Остров волков

Пудель поднимается с мягкой роскошной лежанки, которую хозяин приобрёл с любовью за несколько сотен долларов на континенте, и довольно тянет лапки. Встряхнув хвостиком, он быстро бежит в сторону гостиной, смешно постукивая коготками о голый паркет. Пудель по имени Пушка даже не расстраивается, не увидев любимого хозяина. На диване цвета солнца в позе котёнка лежит тот, кто в тайне Пушке много вкусностей приносит. Если Тэ узнает, по чьей причине со стола мясо пропадает, по заднице получат оба. Чимин-и наложит ему еды больше, чем хозяин, поэтому Пушка готов вот-вот прыгнуть на грудь волка, только вот… — Вот ты где, маленький негодник. Тэ поднимает на руки собачку, ради которой готов все модные дома в щепки разнести, и оставляет поцелуй на влажном носике-кнопке. Пока он обменивается любезностями с Пушкой, собака печального взгляда с Чимина не сводит. Накрылась его идея. — Сейчас папочка тебя покормит, — целует его в животик и направляется на кухню Тэ. Однако проходя мимо лежащего трупиком омеги, он шлёпает его по заднице и только потом скрывается в просторной кухне. Чимин недовольно мычит и поднимается на локтях. Два дня в компании Тэхёна хорошо отразились на нём. Оба от бутылки вина не отлипали, плакали и былые времена вспоминали. Затем новые подарки судьбы разбирали. Именно тогда они пришли к выводу, что Чимин временно покинет Рентерию и поживёт в квартире друга. Вдвоём не так страшно переживать тяжёлый период. Молодой учитель умывается холодной водой в ванной и думает, стоит ли ему бросить свой дом и найти работу здесь, в благополучном городе на Бургосе. Однако отказывается от этих мыслей. В Рентерии находится его стая и похоронены в нескольких километрах от города его родители, здесь он провёл большую часть своей жизни и встретит её конец. Для такого верного волка, как Чимин, переезд будет рассматриваться как предательство. Вожак даже о его существовании не знает, никак осудить его не сможет, но омега сам себя за предательство уничтожит. Чимин заходит на кухню со смешанными чувствами. По квартире быстро распространяется аромат только-только приготовленного омлета. Качает головой уставившемуся на него огромными чёрными глазками пёсику. Рядом с ним миска, лучшим кормом заполненная, только вот он по-прежнему хочет кусочек свежего мяса, но хозяин, как назло, не разрешает. — Когда Ами ушёл? У меня все дни смешались, — бурчит Чимин и принимает тарелку с омлетом. — Выглядит аппетитно. — Вчера утром, — садится напротив Чимина за стол и поправляет неровно стоящую сахарницу. — Омега Чонгука пригласил его на ужин. Но не переживай, мы должны с ним пересечься в издательстве через час. Чимин расстраивается, услышав имя любимого вожака. Он уважает и боготворит его, готов за него глотку собеседнику, посмевшего оскорбить его, перегрызть. Однако надежду, которая родилась, когда к власти в Рентерии пришёл Кэтсу, с каждым днём становится всё труднее и труднее поддерживать. Как же он хочет, чтобы вожак узнал о происходящем в родном уголке острова. Как же он хочет, чтобы его родина процветала, а волки ходили по улицам без страха. Как же ему больно думать, что этого никогда не случится. Тэхён доливает чай другу и губы поджимает. Знает причину, почему Чимин-и резко погрустнел. Он молчит, своё мнение о Чонгуке при себе держит, чтобы друга не обидеть. Настоящий вожак бы про свою стаю не забыл. — Я могу познакомить тебя с Юнги. Очень милый волк. Вы точно подружитесь, — зыркает глазками Тэ и отпивает чай. — Две коротышки. Чимин заряжает пяткой по коленке Тэ и довольно проглатывает кусочек омлета под предсмертные вздохи Тэхёна. — Было бы неплохо. Только сначала мне нужно разобраться, что делать дальше. — Переезжай сюда, — пытается уговорить, вытащить друга из грязного и умирающего города. — Здесь большое количество возможностей, которых ты не найдёшь нигде. Найдёшь себе нормальную работу и создашь семью. Чимин взгляд отводит, недовольство проглатывает и произносит тихое «нет». — В любом случае, мы всегда будем ждать тебя здесь, — поднимается из-за стола и забирает пустые тарелки и кружки. — Сегодня выходит выпуск с Юнги, поэтому нам с Ами нужно быть в офисе в десять. Поедешь с нами? Пушка запрыгивает на коленки Чимина и, пока хозяин не видит, утаскивает печенье со стола. Чимин отказывается, обуславливая это тем, что не хочет быть лишним грузом. Тэхён не настаивает и уходит собираться. Он открывает нескромный гардероб, кладёт на кровать светлые брюки и белую рубашку. Он бы хотел надеть что-то тёмное, символизирующее его настроение, только вот социальная роль требует от него следовать моде, которую сам же диктует. Он уходит через десять минут, успев оставить поцелуй на влажном носике пса и шлёпнуть друга по заднице. Чимин остаётся один. День он планирует провести под тёплым одеялом и восстановить все часы, потраченные не на сон, а на работу. Однако только он закрывает глаза, как видит свой город. Хмурится, ворочается, перестать думать, что же он может сделать, не может. Он пытался поговорить с вожаком напрямую, писал ему письма, умолял в офисе пропустить его, но безрезультатно. Никто не хотел пропускать незнакомого омегу к вожаку. Чимин даже здесь оправдание ситуации нашёл: это всё ради безопасности Чонгука. Может быть, правда стоит воспользоваться возможностью и познакомиться с Юнги, а потом через него выйти на вожака? Чимин закусывает губу и встаёт на ноги, чтобы умыться холодной водой и заняться чем-то. Видимо, он не сможет уснуть. Чимин только хочет закрыть дверь в ванную, как вдруг слышит, как входная дверь открывается. Наверное, Тэ что-то забыл. Только вот запах лесного ореха, резко ударившего в нос, выбивает его из колеи. Пушка, мирно лежащий в гостиной, резко подрывается и с лаем бежит в коридор. Чимин окончательно понимает, что это не Тэ. Он быстро прижимается спиной к стенке ванной комнаты, будто это поможет ему