Остров волков

В воскресенье утром солнце остаётся на небе греть мокрый после дождя остров. Усадьба Мин сегодня убрана, приведена в порядок и находится в предвкушении, ведь вожак наконец-то должен покинуть больницу и вернуться домой. Юнги этот день в красный кружок отметил. С самого утра всех контролирует, каждый уголок главного дома проверяет и внутреннего волка просит успокоиться. Он так рад выздоровлению Таро! Волчонок обещает себе быть немного сдержанным, когда машина останавливается возле больницы. Однако все правила приличия с треском ломаются. Юнги первым покидает салон автомобиля и заключает в объятия брата, который только-только перешагнул порог больницы. Он с удовольствием слушает болтовню младшего, поправляет его рыжие пряди и всю дорогу домой сидит молча. Юнги ближе к брату прижимается, крепко-крепко обнимает его, задаёт кучу вопросов и сам находит ответы на них. — Мы все скучали по тебе, — шепчет, когда они наконец-то приезжают домой, в усадьбу. Таро замораживает взгляд на волчатах, которые радостно машут ручками вожаку и Юнги, а внутренний волк голову стыдливо отворачивает. Если он поставил жизни волчат из его стаи под угрозу, то какой из него тогда вожак? — Врач сказал, что тебе нужен покой, поэтому я тебя из усадьбы не выпущу, — грозится омега, когда они идут по красивой каменной дорожке, а дети резвятся в нескольких метрах от них, — ну, хотя бы до того момента, пока ты не восстановишь свои силы. — Я в порядке. — А вот и нет! Я твой брат и мне видней! Таро улыбку не сдерживает, когда младший брат гордо голову задирает, считая, что действительно сможет остановить его. Нет, стая слишком долго находилась без вожака, ему нужно как можно скорей вернуться к работе. Только вот желание побыть в тишине возрастает, когда он остаётся наедине в своём кабинете. Закрывает глаза, садится за рабочий стол и не чувствует желания работать. Сил нет. Может быть, ему действительно нужно взять ещё пару деньков для полного восстановления? — Таро? Волчонок отлучился к волчатам, но вернувшись, не обнаружил брата в гостиной. Конечно же, он первым делом побежал проверять кабинет брата. Теперь Юнги стоит в дверном проёме, не понимая, как же Таро отдохнуть заставить. — Прошу тебя, возьми передышку. Я хочу видеть тебя здоровым и счастливым. — Юнги, ты не понимаешь, — устало выдыхает и начинает объяснять, как маленькому ребёнку. — Я должен решить все проблемы, которые возникли в период моего отсутствия, иначе их станет ещё больше. Я больше никогда не подвергну риску свою стаю. — Тогда, по-твоему, мы должны остаться без вожака, потому что нагрузки ты точно не выдержишь и вернёшься в больницу, — приближается и обхватывает лицо брата ладонями. — Хотя бы денёк проведи дома, прошу тебя. Ты итак очень сильно обидел меня, обманывая и игнорируя. Проведи завтра день со мной. К тому же, я пригласил одного хорошего друга на ужин. Прошу тебя. Таро с тяжёлым вздохом соглашается и оставляет поцелуй на щеке счастливого брата.

