В плену твоих когтей

      Пока поиски той самой девушки, которая должна была подтвердить слова Кея или же наоборот опровергнуть их, шли полным ходом, Чонгук и Хосок вернулись обратно домой в не самом лучшем расположении духа. Вся эта ситуация стала лишь очередной головной болью, прибавляясь к тем, которых сейчас было и так выше крыши. Все шло совсем не так, как хотелось бы, а каждый новый шаг не помогал, а делал ситуацию только еще хуже. Нервы, которых и так уже практически не осталось, были накалены до предела.       Плюхнувшись на диван, Чонгук откинул голову на спинку и прикрыл глаза. Все это вымотало его настолько, что хотелось просто пойти и разнести всех, кто хоть немного связан со всей этой до невозможности запутанной историей. И хуже всего во всей этой ситуации было то, что Чимин был неким центром всех событий. Любой неверный шаг мог сломать парня, разрушить изнутри, не оставив от него и следа. Но Чонгук даже думать о таком не хотел, потому что Чимин был тем, кого хотелось уберечь от всего ужаса, который так и крутился возле него.       Хосок, который и без слов прекрасно понимал, какие мысли сейчас терзали его друга, присел рядом, положив руку на плечо в знак поддержки. Возможно, другие сказали бы, что Чонгук стал сам на себя не похож. Что стал слишком мягким и поддался каким-то там чувствам, которые губят его все сильнее и сильнее. Но Хосок послал бы их всех, потому что Чонгук все еще может разнести половину района в одиночку, если того потребует ситуация, а вот конченым ублюдком, которым его привыкли все считать, он никогда и не был. Его друг просто всегда жил идеями, которые заложил в него отец, но где-то глубоко внутри он тоже жаждал стать свободным и любимым. Нет, конечно, было множество моментов, когда даже Хосок боялся приближаться к нему, потому что не хотел бы получить по лицу, но он всегда знал, что Чонгук не перейдет черту. Их дружба никогда не была примером для подражания, и, возможно, была даже односторонней, но они бы умерли друг за друга, если бы того потребовала ситуация. На самом деле, им предстоит еще многое обсудить и многое понять для себя, прежде чем Чонгук сможет с полной уверенностью сказать, что они настоящие друзья, в то время, как для Хосока он уже стал даже не другом, а самым настоящим братом. Но все это произойдет уже после того, как они разберутся с тем, что творится сейчас.       —Что ты собираешься делать? — спокойно произнес Хосок, получая в ответ тяжелый вздох.       —Я не знаю, — он зарылся пальцами в свои волосы, слегка оттягивая пряди. — Знаешь, хочется, как в старые времена взять пушку и снести головы им всем, но я понимаю, что сейчас все иначе. Сейчас все совсем не так, как тогда, когда я шел по головам к своей вершине, — и Хосоку даже не нужно было спрашивать, почему теперь им нужно быть осторожнее, потому что ответ был и так понятен. Все дело в Чимине. В парне, который затронул ту часть души Чонгука, которая все это время пряталась в тени главаря банды. — И я знаю, что простое убийство Джейка не приведет ни к чему хорошему, иначе сделал бы это еще тогда, когда встретил его впервые.       —Это из-за них? — Чонгук кивнул головой, подтверждая догадки друга. — Я вообще не понимаю, как этот ублюдок смог вступить в союз “Теней”. Они же никогда не связывались с подобного рода людьми. Зачем им нужен он?       —Мы многого не знаем, Хосок. Именно поэтому, чтобы избавиться от Джейка, нам нужны веские доказательства того, что он нарушил правила. А доказать все это чертовски сложно.       —Это те данные, которые достал Чимин?       —Да, но там не оказалось того, что мне было нужно. Джейк хоть и псих, но он гораздо умнее, чем мы думаем. Уж не знаю, как так получилось, что он стал частью союза, но это значительно усложняет нам задачу, — он выпустил нервный смешок, выпрямляясь. — Наша жизнь всегда была такой или мы только сейчас залезли в такую задницу?       —Да брось, — с улыбкой произнес Хосок. — В любом случае, это не хуже, чем тот раз, когда ты в шестнадцать лет решил покрасить волосы в радужный, — он встряхнул головой, получая тычок в бок и тихий смех.       —Пошел ты! — шутливо начал возмущаться Чонгук, немного расслабляясь. — Это все еще лучше, чем тот раз, когда ты пьяный пошел в тату салон, чтобы подкатить к Лисе, но получил по лицу тем самым букетом из презервативов, который притащил с собой. Еще и эта твоя фразочка: не хочешь попробовать мой цветочек?       —Во-первых, она была чертовски горячей, а во-вторых, ты обещал это не вспоминать! — воскликнул Хосок, бросая в смеющегося друга одну из подушек, лежащих рядом. Да, у них не идеальная дружба, но даже им есть, что вспомнить, чтобы разрядить слишком напряженную атмосферу. У них тоже были хоть и весьма редкие, но забавные моменты жизни. Они жили не только вечными перестрелками, но и позволяли себе хоть на время стать простыми парнями. И пусть таких воспоминаний будет не больше десяти, но они тоже очень ценны. — Чонгук, — начал он после их небольшой “драки”, — мы со всем справимся, слышишь?       —Знаю, — кивая, ответил он. Однако сейчас его больше всего терзало даже не то, что им предстоит тяжелая битва, а правда, которую ему нужно было рассказать Чимину.       —Ты должен ему рассказать, — Хосок уже по выражению лица друга понял, о чем тот сейчас так напряженно думал.       —Как я могу это сделать? Он и так разбит изнутри из-за смерти близкого человека, а я сейчас еще и должен запачкать единственные светлые воспоминания, которые у него остались? Кому вообще нужна эта правда?       —Чимину, — и Чонгук прекрасно понимал, что друг прав. Но стоило ему лишь представить эти глаза, которые наполнятся невыносимой болью и еще большей ненавистью, как сердце обливалось кровью.       —Я не хочу ничего ему рассказывать, Хосок. Ему будет больно, понимаешь? — на секунду он даже поймал себя на мысли, что следует Чимина просто запереть и решить все самому. Следует настроить его против себя, оттолкнуть и вернуть в тот мир, в котором этот парень жил до их злосчастной встречи. Может, если он поступит именно так, если вычеркнет себя из его жизни, избавится от всех врагов и сделает себя единственным злодеем, то Чимину будет гораздо легче, чем, если он узнает правду, которая может стать последней каплей во всем этом океане боли. Он бы и рад так поступить, но не мог. Не мог из-за собственных ощущений. Он уже попробовал на вкус это приятное чувство, это тепло, терять которое он не собирался. Пусть его называют эгоистом или самым настоящим ублюдком, но он Чимина не отдаст никому. Будет крепко прижимать его к своей груди и продолжать защищать до тех пор, пока он сам не решит уйти. — Мы должны что-то придумать, чтобы отгородить его от всего этого. Он не должен узнать правду о Джи Хуне.       —Какую правду? — оба парня вздрогнули, поворачиваясь в ту сторону, откуда доносился голос. Чимин стоял неподалеку, нахмурив брови.       —Как много ты слышал? — громко сглотнув, поинтересовался Чонгук.       —Достаточно, — холодно ответил он, подходя ближе. — Так и какую правду ты, мистер “я все решу сам”, решил от меня скрыть? — Чонгук поднялся со своего места, потирая вспотевшие от напряжения ладошки о штаны. Он впервые чувствовал себя загнанным в угол зверем, понимая, что это тупик. — Если ты попробуешь мне соврать, клянусь, я сбегу отсюда и ты больше никогда меня не увидишь, — и, судя по тону его голоса и выражению лица, говорил он серьезно.       —Чимин, я не хочу делать тебе больно, — Пак обошел диван, останавливаясь всего в шаге от Чонгука.       —Зато я сейчас очень сильно хочу сделать тебе больно, — он крепко сжал кулаки, одаривая Чона злобным взглядом, позволяя понять, что это не шутки. Чимин, действительно, хотел проехаться по его лицу, потому что ему надоело, что каждый считал его каким-то слабым мальчишкой, который сломается под натиском очередного камня, брошенного в него. — Неужели после всего, что было, ты считаешь меня слабаком?! Чонгук, я думал, что ты не такой, а теперь выясняется, что и ты считаешь меня ниже себя?!       —Прекрати! — выкрикнул Чонгук, понимая, что все сейчас идет вообще в неправильном направлении. — Ты даже не представляешь, каким человеком я тебя вижу и насколько важным ты являешься для меня. Не думай, что я ставлю себя выше. Я просто не хочу ранить тебя, — он взял Чимина за руку, утягивая в крепкие объятия. — Детка, ты уверен, что готов услышать правду, даже если она будет больнее, чем все, что ты успел пережить? — Пак быстро кивнул, отстраняясь. — Хорошо, — на выдохе произнес он, чмокая парня в губы. — Это еще не подтвержденная информация, но… — он замолчал, все еще не в силах произнести те слова, которые были хуже кинжала, воткнутого в сердце.       —Твой учитель когда-то был наемником, а его школа лишь прикрытие для продажи детей сирот, — на одном дыхании выпалил Хосок, беря на себя роль “злодея”. Чимин резко повернулся, выпутываясь из объятий.       —Ч-что? — заикаясь, произнес он, не веря в то, что только что услышал. Это не могло быть правдой, но то, какими печальными и виноватыми выглядели оба парня, говорило об обратном. — К-как такое…       —Он также сотрудничал с Джейком, — продолжил Чонгук, окончательно выбивая почву из под ног Чимина.       —Это не правда, — он схватился за голову, покачивая ей из стороны в сторону. Все это было больше похоже на бред сумасшедшего, чем на реальность.       