скрыться, и задерживает дыхание. Он слышит шаги, определяет по запаху, как альфа проходит мимо комнаты и уходит дальше. Так как Чимин вчера выпил блокатор запаха, почувствовать его запах невозможно. Конечно, это мог быть водитель Тэхёна, который по просьбе начальника поднялся в квартиру за забытой вещью. Только вот внутренний волк дрожит и догадывается, что это далеко не так. К тому же, ему до сих пор кажется, что Кэтсу пытается избавиться от него. Нужно что-то делать. У этого волка ключи от квартиры, раз уж он смог без проблем открыть дверь, но если бы это был знакомый Тэ, северный волк бы обязательно предупредил. Чимин аккуратно выглядывает и, не увидев никого, делает шаг вперёд, чтобы найти что-то тяжёлое и опасное, как вдруг его, как щенка, за шкирку хватают. Чимин по мощным ладоням бьёт, шипит, но замолкает, когда его буквально в стенку швыряют. Жмурится и скулёж сдерживает, когда прикасается к ноющему из-за удара бедру. Чёртов альфа. Чимин наконец-то оборачивается, хочет прямо тут вцепиться в лицо этому нахалу, но замирает, зацепившись взглядом за пистолет в кобуре. — Оказывается, мой брат теперь трахает омег, — разочарованным голосом произносит Намджун. Чимин ненавидит, когда ругаются матом. Он отползает, когда незнакомец опускается на корточки. — Не переживай, я не трону тебя. Мне всего лишь нужны ответы на пару вопросов. — Я ничего не знаю, — Чимин всматривается в черты лица оборотня, пытаясь вспомнить, где же он его видел, а потом понимает. Этот альфа — брат Тэхёна. Высокомерный консервативный вожак. Именно из-за него его лучший друг переживал унижения. И теперь он здесь. Приехал, наверное, чтобы увидеть Тэхёна, в очередной раз смешать его с грязью, но обнаружил Чимина. — Ты же тот самый волк из Рентерии, за которого заступился мой брат, верно? — Намджун цокает, когда омега молчит. — Я рассчитывал поговорить с Тэхёном, но наткнулся на тебя. Значит, облегчил мне задачу. — Зачем он тебе? Хочешь опять самоутвердиться за его счёт? Не позволю! Они одновременно поднимаются на ноги, и оказывается, что Чимин на две головы ниже вожака северных волков. Однако всё равно уверенно смотрит в его глаза. Хочется высказать этому наглому вожаку всё, что он думает. Кто-то же должен это сделать. Намджун хмыкает и ладони в карманах офисных брюк прячет, когда оборотень складывает руки на груди и старательно прячет страх. Будто не он только что испуганно смотрел на кобуру. — Тэхён правильно сделал, что ушёл из стаи, вожак которой не может уважительно относится даже к собственному брату. Если ты пришёл сюда, чтобы насильно вернуть его в стаю, то напрасно, — крепко держится оборотень. — Он не уважает традиции собственной стаи, — наклоняется, чтобы между их лицами остались жалкие сантиметры. — Могу устроить тебе экскурсию по моей усадьбе. Даже покажу, где дерут таких омег, как ты. Оборотень вспыхивает. Он сам не знает, от смущения или от злости, но вовремя берёт себя в руки и отходит на шаг. — Как же это… Если ваши традиции позволяют так обращаться с омегами, то северные волки не заслуживают даже находиться на территории острова! А говорят ещё, что северные самые культурные и толерантные… — Мне нравится слышать такое от волка из стаи Чон. Ты точно из Рентерии? — переводит дух и успокаивает внутреннего волка, который разгневался из-за слов омеги. — Ты что-то хочешь сказать в сторону моей стаи? Чимин делает шаг вперёд, поскольку готов даже разодрать морду вожаку северных волков, только бы он ответил за свои мерзкие слова. — Мне не интересно говорить об этом. Я не хочу обращаться к Чонгуку, чтобы ты прекратил ошиваться рядом с моим братом и портить нашу репутацию, поэтому рассчитываю на твоё благоразумие. Иначе я насильно познакомлю тебя с традициями нашей стаи. Считай, наказание за оскорбление ты уже заработал, но я пока закрою на это глаза. Намджун последний раз осматривает медленно закипающего омегу, цепляется взглядом за маленькие ножки в жёлтых носочках и разворачивается, чтобы покинуть квартиру брата, как вдруг его за плечо разворачивают и казавшееся с виду милая ладошка омеги оставляет след на щеке альфы. Тишина. Намджун медленно прикасается к горящей от удара коже и просит прощения у матери, которая всегда учила его уважать и защищать омег, но после такого этот омега квартиру целым и невредимым не покинет. — Я не собираюсь терпеть такое обращение к себе, — намекает на открытую угрозу изнасилования. — Мой вожак голову тебе оторвёт, если ты прикоснёшься ко мне. — Твой вожак глупый и слабый волк, который может только кулаками махать. Он не в состоянии даже узнать, сколько денег исчезает прямо под его носом. Он пальцем не шевельнёт, если я прямо тут избавлюсь от тебя. Глаза Чимина приобретают янтарный оттенок, а на руках теперь сверкают когти. Северный волк замирает, поскольку оказывается под гипнозом красивых волчьих глаз, а его внутренний зверь начинает осознавать, кого он только что словесно задел. — Чонгук самый сильный волк, которого я знаю, — со всей силой толкает его в плечи Чимин. — Мой вожак в два раза культурней и сильнее тебя. В том, что вокруг него собрались крысы, он ни капли не виноват, — ещё один толчок, и альфа позволяет омеге толкать его к выходу. — Он обязательно узнает, что творит Кэтсу, и тогда ты возьмёшь свои слова обратно, — яростно бьёт его в грудь. — Клянусь, я стану первым, кто расскажет всё Чонгуку и плюнет на могилу Кэтсу, а пока не попадайся мне на глаза. Всем, кто смеет оскорблять моего вожака, я показываю остроту своих клыков, но тебя я не трону. Брезгую. Перед Намджуном, суровым северным волком и лучшим стратегом острова, захлопывается дверь квартиры. Чимин делает несколько глубоких вдохов и выдохов, прежде чем взять на руки испуганную собачку и скрыться в просторной квартире, в то время как альфа остаётся стоять и переваривать информацию. Его только что выставила за дверь его истинная пара.