***

Так вожак стаи Мин проводит следующий день в объятиях младшего. В больнице альфа успел переосмыслить свою деятельность и сейчас, наблюдая за мельтешащим на кухне братом, готов когти себе вырвать. Как он посмел жизнь родного человека под угрозу поставить? Он бы всё то время, когда наивно пытался власть над островом в свои лапы взять, мог быть рядом с Юнги и стать причиной его домашней улыбки. Удивительно, как за такой короткий промежуток времени младший сменил свой стиль, отдав предпочтение классической и дорогой одежде. Волчонок выглядит восхитительно в ней. Таро несколько раз за день хвалит его и готов снова сделать это, но Юнги оборачивается и недовольно глазками зыркает. — Наш гость должен прийти с минуту на минуту, а ты всё ещё не одет! — замечает домашнюю одежду на брате и возмущениями давится. — Не злись, это дело пяти минут, — лениво поднимается с кресла. — Дело пяти минут, да быть такого не может, — недовольно бурчит и поправляет салфетки на столе, а потом проверяет индейку в духовке, которая вот-вот должна оказаться на праздничном столе. Таро покидает первый этаж, когда на телефон омеги приходит сообщение. Юнги радуется, думает, что наконец-то гость приехал, но это всего лишь вновь его альфа страдает. Он же сказал ему, что несколько дней будет занят, а Чонгук с горем пополам понял свою пару и пообещал умерить свой пыл. Однако продолжает омеге по несколько раз в день писать. Юнги отвечает время от времени и радуется, что альфа не присылает ему подарки. В комнате уже нет ни одного свободного местечка: всё в цветах и украшениях. Юнги теперь тёплые чувства под сердцем носит, поскольку всю его защитную броню с треском разбили в особняке стаи Чон. Губами. Проникли в сердце и одурманили внутреннего волка. Омега солжёт, если скажет, что не хочет вновь в руках своего альфы спрятаться. Хочет и ещё как хочет! Чонгук оказался не таким жутким чёрным волком, а чутким и внимательным партнёром. Конечно, лапы часто распускает, но ничего с этим омега поделать не может. Ему хочется вновь целоваться со своим альфой, дозу любви получать, однако брат важнее. Ещё денёк-два и они точно встретятся. Это точно. Однако Чонгук дождаться этого момента не может. Волчонок раззадорил его, попробовать себя позволил и на чувства чёрного волка ответил взаимностью. Чон-альфа-дурак: «Мне жизненно необходимо увидеть тебя». Вы: «Прошу тебя, потерпи». Чон-альфа-дурак: «Один день. А потом я украду тебя». Юнги в ответ присылает недовольные смайлики и, заблокировав телефон, слышит шум в прихожей. Он спину выпрямляет и перестаёт дышать, когда видит на пороге Сато Ами. Любимого писателя с букетом в руках, лёгкой улыбкой и заплетёнными в косу волосами цвета солнца. Невероятно красивый. Юнги даже слово произнести не может, только кивает и глазками хлопает. Ами благодарит его за приглашение, которое он с удовольствием принял, хотя после ночи в Ла-Корунья с друзьями единственное желание — лечь дома и не вставать. К счастью, обижать милого фаната он не захотел, поэтому сквозь головную боль приехал в особняк стаи Мин. — Т-ты очень красиво выглядишь, — неуверенно произносит и букет принимает. — Правда? Спасибо, — Ами оборачивается и видит вожака стаи Мин, потому сразу же делает уважительный поклон. Вечер проходит, к сожалению или к радости, совсем не так, как планировал Юнги. Он сидит и молчит, наблюдая за протекающим, как мёд, разговором брата и любимого писателя. Они не затыкаются ни на секунду, по щелчку пальцев находят тему для разговора, а потом с икрящимися глазами Ами шутит, а Таро сдержанно смеётся. Юнги чуть соком не подавился, когда проследил в словах брата флирт. Ещё чуть-чуть и он точно почву под ногами потеряет, поэтому хватает телефон и под столом открывает чат со своим альфой. Там целая вереница из «скучаю», «не ответишь — покусаю» и «по твоим бёдрам скучаю». Он вспыхивает, недовольные смайлики отсылает и тут же ответ получает. Чон-дурак-альфа: «Юнги». Волчонок молчит и губу задумчиво кусает. Вы: «Потерпи ещё чуть-чуть». В это время чёрный волк, который только-только от работы освободился, на спинку кресла откидывается и тяжело вздыхает. Внутренний зверь рыком отзывается, требуя свою пару увидеть, а Чонгук шикает на него. Хочется прикоснуться к нему, вновь розоватые губы попробовать и талию ладонями обхватить, но нужно подождать. Юнги будто на выдержку его проверяет, и альфа выиграет. А в качестве награды вновь голодного внутреннего волка выпустит. — …тогда бы у моего друга всё получилось, но не судьба, — слышит обрывок разговора. — А вот вашего Юнги я бы за семью замками охранял. Мало ли, чёрные волки украдут. Опьяневший Ами яркие глазки за бокалом прячет. Юнги возмущённо поднимает взгляд и начинает защищаться: — Это же всё слухи… — Да брось, все видели, как вы в каждом углу прячетесь, — хихикает. — Не было такого! — А вот и было! Таро облизывает губы и отпивает алкоголь. Месяц назад одно упоминание Чонгука его бы разозлило, но сейчас он спокоен. Только вина осталась, потому что Юнги стал разменной монетой из-за него. Таро поднимает голову, а взгляд застывает на идеальном профиле писателя. Ами шутливо спорит с омегой и бокал в руках вертит. Щёчки румяные из-за алкоголя, глаза — сияют. Красивый.

