Имя

После вечера в подъезде желание поцеловать Рыжего стало навязчивой идеей. В тишине и темноте Гуань подался вперед — это точно не показалось. Так хотелось крепко прижаться к нему, почувствовать вкус губ и зеленого чая, почувствовать сопротивление или, наоборот, — яростный ответ. Второго хотелось бы больше. Тянь не ищет глазами Рыжего, когда идет по школьному двору. Действительно не ищет, но замечает сразу. Он стоит на месте, которое неофициально считается курилкой. Быстро курит. Так в голову дает сильнее, зато можно успеть на уроки. Хэ подходит, прислоняется к стене. Рассматривает парня рядом, пока тот старательно отворачивается и выдыхает дым через нос. Смотрит на острые скулы, аккуратный нос и веснушки. Переводит взгляд на проколы в ушах и думает, что однажды подарит ему гвоздики. Вспоминает, что этот придурочный ему сегодня снился. Тянь давно не просыпался со стояком, но сегодняшнее утро — исключение. Сон был приятным. В нем были выдохи рот в рот. Плавные движения и жар чужого тела. Во сне Рыжий смотрел на него затуманенными глазами и просил ещё. В реальности Рыжий отворачивается, как только его видит. Интересно, что будет, если перехватить руку у запястья и затянуться сигаретой? Явно дерьмовой, с дешевым табаком, но Хэ понравится. Гуань словно читает его мысли. Показательно тушит сигарету о стену. Щелчком пальцев отправляет окурок в урну. Сжимает ремешок сумки, собираясь уходить. — Придешь сегодня? — Нет. Ожидаемо. Ожидаемо, но внутри дерет раздражением. Почему эта рыжая псина не может вести себя нормально. Обычно одноклассники сами напрашиваются в гости в студию, но в данном случае правила не работают. Приходится прибегнуть к самому действенному способу воздействия, не считая связывания. — Оплата как в прошлый раз. Рыжий смотрит со злостью, подходит, становясь почти вплотную: — Слышь, мажорчик, — ощутимо толкает ладонью в плечо, — я не твоя прислуга, чтобы приходить по первому зову. Их лица снова близко. Тянь опускает взгляд на его губы. Это действительно не получается контролировать. Он опускает взгляд ниже, на линию челюсти и шею. Думает, что на такой светлой коже засосы смотрелись бы восхитительно. Смотрелись бы правильно. Мо делает шаг назад, отводит взгляд. Набрасывает на голову капюшон толстовки, частично скрывая шею. Говорит уже гораздо спокойнее. — У меня работа. — До скольки? Гуань открывает рот, явно чтобы сказать, что это не его дело, или просто послать нахуй. Тянь перебивает: — Погоняем мяч? Ну же. Сколько можно работать? Ты хоть иногда расслабляешься? Тот дергается. Пробегает взглядом по школьному двору. На них ожидаемо смотрят и шепчутся. Главная звезда школы и местный отброс — то еще зрелище. В итоге цедит сквозь зубы: — Да. Когда тебя рядом нет. — Вау. Я вызываю такие чувства. Мо окидывает взглядом с ног до головы. — Если ты о желании врезать, то да. Потом словно обдумывает что-то. Хмурится. И быстро говорит, не давая себе времени передумать: — На школьном стадионе, в девять часов. Хэ довольно улыбается.