***

Таро выпивает две чашки кофе и думает, стоит ли ему пригубить немного алкоголя, но тут же откидывает эту идею. Он согласился встретиться с Чоном и обсудить одно важное предложение, которое может либо разрушить, либо спасти положение компании. Ему пить никак нельзя. Но он бы точно сорвался и открыл бутылку коньяка, если бы не Юнги, который с самого утра будто счастьем светился. Волчонок сказал, что записался на курсы по готовке вкусных тортов, а Таро похвалил его, но напомнил про учёбу. Конечно, он в курсе большого количества пропусков брата и не одобряет это, но не может заставить его делать что-то. Остаётся только изредка напоминать омеге об его обязанностях. Местом встречи стал клуб в Ла-Корунья. Таро будто током прошибает от мысли, что последний раз он перешагивал порог заведения с мыслью, что он станет ещё одним вожаком в Совете. Сейчас же он думает, как бы не уничтожить бизнес и окончательно не похоронить имя своей стаи. Он поднимается на третий этаж, и симпатичный омега провожает его в одну из многочисленных комнат, специально выделенных для таких встреч. Тут, к счастью, не накурено и отсутствуют заказные омеги. Музыка приглушена. У Таро нет никакого желания развлекаться. Хочется вернуться домой живым и ещё раз обнять любимого брата. А для этого нужно подписать контракт и буквально связать себя с бизнесом Чонгука. — Ты выглядишь уставшим, — произносит влиятельный вожак после рукопожатия. — Как дела у Юнги? — Вы общаетесь, и каждый в этом клубе знает об этом, — занимает место на кожаном диване Таро. — Нельзя было выбрать спокойное место? — У меня встреча после тебя. Очень распутные волки, к слову, — прячет коварную улыбку, вспоминая, как раньше Таро грозился на части его порвать из-за любимого братца. — Ты ознакомился с документами, которые я прислал тебе на днях? Таро кивает и говорит, что перед подписанием документов хочет ещё раз их прочесть. Больше он не хочет допускать ошибок. Чонгук не настаивает. Пока Таро вчитывается в текст, он вынимает смартфон и открывает чат со своим омегой. Юнги настрочил ему за пару минут несколько гневных сообщений, и Чонгуку трудно представить, где он опять провинился. Юнги: «Какой кошмар! Ты это видел?» Чонгук открывает вложенные в сообщение фотографии, быстро читает вырезки из нового выпуска журнала, который связан с Юнги, и показательно цокает. Таро внимания не заостряет и возвращается к документам. Чонгук же хмурится и думает, как бы свою пару словами не задеть. Видимо, их отношения — одна из самых обсуждаемых вещей на острове. Большую часть их встреч смогли запечатлеть камеры. Журналисты смогли их поймать, даже когда они вчера после ужина поехали по просьбе омеги смотреть на рыбок в парке. Было довольно поздно и темно, поэтому удивительно, как их смогли заметить. Чонгука это ни капли не задевает. Будь его воля, он бы на весь Бургос заявил, что хребет вырвет каждому, кто посмеет что-то плохое в адрес его омеги сказать, но Юнги бы неделю с ним после такого не разговаривал, поэтому держит рот на замке. Его кроха очень переживает и объявлять об отношениях не хочет. Обоим лишнее внимание не нужно, но постоянное «нас же увидят» раздражают Чона. Что ему нужно сделать, чтобы волчонок не переживал? Вы: «Ладно, как скажешь, завтра издательство Ким закроется». Юнги: «Мне не нравятся твои шутки», — и несколько недовольных смайликов, количество которых в чате если посчитать, то пальцев наверняка не хватит. Вы: «Не переживай насчёт этого. Слухи не должны портить твоё настроение». Юнги: «Я не переживаю, просто мне не нравится сам факт, что за нашими жизнями следят». Чонгук: «Тогда я поговорю с Тэхёном, и нас оставят в покое. Уверен, они через пару дней найдут новую тему для обсуждения, поэтому это просто надо пережить». Внутренний волк гордо морду задирает, когда омега присылает ему несколько влюблённых смайликов. Кажется, это первые положительные эмоджи в чате. Однако следующее сообщение радует его ещё больше: Юнги: «В таком случае, камеры же не смогут нас достать у тебя дома, верно?». Чёрный волк сразу же выпрямляется. Чонгук: «Я в Ла-Корунья, сегодня несколько встреч подряд, поэтому буду дома только поздно вечером». Юнги: «Тогда жди меня в десять часов». Этот день уже удался. Он вновь проведёт ночь со своим омегой, погреется в его объятиях и встретит с ним утро. Идеально. Чонгук пишет короткое «жду» и блокирует телефон. Со стороны он выглядит невозмутимо, но внутренний зверь теперь место себе не может найти: хочет как можно раньше встретить свою пару. — Я согласен, но до сих пор не понимаю, зачем тебе дочерняя компания, которая на грани краха, — произносит Таро и берёт ручку, чтобы поставить подпись. — Всё ради Юнги. Через час предприятие Таро становится дочерней компанией Чонгука, а стая Мин становится зависимой от решений стаи Чон.