***

Юнги надевает красивую блузку, сверкает перед зеркалом ключицами и слышит, как волчата под лучами утреннего солнца во дворе играются. Где-то в гостиной ходит чем-то взбудораженный Таро. Сегодня он приступает к работе после нескольких дней восстановления. Очевидно, что вновь альфа на какое-то время с поля зрения пропадёт, что не может не тревожить его младшего брата. Ночью омега долго думал и пришёл к выводу, что пора прекратить игнорировать существование учёбы и начать посещать университет, как обычный студент на острове. Статус члена влиятельной стаи позволяет закрывать глаза ректору на большое количество прогулов, но с этого дня Юнги решает усердно учиться и получить диплом своими силами, а не влиянием брата. Только вот уже на первой паре всё желание улетучивается. Прямо как воздушный шарик за окном, за которым омега наблюдал весь час. Ко второй паре он уже готов о стенку биться. Скучно, неинтересно и жутко. Объёмные вычисления, быстрые лекции и пристальные взгляды однокурсников будто шептали ему: «Брось всё, отдохни где-нибудь, зачем тебе эта учёба?». Потому к одиннадцати часам утра возле университета останавливается дорогой автомобиль. Юнги радостно занимает место на переднем сидении, кладёт рюкзак на заднее и только хочет сказать, насколько сильно он скучал, как его щёки обхватывают, а губы атакуют. Чонгук, как только получил просьбу омеги приехать, чуть не лишился слуха из-за скулящего от радости внутреннего волка. Он облизывал губы всю дорогу, думал, что точно от радости волчонка к себе наручниками зафиксирует. Только бы больше не расставаться. Он кусает поочерёдно нижнюю и верхнюю губу и кровь на языке чувствует, отчего довольно порыкивает. Его пара наконец-то рядом. Волчонок неумело отвечает, не препятствует горячим ладоням, скользящим по телу вниз — к талии. Дыхание сбивается, когда Чонгук резко сажает его на свои бёдра. Альфа в поцелуй хитро улыбается, мягкие бёдра сжимает и слышит тихий стон. Вот так его день должен был начаться. Юнги недовольно мычит, когда неконтролируемые лапы пробираются под его рубашку. Вздрагивает и отстраняется, когда к его соскам горячие пальцы прикасаются. Он только хочет высказать все возмущения, но губы альфы находят ещё одно идеальное место для мокрых поцелуев — шею. Юнги скулёж из-за переполняющих чувств изо всех сил сдерживает. В спину упирается руль автомобиля, напоминает, где они находятся и что их может кто-то увидеть, и эта мысль резко пронизывает волчонка. — Я скучал, очень скучал, — шепчет, как в бреду, Чонгук. Альфа рык не сдерживает, когда омега резко ускользает из его рук. Юнги ловко возвращается на своё место и дрожащими руками пытается поправить рубашку. Лицо горит, а внутренний волк довольно развалился, млея от присутствия альфы. Нужно взять себя в руки. Юнги поднимает голову и встречается с недовольным взглядом вожака, у которого вновь отняли самый сладкий подарок. Успокаивается, когда омега приближается и на несколько секунд поцелуй дарит, а после, спрятав лицо в крепкой шее альфы, шепчет: — Нас не должны увидеть. Давай спрячемся где-нибудь? — Как скажешь, — с горящим от желания стиснуть крохотного омегу в объятиях сердцем альфа соглашается, но сам вновь к чужим губам тянется. Автомобиль покидает территорию университета только через несколько минут.

