преждевременного знакомства. Да и тем более, он неплохо знаком с Поповым, раз тот уже знает обо всём. Теперь только не понятно, когда приходить Полине в школу, а позже, и ему получать нагоняй от любимой сестрёнки. На всю эту ситуацию Шасту откровенно похуй, ведь это не первый раз и возможно не последний, когда его родителей вызывают в школу, а приходит сестра. Полина не ругает, не кричит, не наказывает, она просто даёт подзатыльник, а после отшучивается, чтобы Антон расслабил свои булки. — Здравствуйте, молодой человек. Шастун, верно? — поинтересовался мужчина так, словно забыл о том, как зовут эту персону. Конечно он хорошо его запомнил. Как не запомнить некого Шастуна, о котором ему столько всего рассказал Попов. Да и то, как они впервые увиделись, нельзя назвать обыденной встречей. — И Вам не хворать. — ответил без энтузиазма Антон. На вопрос верно ли назвали его фамилию, он отвечать не стал, так как не воспринял его всерьёз. — Заходите! — крикнул всем ждущим в коридоре старшеклассникам учитель, и сам завалился в помещение. Мерзкий звонок прозвучал и класс на удивление Антона,затих. Но не из-за уважения к новому преподу, а из-за собственного любопытства. Для начала Матвиенко решил представить себя. — Так-с-с… — протянул он, в ожидании пока на двух задних партах затихнет какой-то важный спор, — Меня зовут Сергей Борисович Матвиенко. Называйте меня просто Борисыч. Буду вашим преподавателем по информатике. На этом всё, а теперь включаем шайтан-машины и отмечаемся по списку. — озвучил все свои планы после представления мужчина, а затем тепло улыбнулся. Урок с Борисычем прошёл на удивление спокойно. Он не относился как-то по-особенному к Антону, и не приставал с подколами, к которым Шаст мысленно готовился. Юноша вообще к середине урока расслабил булки, хотя со звонка сидел словно на мине. Даже уходя из кабинета, парень пожелал Матвиенко хорошего дня. Обычно, он такое может сказать только какому-нибудь мужику, который любезно купил ему бухло и не оставил сдачу себе, а отдал Антону. Он таких людей уважает. Только вот непонятно, что такого ему сделал этот Борисыч, чтобы зеленоглазый всё-таки пожелал ему хорошего дня. Мужчина произвёл хорошее впечатление. Это явно. Но то, что они с Поповым друзья не давало никак покоя парню.

***

— У аппарата. — важно ответил Шастун, когда ему позвонил некий Поз, который сегодня не пришёл в многострадальную шарагу и бросил там Тошу одного. Самый настоящий предатель! Тем более не предупредил даже. — Алло, Шаст, прости, что не пришёл. Там пиздец. Давай встретимся? — голос Димы был взволнован и Шастун не хотел зря мотать его нервы дальше, поэтому не стал строить обидку. В основном ведь, он строит эти обидки ради примирительного пива. — Приходи ко мне, просто я к дому иду, устал пиздец. — сказал Шастун потирая глаза перед тем, как оказаться перед железной дверью подъезда. — Окей, через полчаса буду. — согласился друг и в трубке тут же послышалось шебуршание. Как и обещал, Дима стоял у двери Шастунов ровно спустя полчаса. Антону он принёс далеко не самые хорошие новости. Однако зеленоглазый уже не ребёнок и должен понять друга. — Ну здорова, предатель! — тут же как увидел лицо Поза, завопил Антон. — Это не самое великое моё предательство! — ответил стал вопить Дима. — Ладно-ладно. Проходи уже. — пригласил Шастун в пустую квартиру друга, ибо Полине и Вадиму захотелось устроить романтику, а где её устраивать, если не в кафе?