***

Волнительно. Что-то внутри покоя не даёт. Юнги списывает это на приближающуюся встречу с альфой, поэтому продолжает собираться. Руки немного дрожат, а внутренний волк нос под хвостом прячет, тихо скуля. Дуонг интересуется, всё ли хорошо, и желает хорошего вечера. Он провожает печальным взглядом омегу и вздрагивает, когда внезапно появляется Розария. Она довольным голосом произносит: «А я говорила», — и протягивает дворецкому журнал. Девушка успела всю усадьбу на уши поставить из-за отношений самого младшего омеги стаи Мин. Она ведь говорила, но никто ей не верил! Теперь все знают, куда омега по вечерам в красивых нарядах уезжает. Юнги занимает место на заднем сидении автомобиля, который, вроде как, заказал Чонгук, и омега чувствует, как внутри ещё больше волнительно становится. Начинают дрожать не только руки, но и ноги. Водитель оказывается молчаливым и серьёзным, а через пару минут подтягивается ещё одна машина. Юнги думает, что его альфа зря волнуется и нанимает охрану. Чтобы успокоиться, волчонок пролистывает ленты социальных сетей, восхищается фотографиями букетов цветов, которые выставил на своём аккаунте Ами, и успевает написать под ними короткие положительные комментарии. Он улыбается, когда писатель обращает на них внимание, поднимает взгляд и хочет спросить, как долго им осталось ехать, как вдруг из-за резкого толчка он сталкивается лбом с передним сидением. Машина останавливается, а водитель тихо ругается и приказывает омеге пригнуться и не вылезать. Внутренний волк чувствовал, что что-то пойдёт не так. Ничего не понимающий Юнги поднимает голову и видит несколько крупных машин впереди. Он оборачивается и видит ещё одну. Ту, которая всю дорогу за ними ехала. Кажется, это точно не волки из стаи Чонгука. — Что происходит? Водитель оборачивается, и волчонок цепляется взглядом за пистолет в его руке. — У Вас есть номер Чонгука? Звоните ему. Быстрее! После мужчина выходит из машины, понимая, что он жив только потому, что от него что-то хотят. Юнги дрожащими пальцами пытается найти контакт своего альфы в телефоне, в то время как машина позади них проезжает вперёд и останавливается. Юнги успевает только набрать: «Кто-то окружил нас, Чонгук, помоги», и роняет смартфон на пол из-за пугающего звука выстрела. Омега поднимает голову и видит, как на асфальт падает тело водителя. Волчонок никогда за свою жизнь не боялся так, как сейчас. Оборотень паникует. Он выбегает из автомобиля, чувствует кожей прохладный ветер и вдыхает океанский воздух. Он не думает о том, что в него могут в ту же секунду выстрелить, он хочет попытаться убежать, а не верно смерть ждать в салоне машины. Юнги принимает звериную форму, слышит свист и крики, но продолжает бежать в сторону леса. Сумерки и высокая трава помогают ему оторваться от погони и спрятаться в лесу. В пугающем и огромном лесу. Через какое-то время солнце окончательно уходит. Когда-то нежные лапки волчонка сейчас в крови и грязи. Они болят и жутко ноют, но Юнги продолжает слепо идти. Дрожит всем телом, останавливается и ушки к голове прижимает каждый раз, когда слышит треск веточек. Однако это просто лесные жители, которые тоже испугались нежданного гостя. Осознание, что его могли бы убить, прямо как того альфу, морально добивает. Наверное, убийцы — это те же волки, которые подстроили аварию. За что они так с ними? Юнги искренне не понимает причину. Ему хочется остановиться и зарыдать прямо тут, в лесу, но внутренний волк вторит ему, что оставаться здесь не безопасно, ведь его до сих пор ищут. По дороге они проезжали городок, тёмный и маленький, Юнги запомнил его, поэтому нужно постараться выйти на него. Юнги не уверен, что идёт в верном направлении, но желает думать, что да, в верном. Он облегчённо выдыхает, когда натыкается на ограждение и тусклый свет от уличных фонарей. К счастью, размеры волка позволяют ему пролезть в лазейку в заборе и оказаться во дворе чужого дома. Тут, к удивлению, аккуратно. Цветут цветочки, проложена красивая дорожка и расставлено много разных украшений. Но не это Юнги интересует. Он прокручивает в голове разные идеи, как попросить у хозяина помощи, ведь ему может крупно не повезти. Вдруг здесь проживает альфа? Пусть лучше хозяином окажется омега, который точно поймёт Юнги и поможет ему. Волчонок к стенке прижимается, когда дверь одноэтажного дома со скрипом открывается и появляется молодой парень. Аромат мёда выдаёт в нём омегу, и Юнги успокаивается. А когда незнакомец с мягкой улыбкой подсыпает корм в пустую миску для уличных кошек, то и вовсе