***

Юнги открывает послушно ротик и получает маленький кусочек вишнёвого торта. Сладкий-сладкий. Мычит недовольно, когда к губам подносят снова кусочек на вилке, но под тихое журчание воды вновь губы раскрывает и позволяет накормить себя. Чонгук доволен. Они спрятались от всего мира в vip-комнате одного хорошего ресторана. Маленькое и замкнутое пространство позволяло волчонку свободно улыбаться и греться на коленках альфы. Приятное журчание декоративного водопада успокаивало. Юнги чуть даже не уснул, но блуждающие по телу лапы чёрного волка разбудили его. Он с недовольным бурчанием слез с коленок альфы и пристроился рядом. С Чонгуком тепло и хорошо. Однако он продолжает приставать к омеге. Сначала сладость с губ слижет, затем совершенно случайно ладонь на поясницу волчонка опустит. — Я наелся, — уворачивается от ещё одной порции. — Я бы хотел приготовить что-то подобное, но печь тортики не умею. — Ничего страшного, научишься, — прикрывает довольно глаза и зарывается носиком в рыжую копну волос. — Когда станешь моим мужем, будешь каждый день меня радовать. Юнги вздрагивает. Отчасти не из-за смелого заявления, а из-за лёгкого укуса на загривке. — Не понимаю, о чём ты говоришь. Я свободный омега и ничего никому не обещал, — выскальзывает из рук вожака и подходит к урчащему искусственному водопаду. Опускает ладонь, а вода быстро наказывает пальцы омеги, намочив их. На дне сверкают маленькие камушки, взгляд привлекают. Чонгук языком обводит клыки и взгляд на ягодицах омеги останавливает. Ему определённо нравится то, как быстро их отношения развиваются. Теперь Чонгук самый довольный волк на острове, ведь у него есть доступ к этим мягким щёчкам и очаровательным губам, если даже умолчать о слегка вредном характере омеги. Но ничего страшного. Это лишь добавляет ложку мёда в их отношения. Юнги глаза прикрывает, когда его талию обхватывают, к крепкой и накаченной груди прижимают. — Я бы защищал тебя от всех бед, если бы ты согласился обручиться со мной, — влажные поцелуи на одном участке шее, где должна быть пахучая железа, оставляет и сдерживает себя, чтобы не укусить. — Радовал бы каждый день и вырастил с тобой самых красивых волчат. В ответ омега вспыхивает и дар речи теряет. Даже внимания на руку, поглаживающую низ живота, не обращает. — Ты слишком торопишь события. Мы только начали встречаться, но ты уже строишь большие планы на нас, — разворачивается в руках лицом к альфе. — А что если у нас ничего не получится? — Природа выбрала нас. Иначе думать не смей, — хмурится из-за ответа своей пары. — Но я бы хотел как можно скорей видеть на твоём пальчике обручальное кольцо. — Откуда в тебе столько упрямства? — недовольно бурчит. Ответ на свой вопрос он прекрасно знает. По-другому бы Чонгук вожаком не стал. Альфа не отчаивается и предлагает волчонку вновь спрятаться в своей усадьбе вдвоём, но получает отказ. Капризный. Юнги понимает, что если Чонгук заманит его на свою территорию, то точно нескоро его дом покинет. — Это несправедливо. Я скучал по тебе, верно ждал, тут я должен условия ставить, — Юнги в ответ ухмыляется и в тёмные волчьи глаза заглядывает. — Тогда как насчёт приятного времяпровождения на моих коленках, пока я буду работать в офисе? — Чонгук поцелуй на носике омеги оставляет. Волчонок на носочки становится и к губам чёрного волка прикасается, будто извиняясь за отказ, а потом хмурится, когда непослушная ладонь альфы проникает под его штаны и обхватывает правую ягодицу. Идеально. Чонгук ухмыляется и думает, что всё равно оказался победителем.