***

Шаст и Позов провели вместе весь вечер, и Дима всё никак не мог подвести к нужной теме. То, что ему нужно рассказать — правда важно. Только вот он знает, что просто так Антон не смирится с «этим». — Кстати, ты же говорил, что там пиздец какой-то? Че случилось-то? — сам же и подвёл шатен, пока его друг мучал себя вопросом, как это сделать. — Да… В общем, ты сначала послушай — потом возражай, кричи, что хочешь делай. Главное просто выслушай. — выпалил свои условия Позов, наперёд зная все дальнейшие действия Тоши. — Ты меня уже очень пугаешь. — поделился Шаст, но всё же согласился. — Как ты знаешь, моя мама приехала чуть больше недели назад. И всё это время, она пыталась со мной поговорить. И вчера наконец решилась… — такие паузы со вздохами Димы, Антона ещё больше напрягали, — В общем… она больше не может ездить из Питера в Москву, чтобы сдать одну папку документов и уехать обратно. Да и я скучаю по ней. Я знаю ты меня поймёшь… — Дима вновь сделал мучительной для обоих паузу и выпалил словно зачётный текст, — Я переезжаю с Москву… А вот сейчас не смешно. Антону уже давно не смешно. Но сейчас это конкретный пиздец. Человек, с которым он провёл большую часть того времени, которое мог проводить где-то в подворотне или на улице, сейчас просто уедет. А будут ли они общаться после? А будут ли вообще теми же двумя придурками? Останется ли легендой одна высокая и худая палка, в паре с классическим по телосложению, но низким ростом парнем? Голова Антона уже забита подобными мыслями и вопросами. Он в этом завис. Тонет как в болоте. В болоте жутких и гнетущих ожиданий. Ведь у всех свои ожидания. Конкретно у Шаста это ожидание полного пиздеца. Ну, а что ему остаётся? Верить в то, что всё будет хорошо? Пф-ф он не настолько наивен. Шатен и не заметил, как Дима уже переместился к нему на диван, и сидел теперь рядом чуть обнимая друга. Из хвойных юноши не лились слёзы. Наоборот хвойный лес срубили, и теперь там пустое поле, но оттенки бывалой травы всё ещё мелькают в том пейзаже. Однако также в них есть и толика страха. Да. Он боится. Боится остаться один. Боится, что их с Позом общение прекратится. Боится, что в следующий раз его могут не спасти. Боится того, что Дима будет винить себя, если с ним что-то случится. В общем всего боится. Ссыкло этот Шастун. — Когда? — не произнося ничего лишнего, спросил Антон. — Две недели. — также кратко отвечает брюнет. Они молчат. Каждый думает о своём. Конкретно Дима, только сейчас начинает осознавать то, насколько им будет сложно поодаль. Спустя минут десять молчания шатен отмирает. — Скоро Поля придёт. Давай разойдёмся уже, брат? — с некой мольбой в глазах, попросил Шастун, так как им обоим надо побыть в одиночестве, а шатену нужно всё переосмыслить. Позу тоже это идея нравится намного больше, чем просто сидеть и смотреть в пол, уходя в свои мысли. — Да, наверное. Тош, пожалуйста не думай, что я тебя оставляю. Ты и без меня справишься. Я Попова за рога протяну, чтобы он за тобой тут приглядывал. — серьёзно уверял Позов, а шатену такая инициатива не понравилась от слова совсем. — Не-е-е-е-е-е… такого добра мне не надо, спасибо. — тянул Тоха, провожая до двери друга. Как только дверь захлопнулась Антон не выдержал. Как в самых нелепых сериалах, парень приспускается по стене на пол в коридоре, и чувствует, насколько же он опустошён изнутри. Учебный год начался недавно, а он уже похож на сборник проблем, состоящий из сотни томов. Это если не считать того, сколько у него долгов. Парень даже не может вспомнить, когда в последний раз делал домашнее задание. Конечно, ему это не нужно от слова совсем, но вот его оценки, которые будут выходить в конце четверти, окажутся юноше поперёк горла. Знаем, проходили уже. Годы идут, ничего не меняется, кроме количества проблем. Однако школа — последнее, что волнует Шастуна. Помимо всего дерьма, которое таится внутри парня, у него всё равно немало и поверхностных проблем. Под словом «поверхностных», можно подразумевать, что всё то, с чего начинается его первый том на эти несколько месяцев — это Гриша. Определённо. После него тревоги Антона, словно снежный ком — становились лишь больше. После этого несчастного алкаша, он стал чувствовать необъяснимую симпатию к преподавателю, который совершенно не давал для этого повода. Спойлер: симпатия затянулась, а покоя ему не даёт всё больше. Оксана, которая переехала и теперь у неё кажется всё реально налаживается. И это неплохо. Это отлично! Но лишь у Антона Шастуна ничего не меняется. Он также скуривает по пачке за два дня, и это если растягивать удовольствие, а не докуриваться до потери сознания, как это делает Шаст. Вот кто-то бухает беспросветно, а он дымит как паровоз. Разница совсем небольшая, а грань ещё меньше. Да и соблазн велик. С каждым днём Антон чувствует, что к его многочисленным проблем добавляется всё больше и больше геморроя. Он чувствует, что не справляется с этим, а мысли о том, чтобы пойти в ванную и достать лезвия, посещают его всё чаще и чаще. Шастун не знает, кем он будет в будущем, на кого будет учиться, как сложится его жизнь и доживёт ли он вообще до одиннадцатого класса. не то что до выпускного. Все его мысли сходятся на том, что будет дальше. Как жить и что делать потом? Вот так любая новость или плохая мысль становится глобальным потоком в его голове.

***

Поднимается Арсений с трудом. Пятница. Вставать вообще никакого желания. Хотя когда оно было? Разве кто-то горит желанием идти на работу в пятницу. Скорее нет, чем да. Наконец заставив себя подняться с уютной кровати, он пошёл в сторону ванной комнаты, где проведёт около часа за водными процедурами. Отражение в зеркале по утрам радует наверное только самовлюбленных индюков. И нет Арсений совершенно не такой. Если бы он так любил себя, то какой смысл бы имели его огромный стильный гардероб и множество часов проведённых за примеркой этой одежды? Покончив с душем и остальными ритуалами в ванной, он заварил свой излюбленный кофе, чтобы с чашкой приятного напитка выбирать сегодняшний образ. Казалось бы ради кого там наряжаться? Но ведь несмотря на то, что он работает в школе, это не мешает ему надевать любимую одежду. Например, ту в которой ему комфортно и удобно несмотря на её красоту и изящность. Сегодня выбор пал на чёрную рубашку и такого же оттенка брюки. Попов заправил эту рубашку в брюки, на которых также был ремень с увесистой железной бляхой. Образ явно удался. Именно с этими мыслями Арсений отправился на работу.