понимает, что этот очаровательный волк не причинит ему вреда. Он похож на добродушного омегу, которому можно довериться. Юнги делает несколько шагов вперёд и забирается на скрипучую от старости веранду. Симпатичный омега с чёрными короткими волосами смотрит себе под ноги, что-то тихо напивает и чуть пакет с кормом на веранду не роняет, когда натыкается на маленького волка в нескольких метрах от себя. — Что?.. Взгляд его задерживается на лапах, на которых ярко видна кровь, и потому делает быстрые шаги вперёд. — Какой ужас! Что с тобой случилось? Проходи, малыш, я тебе помогу, чем смогу. Юнги даже теряется, потому что не ожидал такой реакции, но благодарит всех Богов за удачу и неуверенно проходит в дом. Тут пахнет чем-то вкусным, свежеприготовленным и уютным. По-домашнему. Юнги даже немного расслабляется, вспоминая аромат на кухне в родном доме. Ему дают одежду и позволяют принять душ. За то время, что омега провёл в ванной, его спаситель успел достать аптечку и извлечь из духовки пирог, вскипятить чайник и заварить для обоих чай. Юнги заходит на кухню с красными от слёз глазами и неловко топчется у порога пару секунд, но потом выдавливает из себя тихое: — Спасибо большое, что не прогнали меня, — и низко кланяется. Чимин вздрагивает, оборачивается, чтобы сказать, что его помощь — пустяк, но язык прикусывает. Он думал, что перед ним ребёнок, но оказался взрослый омега. — В наших условиях жизни нужно помогать друг другу, — вытирает мокрые руки о полотенце и берёт в руки аптечку. — Ты ведь не из Рентерии, верно? Никогда тебя не видел здесь. Как тебя зовут? Меня можешь называть Чимином. А у Юнги маленький сбой в голове. Он убежал настолько далеко, что если бы он погиб или потерялся в том лесу, то Чонгук никогда бы не нашёл его. Никто бы даже не догадался его там искать, потому что вся окрестность Рентерии заброшена. Чимин теряется, когда глаза мальчишки начинают сверкать от слёз. Волчонок тихо извиняется и отворачивается, чтобы позорно тут же не разрыдаться. Через пару минут омеги уже сидели в гостиной. Оборона Юнги сломалась, и оборотни смогли найти общий язык. Волчонку это было крайне необходимо. Он заметил богатую библиотеку и спросил, отпивая тёплый чай, как он относится к популярным авторам. Оказывается, их вкусы в чём-то разошлись, и они даже успели повздорить, но быстро смогли прийти к общему мнению, пока Чимин аккуратно обрабатывал раны омеги. — Я попал в Рентерию случайно, — решается открыться доброму волку Юнги. — Моя стая уважаема, и нас никогда не трогали, но из-за последних событий появилось очень много врагов. Я ехал к своему парню, как вдруг на нас напали, и мне чудом удалось спрятаться в лесу. К счастью, я смог выйти в город, — прижимает ножки к груди и кладёт подбородок на коленки. — Это ужасно, — Чимин с сочувствием смотрит на нового знакомого. — Мой хороший знакомый посоветовал мне никогда не приезжать в Рентерию, а я представлял себе здесь очень бедных волков. Однако у тебя очень приятный дом, — мягко улыбается. Чимин кладёт чашку с чаем на стол и с важностью произносит: — Город будет процветать, как только мой вожак избавится от Кэтсу, волка, который должен заниматься процветанием города, однако только ворует деньги Чонгука, занимается рэкетом и убивает волков, — Юнги пугается разгневанного взгляда омеги, но тот быстро остывает. — А мой двор и дом ухожен только потому, что у меня есть возможность выезжать в большие города и закупаться. Многие в Рентерии не могут себе этого позволить, поэтому вынуждены жить в не самых хороших условиях. Но ничего. Чонгук скоро наведёт здесь порядок, и Рентерия будет считаться одним из самых красивых и благоприятных городов, — мечтательно произносит омега, поправляя жёлтую подставку для чайника. Юнги вздрагивает, вспоминая того жуткого волка — Кэтсу. — Ты очень сильно любишь свой город, — замечает Юнги и решает умолчать о своей тесной связи с вожаком стаи Чон. — Это моя родина. Я никогда её не покину. Даже пытался прожить вдалеке больше двух дней, но вновь вернулся сюда, — мягко улыбается. — Ничего не могу с собой поделать. Юнги о чём-то задумался, но вдруг замечает время на настенных часах и просит у омеги телефон. Чимин разбирается с пирогом, когда Юнги в соседней комнате вспоминает номер телефона своего альфы. Он не хочет тревожить Таро, поскольку тот до сих пор ходит весь встревоженный и уставший, а если он узнает, что его брата похитили, то вовсе забудет о существовании сна. Юнги надеется, что Таро находится в неведении, и набирает своего альфу. Звучат несколько гудков, прежде