***

Таро планирует покинуть усадьбу в десять часов вечера, чтобы успеть на планёрку в офисе. Он только застёгивает последнюю пуговицу на рубашке, как вдруг его короткий покой прерывает глава охраны. Альфа сжимает в руке рацию, а плотно сжатые губы говорят о том, что новости, которые он принёс с собой, отнюдь не хорошие. — Не томи, у меня мало времени, — подходит к окну, чтобы забрать папку с документами с подоконника, как вдруг замирает, увидев целую вереницу машин у ворот усадьбы. — Это волки Намджуна. Я понятия не имею, что им нужно, но они утверждают, что у них есть все основания пересечь нашу территорию. — Куда они хотят направиться? — Таро быстро находит номер знакомого альфы в телефоне. — Без моего согласия никого не пропускать. Я сейчас разберусь. — Они едут в горы. Таро долго ждёт, чтобы дозвониться до вожака стаи из Совета. За это время альфа успел перебрать много вариантов событий, но ни в одном он не был уверен. Он тоже понятия не имеет, что здесь забыли волки Намджуна. — Никого не пропускай. Я разберусь и позвоню тебе. Таро бросает трубку, поняв, что до вожака северных волков он не сможет дозвониться. Глава охраны кланяется и удаляется. Вслед за ним уверенным шагом уходит Таро. Голова с самого утра забивается беспокойствами. Если они хотят проехать к горам, значит, им нужны шахты. Однако разговор о пользовании шахт никогда не заходил, хотя, может быть, из-за аварии он мог что-то забыть. А что если это не так и договорённости не существует? Ему нужно срочно покрыть долги. Акции компании упали. Единственной дойной коровой может стать шахта, поэтому её сейчас никак нельзя терять. — Господин! Таро останавливается у выхода и оборачивается. Дуонг, покрасневший из-за чего-то, выглядит обеспокоенным. Взгляд вожака падает на папку, которую дворецкий сжимает в правой руке. — Пару минут назад пришла посылка на ваше имя. Таро тихо благодарит и забирает папку. В гостиной он раскрывает её и видит знакомое содержимое. Это все копии договоров, которые он подписал вместе с Намджуном несколько месяцев назад. Ничего не понимая, вожак быстро листает бумаги и останавливается на одном из пунктов. Он подведён ярким красным фломастером. «В случае расторжения контракта Мин Таро обязан передать все шахты, находящиеся на момент подписания договора на территории усадьбы стаи Мин, под контроль Ким Намджуну в кратчайшие сроки. Условие выполняется в независимости от причины расторжения контакта». Таро дочитывает до конца и закрывает глаза, сжимает в ладонях углы журнального столика, вдыхает витающий по дому запах младшего брата и видит перед глазами картину, на которой изображён крах его стаи. Чуть позже он отдаст приказ пропустить северных волков на территорию стаи, уедет в офис, где просидит до конца дня, не выполнив ни одну поставленную задачу. Внутренний волк замолчит, поскольку он понятия не имеет, как вытащить свою стаю из этого дерьма. А пока он останется в гостиной, прокручивая в голове один вопрос. Что вынудило его довериться главному лжецу и стратегу острова?