***

Они играют полчаса или даже больше. Тянь порой намеренно поддается, чтобы счет был примерно равным, чтобы у Рыжего в глазах загорелся азарт. И это прекрасно. Адреналин, скорость, напряжение в мышцах. И Рыжий рядом. Злой и вспотевший. Которого можно касаться, словно невзначай. Гуань играет яростно, швыряя все тело вперед. Движения быстрые и рваные. Хэ иногда продалбывает моменты, когда мог бы перехватить мяч, просто потому что любуется. Спустя двадцать минут игры, Мо скидывает майку. Открывая взгляду крепкий торс. Выступающие ребра, намечающиеся кубики пресса и дорожку рыжих волос внизу живота, скрывающуюся за резинкой спортивных штанов. Светлая кожа, кажется, сияет в темноте. В какой-то момент, перехватывая мяч, Тянь замечает на его плечах веснушки и забывает, как дышать. Когда счет становится равным, они делают перерыв. Тянь предлагает, особо ни на что не рассчитывая: — Сыграем на желание? Рыжий фыркает: — Нашел дурака. — Так боишься проиграть? Тот качает головой и бросает ему мяч. — Боюсь твоих больных желаний. И правильно, думает Тянь. Желания у него есть и вполне определенные. Он смотрит, как взмыленный Рыжий идет к скамейке, берет бутылку с водой, жадно пьет, одним махом осушая половину. Вода льется на шею и ключицы. Мокрые волосы заведены назад. Губы влажные после воды. Гуань отрывается от бутылки, припечатывает взглядом. Злится, что Хэ пялится. А Тянь просто ничего не может с собой поделать. Потому что красиво. Внезапно вспоминает свой сон, думает, а вдруг? Подходит, протягивает руку за бутылкой. Мо смотрит так, словно решает: выпить воду залпом или вылить. Выхватить бутылку из рук парня — дело пары секунд. Тянь собирается сделать глоток, когда слышит: — Не надо. Хэ удивленно приподнимает брови. Это же просто вода. У них в баскетбольной команде покупать воду на всех и пить, когда хочется — обычное дело. — Я не брезгую. Рыжий наклоняет голову, сжимает зубы. Собирается что-то сказать, но не может. А еще он слегка покраснел. Внезапная мысль оглушает. — Вау. Дело в непрямом поцелуе, да? И это определенно попадание. Это видно по испуганно расширившимся глазам и по тому, как парень дернулся. Тянь смотрит на плотно сжавшиеся губы и понимает. Да, непрямой поцелуй. Гуань, возможно, вообще не целовался. После такой догадки остановиться невозможно. Хэ понимает, что ведет себя как мудила, но надо знать наверняка. Потому что представить Мо, целующимся с кем-то, кроме самого Тяня, как-то дико. — То есть у тебя еще не было опыта? Делает шаг вперед. Рыжий бледнеет, отодвигается, когда Тянь обхватывает его одной рукой за челюсть. Держит крепко, фиксирует. Прижимается губами, притирается всем телом. Мелькает мысль, что нужно было сделать это раньше. Потому что невозможно приятно. Потому что губы оказались именно такими, какими он себе их представлял. Мягкими и теплыми. Идеальными. Рыжий все-таки бьёт ему в лицо. Тянь рефлекторно перехватывает его руку, которая дрожит. Гуань дергается, и они валятся на землю. Тянь подскакивает. Ему кажется, что Рыжий сейчас встанет и врежет еще раз. Даже несмотря на это, хочется снова прижаться к его губам. Но парень лежит, закрывая лицо руками. Кажется, по его щекам текут слезы. Тянь садится рядом, чтобы осторожно взять за запястья и отвести руки от лица. Он не успевает прикоснуться — Рыжий кричит, срывая голос: — Я тебя ненавижу! Гребанный извращенец! Катись отсюда. В груди что-то обрывается. Мо трет лицо ладонями. Вытирает рот. Потом еще и еще раз, шипит: — Чтобы ко мне больше не приближался. Я серьезно. Я тебя урою нахуй. Тянь смотрит мертвым взглядом. Спрашивает голосом, совершенно вычищенным от эмоций: — Я тебе настолько противен? — Да. И это «да» очень искреннее.

***

Гуань приходит домой, сбрасывает обувь. Губы слегка покалывает после поцелуя. Он вспоминает, как застыл на спортивной площадке Тянь, провожая его взглядом. Хорошо, что у мажора хватило мозгов не тащиться следом. Не ясно, как отреагировала бы мама на этого ебаната. Ебаната, у которого сегодня явно какие-то настройки в голове слетели к херам. В квартире тепло и уютно. Не слишком громко, чтобы не беспокоить соседей, играет музыка. Янлин выходит навстречу, прямо светится от восторга. — Уже пришел, а я тут… Видит лицо сына и говорит гораздо тише: — … составляю список продуктов для торта. Подходит, ласково гладит по щеке, старается заглянуть в глаза, обеспокоенно спрашивает: — Что случилось? Рыжий только мотает головой и крепче сжимает губы. Ему кажется, что он вот-вот расплачется. Сказать матери, что его засосал парень, кажется абсурдным. Мелькает мысль, как бы на подобное отреагировал отец или братва, и он сразу ее отгоняет. Потому что страшно. Потому что за подобное синяками не отделаться. Говорит слегка хрипло: — Ничего. Правда, ничего. — С кем ты подрался? — Я не дрался, — смотрит на свои сбитые костяшки, — вернее, да. Подрался. Ничего серьезного. Оставь. Прошу. Янлин смотрит ему в глаза. Смотрит и что-то видит. Что-то понимает. Кивает. Кладет руки сыну на грудь. Отступает. Говорит: — Хорошо. Говорит: — Ладно. И уже гораздо тише просит: — Успокойся. Сходи в душ, выпей чаю. Она не говорит, что готова его выслушать, но Мо и так это понимает. Коротко кивает. Душ и чай тут не помогут. Он идет к себе в комнату, прикрывает дверь и звонит Шэ Ли. На просьбу увидеться Змей коротко говорит: — Завтра в десять. Не уточняет место. Рыжий прекрасно знает куда идти.

***

Звон тарелок. Они с мамой сидят в огромном помещении ресторана, спрятавшись под столом. Янлин крепко прижимает к себе. Выскакивает и бежит к выходу. Вокруг хлопки выстрелов, крики боли и звон разбитой посуды. Звон тарелок сменяется звоном телефона. С незнакомого номера. Рыжий смотрит пару секунд на номер. Снимает трубку. Там тишина. Потом знакомый голос говорит: — Прости. Устало и искренне. Гуань сбрасывает, блокирует этот номер и выключает телефон.