чем Юнги слышит знакомое «слушаю». — Чонгук… — Юнги? Чёрт возьми, это ты? Чонгук чуть с ума не сошёл, когда его омега перестал отвечать на сообщения и звонки, а в усадьбе сообщили, что машина так и не доехала до особняка. Он оставил партнёров на Ксу и покинул Ла-Корунья. Через полчаса его волки обнаружили брошенную машину и мёртвого водителя. У Чонгука сердце в пятки ушло, когда узнал, что омеги в салоне и поблизости не было. От неведения у Чона разболелась голова, а внутренний волк места себе найти не мог. Какой ублюдок посмел напасть на него? И в то же время альфа корил себя за то, что недостаточно защищал его. Весь остров уже понял слабое место вожака стаи Чон, которое ещё, вдобавок, не защищено и открыто, и его враги этим воспользовались. Однако какой именно ублюдок посмел сделать это? Волчонок кратко объясняет, что с ним произошло, и называет адрес дома. Альфа тоже удивляется, услышав родной город, и клянётся приехать как можно быстрее. Он несколько раз спрашивает, всё ли с ним хорошо, не поранился ли он, но Юнги умалчивает о состоянии своих ног, лжёт, что всё хорошо и кладёт неуверенно трубку. — Твой альфа приедет за тобой? Юнги вздрагивает и оборачивается. Чимин только-только подошёл и явно ещё не знает, с кем его новый друг разговаривал. — Если что-то пойдёт не так, можешь переночевать здесь. Я всё равно теперь безработный, утром не разбужу, — мягко улыбается оборотень. Они вновь остаются в гостиной, где Чимин пишет на бумажке свой номер телефона и просит завтра позвонить ему, и предлагает провести вместе время. Юнги с грустью думает, что с этого дня Чонгук точно вокруг него охрану выставит и помешает отдыху, но не огорчает нового друга. Чимин тратит полчаса, рассказывая про Рентерию, особенности и историю города, а волчонок с открытым ртом слушает. Он губы в полоску сжимает, чтобы не рассмеяться, когда омега начинает рассказывать, в какой школе учился его вожак и как он себя вёл, и разговор плавно переходит к Кэтсу. Волчонку становится не по себе, поскольку Чимин ненавидит этого волка и рассказывает, как он пришёл к власти, с чистой неприязнью. Оказывается, Чонгук сам назначил его на пост главы города. Юнги хмурится, думает, почему его альфа настолько доверяет этому волку, и не находит ответа. Он помнит, как Чонгук отреагировал на желание Алваро завладеть территорией, поэтому ему казалось, что этот город действительно имеет для него значение. Однако будь это так, Рентерия не находилась бы сейчас в таком состоянии. Юнги засыпает, а Чимин накрывает его тёплым пледом. Затем убирает посуду со столика и приводит кухню в порядок, и всё это время он думал, что же он будет делать дальше. Работать ему не позволят, поэтому стоит себя попробовать в репетиторстве. Только вот не станет ли это угрозой для малышей? Он ни капли не хочет рисковать чужими жизнями, но какое же тогда принять решение?.. Раздаётся звонок, и оборотень отлучается открыть дверь, думая, что это тот самый альфа Юнги. А затем поражённо замирает, встретившись лицом к лицу с вожаком. — Где Юнги? Заострённые черты лица и мрачный взгляд, пробирающий точно до костей, давят на внутреннего волка омеги, показывают, кто из них двоих настоящий вожак. А твёрдый голос альфы вызывает дрожь по всему телу. Чонгук, не став ждать ответа, перешагивает порог дома. Он ориентируется по любимому запаху и всё надеется, чтобы на теле любимой омеги не оказалось ни одной ранки, иначе спалит весь остров к чертям. Однако злость теряет хватку, когда альфа видит живого и невредимого волчонка, бережно укрытого пледом. Внутренний волк замирает, но затем грозится над человеческой сущностью победить, если он как можно скорей не окажется рядом с омегой. Чонгук, жуткий вожак и ночной кошмар всех вожаков, покорно встаёт на колени перед любимой омегой и с ноющим сердцем оставляет поцелуй на его лбу. Затем на щёках, на губах. Обхватывает его лицо ладонями и сталкивается лбами, закрывая глаза. Юнги здесь, в его руках, всё в порядке. Волчонок смешно морщится, но инстинктивно обнимает истинного альфу за шею, а затем, как коала, — его крепкий торс и скрещивает ножки за его спиной, разбивая сердце альфы вдребезги окончательно и бесповоротно. — Он заснул пятнадцать минут назад, господин, — подаёт слабый голос Чимин, неловко стоящий в дверном проёме. — Я обработал его раны на ногах, можете не беспокоиться. Внутренний волк рыком отзывается, вновь внутри пламя гнева зажигается, но Чонгук просит своего кровожадного волка успокоиться. Все точно понесут наказание за покушение на жизнь его пары. Он выпрямляется