Его учитель всегда был для него самым настоящим ангелом. Он спас ему жизнь, вытащил из этой тьмы, помог встать на ноги. Разве мог этот человек так поступать с людьми? Разве мог он так поступить с Чимином? Нет. Тут явно должна быть какая-то ошибка. Они просто оба ошибаются, или их обвели вокруг пальца. Но в памяти невольно всплыл один кусочек из прошлого, который заставил Чимина застыть на месте с широко раскрытыми глазами.       —Что? — взволнованно произнес Чонгук, наблюдая за побледневшим парнем. — Ты что-то вспомнил?       —Эти глаза, — прошептал Чимин, стирая дрожащей рукой первую скатившуюся слезу. — Я видел их всего раз. В тот день я немного задержался в зале, потому что хотел улучшить некоторые движения. Когда я закончил, решил заскочить к учителю, но остановился возле кабинета из-за доносящихся оттуда голосов. Я не хотел мешать, но любопытство пересилило меня, поэтому я заглянул в слегка приоткрытую дверь, натыкаясь на два горящих глаза. Когда я понял, что меня раскрыли, я убежал. Я н-не уверен, но, похоже, это был Джейк. На самом деле, я еще в нашу встречу в его доме узнал их, но мозг просто вычеркнул эту незначительную деталь из моей памяти. Но с-сейчас, — а что если это правда? Что если они обсуждали в тот день свои дела? Он повернулся к Чонгуку, в поисках поддержки. Неужели все эти годы он действительно жил во лжи. — Я не хочу в это верить, — все также тихо продолжил он, утыкаясь в грудь Чона, который оставил невесомый поцелуй на его макушке.       —Все это еще не точная информация. Я узнал это от одного человека, доверять которому не стоит, но все же проверить нужно. Он сказал, что у вас училась какая-то девочка, которая все узнала, поэтому вовремя сбежала оттуда. Она попала туда случайно и была единственной, у кого были родители. Мои люди сейчас ищут ее, но пока нет никаких результатов. Боюсь, она единственная, кто может пролить свет на всю эту историю.       —Это Мелисса, — он поднял голову, положив руки Чонгуку на плечи. — Мы немного общались с ней, поэтому я знаю, что она была не из детдома. Она, действительно, исчезла как-то внезапно, не сказав ни слова о причинах своего резкого отъезда. Я тогда подумал, что у нее какие-то проблемы в семье, потому что она часто говорила о том, что у нее слишком строгие родители и многое ей запрещают. Она и на эти занятия то ходила тайком от них.       —А ты, случайно, не знаешь, как мы можем ее найти? — вероятность, конечно, была низкой, но спросить все же стоило.       —Если бы это не касалось моего отца, то я попросил бы награду за такую важную информацию, — с улыбкой на лице и грустью в голосе, произнес он. Чонгук чувствовал, как Чимину тяжело, как он пытается сохранить спокойствие, которого уже практически не осталось, и восхищался им еще сильнее. Этот человек достоин даже большего, чем Чон мог ему предложить.       —Пусть ты и не просишь награду, но я хочу подарить тебе это.       Он медленно приблизился к Чимину, вовлекая его в сладкий поцелуй, слегка покусывая нижнюю губу парня, наслаждаясь этой маленькой близостью. Его руки аккуратно опустились на упругие ягодицы, слегка сжимая их в своих руках. Тихий стон слетел с пухлых губ, отдаваясь вибрацией по их телам через поцелуй. И они могли бы продолжить их маленькую игру, если бы не одно но:       —Я , конечно, все понимаю, у вас любовь, и члены на ширинки давят, но я все еще тут, — прервал их Хосок, которому уже стало неловко наблюдать за всем этим.       —Не завидуй, — хмыкнув, ответил Чонгук.       Чимин хихикнул, глядя на Чона с некой дерзостью. В его глазах плясали черти, пока на самом дне разрождался настоящий огонь из боли и отчаяния. Но он держался, потому что знал, что раскисать нельзя ни в коем разе. Тем более, Чонгук сам сказал, что это не точная информация. И хоть он уже прекрасно понимал, чем в итоге все это закончится, он старался не поддаваться эмоциям, чтобы не потонуть во всем этом.       —Сначала найдем Мелиссу, а потом я покажу тебе, какой когтистой сучкой я могу быть, Гуки, — проведя языком по нижней губе, произнес он, слегка дотрагиваясь пальцами до немного возбужденного члена Чона. — А сейчас мой мужчина должен помочь мне найти правду.       На секунду Чонгук даже забыл, как дышать. “Мой мужчина”. Этих слов было достаточно для того, чтобы он забыл обо всем на свете. Да, не только Чимин принадлежал ему, но и он сам давно стал целиком и полностью его человеком. Они не были в отношениях, не произносили слов любви, но уже оба понимали, что их судьбы переплетены настолько, что разорвать эту связь не сможет никто и никогда.