***

Сегодня у Шастуна точно плохой день. Ну, во-первых, настроение парня оставляет желать лучшего, а во-вторых он несколько раз упал и это только дома. Страшно подумать что было на улице. И ведь там всё и вправду намного хуже. Шастун чуть не сломал ногу пока, пытался на ходу поджечь сигарету. Это и заставило его бросить идею делать всё на ходу. Лучше он опоздает чем, сломает ногу. Хотя полежать месяц в больнице Антон совершенно не против. — Здорова! — закричал Димка, увидев докуривающего друга недалеко от ворот школы. — Привет, Поз. — сухо ответил Антон, так как ближе к фильтру сигарета отдавала горечью, а настроение оставляло желать лучшего как и говорилось ранее. — Тю, а что у нас с настроением? — спросил явно не настроенный на уныние Позов. — А че радоваться? Чуть не убился с утра. При чём не раз, и не два, а всё сто я думаю. Плюс ещё ты со своим переездом. Чудо, а не жизнь блять! — излил свою тираду Шаст. — Не горюй, голубка моя! Сегодня же общага. Насмотришься на Попова своего и жить захочется! — всё ещё оптимистично отзывался Дима. — Да хуй там плавал. Я его видеть не могу. Хотя нет. Теоретически могу, но я же блять им любуюсь как семиклассница влюблённая! По твоим словам между прочим. — сказал Антон, а после выкинул окурок в мусорку и отправился в сторону главного входа в школу. Обществознание как раз стояло вторым уроком. Честно говоря, Антон и не против полюбоваться преподавателем, но есть ещё какая-то совесть у парня. Она-то и не даёт ему сидеть и просто пялиться на него. Какому учителю было бы приятно такое внимание? По мнению Шастуна: ни одному. Тем более, что Попов не кажется растлителем малолеток. После недолго разговоров друзья направились к кабинету литературы которая была первой. С небольшим опозданием они зашли в кабинет и синхронно раскрыли свои рты от удивления. За учительским столом сидел никто иной как Павел Алексеевич. Тот самый Добровольский. Директор. — Ну и чего вы там встали, а? Опоздали и теперь как дятлы стоят в дверях. Заходите уже! — немного раздражённо призвал Добровольский, обращаясь то к классу, то к самим парням. — Извините, Павел Алексеич! — одновременно протараторили друзья и ретировались к своим партам, чтобы поспать или реально поработать на уроке, но отдельно, ибо иногда хочется посидеть в гордом одиночестве. — Итак... — начал мужчина подходя к доске и написал на ней число своим каллиграфическим почерком, — Ольга Владимировна уволилась, поэтому терпите меня как минимум месяц. Не меньше! — обрадовал весь класс Павел Алексеевич. А обрадовал только потому, что кажется ближайший месяц на русском языке и литературе ученики будут получать настоящие знания, а не тот бред и истории из личной жизни бывшей учительницы, — Как-то часто у нас учителя стали уходить... Ну и поделом им за то, что оставляют меня с таким бременем! Правильно? Правильно. Всё поехали. — как и всегда позитивно провёл свой монолог Добровольский и наконец начал урок.

***

— Ахуеть... — всё что мог сказать Антон увидев то, как сегодня выглядит его молодой учитель истории и обществознания. — Ну и хули он так оделся? Бля-я-я... Вот это профиль... Я бы его нарисовал. Не. Ну нахер. — активно размышлял Антон. — Ты че? — спросил Поз, услышав нецензурное удивление друга, а после глянул на преподавателя и тут же выдал, — А-а-а-а... Ну ты крепись, Антош. Красивый мужик согласен. — подливал масло в огонь Дима. — Пиздец... — вновь красноречиво отозвался Шастун. — Так-с-с... Всех приветствую. Сегодня вы должны были устно подготовить ответы на вопросы под двадцатым параграфом. Надеюсь учебник хоть кто-нибудь открывал. — начал мужчина и оглядел класс, — Все сегодня? Или кто-то филонит? — пока единицы в классе отвечли кого сегодня нет Антон судорожно искал ответы на вопросы. Хотя изначально оторваться от рассматривания мужчины было просто невозможно. — Итак... на первый вопрос отвечает Шастун. А вопрос такой: Как защитить свои права? — определился, а после назвал вопрос Арсений ехидно смотря на парня, которого ошарашил в прямом смысле этого слова. Парень встаёт со своего места под поддерживающий шёпот Димы и ещё раз перечитывает вопрос в учебнике, чтобы сосредоточиться.