и крепче Юнги к себе прижимает, поправляет плед, чтобы ему было тепло, и покидает дом. Перед ним расступается охрана, которая напряжена последние часы, и они наблюдают, как бережно укладывает своего омегу вожак на заднее сидение автомобиля. Однако он не садится рядом. Чимин будто в размерах уменьшается и теряется, когда Чонгук начинает приближаться к нему. Он готов сделать самый глубокий и уважительный поклон, но замирает с открытым от удивления ртом и сверкающими глазками от смешанных чувств: — Ты помог моему омеге, и я щедро вознагражу тебя. Скажи, чего ты хочешь, и твоё желание будет исполнено. Чимин первым делом думает о своей родине. Его глаза даже загораются при мысли, что вот он — шанс спасти свой дом. Чонгук же хмурится, думает, что омега сейчас пожелает богатства или прочие материальные избитые нужды. — Мне нужно, чтобы Вы прислушались к моим словам, которые я хочу сейчас произнести. — Я внимательно слушаю, — теряет терпение чёрный волк. Чимин сдирает со стенок души смелость и готовится важную речь произнести, но, оказывается, зря. Надежда разбивается, когда возле дома останавливается ещё одна машина, а из неё выходит самый ненавистный волк Рентерии. Чонгук оборачивается и прослеживает за потускневшим взглядом омеги, потому быстрый шаг альфы приобретает неуверенность и сдержанность. Чонгук губы облизывает и понимает, что сейчас готов вырвать Кэтсу клыки, выплеснув весь накопившийся гнев. Есть за что. — Мне кажется, я правильно указал кредиты, когда приказывал реконструировать город в течение года, — отходит на шаг от Чимина и теперь возвышается над нервно сглатывающим Кэтсу. — Мне бы очень хотелось услышать, куда ушёл бюджет. — Я готов отчитаться, только дай мне время, — держит лицо, хотя делать это под взглядом алых глаз тяжело. — Верно, ты доложишь мне обо всём завтра в десять утра, а потом покажешь мне, что ты сделал на самом деле. Волки, приехавшие вместе с Кэтсу, засуетились, услышав его слова. Часть из них уже строит план, как исчезнуть с острова до рассвета, потому что вожак будет безжалостен. Кэтсу, видимо, совсем из ума выжил, раз останавливает вожака, который собирался вернуться к своему омеге и покинуть город, едким замечанием: — Не делай вид, что тебе не всё равно на Рентерию. Если бы твоего не похитили, ты бы никогда сюда не приехал. Чимин отходит на шаг и нервно сглатывает, а потом прижимает ладонь к губам от шока. Чонгук молниеносно замахивается и выбивает Кэтсу зуб, а звук треска будоражит его внутреннего волка. Кэтсу только сплёвывает кровь, как вдруг его опять за шею хватают, кожу когтями царапают и наносят второй удар. Он выплёвывает второй зуб. — У меня начинают закрадываться одного рода мысли, — шипит ему в лицо Чонгук, — что ты, мразь, игру за моей спиной затеял. Кэтсу закрывает глаза и готовится к следующему удару, как вдруг негромкое «Чонгук» меняет настрой вожака. Кэтсу падает на землю и корчится от боли, но никому уже нет до него дела. — Не выходи, на улице слишком холодно. Простудишься, — обеспокоенно произносит Чон, глаза которого теряют красный цвет, и отходит от Кэтсу. Чимин стыдливо отворачивается, когда перед ним раскрывается картина воссоединения волков. Юнги, в чём есть, ступает по сухой земле навстречу своему альфе. Чонгук бы точно разозлился, потому что на ножках его пары лёгкие носочки и плечи греет один плед, а ветер сегодня холодный. Только грустные глаза волчонка весь его гнев уничтожают, освобождая место для переживаний. Юнги крепко обнимает его и прячет влажное лицо на груди вожака, упиваясь родным запахом. — Мне было так страшно, — шепчет. Чонгук шепчет извинения, покрывает поцелуями влажные от слёз щёки и понимает, что слова не смогут загладить вину. Нужно теперь максимально обезопасить его и найти тех, кто посмел покуситься на жизнь его пары. Глотки перегрызёт. Когти вырвет. Уничтожит. Чонгук, недолго думая, поднимает на руки кроху и усаживает его на заднее сидение машины. Юнги до последнего не хочет его отпускать, поскольку он — единственный, с кем ничего не страшно. Альфа же целует его ладонь и обещает скоро вернуться. Он поворачивается к смущённому Чимину и произносит: — Моё обещание ещё в силе. Приходи в офис, и я тебя выслушаю. Оборотень кивает и следит, как за машиной вожака вслед уезжают ещё несколько, а Кэтсу забирают его дружки через пару минут. Вроде бы он должен чувствовать радость от того, что Кэтсу наконец-то получит по заслугам, но из-за густых событий его голова разболелась. Он, к тому же, только что выполнил главную миссию в своей короткой жизни.

***

Они доезжают до усадьбы за час. Водитель старается назад не смотреть, чтобы не навлечь на себя гнев вожака, который, пускай и выглядит спокойным рядом со своей парой, но он всё ещё излучает напряжение и опасность. Его внутренний волк будто говорит, что никому Юнги не отдаст, и всем, кто попытается забрать его, морду раздерёт и внутренности достанет. Сердце волка кровью обливается, когда он замечает раны на нежных ножках своей пары. Юнги сразу же его лицо обхватывает, к губам прикасается, только бы альфа при нём не злился. Это ослабевает его гнев, но не настолько, чтобы перестать бороться внутри с кровожадным волком. Тот очень хочет найти самоубийц, которые посмели причинить ему боль через омегу, и уничтожить. Убить. Убить. Убить. — Я могу сам дойти, — протестует, когда машина останавливается возле входа в дом вожака усадьбы Чон, и Чонгук вновь поднимает его на руки. — Не спорь со мной, — последнее, что произносит Чонгук, прежде чем войти в особняк с крохой на руках. Тут темно, но тепло. Юнги даже расслабляется, чувствуя запах древесины, и хочет опустить ножки на пол, но ему вновь не позволяют этого сделать. Юнги остаётся только дуться и ждать, когда же его альфа перестанет переживать и отпустит его. Прислуг и дворецкого нет. В доме остались только они. Однако, как и подобает вожаку влиятельной стаи, вокруг особняка и усадьбы шествует охрана. Однако не это внушает чувство безопасности. Альфа, который бережно укладывает его на кровать, — вот кто ответственен за покой на душе омеги. — Я найду одежду для тебя, — и отлучается, заставив волчонка в тот же миг захотеть сорваться за ним. Это точно комната Чонгука. Благодаря слабому свету ночника Юнги различает знакомую мебель. А ещё подушка и одеяло полностью пронизаны запахом альфы, что подтверждает его догадки. Юнги даже может уловить свой собственный запах на них. Удивительно, как он до сих пор сохранился. Волчонок снимает с себя носочки и штаны, когда в комнату возвращается Чонгук. В его руках одежда. Кажется, точно та же, которую альфа дал Юнги в прошлый раз. Его взгляд тут же падает на раненные стопы омеги, а Юнги смущается. — Прости, я не защитил тебя, — встаёт на колени перед омегой, сидящим на кровати, и оставляет поцелуй на раненной коленке, но его лицо нежно обхватывают и отстраняют. — Но ты же нашёл меня, как только смог, — слабо улыбается и соединяет их лбы. — Не бросил меня. — Я бы нашёл тебя даже на континенте, — ворует поцелуй. — До Хосока бы дошёл, но тебя бы спас. Юнги переодевается, когда альфа отлучается в другую комнату. Он натягивает на себя только оставленную Чонгуком футболку. Затем ныряет под одеяло и довольно закрывает глаза. Тут бы он провёл всю свою жизнь, потому что кровать мягкая, а запах альфы сладко убаюкивает. Ксу отчитывается по телефону вожаку и поздравляет его с продлением выгодного контракта, но Чонгук больше рад спокойному сну крохи, который греется в данный момент в его постели, нежели удачной сделке. Его помощник дополняет, что они обнаружили хозяев машин, которые преследовали Юнги. Чонгук удивлённо брови поднимает, когда слышит имя заказчика нападения. Юнхо настолько глуп, что посмел поднять оружие не только на волка из стаи Чон, так ещё на омегу вожака. В голове не укладывается, как так такой тупой волк смог забрать место в Совете. Альфа распоряжается установить слежку за Юнхо и не допустить его побега. Однако затем Чонгук проводит языком по клыкам и отдаёт приказ привести его в Рентерию. На заброшенный завод. Юнги не дожидается альфы. Он с мягким недовольством опускает голые ножки на паркет и выходит в коридор, следуя по любимому запаху. Чонгук, когда видит его, снова недовольно хмурится, но принимает его объятия, чтобы волчонку не так холодно было. — Тебя слишком долго не было. Мне тревожно без тебя, — и утыкается в плечо альфы. А внутренний волк вожака воет раненым зверем. — Прости меня. Я больше никогда не позволю кому-то прикоснуться к тебе, — голос Чонгука спокоен, будто не его глаза на пару секунд сверкнули рубиновым цветом. — Никогда. Юнги засыпает на его крепкой груди самым крепким и сладким сном, а вожак проводит половину ночи, пожирая себя за ошибки.

***

Континент — интересное место планеты, окружённое двумя океанами. Здесь старые привычные методы борьбы за власть исчезли, остались жить в пределах острова Бургос. Днём тут демократия, литературные популярные дебаты и сверкающие на солнце дорогие украшения, которые есть у каждого волка континента, И это цивилизованное и толерантное общество разбивают они — волки с острова. — Я подарю тебе Бургос, — шепчет альфа девушке, которая совсем потеряла разум от его приторных и пахнущих богатствами речей. — Слышала когда-нибудь об этом острове? Над ними вот-вот настанет рассвет, а о борт корабля тихо бьётся вода. Девушка сочла этот момент достаточно романтичным, чтобы прикрыть глаза и потянуться к губам француза, как вдруг её грубо за плечо назад отводят, а голос вожака её стаи звучит как гром среди ясного неба: — Слышала, можешь не сомневаться, — Хосок бросает острый взгляд на волчицу.— Закройся в каюте, чтобы до прибытия я тебя не видел. Девушка стыдливо кланяется и убегает, оставляя двух волков наедине. Хосок складывает руки на груди и пронизывающие смотрит на Рено. Тот громко выдыхает и облокачивается о борт корабля, который принадлежит одному ему. Как и все судно на острове. — Не смыслишь ты ничего в романтике. Такой момент испортил! Хосок бы толкнул его за борт, если бы Рено не помогал ему в данный момент в тайне проникнуть на остров. — Холодный оружейный борон, — цокает француз под режущим взглядом. — Тебе бы пару, которая сердце твоё растопит, и цены тебе не будет. Вожак ухмыляется, что-то подмечая в голове, и подходит к фальшборту. Позади остаётся континент, впереди — родной остров, где он уже достиг всего, чего желал. Теперь он возвращается туда, чтобы разобраться со слухами и волками, которые посмели в тайне продавать его товар. С такими он расправляется лично. — Нам осталось плыть несколько часов, а ты лишил меня главного развлечения! — Пролезешь к ней в каюту — из Совета выкину, — лениво произносит Хосок и медленной походкой уходит в каюту дальше разгребать бумаги. — Вот же… — Рено сдерживает себя, чтобы не осыпать принципиального вожака проклятиями. — Если у самого личная жизнь не складывается, так другим не мешай! Француз проводит недовольным взглядом вожака, а потом поднимается на мостик, чтобы проверить, как обстоят дела у капитана. К девушке он так и не проникает. А главная причина внезапной поездки вожака стаи Чон кроется в бархатной красной коробочке.